Лейбовиц: Энни Лейбовиц выпустила книгу | Marie Claire

Психология успеха: Энни Лейбовиц. Как стать знаменитым фотографом

Сегодня празднует день рождения, пожалуй, одна из самых знаменитых фотографов в мире — Энни Лейбовиц. Та самая, кто снимает голливудских звезд в самых неожиданных ракурсах, та, кто сделала портреты семи последних президентов США, а также британскую королеву Елизавету.

Даже если вы ни разу

не слышали имя Энни Лейбовиц,
вы наверняка видели ее фотографии.

Например, одну из самых знаменитых, где обнаженный Джон Леннон свернулся калачиком рядом с полностью одетой женой — Йоко Оно. Или беременную и тоже обнаженную Деми Мур. Или смешливую Вупи Голдберг в молочной ванне. Героев Лейбовиц, которая все больше снимает не только для Vanity Fair или Vogue, но также и для рекламы, перечислять можно долго. «Я никогда не переставала снимать, вообще никогда, — утверждает она. — Фотограф просто не может позволить себе не снимать, именно поэтому я фотографирую непрерывно».

Вот ведь удивительно, но ее родители, приехавшие когда-то в Соединенные Штаты из России, прочили дочери совершенно другую судьбу.

В детстве Энни отдали заниматься балетом к русским эмигрантам. И хотя балетом мисс Лейбовиц занималась до окончания школы, с ним у нее не сложилось. Позже, в 80-х, она увлечется съемкой балетных артистов, и посвятит этому какое-то время, но ненадолго, как и другим своим увлечениям.

В кругу родных и друзей Энни слывет человеком увлекающимся, творческой натурой. Главному своему увлечению — фотографии, она посвятила всю свою жизнь. Начала с журнала Rolling Stone, где делала репортажи, потом увлеклась постановочной съемкой — обложка с Бетт Мидлер, лежащей в постели усыпанной розами стала первой работой Лейбовиц в этом жанре. А потом в ее жизни случился глянец и долгие годы Энни снимала голливудских (и не только) звезд самой разной величины. Чем и продолжает заниматься до сих пор.

Сьюзен Зонтаг

Несмотря на все тяготы жизни, а их было предостаточно, Энни Лейбовиц считает себя счастливым человеком. Да, она похоронила любимого человека (писательницу Сьюзен Зонтаг с которой прожила 15 лет), да, в начале нулевых Энни чуть не стала банкротом (несмотря на высокий доход она совершенно не умеет правильно распоряжаться финансами).

Зато, в свои 66 лет она все еще занимается любимым делом и растит троих прекрасных дочерей. И, кажется, в ближайшее время, будет радовать нас снова и снова своими удивительными фотосессиями.

В кадр попадает только 10% того, что я вижу, поэтому моя задача заключается в том, чтобы сделать так, чтобы вы увидели остальное.

Моя работа — это фотография, а не болтовня со знаменитостями.

С тех пор, как я побывала в Санкт-Петербурге, мое сердце навсегда принадлежит России.

Мне почти все в этой жизни кажется интересным. Но мне катастрофически не хватает на все времени.

Золотой середины не существует. Раньше, например, люди раздражались, когда я их фотографировала, а сейчас они удивляются, что я этого не делаю. Им не угодить.

Меня всегда больше интересовало то, что человек делает, а не то, кем он является.

Я никогда не заставляла людей делать то, чего они не хотят. Во всем должен быть смысл.

Я, как коллекционер жуков, — собираю и снимаю все подряд, и в результате получается много экспонатов.

У меня никогда не было запретных тем. Важно только одно — сделаешь ли ты это достоянием общественности или нет.

Когда я ушла из Rolling Stone

, мне казалось, что в глянце что-то есть. Но мне до сих пор не нравятся все эти постэффекты и макияж. И я ненавижу обложки и рекламу.

Надо признать, что некоторые люди очень гламурны. Такие уж они получились. Гламур — он в голове. Как, например, Кейт Бланшетт или Анджелина Джоли. Но это не делает их плохими людьми.

С годами желание все время провоцировать куда-то уходит.

Я через многое прошла, чтобы создать свою семью, и поэтому для меня важно, чтобы днем я работала, а вечером возвращалась к детям.

Я очень медленно взрослею. Если честно, я и сейчас не совсем взрослая.

Елизавета II с внуками

Мишель и Барак Обама для Vogue US

Кирстен Данст в объективе Лейбовиц для рекламы Dior

Кирстен Данст для Balenciaga

Скарлетт Йоханссон для Disney

Эми Шумер для календаря Pirelli

Ким Кардашян и Канье Уэст с дочерью

Пенелопа Крус и Вуди Аллен

Адель

Джулианна Мур с дочерью

Джуд Лоу

Майкл Фелпс

Кит Ричардс

Михаил Горбачев

Катрин Денев

Фрэнсис Форд и София Коппола

 

 

 

«Растяжимый» фокус Энни Лейбовиц : Daily Culture

 

«В моих фотографиях вы можете увидеть, что я не боюсь влюбиться в тех, кого фотографирую».

 

Энни Лейбовиц

 

В 1949 году на северо-востоке США, в штате Коннектикут, в осенний октябрьский день родилась именитая Энни Лейбовиц.

Отец Энни был офицером ВВС, а мать, будучи сопряженной с искусством современного танца, работала преподавательницей в Сан-Франциско.


Путь Энни на «Эверест» начинался с желания следовать по пути матери Мэрилин Лейбовиц: став выпускницей школы, она поступает в институт искусств – класс «Живопись». Однако вскоре после поездки в Страну восходящего солнца меняет направление в обучении. Во время пребывания в Японии на втором курсе Энни знакомится с искусством «момента». Эта встреча становится тем самым первым звеном в карьере знаменитого художника фотографии. По возвращении на родину Лейбовиц записывается на курсы фотографов.

На третьем курсе обучения Энни Лейбовиц принимает решение изменить свои географические координаты — она отправляется на поиски новых впечатлений и себя самой в Израиль: на раскопки дворца царя Соломона в составе археологической экспедиции.

Недаром говорят, чтобы найти себя, необходимо вернуться к началу. Прабабушка и прадедушка Энни по линии матери были еврейскими эмигрантами из России.

Атмосфера созерцания и размышлений над руинами храма Соломона — символа единства еврейского народа — зародили мысль о вечности. Именно в этот момент Энни осознает, что хотела бы отдаться служению искусству фотографии, стать хранителем памяти и истории.


Путь к славе не был витиеватым. Заглянув однажды в страницы журнала Rolling Stone и увидев фотографии музыкантов, Энни Лейбовиц захотелось почувствовать себя частью этого мира. Янн Уэннер — главный редактор и идейный катализатор журнала Rolling Stone становится для Энни тем самым гидом в мир музыкальной реальности. Знакомство с Rolling Stone не закончилось лишь экскурсией. Талантливая Энни Лейбовиц становится внештатным фотокорреспондентом самого известного музыкального журнала, а спустя несколько лет — его главным фотографом. Под прицел ее фотоаппарата попадали знаменитые актеры, музыканты и даже политики. Лейбовиц сотрудничает с такими известными изданиями, как Vanity Fair , Vogue . Она работает со всей мировой элитой.

Именно портреты раскрыли ее талант художника.

 

Пластичность языка фотографий Энни Лейбовиц узнают во всем мире. Ни одна из фотографий не выглядит постановочно. Каждый раз через её объектив мы видим течение жизни. Являясь одним из авторов истории золотой эры фотоискусства, Лейбовиц всегда поражала своим «растяжимым» фокусом: тот, кто прикасался взглядом к ее фотографиям, попадал за горизонт – в тональность чувств и мыслей героев.

Каждый снимок Энни Лейбовиц – это шедевр, жизнь в ее чистом виде. Посмотрите, как она сумела сохранить чувство всепоглощающей любви Джона Леннона и Йоко Оно на скандальной фотографии, сделанной за 5 часов до убийства знаменитого музыканта! Страстные объятья на полу голого Леннона и одетой супруги явили миру не просто любовь, а превосходную степень этого состояния. Слишком откровенно. Слишком близко…


…И в то же время слишком далеко. Леннон выглядит словно Адам, сбежавший из рая к своей земной возлюбленной. В этих тесных прикосновениях уже видится расстояние, отголоски не одного, а двух миров.

Образ самой Энни также поистине вдохновляет: ветер в волосах и очки на глазах… Когда-то октябрьским днем 1949 года полярный мир двух сердец Лейбовиц породил бурный поток энергии, стремящийся одновременно и к свободе, и точности.


Объектив фиксирует световой поток, а главный дешифровщик человеческой души Энни Лейбовиц умело ловит эманации своих героев. Щелчок фотоаппарата, и целая вселенная, затаив дыхание, останавливается в моменте.

 

 

Инга Терещенко



Энни Лейбовиц, фотограф, фотография, онлайн-курсы, лекции

На платформе The MasterClass опубликовали превью к серии лекций Энни Лейбовиц, которая сделала легендарные портреты королевы Елизаветы в кейпе, Мика Джаггера на белой кровати, обнаженного Джона Леннона, юного Леонардо Ди Каприо с лебедем на шее, Натальи Водяновой в роли Алисы Льюиса Кэролла и многие другие. Начиная с 70-х годов Энни работает с такими изданиями, как Rolling Stone, Vogue и Vanity Fair.

В онлайн-курс будут включены 14 видеоуроков, Энни расскажет слушателям лекций, как «разрабатывать концепции, работать с героями съемок, снимать при естественном освещении и воплощать идеи в жизнь с помощью обработки фотографий».

«Мы все такие сложные, у нас так много граней, они и дают нам вдохновение. Когда вы только начинаете, работайте только с одним объективом и проследите, на что он способен. Вы постоянно видите вещи. Не бойтесь быть одержимыми. Берите камеру, выходите на улицу, найдите способ рассказать историю, которая что-то значит для вас», — рассказывает Энни в проморолике курса.

Лейбовиц самостоятельно разработала план лекций, а команда платформы MasterClass примерила на себя роли учеников для того, чтобы лектор почувствовала присутствие аудитории.

Каждый студент, который внёс оплату за курс Энни, получит электронный вариант рабочей тетради, также у него будет возможность задать фотографу вопрос по почте. Лейбовиц даст ответы на те, которые она посчитает важными.

Цена за курс лекций Энни Лейбовиц составляет 90 долларов. Также можно получить годовую подписку на все обучающие курсы MasterClass за сумму в 180 долларов. Кроме того, свои профессиональные курсы в 2018 году запустят также Марк Джейкобс, Диана фон Фюрстенберг, Серена Уильямс и Мартин Скорсезе.

Оплатить мастер-класс и прислать его в качестве подарка можно по этой ссылке.

Комментарии

Тихая любовь: история отношений Энни Лейбовиц и Сьюзен Зонтаг

Энни Лейбовиц и Сьюзен Зонтаг

Эта история любви никогда не выходила на первые полосы желтой прессы, а папарацци не гонялись за эксклюзивными снимками. Впрочем, зачем, когда один человек в этой паре — один из самых культовых фотографов современности. Речь идет об Энни Лейбовиц и писательнице Сьюзен Зонтаг. Предлагаем вам узнать их историю: от первой встречи до рождения детей.

Первые снимки Энни Лейбовиц появились в журнале Rolling Stone еще в 1970-х годах — с тех пор она добилась статуса одного из самых известных, востребованных и высокооплачиваемых звездных фотографов.

Энни Лейбовиц

Ее портреты звезд стали чуть ли не популярнее самих запечатленных на них знаменитостей — настоящие шедевры современного искусства. Ее снимкам присуща и лаконичность, и при этом зачастую нестандартный взгляд на вещи (чего стоит лебедь на шее Леонардо ДиКаприо или белая маска на лице Мерил Стрип).

Хотя сама Лейбовиц, чьим учителем был легендарный Ричард Аведон, признавала, что ей с трудом дается контакт с людьми. Она не ловкий интервьюер, который без слов через объектив камеры вытягивает из моделей душу, она — прирожденный наблюдатель.

По этой же причине она даже хотела уйти от намертво приклеившегося к ней жанра звездных портретов и, например, заключила контракт с Conde Nast Traveller в 1993 году, чтобы снимать безмолвные пейзажи и достопримечательности.

Но есть одна фотосерия, которая стала особенной в жизни Энни и в то же время одной из самых скандальных за ее карьеру. Речь идет о съемке Сьюзен Зонтаг в последние годы ее жизни.

Сьюзен Зонтаг

Лейбовиц фиксировала увядание своей подруги — до самого конца, включая кадры на больничной койке и посмертные снимки. Такой репортаж не устроил сына Зонтаг — отношения с Энни Дэвид Рифф разорвал. Да и у других людей такая съемка вызвала неоднозначную реакцию: многие посчитали, что Лейбовиц пытается, что называется, хайповать.

Конечно, я не сознавала, что поставлю своих домашних и друзей в такое уязвимое положение. Думаю, теперь я на такое не решилась бы. До сих пор не знаю, зачем я это делала. Эти кадры я снимала просто в трансе,

— признавалась потом Энни.

С Зонтаг Лейбовиц познакомилась в 1989 году, конечно, на фотосессии: Энни должна была сфотографировать Сьюзен для книги. И, кажется, встреча эта была делом судьбы. Одна из самых известных работ Зонтаг — эссе «Заметки о кэмпе» (в этом году оно даже легло в основу Met Gala), но на Энни сильное впечатление произвела другая книга Зонтаг — «О фотографии», выпущенная в 1977 году. Кроме того, Лейбовиц всегда говорила, что именно Сьюзен внушила ей уверенность в себе.

Я была без ума от интеллекта Сьюзен, и она говорила мне ровно то, что я хотела услышать, — что я могу и должна стать лучше. Она поставила мне самую высокую планку. Хотела, чтобы я никогда не останавливалась на достигнутом. Мне кажется, что подсознательно я даже не очень верила, что такой человек, как она, может мной заинтересоваться,

— откровенно говорила Энни.

Лейбовиц и Зонтаг никогда особо не афишировали своих отношений: никаких громких интервью, семейных фотосессий и рассказов про ЛГБТ-сообщество. При жизни Зонтаг ни одна из женщин вообще не делала никаких заявлений о природе их отношений. Они никогда не жили вместе, хотя их квартиры были по соседству друг от друга.

Зонтаг умерла в 2004 году в возрасте 71 года. В том году ей диагностировали миелодиспластический синдром. При этом еще в 1975 году женщина пережила рак груди четвертой стадии, а в 1998 году — саркому матки, притом что в обоих случаях врачи давали весьма пессимистичные прогнозы.

В 2009 году в одном из интервью, приуроченных к выходу ее автобиографии «Энни Лейбовиц: Жизнь фотографа 1990—2005» (A Photographer’s Life: 1990—2005), Лейбовиц сказала, что в книге рассказывается несколько историй ее жизни, и «со Сьюзен это была история любви». Издание The New York Times осторожно называло Зонтаг компаньоном Лейбовиц, но сама фотограф в автобиографии написала:

Таких слов, как «компаньон» и «партнер», не было в нашей речи. Мы были двумя людьми, которые помогли друг другу пройти через нашу жизнь. Ближайшее слово, которое могло бы описать это, по-прежнему «друг».

Но позднее в другом интервью Лейбовиц окончательно развеяла все сомнения, если они у кого-то еще были.

Зовите нас любовниками. Мне нравится это определение. Это звучит романтично. Я хочу выразиться совершенно ясно: я люблю Сьюзен,

— сказала Энни.

Я пошла на эти отношения, полагая, что стану ближе к этому величию и подниму свои работы на большую высоту,

— признавалась Лейбовиц. При этом Сьюзен никогда не стеснялась открыто критиковать работы подруги, но саму Энни это, кажется, не обижало. Хотя сын Зонтаг Дэвид был иного мнения.

Они были худшей парой, что я знал, с точки зрения недоброжелательности и неспособности быть милыми. Я говорил матери: «Или будь с ней добрее, или уходи»,

— приводит его слова Page Six.

Союз Лейбовиц и Зонтаг был, впрочем, не только любовным, но и творческим, и интеллектуальным. В 2000 году они выпустили книгу «Женщины» с фотографиями Энни и эссе Сьюзен — проект был призван представить некий коллективный портрет женщин Америки. Они собрали совершенно непохожих друг на друга героинь разных национальностей, профессий и вероисповеданий. Эта работа оказала сильное влияние на Лейбовиц.

Я никогда не видела такого разнообразия, это было очень эмоционально,

— признавалась Лейбовиц.

Впоследствии она полностью поменяла стилистику знаменитого календаря Pirelli, изменив его традиционный стиль и сосредоточившись на личностях женщин, а не на их сексуальности.

Уже много лет после смерти подруги, в 2016 году, Лейбовиц выпустила продолжение проекта «Женщины» (Women: New Portraits). Новые фотографии были презентованы ей лично в 10 городах. В проект вошли как старые снимки, сделанные еще в 1999-м, так и новые героини, в том числе Мишель Обама и Адель.

В 2001 году Энни родила дочь Сару: Лейбовиц на тот момент было 52 года, и это была ее первая беременность, а Сьюзен было 68 лет. Донором спермы выступил единственный сын Зонтаг Дэвид. Через два с половиной года женщины решились на еще одного ребенка, но на этот раз обратились к услугам суррогатной матери. В результате на свет появились двойняшки Сьюзен и Сэмюэль Лейбовиц, но увидеть их Сьюзен уже, увы, не успела.

Энни Лейбовиц с дочерью Сарой

10 цитат Энни Лейбовиц об искусстве фотографии | Vogue Ukraine

Энни Лейбовиц является одним из самых известных живых фотографов в мире. За свою карьеру она сняла множество легендарных людей: от Анджелины Джоли до Барака Обамы и королевы Елизаветы II. Известная как интимными портретами, так и эпическими ансамблями, Лейбовиц часто предстает в роли новатора, а ее работы невозможно перепутать с чьими-то другими. 2 октября Энни исполняется 70 лет, а vogue.ua вспоминает ее 10 высказываний о ее любимом деле.

  • Моя работа оказалась моим самым большим романом в жизни.
  • Чтобы делать безупречные снимки, мне надо быть в теме, оказаться внутри ситуации, она должна меня окружать. Лучшие снимки это всегда о том, что окружает именно тебя, когда ты сама тоже часть окружающего.
  • Когда я делаю кадр, я запечатлеваю только 10 процентов того, что вижу.
  • Камера заставляет вас забыть о вашем присутствии. Не то чтобы вы прячетесь, но вы забываете — так сильно вы вглядываетесь.
  • В моих фотографиях вы можете увидеть, что я не боялась влюбиться в этих людей.
  • Когда я снимаю кадр, мне хочется, чтобы остановленные мгновения продолжались!
  • Если вы хотите быть фотографом, перестаньте думать, что это мёртвое искусство, из-за того, что все сейчас что-то фотографируют! Это ведь совершенно другой жанр фотосъёмки – тут вы должны думать, заботиться о представлении работ и редактировании отснятого материала. Вы должны думать о том, что вы делаете и что пытаетесь сказать.
  • Фотография – это как ребенок, которого нужно постоянно кормить. Он всегда голоден. Ему нужно читать, заботиться о нем. Мне приходилось лелеять свою работу разными способами. Одна из причин, по которой я пошла в Vanity Fair, заключалась в том, что я знала, что у меня будет более широкий круг объектов – писатели, танцоры, художники и музыканты всех мастей. И я хотела узнать о гламуре. Я восхищаюсь работами таких фотографов, как Битон, Пенн и Аведон, так же, как и уважаемых фотографов, таких как Роберт Франк. Но я должна была найти свой собственный способ репортажа, я должна была найти свою собственную форму гламура.
  • Природа такая могущественная, такая сильная. Захватить ее суть нелегко – ваша работа превращается в танец со светом и погодой. Она заставляет погрузиться в себя.
  • Я миллион раз говорила, что лучшее, что может сделать молодой фотограф, это оставаться рядом с домом. Начните с ваших друзей и семьи, людей, которые будут терпеть вас. Узнайте, что такое близость с работой, с предметом. Измерьте разницу между этим и работой с кем-то, о ком вы не так много знаете. Конечно, есть много хороших фотографий, которые не имеют ничего общего с тем, чтобы находиться рядом с домом, и я думаю, что я на самом деле говорю, что вы должны сфотографировать то, что имеет для вас значение.

Интервью Buro 24/7: Энни Лейбовиц

Энни, как вы решаете, кого запечатлеть на снимке?

Мне кажется интересным, что люди не всегда понимают, что фотографировать — это моя работа и потому прямая обязанность. Первые 13 лет моей карьеры я делала снимки для журнала Rolling Stone, а последние 23 года — для страниц издания Vanity Fair. Для фотографов очень важно выполнять свою работу централизованно, направлять ее, но у меня настолько много заданий, что мне сложно этим руководствоваться. Я могу сказать «нет» многим предложениям, но с годами я поняла, что именно те, которым мы хотим ответить отказом, в конечном итоге оборачиваются самыми интересными результатами. Мне почти всё кажется интересным. Самая большая проблема заключается лишь в том, что у меня недостаточно времени.

Иногда редакторы дают такие задания, которые, по их мнению, хотел бы получить фотограф. Когда я работала с танцорами (например, с Марком Моррисом и Михаилом Барышниковым), каждая новая фотоистория, которую мне предлагали, была связана с танцами. Но мне пришлось сказать руководству, что у меня нет цели сделать фотографии каждого танцора в мире.

Мне нравится браться за те задания, которые имеют отношение к политическим событиям, потому что политики не умеют тонко чувствовать самих себя. Они очень нелепые, поэтому процесс становится веселым для меня. В 70-е годы они еще пользовались полировочным обувным гелем, чтобы укладывать волосы! Да и сейчас они не сильно изменились. Я обожаю Хилари Клинтон за то, что она не думает слишком много о своем внешнем виде. Фотографировать людей, которые заняты бизнесом, тоже намного интереснее, чем можно подумать. Когда Тина Браун делала материал о предпринимателях для первого номера Vanity Fair, было очень интересно выяснить, как они живут. У них есть свой стиль жизни. Посмотрите хотя бы на Теда Тернера или Билла Гейтса.

На вашей выставке были представлены черно-белые фотографии вашей семьи, а также тщательно отобранные изображения известных людей. Почему вы решили соединить эти два стиля?

Я занималась репортажной фотографией всю свою жизнь. Посмотрите на мои работы в журналах 70-х и 80-х годов. Снимки моей семьи и друзей появились как следствие традиций, которые были установлены фотографами Робертом Франком и Анри Картье-Брессоном — они были важными примерами для меня, когда я училась. В их фотографиях «репортажность» была непринужденной. Но их работы не похожи на любительские снимки, хотя их отличие от личного, «семейного» репортажа очень несущественное. В фотографиях присутствует композиция, и на них происходит то, что достойно внимания камеры.

В чем различие между вашими фотографиями, на которых изображены плавающие дети, и таким же снимком любителя?

Я не претендую на то, что все снимки с моей семьей безупречны, несмотря на то, что многие из них по-настоящему хороши. Мне очень нравится серия фотографий, где мои родители — в спальне нашего загородного дома. Но не все эти снимки безукоризненны. Они не похожи на работы Юджина Смита или Юджина Ричардса, во многих из них слишком много сентиментальности. Некоторые из них просто-напросто много значат для меня. Они передают чувство. Я захотела опубликовать их, потому что они являются частью гораздо большей истории. Как фотограф я была заинтересована в истории, которая связана со мной.

Случается, что члены вашей семьи бывают против того, чтобы вы фотографировали их?

Моя старшая сестра Сьюзан ненавидела, когда я ее фотографировала. А мама любила делать домашние видео, на которых она снимала наши семейные фотосессии: на записях можно было увидеть, как Сьюзан топает ногами и плачет. Я была молодой и делала фотографии везде, где только могла. Камера всегда была у меня в сумке, но однажды я приняла решение жить, а не видеть жизнь через объектив. Люди раньше раздражались, когда я постоянно все фотографировала, а сейчас они удивляются, что я не фотографирую. Не найти середины.

Есть ли различия между фотографиями обычных людей и знаменитостей, если учесть, что последние играют на камеру?

Нет. Мы все играем.

Как вам удается делать такие фотографии, где должен быть портрет конкретного человека и должна быть изображена публика? 

Я могу создать конфликт. Иногда ты хочешь показать, что человек выглядит одиноким, грустным, или что у него душевное расстройство. Как фотограф я хочу запечатлеть это. Но это не главная задача. Я жалею о тех фотографиях, которые я не сделала. Я могу фотографировать этих грустных и одиноких людей, когда человек знает, что я собираюсь это сделать. Фотограф не может касаться личной сферы без ведома того человека, которого снимает. Когда я была ребенком, я не понимала этого — я хотела сделать фотографии, которые, по мнению других, делать нельзя.

О фотографиях в семье:

Фотография для меня всегда была основана на семейных традициях. Мои родители делали восьмимиллиметровые фильмы, когда мы были детьми. Моя мама заботилась о том, чтобы каждые несколько лет мы делали общий семейный портрет.

О своем решении стать фотографом:

Я не отношусь к тем людям, которые всегда хотели быть фотографами и начали этим заниматься, когда им было 12. Ко мне это пришло от желания заниматься искусством, во время учебы в Институте искусств Сан-Франциско в 1960-е годы. Сам творческий процесс мне казался прекрасным, а именно — сиюминутность появления фотографий и возможность с их помощью занять свое место в жизни.

О влиянии других фотографов:

Первая книга, которая заставила меня понять, что же это значит — быть фотографом, — это «Мир Анри Картье-Брессона». Роберт Франк и Картье-Брессон имели больше всего влияния в Институте искусств Сан-Франциско, когда я еще училась там. Нас учили подражать именно им, их манере репортажной съемки, которая была очень графична, с четко продуманной композицией. Еще одна моя любимая книга о фотографии была написана Жаком-Анри Лартигом, «Дневник века». Всю свою жизнь он фотографировал свою семью.

А когда я начала работать в Rolling Stone, я стала намного больше внимания обращать на то, что делается с фотографией в журналах. Самую сильную графическую работу я видела в таких изданиях, как Vogue и Harper’s Bazaar. На их страницах публиковали очень концептуальные работы. Затем я стала знакомиться с портретными снимками Ричарда Аведона, который, к слову, является очень важным фотографом в моей жизни, нагляднейшим примером. Ему всегда удавалось убить двух зайцев сразу — он и работал для журналов, и занимался своими проектами. Он был потрясающим фотографом-портретистом, как и Ирвинг Пенн. Я обожаю Пенна и преклоняюсь перед ним. Меня завораживали и фотографии с мотивами танцев у Барбары Морган, важными были и работы Нэн Голдин.

О влиянии Сьюзен Зонтаг:

Я думаю, она пришла в мою жизнь в очень правильный момент. Я хотела делать свою работу лучше, снимать то, что действительно имеет ценность и важность. Это она сказала мне: «Ты все делаешь хорошо, но могла бы лучше».

О черно-белых и цветных фотографиях:

Мне более комфортно снимать в черно-белой гамме. Я училась именно на монохромных фотографиях, но сейчас они кажутся немного старомодными. Поэтому у меня особый интерес к цвету.

О своем звании фотографа-звезды:

Это очень странно для меня. Я ненавижу слово «селебрити». Меня всегда больше интересовало то, что человек делает, а не то, кем он является. И я надеюсь, что мои работы отражают это стремление. У меня есть возможность работать с одними из лучших актеров, писателей, спортсменов, танцоров — широкий спектр знаменитостей. И при этом я чувствую скорее то, что фотографирую тех людей, которые имеют особое значение, в том или ином смысле. Я фотографирую свою эпоху.

О своей любимой фотографии:

У меня нет любимой фотографии. Это важная часть гораздо большего труда, и я думаю, что поняла это довольно рано. Когда я прихожу в галереи или музеи, мне нравится просматривать ретроспективы, которые показывают жизненный путь художника или другого представителя мира искусства. Только тогда творчество становится действительно интересным.

Интервью: Мирослава Дума
Фото: Ольга Изаксон

` }

Уолтер М. Миллер-младший «Страсти по Лейбовицу»

Продублирую отзывы по повестям и подведу итог.

Первая повесть очень мощная. Восприятие останков некогда развитой нашей цивилизации через призму религии — это невероятно интересно. Густое, «выпаренное» повествование с максимумом фактов и минимумом «воды». Все диалоги (буквально — ВСЕ) интересны, познавательны, в чем-то нравоучительны.

По атмосфере похоже как на «Город» Клиффорда Саймака (своими «воспоминаниями» о прошлом), а столкновение Фрэнсиса с разбойниками и братьями, высмеивающими тот или иной труд (например, тщательную перерисовку никому непонятных древних чертежей), веет «Кысью» Толстой. По сути, обе ассоциации — тоже своего рода постапы.

Главный герой получился мощнейшим и максимально выпуклым, хоть и его религиозность привела к некому притуплению личности. Но недаром — в будущих частях он становится святым.

Концовка повести неожиданна, грустна и… Нравоучительна. После такого уже не очень полагаешься на надежду и честность. Очень показательно.

Отдельный момент — аббаты, регулярно допрашивающие Фрэнсиса. Карикатурно, абсурдно и в какой-то степени, пожалуй, бюрократично, в духе Кафки — слом личности, стремление пресечь флёр образующегося микрокульта свидетельства появления святого. Тем выгоднее смотрелся Фрэнсис, который так и не сдался в своих убеждениях.

Вторая повесть показалась мне менее интересной.

Пожалуй, самое сильное, что здесь есть, это последние предложения после жуткой концовки. А именно:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Грифы гордо расхаживали, прихорашивались и ссорились из-за обеда – тот был еще не готов. Пришлось несколько дней ждать волков. Пищи хватило на всех. Наконец Поэта съели.

Как всегда, черные крылатые падальщики вовремя снесли яйца и с любовью выкормили птенцов. Они летали высоко над прериями, горами и равнинами, разыскивая долю жизни, которая принадлежала им в соответствии с планом Природы. Их философы доказали – исключительно доводами разума, – что Cathartes aura regnans создала мир именно для грифов. В течение многих веков они поклонялись ей с большим аппетитом.

Правдивее слов и не придумаешь, исходя из того, как повернулось развитие постъядерного общества.

Прогресс встречается аббатством как божественные проявления, что является предметом насмешки ученого Таддео.

Самые интересные персонажи здесь — Бенджамен и Поэт. Своего рода люди-фельетоны, противовес современному обществу.

Самая мрачная и самая страшная повесть. Тревожная и жуткая.

Угроза ядерной войны и страх перед ракетными ударами витает на каждой странице произведения. Атмосфера невероятно мрачная, тяжелая и гнетущая. Поднятые вопросы эвтаназии, обустройство лагерей для кремации смертельно облученных людей, обсуждение оной целесообразности на примере коллизии религии и рациональности — вот это всё угнетает и заставляет пораскинуть мозгами в том плане, что какую бы ты принял сторону. Сложно, очень сложно.

Тяжело представить себя на месте Дома Зерки, испытывающего боль и терзания при виде беженцев, заполонивших аббатство. Особенно пронзительны сцены с женщиной и ребенком.

Ну а сцены с лагерем милосердия, когда автор описывает, как привозят урны и печь для кремирования — это вообще до дрожи и мурашек.

Третья часть романа получилась самой богатой на цитаты. Не могу не привести:

1. Про гипотетическую цикличность ядерный уничтожений:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

Неужели мы обречены, Господи? Неужели мы прикованы к маятнику наших собственных безумных часов и не в силах остановить его замах? На этот раз он отправит нас прямиком в забвение.

2.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

Когда на массовые убийства отвечают массовыми убийствами, на изнасилования – изнасилованиями, на ненависть – ненавистью, нет смысла спрашивать, на чьем топоре больше крови.

3. О разрешении расположить лагерь умерщвления в аббатстве (тот самый религиозный взгляд на это мероприятие и контрответ ученой стороны):

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
– Хорошо. Дайте мне всего одно обещание, и можете располагаться во дворе.

– Какое обещание?

– Что вы никому не будете советовать идти в «лагерь милосердия». Ограничьтесь диагнозом. Скажите смертельно больным то, что от вас требует закон, утешайте их, как хотите, но не говорите им, чтобы они покончили с собой.

Врач помедлил.

– Полагаю, будет правильно обещать это в отношении пациентов, которые принадлежат к вашей вере.

Аббат опустил взгляд.

– Извините, этого недостаточно, – произнес он наконец.

– Почему? Другие не связаны вашими принципами. Если человек не принадлежит к вашей религии, то почему вы отказываетесь разрешить… – Он сердито умолк на полуслове.

– Вы хотите, чтобы я объяснил?

– Да.

– Потому что если человек не знает о том, что что-то плохо, и действует по неведению, на нем нет вины – в том случае, если обычная логика не доказывает ему то, что он поступает неправильно. Однако хотя неведение может извинить человека, оно не извиняет поступок, дурной сам по себе. И если я допущу, чтобы человек сотворил зло по неведению, то вина падет на меня. На самом деле все просто – до боли просто.

– Представьте, святой отец, они сидят напротив вас и смотрят вам в глаза. Кто-то кричит, кто-то плачет. И все спрашивают: «Доктор, что делать?» Что мне им ответить? Ничего? Сказать: «Умирайте»?.. А что бы ответили вы?

– «Молитесь».

– Ну да, конечно. Слушайте, я знаю только одно зло – боль. И только с ним я могу сражаться.

– Да поможет вам Бог.

– Антибиотики помогают больше.

4. Об атмосфере страха:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
– Что ты там увидел в окне? – резко спросил Зерки. – Сейчас все постоянно смотрят на небо – смотрят и думают. Но если это произойдет, то все равно до вспышки ты ничего не успеешь увидеть, а на вспышку лучше не смотреть. Прекрати. Нездоровая привычка.

Отец Лейхи отвернулся от окна.

– Да, преподобный отец. Но я не это высматривал. Я следил за грифами.

– За грифами?

– Их тут десятки. Целый день кружат в небе.

– Где?

– Над лагерем «Зеленой звезды» у шоссе.

– Это не дурное предзнаменование, а просто здоровый аппетит.

5. Мнение смертельно облученных о Боге:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Лицо женщины ничего не выражало. Он посмотрел на нее:

– Тебе больно, дочь моя?

– Какая разница?

– Отдай боль небесам, дитя мое.

Она холодно посмотрела на него:

– Думаете, это порадует Господа?

– Если ты отдашь ее, то да.

– Я не могу понять Бога, который радуется тому, что моему малышу больно!

Священник поморщился:

– Нет, нет! Дитя мое, Бог не радуется боли. Небеса радуются стойкости души, вере, надежде и любви, несмотря на телесные недуги. Боль – словно искушение наоборот. Бог не радуется плотским соблазнам. Он радуется, когда душа преодолевает их и говорит: «Изыди, сатана». То же самое и с болью – часто она является искушением, которое ведет к отчаянию, гневу, утрате веры…

– Не трудитесь, святой отец. Я не жалуюсь. Малышка жалуется. Но она не понимает вашу проповедь. А вот боль она чувствует.

6. О принятии неизбежного:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Когда аббат очнулся, он уже был не один. Трое сидели на груде обломков и смотрели на него торжественно, словно на похоронах. Он пошевелился. Они расправили черные крылья и зашипели. Он бросил в них камень. Двое взлетели и стали кружить над ним, третий же остался на месте, переступая с лапы на лапу и мрачно поглядывая на аббата. Темная и уродливая птица, но совсем не такая, как та, другая Тьма. Этой нужно только его тело.

– Обед еще не готов, брат гриф, – раздраженно сказал аббат. – Придется подождать.

Каждая из этих цитат — до мурашек. Я восхищен этой повестью. Как и романом в целом. Но об этом — в отдельном отзыве к роману.

Самая ёмкая, грузящая и депрессивная часть. Тут и мрачные нотки Брэдбери, и сожаление по человечеству в духе Саймака.

И страшный результат.

РЕЗЮМИРУЯ: тяжелейшая качественная постапокалиптичная притча. Роман-нравоучение. Роман-тоска. Роман-предостережение. Конечно, в те времена проблема ядерного удара была высока, а страх по войне — актуален как никогда. Однако даже сейчас, в век, когда, скорее всего, исхода, случившегося в романе, не будет, читать это тревожно.

Мне понравилась закольцованность концовки. Цикличность сюжета, цикличность человечества, цикличность проблем и ошибок.

Отмечу обилие религии, которое не было назойливым, пропагандирующим или навязчивым. Все показано аккуратно, а особо ретивым аббатским речам всегда противостоит глас науки.

Одно из мрачнейших произведений.

Энни Лейбовиц — Хаузер и Вирт

2021

Хаузер и Вирт, Энни Лейбовиц. Страна чудес », Саутгемптон, штат Нью-Йорк,
Академия изящных искусств, Институт Франции,« Анни Лейбовиц », Париж, Франция

2019

Хаузер и Вирт, Энни Лейбовиц. Ранние годы, 1970–1983 гг. Архивный проект № 1 », Лос-Анджелес, Калифорния

2017

ewz-Unterwerk Selnau, «Женщины. Новые портреты », Цюрих, Швейцария (передвижная выставка)
Luma Arles,« Анни Лейбовиц.Ранние годы, 1970–1983 гг. Archive Project # 1 ‘, Арль, Франция (передвижная выставка)

2016

Гидроэлектростанция Ваппинг, Женщины. Новые портреты », Лондон, Великобритания (передвижная выставка)
ТОЛОТ / эвристика SHINONOME,« Женщины. Новые портреты », Токио, Япония (передвижная выставка)
Крисси-Филд Президио,« Женщины. Новые портреты », Сан-Франциско, Калифорния (передвижная выставка)
Железнодорожный вокзал Танджонг Пагар,« Женщины. Новые портреты », Сингапур (передвижная выставка)
Промышленное здание Cheung Hing,« Женщины.Новые портреты », Кеннеди, Гонконг (передвижная выставка)
Proyecto Público Prim,« Женщины. Новые портреты », Мехико, Мексика (передвижная выставка)
Fabbrica Orobia 15,« Женщины. Новые портреты », Милан, Италия (передвижная выставка)
Kunstverein Familie Montez,« Женщины. Новые портреты », Франкфурт, Германия (передвижная выставка)
Бывшее исправительное учреждение Бэйвью,« Женщины. New Portraits ‘, Нью-Йорк, Нью-Йорк (передвижная выставка)

2014

Колумбийский художественный музей, «Паломничество», Колумбия, Южная Каролина (Передвижная выставка)
Президентская библиотека и музей Авраама Линкольна, «Паломничество», Спрингфилд, штат Иллинойс (Передвижная выставка)
Музей науки и искусства в Марина Бэй Сэндс, «Жизнь фотографа, 1990–2005» , Сингапур (передвижная выставка)
Историческое общество Нью-Йорка, «Паломничество», Нью-Йорк, Нью-Йорк (передвижная выставка)

2013

Музей искусств Нортона, «Энни Лейбовиц», Вест-Палм-Бич, Флорида
Музей Джорджии О’Киф, «Паломничество», Санта-Фе, Нью-Мексико (передвижная выставка)
Музей искусств Сан-Хосе, «Паломничество», Сан-Хосе, Калифорния (передвижная выставка)
Сеульский центр искусств, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Сеул, Южная Корея

2012

Смитсоновский музей американского искусства, «Паломничество», Вашингтон Д. C (Передвижная выставка)
Музей Конкорда, «Паломничество», Конкорд, Массачусетс (Передвижная выставка)
Центр искусств Векснера, «Энни Лейбовиц», Колумбус, Огайо
Национальный военный парк Геттисберга, «Паломничество», Геттисберг, Пенсильвания (Передвижная выставка)

2011

Фестиваль танца подушек Джейкоба, Энни Лейбовиц. Танец », Becket MA
Эрмитаж,« Жизнь фотографа, 1990–2005 », Санкт-Петербург, Россия (передвижная выставка)
Музей изобразительных искусств им. Пушкина,« Жизнь фотографа, 1990–2005 », Москва, Россия (Путешествие Выставка)

2010

Fotografiska, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Стокгольм, Швеция (передвижная выставка)
Музей современного искусства, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Сидней, Австралия (передвижная выставка)

2009

C / O Berlin, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Берлин, Германия (передвижная выставка)
Alcalá 31, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Мадрид, Испания (передвижная выставка)
Kunst Haus Wien, «A Жизнь фотографа, 1990–2005 », Вена, Австрия (передвижная выставка)

2008

Музеи изящных искусств Сан-Франциско, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Сан-Франциско, Калифорния (передвижная выставка)
Maison Européenne de la Photographie, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Париж, Франция (передвижная выставка)
Национальный портрет Галерея «Жизнь фотографа, 1990–2005», Лондон, Великобритания (передвижная выставка)

2007

Художественный музей Сан-Диего, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Сан-Диего, Калифорния (передвижная выставка)
High Museum of Art, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Атланта, Джорджия (передвижная выставка)
Художественная галерея Коркоран , «Жизнь фотографа, 1990–2005», Вашингтон Д. C (Передвижная выставка)

2006

C / O Берлин, «Американская музыка», Берлин, Германия (передвижная выставка)
Детройтский институт искусств, «Американская музыка», Детройт, штат Мичиган (передвижная выставка)
Бруклинский музей, «Жизнь фотографа, 1990–2005», Бруклин Нью-Йорк (передвижная выставка)

2005

Галерея Фэи-Кляйн, «Американская музыка», Лос-Анджелес, Калифорния (передвижная выставка)
Музей искусств Остина, «Американская музыка», Остин, Техас (передвижная выставка)
Джексон изобразительное искусство, «Американская музыка», Атланта, Джорджия (передвижная выставка)
Foam Fotografiemuseum, «Американская музыка», Амстердам, Нидерланды (передвижная выставка)
Публичная библиотека Бостона, «В ответ на место.Фотографии с выставки «Последние великие места охраны природы», Бостон, Массачусетс (Передвижная выставка)

2004

Больница, «Американская музыка», Лондон, Великобритания (передвижная выставка)
Зал славы и музей рок-н-ролла, «Американская музыка», Кливленд, Огайо (передвижная выставка)
Галерея Эдвина Хоука, «Американская музыка», Нью-Йорк, штат Нью-Йорк ( Передвижная выставка)
Галерея Эндрю Смита, «Американская музыка», Санта-Фе, штат Нью-Мексико (Передвижная выставка)

2003

Художественный музей Индианаполиса, «В ответ на место. Фотографии из «Последние великие места заповедника природы», Индианаполис, Индиана (передвижная выставка)
Музыкальный проект «Опыт Америки», «Американская музыка», Сиэтл, Вашингтон (передвижная выставка)

2002

Хьюстонский музей науки, «В ответ на место». Фотографии с выставки «Последние великие места охраны природы», Хьюстон, Техас (передвижная выставка)
Друзья фотографии, «В ответ на место. Фотографии из «Последние великие места охраны природы», Сан-Франциско, Калифорния (передвижная выставка)
Женский музей, Энни Лейбовиц.Женщины », Даллас, Техас (передвижная выставка)
High Museum of Art,« В ответ на место. Фотографии с выставки «Последние великие места охраны природы», Атланта, Джорджия (передвижная выставка)

2001

Галерея искусств Коркоран, «В ​​ответ на место. Фотографии из «Последние великие места охраны природы», Вашингтон, округ Колумбия (передвижная выставка)
Художественный музей Майами, «Энни Лейбовиц. Женщины », Майами, Флорида (передвижная выставка)
Центр фотографии Анселя Адамса,« Энни Лейбовиц. Женщины », Сан-Франциско, Калифорния (передвижная выставка)
Художественный музей Сиэтла,« Энни Лейбовиц. Женщины », Сиэтл, Вашингтон (передвижная выставка)
Galerie Kamel Mennour, Annie Leibovitz. Фотографии 1970–1994 », Париж, Франция (передвижная выставка)

2000

Художественный музей Феникса, Энни Лейбовиц. Женщины », Феникс, Аризона (Передвижная выставка)
Международный центр фотографии,« Энни Лейбовиц. Женщины », Нью-Йорк, штат Нью-Йорк (передвижная выставка)
Большой Манеж,« Энни Лейбовиц.Фотографии 1970–1994 », Москва, Россия (Передвижная выставка)
Луизианский музей современного искусства,« Звездная пыль. Анни Лейбовиц 1970–1999 ‘, Хумлебек, Дания (передвижная выставка)

1999

Городской художественный музей Хельсинки, Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Хельсинки, Финляндия (передвижная выставка)
Галерея искусств Коркоран,« Анни Лейбовиц. Women ‘, Вашингтон, округ Колумбия (передвижная выставка)

1998

Центр современного искусства, Уяздовский замок, Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Варшава, Польша (передвижная выставка)
Музей современного искусства Людвига,« Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Будапешт, Венгрия (передвижная выставка)
Modern Gallery, Annie Leibovitz. Фотографии 1970–1994 », Любляна, Словения (передвижная выставка)
Центр современного искусства, Национальная галерея Праги,« Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Прага, Чехия (передвижная выставка)

1997

Художественная галерея Ньюкасла, Энни Лейбовиц.Фотографии 1970–1994 », Ньюкасл, Австралия (передвижная выставка)
Городская художественная галерея,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Веллингтон, Новая Зеландия (передвижная выставка)
Словацкая национальная галерея,« Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Братислава, Словакия (передвижная выставка)

1996

Художественная галерея Западной Австралии, Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Перт, Австралия (передвижная выставка)
Национальная галерея Виктории,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 ‘Мельбурн, Австралия (передвижная выставка)

1995

Музей Мицукоши, Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Синдзюку, Япония (передвижная выставка)
Музей Даймару Умеда,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Осака, Япония (передвижная выставка)
Мицукоши,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1994 », Ниигата, Япония (передвижная выставка)
Fujisaki,« Annie Leibovitz. Фотографии 1970–1994 », Сендай, Япония (передвижная выставка)
Такашимая,« Анни Лейбовиц.Фотографии 1970–1994 », Иокогама, Япония (передвижная выставка)

1994

Национальная портретная галерея, Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Лондон, Великобритания (передвижная выставка)
Монреальский музей изящных искусств,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Монреаль, Квебек (передвижная выставка)
Шотландская национальная портретная галерея,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Эдинбург, Шотландия
Чикагский культурный центр,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Чикаго, Иллинойс (Передвижная выставка)
Национальный музей Уэльса,« Энни Лейбовиц.Фотографии 1970–1990 », Кардифф, Уэльс (передвижная выставка)
Музей искусств округа Лос-Анджелес,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Лос-Анджелес, Калифорния (передвижная выставка)

1993

Художественная галерея Боснии и Герцеговины ‘Анни Лейбовиц. Сараево ‘, Сараево, Босния
Stedelijk Museum,’ Annie Leibovitz. Фотографии 1970–1990 », Амстердам, Нидерланды (передвижная выставка)
Друзья фотографии,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Сан-Франциско, Калифорния (передвижная выставка)
Музей искусств Джексонвилля,« Энни Лейбовиц.Фотографии 1970–1990 », Джексонвилл, Флорида (передвижная выставка)
10 Corso Como, Annie Leibovitz. Фотографии 1970–1990 », Милан, Италия (передвижная выставка)
Музей изящных искусств Юты,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Солт-Лейк-Сити, штат Юта (передвижная выставка)
Kunst Haus Wien,« Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Вена, Австрия (передвижная выставка)
High Museum of Art,« Annie Leibovitz. Фотографии 1970–1990 », Атланта, Джорджия (Передвижная выставка)
Музей изящных искусств,« Энни Лейбовиц.Фотографии 1970–1990 », Хьюстон, Техас (передвижная выставка)

1992

Галерея Говинда, «Танцевальный проект белого дуба», Вашингтон, округ Колумбия (передвижная выставка)
Художественный музей Феникса, «Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Phoenix AZ (Передвижная выставка)
Münchner Stadtmuseum,« Annie Leibovitz. Фотографии 1970–1990 », Мюнхен, Германия (передвижная выставка)
Художественный музей Форт-Лодердейл,« Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Форт-Лодердейл, Флорида (передвижная выставка)
Национальный центр фотографии,« Энни Лейбовиц.Фотографии 1970–1990 », Париж, Франция (передвижная выставка)
Институт современного искусства, Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Бостон, Массачусетс,
Deichtorhallen,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Гамбург, Германия
Юго-восточный центр современного искусства,« Анни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Уинстон-Салем, Северная Каролина,
Casa de Vacas,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Мадрид, Испания
Художественный музей Джослин,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Омаха Небраска (передвижная выставка)

1991

Галерея Джеймса Данцигера, «Танцевальный проект белого дуба», Нью-Йорк, штат Нью-Йорк (передвижная выставка)
Национальная портретная галерея, «Энни Лейбовиц.Фотографии 1970–1990 », Вашингтон, округ Колумбия (передвижная выставка)
Международный центр фотографии,« Энни Лейбовиц. Фотографии 1970–1990 », Нью-Йорк, Нью-Йорк (передвижная выставка)

1986

Галерея Сиднея Яниса, ‘Энни Лейбовиц’, Нью-Йорк, штат Нью-Йорк

1985

Галерея Стивена Виртца, «Энни Лейбовиц», Сан-Франциско, Калифорния (передвижная выставка)

1984

Галерея Говинда, «Энни Лейбовиц», Вашингтон, округ Колумбия (передвижная выставка)

1983

Галерея Сидни Янис, «Энни Лейбовиц», Нью-Йорк, штат Нью-Йорк (передвижная выставка)

Страна чудес Энни Лейбовиц — Хаузер и Вирт

В работах Лейбовица используются визуальные отсылки из самых разных источников — от литературы и кино до истории фотографии и давних традиций формального портрета в истории искусства. Представленный на выставке ее портрет скульптора и художницы-инсталлятора Рэйчел Файнштейн, первоначально снятый для журнала Vogue, показывает натурщицу одновременно и музой, и матерью, что подчеркивает двойственность женского опыта. В этом интимном образе маленькая дочь Файнштейна прямо встречает взгляд зрителя, почти так же, как и взгляд ее матери, в композиции, которая напоминает и реконструирует такие исторические картины, как шедевр Жана Огюста Доминика Энгра 1840 года «Гранд Одалиска»

.

На выставке также представлены ключевые кадры из первой фотосессии Лейбовица в Париже для журнала Vogue, в которой Кейт Мосс и Шон Комбс представили визуальное повествование о двух драматических мирах: рэп-культуре и высокой моде.В сценах из другой амбициозной съемки для Vogue Лейбовиц отдал дань уважения «Волшебнику из страны Оз». Созданный в сотрудничестве с редактором журнала Грейс Коддингтон, этот сериал снимал актрису Киру Найтли в роли Дороти Гейл с известными современными артистами. Франческо Клементе с Альбой Клементе, Чаком Клоузом, Джоном Каррином, Джаспером Джонсом, Джеффом Кунсом, Брайсом Марденом, Кики Смит и Карой Уокер исполняют роли центральных персонажей любимого детского романа Л. Фрэнка Баума 1900 года и Метро-Голдвин-Майер 1939 года. адаптация под экран.Эта серия позиционирует Лейбовица отчетливо в рамках определенной линии формальной портретной живописи, в которой натурщики художников принимают исторические или литературные персонажи и одеваются в костюмы, намекая на невидимые аспекты своей идентичности или отражая их социальный контекст.

Одежда и аксессуары сыграли важную роль как в формальном построении имиджа, так и в передаче индивидуальности во всем творчестве Лейбовица, о чем она размышляет в своем предисловии к новой книге «Энни Лейбовиц: Страна чудес», которая будет выпущена Phaidon в 1968 году. 18 ноября.Она пишет: «Оглядываясь на свои работы, я вижу, что мода была всегда. Это движущая сила портрета — будь то Джерри Гарсиа в черной футболке или Патти Смит в стиле, которому многие подражали десятилетиями, или Rolling Stones . .. Мода играет роль в схеме всего. , но фотография для меня всегда на первом месте. Фотография — самая важная часть. А фотография настолько велика, что может включать портреты, репортажи, семейные фотографии, моду. Есть так много способов использовать фотографию … Я никогда не думал о себе как о модном фотографе, но моя работа для Vogue разожгла огонь в области фотографии, которую я иначе никогда бы не исследовал.’

Меньше —

Энни Лейбовиц создает свои самые личные портреты

Представлено в партнерстве с Hyundai.

Энни Лейбовиц , одна из ведущих фотографов-портретистов в мире, сделала одни из самых незабываемых снимков мировых лидеров, актеров, музыкантов и активистов за последние пять десятилетий — часто для Vanity Fair . Ее последняя работа, заказанная Hyundai, представляет собой серию интимных портретов и видео, в которых восемь владельцев автомобилей Hyundai и 17 сотрудников делятся своими вдохновляющими историями об устойчивости, инклюзивности и любви к кампании под названием Journeys.

В среду вечером Hyundai и Vanity Fair устроили веселый коктейль в студии Honeypot в Лос-Анджелесе, чтобы представить портреты Journeys. Присутствовало более 200 гостей, в том числе многие из участников кампании, потягивали шампанское и наслаждались закусками, просматривая фотографии, проецируемые на четыре больших светодиодных экрана. Дэвид Френд, редактор отдела творческого развития Vanity Fair , модерировал вопросы и ответы с Лейбовицем и Анжелой Зепедой, главным директором по маркетингу Hyundai Motor America, , чтобы обсудить пронзительную кампанию Journeys.

«Я действительно хотел показать любовь и человечность, и это действительно было движущей силой с самого начала», — поделился Лейбовиц. «Семья, любовь и сострадание — каждый из этих людей олицетворяет это».

«Кампания о людях», — добавил Зепеда. «Автомобиль иногда подчеркивает человека, и это было важно. Люди знают, что мы делаем машины, но это больше об историях, стоящих за людьми в машине. У каждого есть своя история. Каждый заслуживает того, чтобы его история рассказывалась ».

Ширли Рейнс, , мать шестерых детей из Лонг-Бич, Калифорния, — одна из 25 человек, чья история представлена ​​в кампании «Путешествие».Рейнс посвятила свою жизнь гуманизации сообщества бездомных в Лос-Анджелесе после того, как в трагической аварии потеряла своего двухлетнего сына. Она создала в Лос-Анджелесе некоммерческую организацию Beauty 2 the Streetz, которая предоставляет еду, стрижки, услуги макияжа и душ людям, живущим на Skid Row. Рейнс часто раздает еду, одежду и предметы первой необходимости из своего автомобиля Hyundai Elantra. Чтобы запечатлеть ее историю, Лейбовиц встретила Рейнса, который был одет в футболку Wonder Woman, на улицах Skid Row. Ее путь — помогать другим.

«Я надеюсь, что люди уберут тот факт, что битые мелки все еще цветут. Я сломанный карандаш, сломанный человек, но я в удивительном путешествии, чтобы помочь другим сломленным людям и разрушенным сообществам обрести свой цвет », — сказал Рейнс через несколько мгновений после того, как поприветствовал Лейбовица и обнял его на вечеринке. «Я надеюсь, что люди поймут, что наши сообщества могут быть разрушены, и что это может быть наша история в любой момент времени, поэтому мы должны проявлять сочувствие, сочувствие и сострадание к бездомному сообществу.Мое путешествие действительно о любви к нелюбимым людям ».

Даниэль Вудхаус Джонсон, Кимберли Дрю, Энни Лейбовиц, Ширли Рейнс, Кайл Пиз (в центре), Анджела Зепеда, Дипика Мутьяла, Брент Пиз и Джей Уильямс (предоставлено Hyundai).

Интимный портрет Пола Имхоффа, директора по работе с клиентами Hyundai Motor America, с женой Кристи, и сыном, Макс, на пляже, представляет собой путешествие по борьбе с детским раком.Младший сын пары, Риз, скончался от остеосаркомы, редкого у детей рака кости, в возрасте 15 лет в 2019 году.

Новая книга посвящена модной фотографии Энни Лейбовиц

T
ОН ПЕРВЫЙ Объектив , через который смотрела американский фотограф Энни Лейбовиц, был окном заднего сиденья универсального автомобиля ее родителей. Ее отец был подполковником ВВС США, и в конце 1960-х их семья переехала из пригорода Коннектикута на Филиппины.Ее первая камера появилась позже, говорит она через Zoom из своего дома в Верхнем Вест-Сайде на Манхэттене. Это была дешевая Minolta SR-T 101, купленная ею во время путешествия по Японии с матерью в 18-летнем возрасте на перерыве в учебе в живописи в Институте искусств Сан-Франциско. У нее не было планов стать фотографом, так что «зачем тратить слишком много на фотоаппарат?»

И все же теперь г-жа Лейбовиц славится своими изображениями мировых лидеров, актеров, музыкантов и активистов, которые в равной мере обезоруживают и прославляют ее подданных.«Энни Лейбовиц: Страна чудес», новая фотокнига с ее работами, является первой, в которой рассказывается о ее многолетней карьере в модной фотографии и фотографиях, которые она сделала для Vogue .

Большая часть работ 72-летнего художника стирает грань между фотожурналистикой, которая стремится задокументировать мимолетный момент, чтобы сохранить реальность, и редакционной фотографией, которая изображает свои предметы в стилизованном виде, чтобы продвигать продукты, рассказывать историю или привлекать внимание. Будучи студенткой, г-жа Лейбовиц обнаружила трение между документальной фотографией и модными съемками.«Первый оставался выше, а другой считался коммерческим».

Гламур стоит задокументировать, считает она. Ее субъекты — будь то политики (например, Хиллари Клинтон), поп-звезды (например, Леди Гага) или активисты (в том числе Малала Юсафзай) — запечатлены в пугающе реалистичной манере. В то же время они излучаются под драматическим светом, который она бросает на них, усиленным свечением, напоминающим технику светотени , используемую художниками эпохи Возрождения.

Когда-то г-жа Лейбовиц надеялась стать художником, но вскоре отказалась от этих амбиций и начала посещать вечерние уроки фотографии в школе.«Абстрактная живопись того времени была слишком злой, и у меня не хватило терпения», — говорит она. В 1970 году она начала работать в Rolling Stone ; к 1973 году она была главным фотографом журнала. «Мне никто не говорил, как фотографировать», — вспоминает она. Она сняла Джона Леннона и Йоко Оно за несколько часов до убийства Леннона и вместе с Хантером С. Томпсоном освещала последние дни Ричарда Никсона в Белом доме.

При всем волнении своей повседневной работы она часто приходила в газетный киоск Лас-Пальмас в Лос-Анджелесе, чтобы пролистать глянцевые журналы, полные декадентских изображений таких фотографов, как Гай Бурден и Гельмут Ньютон.Она увидела параллели между типами создаваемых ими образов и работой, которую она выполняла с рок-певцами во время турне. Это дало ей новые идеи и о способах фотографирования.

Она думает, что и она (за камерой), и объекты перед ней заняты представлением. Ее творчество пронизано театральностью. Она сняла Анджелину Джоли на передней части дельтаплана и Киру Найтли в роли Дороти из «Волшебника страны Оз». Мать г-жи Лейбовиц была учительницей танцев и всегда записывала ее на занятия.«Это изменило то, как я смотрю на вещи вокруг камеры», — говорит она. В ее процессе есть ритм: вторжение и отступление.

Ее работы тоже часто бывают забавными. «Мой подход к моде всегда был беззаботным, — говорит она. Она упивается присущей ей прихотью. Возьмем, к примеру, ее съемку с Сарой Джессикой Паркер, звездой фильма «Секс в большом городе», перед грудой подушек. Или ее сериал, изображающий Наталью Водянову, русскую модель, втиснувшуюся в крошечный домик в образе Алисы Льюиса Кэрролла в своей стране чудес.

В 2007 году г-жа Лейбовиц стала первым американцем, официально сфотографировавшим королеву Елизавету II и ее семью. По ее словам, исследования являются неотъемлемой частью такого рода задач. «Я не могу позволить себе участвовать в съемках без плана». Она рассматривает своих героев как творческих партнеров, а финальные образы — как отражение этих отношений. Но они всегда будут своего рода фантастикой, признает она, несмотря на непосредственность и реалистичность фотографии. Никогда не удастся запечатлеть «всю сложность объекта» в одном кадре.«Вы можете запечатлеть на изображении только десять процентов человека».

«Энни Лейбовиц: Страна чудес» издается Phaidon. Фотографии из книги будут выставлены в Hauser & Wirth в Саутгемптоне, штат Нью-Йорк, до 23 декабря 2021 года.

Верхнее изображение
Энни Лейбовиц
Сара Джессика Паркер, The Plaza Hotel, Нью-Йорк Йорк, 2005
2021
Архивный пигментный отпечаток
110.5 x 160 см / 43 1/2 x 63 дюйма; 113 x 166,4 x 3,8 см / 44 1/2 x 65 1/2 x 1 1/2 дюйма (в рамке)
© Annie Leibovitz
Предоставлено художником и Hauser & Wirth

Второе изображение
Энни Лейбовиц
Наталья Водянова и Кристиан Лакруа, Париж, 2003 г.
2021
Архивный пигментный отпечаток, выпуск 8
33 x 45,7 см / 13 x 18 дюймов; 35,4 x 48,1 x 3,8 см / 13 7/8 x 18 7/8 x 1 1/2 дюйма (в рамке)
© Annie Leibovitz
Предоставлено художником и Hauser & Wirth

Энни Лейбовиц: Паломничество | Смитсоновский музей американского искусства

Annie Leibovitz, Niagara Falls, Ontario, Canada , 2009, © Annie Leibovitz. Из Паломничество (Random House, 2011)

Энни Лейбовиц: Паломничество открывает новое направление для одного из самых известных ныне живущих фотографов Америки. В отличие от ее постановочных и тщательно освещенных портретов, сделанных по заданию для журналов и рекламных клиентов, фотографии на этой выставке были сделаны просто потому, что Лейбовиц был тронут предметом. К любопытству фотографа изображения говорят на обычном языке о мире, который она унаследовала, охватывая пейзажи, как драматические, так и тихие, интерьеры гостиных и спален, а также предметы, которые являются талисманами прошлых жизней.

На выставке представлены 64 фотографии, сделанные в период с апреля 2009 года по май 2011 года. Смитсоновский музей американского искусства приобрел работы, представленные на выставке, в свою постоянную коллекцию.

Фотографии, хотя на них нет людей, в определенном смысле являются портретами субъектов, которые сформировали отчетливо американский взгляд Лейбовиц на ее культурное наследие. Посещая дома знаковых фигур, включая Томаса Джефферсона, Эмили Дикинсон, Джорджию О’Киф, Пита Сигера и Элвиса Пресли, а также такие места, как Ниагарский водопад, Уолден-пруд, Old Faithful и долину Йосемити, она позволила своим инстинктам и интуиция ведет ее к связанным темам — отсюда и название «Паломничество».«Некоторые из фотографий сосредоточены на оставшихся следах фотографов и художников, которыми она восхищается, таких как Джулия Маргарет Кэмерон, Ансель Адамс и Роберт Смитсон.

Pilgrimage — это вызывающее воспоминания и глубоко личное высказывание фотографа, чья карьера насчитывает более сорока лет и охватывает широкий спектр тематики, истории и стилистических влияний. Вместе эти фотографии показывают Лейбовиц на пике своих возможностей, свободную от требований своей карьеры и размышляющую о том, как фотографии, в том числе и ее собственная, формируют повествование об истории, которое информирует настоящее.

Энни Лейбовиц: Паломничество организовано для Смитсоновского музея американского искусства приглашенным куратором Энди Грундбергом, бывшим фото-критиком New York Times , младшим ректором и деканом бакалавриата в Corcoran College of Art + Design. Джоанн Мозер, старший куратор, является куратором-координатором музея.

Лейбовиц против Paramount Pictures Corp. | Краткое описание юридической школы

Правило:

Доктрина добросовестного использования позволяет другим людям использовать материалы, защищенные авторским правом, без согласия владельца разумным образом для определенных целей.Доктрина кодифицирована в Законе об авторском праве 1976 г., 17 U.S.C.S. § 107 (1994). Раздел 107 предоставляет иллюстративный список целей, для которых может использоваться доктрина, включая «комментарии» и «критику», § 107, а также знакомый список факторов, которые суды должны учитывать при определении того, является ли использование «справедливым». » Этими факторами являются (1) цель и характер использования, (2) характер работы, защищенной авторским правом, (3) количество и существенность использованной работы, и (4) влияние использования на рынок для оригинал.Статья 107.

Факты:

Эта апелляция касается защиты добросовестного использования от нарушения авторских прав в контексте рекламы, которая, как утверждается, является пародией на фотографию, защищенную авторским правом. Энни Лейбовиц подает апелляцию на решение окружного суда от 20 декабря 1996 г., в котором вынесено упрощенное судебное решение по делу ответчика-апеллянта Paramount Pictures Corp. («Paramount»). Лейбовиц утверждает, что она, а не Paramount, имела право на упрощенное судебное разбирательство, главным образом на том основании, что использование Paramount было коммерческим и, следовательно, не должно пользоваться защитой в рамках защиты добросовестного использования.

Выпуск:

Был ли аргумент Лейбовиц о том, что она, а не Paramount, имела право на упрощенное судебное разбирательство, потому что использование Paramount было коммерческим и, следовательно, не должно получать достаточную защиту в рамках аргумента защиты добросовестного использования?

Ответ:

Вывод:

Суд подтвердил, что факторы, использованные при определении добросовестного использования в соответствии с Законом об авторском праве 1976 г. , 17 U.S.C.S. В § 107 (1994) предпочтение отдавалось Paramount, хотя Paramount в значительной степени использовала работы, демонстрирующие значительное творческое самовыражение.В рекламе Paramount фотография Лейбовица комментировалась, противопоставляя серьезное выражение лица на фотографии Лейбовица ухмылке. Использование Paramount не повредило Лейбовицу, поскольку Paramount не вмешивалась ни в один из потенциальных рынков Лейбовица.

Доступ к полному тексту

Лиел Лейбовиц о «прогрессирующей угрозе» евреям | Цвика Кляйн

НЬЮ-ЙОРК. Как журналист, освещающий американское еврейство, крупнейшую еврейскую общину за пределами Израиля, на протяжении более десяти лет, я сталкиваюсь с большим количеством исследовательских работ и эссе о подрастающем поколении.Оказывается, он не только отдаляется от Израиля, но и действует, чтобы настроить против него общественное мнение во всем мире. В 2014 году, например, была создана новая организация, которая бросила вызов организованной еврейско-американской общине — IfNotNow. Активисты группы, призывающие положить конец «военному правлению Израиля над палестинцами на Западном берегу, в Восточном Иерусалиме и Газе», организуют демонстрации против американских политиков и еврейских организаций и обвиняют их в поддержке оккупации.

Такие мнения становятся все популярнее.Недавний опрос показал, что 22 процента молодых евреев думают, что Израиль проводит этническую чистку палестинцев; 25% согласны с поговоркой «Израиль — государство апартеида». Также среди тех, кто выступает против этих заявлений, многие не считают их антисемитскими.

Среди тех, кто борется с этими тенденциями, — Лиэль Лейбовиц, старший редактор консервативного еврейского журнала Tablet. Во время последнего конфликта с Газой Лейбовиц писал, что этот раунд был другим, потому что «раз и навсегда он открыл пропасть, которую многие из нас всю жизнь пытались избежать. Проще говоря, сейчас есть только две стороны: сионисты и антисионисты. Учитывая события прошлой недели, каждый человек, желающий повлиять на будущее, будь то еврей или нееврей, должен понять, как и почему это происходит, и как можно скорее выбрать сторону ».

«Есть только два лагеря, которые будут иметь какое-либо политическое значение в ближайшее десятилетие. В первую входят люди, желающие называть себя сионистами — без пояснений, оговорок или различий », — добавил Лейбовиц, назвав жестокие антиеврейские атаки в Лос-Анджелесе в этот период« погромами »и объяснив, что их целью было нападение Евреи как месть за действия Израиля.

«Современная прогрессивная идеология религиозно-фанатична, деспотична и тотальна», — говорит мне Лейбовиц. «В тот момент, когда вы открываете им дверь и принимаете их терминологию, — все готово. Это новая религия, которая морально противоположна иудаизму. Нет ни одного еврейского учреждения, которое бы не боролось с прогрессирующей угрозой ».

Я встречаюсь с Лейбовицем в его квартире в Верхнем Вест-Сайде, что является хорошим показателем его необычного характера. Дом заполнен бесконечными полками, заполненными бесконечным количеством книг, а посередине стоит двухполочная тележка с алкогольными напитками.«Мы живем в доме, где есть люди, которые придерживаются кошерности — это я, — а некоторые — нет, — говорит он, направляя меня к бутылкам, которые соответствуют иудейско-религиозным критериям.

Ему 45 лет, он женат на писательнице Лизе Энн Сэнделл и отец двоих детей. Он иммигрировал в США двадцать лет назад, но до сих пор не имеет американского гражданства. Родом он из Тель-Авива, сын Рони Лейбовица, известного в Израиле как «Офно-банк», который ограбил 21 банк в течение 1989–1990 годов. Лиел окончил среднюю школу и служил в подразделении пресс-секретаря ЦАХАЛ, пока его отец отбывал тюремный срок.В последние годы, помимо написания статей для Tablet, он является соведущим самого популярного еврейского подкаста в США и, возможно, во всем мире: UnOrthodox.

Наряду с карьерой журналиста Лейбовиц начал академическую карьеру и получил место в Нью-Йоркском университете. Именно тогда он совершил свою большую ошибку и попросил присоединиться к форуму университетских преподавателей, которые регулярно встречались для обсуждения израильско-палестинского конфликта. Лейбовиц думал, что им было бы интересно послушать его, несоблюдающего еврея, который вырос в Израиле, голосовал за левую партию Мерец и называет себя сионистом.К его удивлению, ему сказали, что его взгляды выходят «за законные границы» разговора, и он не сможет участвовать в разговоре. Лейбовиц решил дать отпор, решение, которое привело к отмене его должности в Нью-Йоркском университете. С тех пор он прошел то, что он называет «процессом отрезвления», который включал в себя переход на позиции израильских и американских правых, а также принятие на себя более религиозных аспектов еврейской жизни.

«Я сделал свой выбор — сначала неохотно и печально, но я начинаю чувствовать некоторую долю надежды и волнения», — написал он в эссе, озаглавленном «Мы и они.Эссе Лейбовица произвело фурор в американской еврейской общине, поскольку в нем спрашивалось, что происходит с еврейской жизнью в США. «В либеральных и неправославных кругах люди и организации, которые посвящают большую часть своей эмоциональной и духовной энергии проверке быстро меняющихся ящиков, воздвигнутых левыми, обнаружат, что они придерживаются той версии иудаизма, которая в основном не связана с соблюдением религиозных обрядов и которая поэтому будет привлекать только людей на рынке для прогрессивного активизма, с добавлением небольшого количества холента ради ностальгии », — пишет он.

«Его — крошечное меньшинство», — добавляет он.«Таким образом, хотя эта стратегия может быть ключом к успеху для некоторых институтов, она будет недолговечной: никто не хочет, чтобы ему бесконечно читали лекции о превосходстве белых или гендерном спектре. Почему? Просто: потому что вы можете найти лучшие версии в другом месте. Люди, которые искали эти пространства для смысла, общения и духовного вдохновения, просто начнут держаться подальше, как показывают исследования, уже и так ».

Среди американских евреев-прогрессистов все труднее и труднее жить еврейской жизнью, особенно сионистам, говорит мне Лейбовиц. «В тот момент, когда значительное меньшинство заявляет, что не желает видеть израильский флаг в любом месте в здании общины, потому что Израиль является государством апартеида, я говорю, — нам не о чем говорить». Его эмоции проявляются, когда он объясняет: «Это« Мы »и« Они », и пора выбирать. Ты с нами или против нас? »

Что «Те» евреи слышат в синагоге? Какой дискурс там доминирует?

«Студенты-раввины приходят к ним и читают проповедь о« Черных жизнях »и« Тиккун Олам.«Сидящие в зале люди — некоторые из них умные и мудрые — говорят себе, что это звучит хорошо. Терпимый. Прогрессивный. «Давайте возьмем на вооружение», — думают они. В этот момент формируется сущность, конкурирующая с иудаизмом, отличная от первоначального иудаизма и враждебная ему — и тогда начинается внутриобщинная борьба ».

Почему их прогрессивные взгляды и забота о меньшинствах идут рука об руку с антиизраильскими идеями?

«Израиль пугает прогрессистов, потому что это страна с основными идеями сообщества, семьи и веры. Это противоречит их ценностям, — спокойно говорит Лейбовиц. «Вот почему, независимо от того, чем занимается израильское общество и насколько открытым и приемлемым оно будет, их беспокоит этот принцип. Для них, когда Израиль признает и принимает права ЛГБТ-сообщества, это всего лишь акт «розыгрыша», направленный на сокрытие преступлений против человечности. Это абсурд. Для них реальность ничего не значит. Вы даже не можете сказать: «Мне не нравится политика Нетаньяху, но, как геи, мужчины или женщины, мы можем наслаждаться жизнью в Израиле без страха». Экстремизм не позволяет прислушиваться к другим мнениям.”

Приглашения на лекции больше не приходили

«Глядя на историю Америки, вы видите, что все великие борцы за права человека, такие как Авраам Линкольн и Мартин Лютер Кинг, все были связаны с моральными и концептуальными идеями, заложенными в видении израильских пророков» в Библии, — говорит Лейбовиц. . «Невозможно понять Кинга, не понимая отрывков из Библии, которые он цитирует. Сегодня, когда вы говорите о «справедливости», вы не цитируете книгу Исайи. Более того, для них ссылка на Библию — ужасная вещь.”

Лейбовиц полон оптимизма. Он делится, что эпизоды его подкастов были скачаны более 7 миллионов раз, и во время своих выступлений с другими ведущими он встречался с евреями всех мастей. «Почему подкаст оказался таким успешным? Не потому, что мы умные или веселые, а потому, что евреи ищут, как быть вместе. Им нужно место, куда можно приехать, и просто быть евреями. Меня не волнует, соблюдаете ли вы Шаббат или нет, или как вы бреетесь, просто посидите с нами. Вы свяжетесь с нами, потому что мы все братья.”

В прошлом Лейбовиц принадлежал к конгрегации Ромему, которая принадлежит к относительно небольшой конфессии «Еврейское возрождение» и занимается мистическими и духовными аспектами еврейской традиции, включая экстатическую молитву и медитацию. Синагога фактически функционировала вне церкви, потому что ее члены не могли найти другого подходящего места в этом районе. Сегодня, по его словам, он больше не верит в разделение иудаизма на деноминации. «Насколько я понимаю, — заявляет он, — есть только евреи.”

А как насчет тех, кто не хочет быть вместе? Американское еврейство находится на грани раскола?

«Мы уже разделились. Для тех, кто находится на другой стороне, «Других», польза от вашей еврейской идентичности будет извлекать урок, пока она не исчезнет. Натан Щаранский и профессор Гил Трой написали для нас в «Таблице» отличную статью под названием «Неевреи». Они приводят примеры евреев на протяжении всей истории, которые верили во всевозможные дополнительные программы, например, тех, кто поддерживал Сталина как часть своей еврейской идентичности.Что с ними случилось? Все они исчезли с карты.

Что будет с их двойниками сегодня?

«В течение следующих пяти лет они будут продолжать говорить« как еврей я поддерживаю ХАМАС », и тогда это уже никого не будет интересовать. Потребность в придворных евреях недолговечна. Я скажу это с осторожным оптимизмом: в краткосрочной перспективе жизнь американских евреев будет очень тяжелой, но в долгосрочной перспективе мы говорим о новом золотом веке ».

Почему евреям будет тяжело?

«Если вы принадлежите к 60-70% неортодоксальных евреев, все синагоги, которые вы посещали, рухнули перед прогрессивным культом, как и все университеты.Думаю, то, что здесь произойдет, заставит людей вести активную еврейскую жизнь. Они поймут, что недостаточно пойти на службу в пятницу вечером, послушать проповедь раввина в конце молитвы, а затем сказать: «Вау, это была потрясающая проповедь, а теперь давайте поедем домой и пообедаем перед домом». Netflix. «Вам нужно создать свою собственную общественную жизнь, чтобы заставить себя понять, что важно, подключиться к источникам». Многие прогрессивные евреи считают, что их синагога не предоставляет соответствующих источников и не отвечает их потребностям.Я вижу, как такие люди начинают изучать текст с хеврутой — напарником по учебе — или идут куда-нибудь на Каббалат Шаббат.

alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.