Tim walker фотограф: Tim Walker | Photoplay

Содержание

Тим Уолкер | Photoplay

В детстве я очень любил книжки с картинками, в школе много смотрел модные журналы, они были для меня своеобразными фотографическими комиксами. Фэшн-фотография казалась единственным искусством, которое позволяет соединить реальность, романтику и фантазию, дает возможность убежать из скучной жизни.
Фотография обычно считается способом передать действительность, но в модной фотографии иная правдивость. Это смелость, с которой ты признаешь свой вкус и чувство красоты и этим раскрываешь  характер. Фэшн-фотограф показывает свои самые сокровенные желания, создает мир, в котором хотел бы жить. Иногда от этого он чувствует себя странно, глупо, неловко. Но это как любовное послание к красоте. 
  Мне было сложно начать заниматься фэшн-фотографией, но я чувствовал, что она подходит мне из-за моей мечтательности. При этом, я считал, что мир может обойтись без моды, что это неестественное, поверхностное занятие. Помню, как посмотрел программу Дэвида Аттенборо о райских птицах, об их удивительно красивых брачных ритуалах, о том, как самки и самцы показывают себя друг другу.
И внезапно понял, что мода — жизненно важный инстинкт. Она рассказывает о том, какими мы хотим себя видеть, она связана с нашими мечтами и потребностями. И это понимание как будто «оправдало» моду для меня. 
Когда я ворчал о том, что мы зацикливаемся на красивой одежде, пока в мире происходят страшные вещи и умирают люди, мой учитель сказал, что на самом деле красота нужна, чтобы давать людям надежду. Красота — значимая часть человеческой жизни, потому что она уравновешивает все остальное.
  Я изучал фотографию в течение трех лет, потом работал ассистентом в Лондоне. Затем, в начале девяностых, около года ассистировал Ричарду Аведону в Нью-Йорке. Это случилось после того, как я отправил ему назойливое письмо, а студия Аведона как раз в тот момент искала четвертого ассистента. Получив эту работу, я почувствовал себя так, будто пошел в армию ради фэшн-фотографии. 
У Аведона все было устроено по иерархической, старомодной структуре; там я узнал, как создается все, начиная от календарей Pirelli, заканчивая модными кампаниями или портретами для The New Yorker. Во многом я основываюсь именно на этом опыте, особенно в том, как не надо вести себя с людьми. Если Аведон расцветал от напряжения, то я пытаюсь создавать легкую, теплую обстановку. Там атмосферу можно было резать ножом, а мои фотографии не могут «случиться», если люди напряжены. Он говорил, что мода его пугает и я думаю, что Аведон немного воевал с ней – ему нравился драматизм работы с известной моделью в неудобном платье и на высоких каблуках. Так он достигал желаемой картинки. Когда работа идет на коммерческой основе, можно оказаться в ситуации, в которой ты делаешь не совсем правильные вещи, потому что тебе за это платят. Прислушиваясь к художественному руководителю, который все время говорит тебе что-то поменять, ты постепенно отдаляешься от того, что находится в твоем сердце, учишься сдаваться и просто следовать желаниям клиента. В редакционную же работу я могу вкладывать все свое сердце и душу, сотрудничать только с журналами, которые позволяют мне выразить себя на 100 процентов.
Если не идти на компромисс, картинка получается лучше.
Я много работаю с британским и итальянским Vogue. Оба журнала позволяют мне делать то, что я считаю нужным. И иногда с американским Vogue, но там больше коммерции. Итальянский Vogue получает лучшее от фотографов, давая им абсолютную свободу и понимая, что никто из фотографов не будет злоупотреблять ей. С британским Vogue сейчас мы работаем также.
Каждую идею, которую я снимаю для Vogue, мы обдумываем вместе, обсуждаем, как сделать это модным. Скажем, меня вдохновляет самолет Спитфайр из сороковых, при этом я, например, не знаю новую коллекцию, которая обращалась бы к двубортным пиджакам тех лет. Вместе у нас все складывается. Кто-то рассказывает историю о волшебном аэроплане, который летает сквозь дома, не затрагивая стен, и я думаю: “Может быть, мы могли бы построить это из картона и полистирола!». Семя идеи брошено, оно прорастает в воображении, ты проводишь часы, думая о том, как воплотить её, о том, как сохранить волшебство первоначальной идеи.
Не хочется, чтобы получилось тяжело и чересчур технично.
  Думаю, все самое важное заключается в камере. Ты взаимодействуешь с людьми, которые погружаются в мир грез, который ты хочешь создать. И волшебства не будет, если ты не увидишь его через камеру – здесь требуется создать ощущение, к которому уже позже добавятся трюки из дыма, освещения и клейкой ленты. Ты создаешь шаткую конструкцию, которая на мгновение вспыхивает магией. У меня очень сплоченная команда. Есть стилисты, которые действительно понимают, как подобрать одежду, актуальную и с точки зрения модных тенденций, и с точки зрения сцены, которую мы разрабатываем. С декораторами я, наверное, работаю больше всего, а еще стараюсь каждый раз общаться с визажистами. В нашей профессии много командных усилий. И хотя управлять другими — это вызов, я знаю, что эти люди хорошо разбираются в своих областях и понимают мои задумки. Фотография немного похожа на кулинарию: ты берешь ингредиенты из шкафа и смешиваешь их – персонажи, старые фотографии, цвета, пейзажи – создаешь то, что было только в твоем воображении.
В этом есть что-то по-настоящему живое и естественное. У меня есть альбомы с вырезками — это моя кладовая идей. Каждый год я создаю по альбому, то играя с современными мотивами, то углубляясь в прошлое. В каждом около ста страниц и очень много материалов, из всех источников: полароиды, вырванные бумажки, наброски, ошибки и т.д. Сначала все это идет в большую коробку, потом, раз в несколько месяцев, я нахожу время для того, чтобы разместить все это в альбоме. Это странные вещи, которые не поместишь в рамку или на свою булавочную доску, трогательные вещи, от которых не можешь избавиться. Если во время подготовки к съемке я чувствую, что чего-то не хватает, то могу заглянуть в альбом и найти необходимое там. Это рабочий метод, который эволюционировал с течением времени. Еще тогда, когда я помогал Аведону, и мне было около двадцати трех лет, я сильно скучал по дому, и альбомы с вырезками помогали мне чувствовать связь, понимать, кто я и откуда.
Я знаю, что существует опасность замкнуться в одной сфере, перестать принимать вызовы.
Чтобы избежать этого, я бы хотел делать больше портретов и документальных съемок. В ноябре прошлого года я снимал на Параде Памяти, просто гулял с камерой, документировал необычных людей, проходящих мимо. Я бы очень хотел делать больше подобного. Фотографии реальны и правдивы в каком-то особом, необычном смысле слова. Как фешн-фотограф, вы становитесь документалистом в стране своих фантазий.

Сайт фотографа: timwalkerphotography.com
 

в Лондоне открылась ретроспектива фотографий Тима Уокера

T

МОДА • ИСКУССТВО

Что нужно знать о Тиме Уокере — и его выставке в Лондоне

Текст: Катя Федорова

21 сентября в лондонском Музее Виктории и Альберта — где, например, проходили великие выставки про Александра Маккуина и Дэвида Боуи, — открылась ретроспектива фэшн-фотографа Тима Уокера. Бессменный фотограф Vogue — не только американского, но и британского, итальянского и даже австралийского (свою первую съемку для журнала он сделал в 25 лет), обладатель награды имени Изабеллы Блоу и почетный член Королевского фотографического общества, Уокер наконец полностью институционализирован.

Модный журналист, автор телеграм-канала Good morning, Karl! и поклонница Уокера Катя Федорова рассказывает, почему уже пакует чемоданы в Лондон — не фигурально, а совершенно буквально.

Вам шесть лет. Вы проводите лето на даче у бабушки, где, допустим, не работает интернет. Поэтому все бесконечно тягучее, знойное свободное время вы проводите, лазая по деревьям, прыгая через ручьи и сочиняя фантазийные миры, где вас окружают чудесные существа: девушки-лебеди, ожившие гномы с фонариками, куклы больше вашего роста, рыбы-гиганты и — почему бы и нет — пара сотен кроликов цвета конфет. Ах да, все это происходит в Хогвартсе. Как только мы вырастаем, эти волшебные миры из наших голов вытесняет стресс, обязательства, ипотека и дедлайны. К счастью, не у всех. Британскому фотографу Тиму Уокеру удалось сделать детские мечты своей профессией, в течение более 20 лет воплощать их в реальность в самых невероятных фэшн-съемках — для Vogue, W и многих других журналов.

Съемки Тима Уокера — это не просто красивые фото, демонстрирующие одежду нового сезона на красивых моделях. Это всегда целостные миры, переносящие зрителя в теплые воспоминания о детских сказках и мечтах — или же, наоборот, в ночные кошмары. Удивительно, что, несмотря на всю свою нереалистичность, гиперболизированность и безупречный, проработанный сет-дизайн, каждый снимок Уокера отзывается где-то глубоко внутри каждого из нас. И заставляет переживать простые человеческие эмоции: светлую грусть, эйфорию, ностальгию, счастье. Его часто пытаются копировать, но результаты всегда печальны, потому что гений Тима уникален и по масштабу сравним разве что с его соотечественниками Александром Маккуином и Джоном Гальяно. Кстати, он снимал обоих.

Vogue UK, 2008

Vogue UK, 2008

Свою фотографическую карьеру Уокер начинал четвертым ассистентом легендарного Ричарда Аведона. Это когда ты ассистент первых трех ассистентов. По словам самого Уокера, на этой позиции твоя основная обязанность — отмывать собачье говно с тротуара перед входом в студию. Однако молодой британец и с этой задачей не справился и спустя год был уволен Аведоном за нерасторопность. Зато за время работы с маэстро понял, что фотография — это не просто статичный кадр, а история, спектакль, кино, которое за ним стоит.

Ричард Аведон в студии в Нью-йорке с командой, 1985 год

80 белых кроликов, 20 балерин, 17 зеркальных гусей, 250 страусиных яиц, покрашенных в золото, коробка пластиковых рук, 12 наряженных рождественских елок и «роллс-ройс». Так выглядит запрос Уокера на реквизит для одной съемки Vogue. Кстати, продюсер решила, что автомобиль будет дешевле купить, чем арендовать, потому что мало ли что там еще придет Тиму в голову на съемке.

За каждым его кадром стоят недели работы сет-дизайнеров и проп-стилистов; воплотить его безумные идеи в жизнь всегда могли только самые лучшие. Долгое время Уокер работал со знаменитым декоратором Саймоном Костином, ответственным за самые гениальные и одновременно темные показы Маккуина — среди которых «Золотой дождь» и Bellmer La Poupée. Позже он начал сотрудничать с Шоной Хит, которая стала и арт-директором его персональной выставки Wonderful Things в V&A. А еще к любой своей съемке Уокер рисует потрясающе детализированные комиксы-сториборды, разглядывать которые интересно не меньше, чем результат.

Vogue UK, 2004

Vogue UK, 2004

Vogue UK, 2004

Vogue UK, 2004

Vogue UK, 2004

Кроме сказок Тим снимает потрясающие портреты — причем часто делает это просто на белом фоне с парой фирменных деталей. «Я не хочу разбавлять чей-то характер фантазийным сет-дизайном», — объясняет он. Тем более что находятся те, кто не готов следовать его плану. Перед знаменитой съемкой Александра Маккуина Уокер, как всегда, придумал свою идеальную историю. В его представлении Маккуин сидел за столом в галстуке-бабочке из костей и с человеческим черепом на голове. Однако идея дизайнеру не понравилась настолько, что Маккуин наотрез отказался это делать. Пока Уокер думал, как спасти съемку, Ли поставил череп на стол, дал ему в зубы сигарету и закурил сам. Кадр сделал сам себя. «После того как Маккуин взял в свои руки контроль над той съемкой, я понял, насколько важно позволить герою проявить свое истинное „я“. Я обожаю работать с творческими людьми, и для меня очень важно сделать так, чтобы внутри моей фантазии они оставались собой», — вспоминает Уокер.

Портрет Александра Маккуина

View this post on Instagram

A post shared by alittlebirdcom (@alittlebirdcom) on

Просто развесить фотографии Тима Уокера по стенам было бы кощунством — и это отлично понимали кураторы V&A. Фотографии на выставке, конечно, тоже будут, но ее самая интересная часть куда более изобретательна. Сотрудники музея попросили фотографа выбрать из их огромных архивов 10 объектов, которые вызывают у него особые эмоции, — и снять совершенно новые проекты с их участием. Каждый будет представлен на выставке впервые — в специально созданных Шоной Хит фантазийных пространствах. Не обойдется и без моды, хотя Уокер очень ругается на то, какой коммерческой она стала сегодня. Частью экспозиции станут редкие наряды Moncler, Valentino, Dolce & Gabbana, а также работы студентов факультетов дизайна британских вузов.

View this post on Instagram

A post shared by The Protagonist (@protagmag) on

{«width»:1200,»column_width»:120,»columns_n»:10,»gutter»:0,»line»:40}false7671300falsetrue{«mode»:»page»,»transition_type»:»slide»,»transition_direction»:»horizontal»,»transition_look»:»belt»,»slides_form»:{}}{«css»:».editor {font-family: tautz; font-size: 16px; font-weight: 400; line-height: 21px;}»}

Лучшие материалы The Blueprint — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь!

//= $articleUrl; ?>

теги: ИСКУССТВО

читайте также

extremes meet: Photoghraphers.

Tim Walker

  Год за годом в различных изданиях Vogue не перестают очаровывать его фотографии. Словно кадры из сказки или детской мечты (а иногда и из кошмара), экстравагантные постановки, романтические мотивы, сюрреалистичные миры, где вся природа оживает — это и есть стиль знаменитого фотографа Тима Уокера.
  Иногда смотришь на его фотографии и не понимаешь — «КАК он это осуществил? КАК он это все придумал». Человек смотрит на мир кардинально по-другому. Он похож на ребенка, для которого кукольным домиком является съемочная площадка. Его работа — уникальна и неповторима и подобных ему нет, да и не должно быть, как я считаю. Божественный талант дается лишь раз в столетие?


  О его жизни на самом деле известно не так уж много. Тим Уокер родился в 1970 году. Тяга к съемкам появилась у него еще в детстве — по его собственным словам, первая камера появилась у него еще в 12 лет — братская мыльница, не более, но именно тогда, посмотрев на мир через объектив, он впервые увидел его по-другому.
  По-настоящему фотографией он увлекся, работая над архивным альбомом знаменитого Сесила Битона в Conde Nast. В последствии, частично благодаря этому опыту, поступил и закончил Экстерский арт-колледж по специальности графического дизайнера. Сначала, он не планировал работать как фотограф. Его пугала техническая сторона камер — их сложность, и некоторые моменты в использовании. Тим думал, что станет стилистом — он обожал (да и сейчас обожает) расставлять все на свои места, подбирать платья, создавать атмосферу. Но в то же время в колледже фотографии уделялось большое внимание, и один его преподfватель сказал то, что изменило отношение Вокера к фотокамере навсегда. Этот великий (в жизни Тома) человек сказал: «Камера — это не техника, не прибор для фиксирования картинки мира, а это коробочка через которую фотограф осуществляет связь с параллельным миром, миром по ту сторону объектива, и каков будет этот мир зависит только от человека, держащего у себя в руках эту коробочку.»
  В свое время, еще не поступив в колледж, где он изучал фотографию, Тим работал в Vogue, просматривая, категоризируя и проявляя все снимки, которые только публиковались с самого начала. Благодаря этому, он проникся историей фотографии, чужими успехами и чужими ошибками
  Постигая тонкости профессиональной фотосъемки, Уокер некоторое время работал фотоассистентом у разных фотографов.Тиму Уокеру очень повезло работать в Нью-Йорке с Ричардом Аведоном, у которого он научился многому и, возможно, постиг одну из самых главных истин – фотограф должен быть знаменит своим почерком, и ничем другим. Быть может, поэтому его снимки так не похожи на работы Аведона.
   «Я был не лучшим ассистентом», – признается Тим. Он всего-навсего должен был открывать студию, очищать мусорные корзины и следить за всеобщим порядком. Во время съемок Аведон любил сидеть на полу «по-турецки» и постоянно просил кого-нибудь помочь ему встать. Однажды выбор пал на Тима. «Я поднял его, а потом почему-то слишком рано отпустил, и он упал. То, что за этим последовало, никак нельзя назвать приятным. Великий фотограф просто взбесился на глазах у сорока человек.
После этого Тим решил работать самостоятельно. Но и по сей день он следует жизненно важному правилу, которым однажды с ним поделился Ричард Аведон: «Никогда много не думай. Делай все быстро, а объясняй потом».  По возвращению в Англию, в возрасте 25 лет Тим Уокер снял свою первую фото-историю для Vogue и для своего возраста, тогда это было большим достижением. С тех пор он продолжает снимать для британских, американских, итальянских и других изданий этого журнала до сих пор. Да и не только этого журнала: W Magazine, Haper`s Bazaar — согласитесь, список явно не второсортных журналов.

  Но это настолько заслуженно! Каждый его editorial — шедевр, немой рассказ, который потрясает воображение, который нельзя просто так просто пролистать — в каждую картинку хочется всматриваться, улавливать детали, поражать тем как продуманна каждая мелочь и при том выглядит все это настолько натурально, но и к тому же настолько небрежно. Тим ярко выделятся своими работами среди всех фотографов, его стиль неповторим.  
  Робин Мюир (Vogue): «Тим хочет устроить пожар посреди старинного здания? Запустить животных в гостиную? Развесить по стенам английского особняка сотни ярких шариков? Направить поток воды так, чтобы он мчался прямо по коридорам замка, заполняя комнаты? Он хочет, чтобы члены знаменитого ирландского общества охотников на лис надели на себя куриные головы из папье-маше? Никаких проблем. Несмотря на обманчивую наивность, Тиму всегда все удается. А его «лирический» подход к моде завоевал почитателей среди таких требовательных клиентов, как The Scotch House и Casa Vogue, и нашел воплощение в портретах таких звезд, как Кейт Бланшетт и Джонни Депп. При этом Тим слывет чуть ли не самым скромным и вежливым персонажем в мире моды».

  Далеко не каждому фотографу удается воплотить свои фантазии так, чтобы быть воспринятым публикой. В модной фотографии Тим Уокер ценится за умение вести непринужденную манеру диалога со зрителями. Его снимки ничего не навязывают, а наоборот отвлекают от коммерческой сути фешн-индустрии.
  Тим не относится всерьез к модным домам и известным торговым маркам. К своей работе он относится с юмором. Чтобы показать последние тенденции в цвете, он красит голубей и персидских кошек. Говорите, кружево снова в моде? Так почему бы модели не одеть его на лицо? Из таких выходок он весь.
  Особенную известность помнится приобрела его рождественская фотосессия для британского Vogue. Фотограф составил примерно следующий список необходимого: 80 белых кроликов, 20 балерин, 17 гусей, 250 страусовых яиц, покрытых золотом, коробка с гигантскими пластиковыми руками, комната, полная белых зонтов, 20 рождественских елок, маскарадный костюм волка с головой и лапами, огромная тыква, имитация серебряных доспехов, сотни арабских масляных ламп и бесчисленное количество платьев, костюмов и балетных пачек. И еще винтажный «роллс-ройс». И все это вышло под названием «Модная пантомима». Ведь, как говорит сам Уокер: «Суть Vogue — в фантазии, а мода своего рода пантомима»

  После получения звания «независимого молодого фотографа» на Награждении года, у Тима карьера пошла в гору. И то, что его заметила сама Мадонна только прибавила ему популярности. Стиль этого британского фотографа пришелся по душе и ей. В итоге — он снял загородную жизнь поп-дивы в уютном особняке, расположенном в графстве Уолтшир, для американского Vogue. Кстати особняк этот некогда принадлежал тому самому Сесилу Бетону, с которого все и началось в карьере Тима Уокера.

  Кроме фотосессий, Тим еще, конечно же, занимается съемкой рекламы и можно однозначно сказать, что кампаний, снятые им, заведомо будут иметь успех. Чего только стоит его постоянно обновляющийся кампейн для Miss Dior Cherie. Натали Портман с кокетливым бантиком, Марина Линчук с огромной охапкой воздушных шаров в руке — эти кадры запоминающиеся и узнаваемы. Они создают настроение для аромата. Да и как можно не захотеть стать похожей на ту романтичную, невесомую девушку с картинки, одев немного «её» аромата? 🙂

  Из его последних работ в этой области меня лично «влюбляет в себя» реклама шампанского Moet&Chandon со Скарлет Йохансон. Кто, кроме Тима, мог придумать поместить модель среди гор бокалов?

  Конечно же за свою работу Тим получил приличные награды, вроде «Isabella Blow Award for Fashion Creator» в ноябре 2008 или Infinity Award от Международного Центра Фотографии в Нью Йорке в мае 2009.
  В 2010 году в Швейцарии на фестивале Локарно Тим представил свой первый фильм «The Lost Explorer» («Затерянный Исследователь»). Двадцатиминутная короткометражка основана на тревожной истории из сборника «Кровь, вода и другие рассказы»  Патрика МакГрата. История начинается с того, что Эвелин – девочка, которую сыграла 14-летняя Олимпия Кэмпбелл, обнаруживает в своем саду палатку, в которой находится исследователь, умирающий от малярии с револьвером в руках. Эвелин оказывает ему поддержку, сохраняя его существование, смерть и похороны втайне от своих родителей. 
  Книга представляет собой рассказ Патрика МакГрата и серию кадров фильма, наполненных элементами воображения талантливого фэшн-фотографа, а теперь и режиссера, Тима Уокера: от теней мотыльков с трепещущими крыльями вокруг палатки до великолепной сцены корабля-призрака с канарейками, количество которых на съемках насчитывалось около трехсот.  
  Обязательно посмотрите его, если знаете английский (в русской озвучке фильма пока даже, к сожалению, не придвидится). Меня искренне впечатлило, как и впечатляет все, что сделано Уокером.
  Кстати за этот фильм, как за лучшую короткометражку, Уокер получил награду на Чикагском фестивале кино. Надеюсь, эта не последняя его работа!

  Тим вдохновляет. Он любит свою работу. Любит то, что он делает. Если сравнивать его с писателем, то он чем-то Льюис Кэррол. Он тот человек, который создает шедевры, которые останутся в истории. Не зря его работы уже находятся в одном из самых больших музеев мира — Музее Виктории и Альберта в Великобритании.
  В каждом человеке живет ребенок. А дети любят сказки. Тим Уокер создает те самые сказки, в которые нам иногда так хочется попасть.

«The point of photography is to touch people. That`s the reason for photography and that`s why we love it because we are touched. And if I could ever be a part in spoking someone`s imagination to create something in a vision that beautiful.. That`s fantastic»
«Цель фотографии в том, чтобы затронуть человеческую душу. Это и есть сама причина фотографии и то, почему за что ее любят — она впечатляет, запоминается. И если я когда либо смог хотя бы частично воплотить чью-либо фантазию красиво.. Это просто фантастика»

P.S. Я долго работала над этим постом, хотелось рассказать как можно больше об этом таланте. Возможно, Вам покажется, что он слишком большой, но его работы настолько меня впечатлили, все, что он делает, вызывает у меня детский восторг, что даже сейчас, перечитывая все, я понимаю, что это только часть из того, что я смогла вам показать. На самом деле его работ множество и осталось еще столько всего, что вы еще можете найти, посмотреть. Дерзайте!

photography | hungryfaces

by hungryfaces | August 11, 2022 · 2:10 pm

On the occasion of 80th birthday one of the most well-known photographers on an international level, Oliviero Toscani, the Municipality of Milan celebrates the event at Palazzo Reale, hosting the star exhibition. And I went there for the great inspiration!

По случаю 80-летия одного из самых известных фотографов международного уровня Оливъеро Тоскани муниципалитет Милана отмечает это событие в Палаццо Реале, где проходит звездная выставка. И я поехал туда за большим вдохновением!

The exhibition features 800 photographs by Toscani, including some of his iconic works as well as lesser-known works, thus telling about his career as a man with an ingenious and provocative perspective, who over decades has been influencing the habits of several generations.

На выставке представлены 800 фотографий Тоскани, в том числе некоторые из его знаковых работ, а также менее известные работы, рассказывающие о его карьере человека с гениальным и провокационным взглядом.

At the exhibition, I especially liked two installations that opened and closed the exhibition. They framed the history of the life path of a star of photography. These videos show how Oliviero Toscani photographs, how his workflow goes, where he draws inspiration and how he sees the angle.

На выставке мне особенно понравились две инсталляции, которые открывали и закрывали выставку на входе и выходе. Они как бы обрамляли историю жизненного пути метра фотографии. В этих видео рассказывается как Оливьеро Тоскани фотографирует, как проходит его рабочий процесс, где он черпает вдохновение и как он видит ракурс.

One of my fav is the picture of “Chi mi ama mi segua” for Jesus Jeans. I was also impressed by the deep undertones of his photographs in which he advocates the unity of races, in particular the photograph of the identical-looking hearts of people of different races.

Мне очень нравится его фотография «Chi mi ama mi seguа» – это была реклама джинсов Jesus. Также меня впечатлил глубокий подтекст снимков, в которых маэстро выступает за единство рас, в частности фотография сердец разных людей, которые визуально ничем не отличаются.

I also liked his sarcasm on the topic of modern relationships, where the photo shows a guy and a girl making love, but in fact everyone lives in their own devices. It is such a clear reflection of our reality.

Также мне понравился его сарказм на тему современных отношений, где на фото изображены парень и девушка, которые занимаются любовью, но на самом деле каждый живет в своих девайсах. Это такое четкое отображение нашей реальности.

And since I’m from Ukraine, I was literally knocked out by a photo with a bloody military uniform and a picture of a baby who lies in a military helmet. And the phrase with which the pictures were signed: “If there were no photographs, you would not understand at all that there is a war in the world.” Therefore, the exhibition is a reflection of the realities through the eyes of the artist.

И так как я из Украины, меня буквально отправили в нокаут эти фотографии с окровавленной военной тематикой и снимок малыша, который лежит в военной каске. И фраза, которой были подписаны снимки: «Если бы не было фотографии, вы бы вообще не понимали, что в мире есть война». Поэтому выставка – это отражение реалий глазами художника.

I advise you to buy a book with photographs of the maestro. And if you want to discuss the impressions of the exhibition with a partner in a relaxed atmosphere, you can go to the Giacomo caffè. It is located on the same floor. This is a very elegant cafe at the museum, which few people know about. A cozy atmosphere is guaranteed there.

Я бы советовала на выходе приобрести книгу с фотографиями маэстро. А если вам хочется в спокойной обстановке обсудить с партнером впечатления от выставки, можете зайти в кафе Giacomo caffè. Оно находится на том же этаже. Это очень элегантное кафе при музее, о котором мало кто знает. Там уютная атмосфера вам гарантирована.

You can visit this exhibition until the end of September. Another opportunity to see works by Toscani is the exhibition Oliviero Toscani: 80 anni da situazionista, that’s on at Palazzo Albergati in Bologna. It’s presented with over one hundred shots.

Вы можете посетить эту выставку до конца сентября. Также увидеть работы Тоскани можно на выставке Oliviero Toscani: 80 anni da situazionista в Палаццо Альбергати в Болонье, где художник представлен более чем сотней кадров его авторства.

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, photography

Tagged as atmosphere, creativity, culture, exhibition in milan, fashion guru, fashion photography, focus, inspiration, lifestyle, maestro, medium, photography, provocation, reflection, vision

by hungryfaces | February 5, 2022 · 5:24 pm

Clifford Coffin is often named the greatest of Vogue magazine’s ‘lost’ photographers – and it’s easy to see why. His career was very brief, the majority of the works were ruined in the fire in his studio, and today it’s almost impossible to find much information about him. Still, his images were, without doubt, some of the best and innovative of the 1950s.

Клиффорда Коффина часто называют величайшим из «потерянных» фотографов Vogue — и легко понять, почему. Его карьера была очень короткой, большинство работ сгорело в его мастерской в 1960-х, и сегодня почти невозможно найти стоящую информацию о нем. Тем не менее, его фото, без сомнения, были одними из лучших и новаторских в пост-военную эпоху 50-х годов.


I would call him ‘A Perfectionist’. His pictures are well-constructed to the smallest detail, and every element seems to be exactly on its place. From manicured red nails to perfectly combed hairs of a fur coat, the model looks almost artificial.

Я бы назвала его «перфекционистом». Фотографии Коффина выстроены до мельчайших деталей, и кажется, что каждый элемент находится точно на своем месте. От наманикюренных алых ногтей до идеально расчесанных волосков шубы, модели в его кадре выглядят безупречными, словно куклы.

Coffin was the first to use a very special technique: he shot the pictures with ring flash, originally known for dental photography. That is how he managed to create this unnatural but captivating perfection. After him this flash was adopted by David Bailey and Helmut Newton.

Коффин был первым, кто начал использовать особую технику в фешн-фотографии: он делал снимки с кольцевой вспышкой, первоначально изобретенной для стоматологической фотографии. Именно так ему удалось создать это неестественное, но завораживающее совершенство. После него эту вспышку переняли Дэвид Бейли и Хельмут Ньютон.

His career began in the post-war Britain for Vogue UK, but soon he acquired such success to be invited to shoot for American Vogue. He was famous for his terrible behaviour: “He used to throw the editors down the staircase. He was witty, bitchy and for the dull fifties shockingly so.” – said Vogue model Wilhelmina Cooper.

Его карьера началась в послевоенной Британии для Vogue UK, но вскоре он приобрел такой успех, что его пригласили на съемки для американского Vogue. Коффин был известен своим ужасным поведением: «Он сбрасывал редакторов с лестницы. Он был остроумным, стервозным и шокирующим для скучных пятидесятых». – рассказывала модель Vogue Вильгельмина Купер.

One of his most iconic editorials was this summer beach story for Vogue USA in 1949. The way he placed the models in bathing suits in the sand and shot them from the back was similar to a Surrealist painting. And at the same time forecasted the arrival of Pop Art aesthetics.

Одной из его самых знаковых фешн-сьемок была эта летняя пляжная история для Vogue USA в 1949 году. То, как он разместил моделей в купальных костюмах на песок и снял их со спины, было похоже на картину художников-сюрреалистов. И в тоже время предсказали приход эстетики поп-арта.

In spite of he was one of the most sought-after photographers of late 40s and 50s, Coffin had no ambition to create a ‘personal brand’ as we say it today. He did no exhibitions and never published any books or archive photographs.  

Не смотря на то, что он был одним из самых востребованных фотографов конца 40-х и 50-х годов, у Коффина не было амбиций создать «личный бренд», как мы говорим сегодня. Он не проводил выставок и никогда не публиковал ни книг, ни архивных фотографий.

When he decided that he had no interest in doing fashion photography anymore (or lost his interest for work in general, because he was a wild drinker and partying dandy), he slipped away from the business and stopped his production completely already in 1960s. Still, he left for us a real treasure – some of the most inspiring, refined and perfect images of the last century.

Когда он решил, что ему не было больше интересно заниматься фешн-фотографией (или же он потерял интерес к работе вообще, потому что был диким пьяницей и тусовщиком), он ускользнул из бизнеса и полностью прекратил сьемки уже в 1960-е годы. И все же он оставил нам настоящее сокровище — одни из самых вдохновляющих, утонченных и совершенных образов прошлого века.

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, photography

Tagged as aesthetics, art, blackandwhite, fashion, focus, inspiration, perfection, photography, popart, style, surreal, surrealist, vision, vogue

by hungryfaces | November 11, 2021 · 5:55 pm

I fell in love with Arthur Elgort’s work as soon as I saw his photography for the first time. I felt like his creative eye was so in line with mine: just look at his shooting with Kate Moss walking down the street in swimsuit back in 1995, and think about my swimwear editorial for l’Officiel Baltics at Como lake with a model catwalking the city in a bikini! I didn’t know anything about it before, but the this similarities in the vibe stunned me.

Я влюбилась в работы Артура Эльгорта с первого взгляда. Я сразу же почувствовала, что его творческий взгляд так близок моему: только посмотрите на его съемку с Кейт Мосс, идущей по улице в купальнике в 1995 году, и вспомните мой эдиториал на Комо для l’Officiel Baltics с моделью, разгуливающей по городу в бикини! Раньше я ничего не знала об этом фотографе, но такое сходство в атмосфере ошеломило меня.

I like that his photography is effortless and refined at the same time. It gives you a feeling of nonchalance while everything is perfectly orchestrated in his snaps. Like this picture of Christy Turlington speaking over the phone on the floor in a hotel, wearing an impeccable Chanel dress. I love everything about this image.

Мне нравится то, что его фотографии непринужденные и в то же время изысканные. Это дает ощущение беззаботности, в то время как в его снимках все идеально организовано. Как на этой фотографии Кристи Терлингтон, которая разговаривает по телефону на полу в отеле, одетая в безупречное платье Chanel. Мне нравится все в этом кадре.

In 80s and 90s Arthur was working with the best supermodels of the time. That’s why his shots are so great: he could obtain the coolest posing, the classiness, the perfection of a body, the attitude…. Everything contributed to a creation of a perfect snap. His favourite models were Linda Evangelista, Christy Turlington, Claudia Schiffer, Ines de la Fressange, Cindy Crawford. And they gave him the best of their personality and professionalism.

В 80-х и 90-х Артур работал с лучшими супермоделями того времени. Вот почему его снимки так хороши: он мог получать лучшие позы, совершенство тела, породу и аристократизм этих девушек … Все способствовало созданию идеального снимка. Его любимыми моделями были Линда Евангелиста, Кристи Терлингтон, Клаудия Шиффер, Инес де ла Фрессанж, Синди Кроуфорд. И они дали ему лучшее из своей личности и профессионализма.

I’m hugely inspired by his spiciness and a hint of provocation. He was not interested in showing nudes, but in creating appetite. His models are not undressed, they invite you to imagine what they are hiding. Like this snap of Evangelista covering her naked body with a wide brimmed hat, or Cindy walking Paris in a dress showing her hips underneath the bows.

Меня невероятно вдохновляет пикантность и провокационность его работ. Элгорту интересно не обнаженное тело, а возбуждение аппетита. Его модели не раздеваются, они предлагают вам представить, что они скрывают. Например, эта фотография Евангелисты, прикрывающей свое обнаженное тело широкополой шляпой, или Синди, идущей по Парижу в платье, обнажающей бедра под бантами.

Also, Elgort’s sense of humour is amazing. There’s irony, playfulness, unexpected situations, crazy locations, the most inappropriate outfits that work so well in the shots.

Кроме того, у Элгорта потрясающее чувство юмора. В его кадрах всегда присутствуют ирония, игривость, неожиданные ситуации, сумасшедшие локации, самые неподходящие наряды, которые в итоге так классно смотрятся на снимках.

Arthur Elgort was born in 1940 in New York and originally studied painting. Finding this form of art too limited, he decided to try photography and soon discovered it was a talent. He debuted in British Vogue in 1971 and woke up famous, starting to collaborate with the most prestigious fashion magazines in USA and in Europe.

Артур Элгорт родился в 1940 году в Нью-Йорке и первоначально изучал живопись. Посчитав этот вид искусства слишком ограничивающим, он решил попробовать себя в фотографии и вскоре обнаружил, что это его талант. Он дебютировал в британском Vogue в 1971 году и проснулся знаменитым, начав сотрудничать с самыми престижными модными журналами США и Европы.

For over 50 years Arthur has been a major influence, from his Vogue covers to his luxury-brand ad campaigns, his work is an inspiration. His style and influence created infinite possibilities in the world of fashion photography which he continues to explore today from his base in New York City. 

Более 50 лет Артур является одним из самых влиятельных фешн-фотографов, снимая обложки Vogue и рекламные кампании люксовых брендов, которых продолжает вдохновлять его работа. Его стиль открыл безграничные возможности в мире модной фотографии, который он продолжает исследовать и сегодня в своем ателье в Нью-Йорке.

All photos are courtesy of Arthur Elgort archive: https://www.arthurelgort.com/

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, photography

Tagged as action, appeal, creative, fashion, glam, inspiration, photography, provocation, vision, vogue

by hungryfaces | July 15, 2021 · 3:15 pm

I’m obsessed with Slim Aarons holiday photography. I even can’t really imagine why it’s my first post about it! His captures of high society life at the beach, on the boat, by the pool or in a summer villa are pure perfection and endless source of inspiration for me. This is how I see a perfect vacation. And this is where I find genius ideas for styling.

Я обожаю летние фотографии Слима Ааронса. Даже не представляю, почему это мой первый пост о его творчестве! Его снимки светской жизни на пляже, на лодке, у бассейна или на летней вилле – это чистое совершенство и бесконечный источник вдохновения для меня. Вот каким я вижу идеальный отпуск. И здесь я нахожу гениальные идеи для стайлинга.

Like this photo of Marisa Berenson lunching on Capri in 1968. Just look at how she matches the color of her swimsuit and her turban. She treated a beach dining dressing with same attention as a gala appearance, putting a dose of eyeshade for high drama and a golden bracelet to add even more chic to her look. Or this picture at an infinity pool: I would love to find a same vintage suit to pair with an elegant white straw hat.

Как эта фотография Марисы Беренсон, обедающей на Капри в 1968 году. Вы только посмотрите, как она сочетает купальник и тюрбан по цвету. Она относилась к пляжному образу с таким же вниманием, как и к торжественному выходу, добавляя тени для век для драматизма и золотой браслет для еще большего шика. Или вот этот снимок у инфинити-бассейна: мне бы очень хотелось найти такой же винтажный купальник, чтобы сочетать его с элегантной белой соломенной шляпой.

The portraits he shot in the houses of the famous socialites of the epoch are sublime. And it’s a great source for researching home decoration ideas. I’m crazy about the decoration of the wall with a collection of straw hat and bags. And this lunching scene with a view from Capri inspires me for setting up a stylish summer dinner party.

Портреты светских львиц, снятые в их летних домах, просто великолепны. И это отличный источник для поиска вдохновения по декору интерьера. Я без ума от идеи украсить стены коллекцией соломенных шляп и сумок. А эта сцена обеда с видом на острове Капри вдохновляет меня на устроить стильный летний ужин для друзей.

Aarons mixed work with pleasure, travelling the most beautiful places in the world: he toured Saint-Tropez, Monaco, Eden Roc d’Antibes, Capri, Como, Sardinia, Los Angeles, Ibiza, Cannes and alike. His approach was essential but winning:  photographing ‘attractive people who are doing attractive things in attractive places’.

Ааронc совмещал работу с удовольствием, путешествуя по самым красивым местам мира: он отдыхал и снимал в Сен-Тропе, Монако, Эдем-Рок-д’Антиб, на Капри, Комо и Сардинии, в Лос-Анджелесе, на Ибице, в Каннах и так далее. Его подход был простым, но выигрышным: фотографировать «привлекательных людей, которые делают привлекательные вещи в привлекательных местах».

The swimming suits are breathtaking. I can’t stop thinking about adding some printed ones to my wardrobe, inspired by his iconic shots. I would wear them with huge vintage clips, chain necklaces and massive bracelets, and tying a scarf around the head.

От купальников на его фото захватывает дух. Я не могу перестать думать о том, чтобы добавить несколько моделей с принтами в свой гардероб, вдохновившись его культовыми снимками. Я бы носила их с крупными винтажными клипсами, ожерельями-цепочками и массивными браслетами, и повязала бы шелковый шарф на волосы.

And as a backdrop for my future photos inspired by Aarons, I would definitely choose Capri rocs (just look at this terrace from 1980s!), a tender sandy beach of Saint-Tropez and…. a good boat, as Slim loved them so much. A great fashion crew of friends would make a perfect set for pictures.

А в качестве фона для моих будущих фотографий, вдохновленных Ааронсом, я бы определенно выбрала Капри (только взгляните на эту террасу на фото родом из 1980-х!), нежный песчаный пляж Сен-Тропе и …. хорошую лодку, какими их любил Слим. так много. Модный коллектив друзей составит лучшую компанию для идеального фото.

I highly recommend these two books for your summer coffee table: the French Riviera from the collection Fashion Eye by Louis Vuitton (50 euros) or Dolce Vita by Christopher Sweet  (from 90 Euros)



Я очень рекомендую эти две книги для летнего журнального столика: Французская Ривьера из коллекции Fashion Eye от Louis Vuitton (50 евро) или Dolce Vita от Christopher Sweet (от 90 евро).

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, photography

Tagged as diva, dolce vita, holiday, iconic, inspiration, lifestyle, perfection, photography, riviera, slim aarons, society, styling epoch, success, summer, swimming pool, vision, voyage, yachts

by hungryfaces | March 19, 2021 · 3:15 am

Paolo Roversi, ‘Birds’

‘My photography is more subtraction than addition. I always try to take off things. We all have a sort of mask of expression. I try to take all these masks away and little by little subtract until you have something pure left. A kind of abandon, a kind of absence. This is from the interior beauty comes out’, – says Paolo Roversi, who’s magical aesthetics enchants the fashion world for decades.

Paolo Roversi, ‘Birds’

«Моя фотография – это больше вычитание, чем сложение. Я всегда стараюсь убирать ненужное. У всех нас есть свои маски. Я хочу снимать все эти маски, пока в результате на снимке не останется настоящее лицо. Мне нравится возможность словить момент падения маски. Именно в это мгновение моя героиня излучает внутреннюю красоту», – говорит Паоло Роверси, чья волшебная эстетика очаровывает мир моды уже несколько десятилетий.

Paolo Roversi, ‘Birds’

The world-famous Italian photographer was born in Ravenna in 1947, and left for Paris in 1973 by invitation of Peter Knapp, the legendary artistic director of ELLE. There he started working as a reporter for the Huppert Agency, but his interest for fashion photography made him find out the beauty of works by Richard Avedon, Irving Penn, Helmut Newton and Guy Bourdin. He became Bourdain’s assistant, and the iconic master told him to ‘never go to New York, as it was the cemetery of photographers’. In fact, Roversi has remained in Paris forever from now on, he works in his small studio in rue Paul Fort, 9.

Paolo Roversi, ‘Birds’

Всемирно известный итальянский фотограф родился в Равенне в 1947 году, а в 1973 году уехал в Париж по приглашению Питера Кнаппа, легендарного арт-директора ELLE. Во Франции он начал работать репортером в агентстве Huppert Agency, но его интерес к модной фотографии заставил Паоло открыть для себя красоту работ Ричарда Аведона, Ирвинга Пенна, Хельмута Ньютона и Гая Бурдена. Он стал помощником Бурдена, и знаменитый мастер сказал ему «никогда не ехать в Нью-Йорк, поскольку это кладбище фотографов». Фактически, Роверси отныне навсегда остался в Париже, где он по сей день работает в своей студии на улице Поль Форт, 9.

Paolo Roversi, ‘Birds’

The enchanting world of his photography owns to his experimentation with techniques. In 1980 he discovered the 20 x 25 Polaroid film to be used on a large format optical bench, becoming the first photographer to try this method As he states it, «this technique reveals to the photographer new horizons of aesthetic research and gives new life to his relationship with the photographed subject». Polaroid makes the colors of the photos unreal, creating an atmosphere stylistically suspended between real and unreal.

Body Meets Dress, Dress Meets Body, Paolo Roversi

Зачаровывающей атмосферой его фотографии обязаны экспериментам с техниками. В 1980 году Роверси обнаружил, что пленку Polaroid 20 x 25 можно использовать на широком формате, и стал первым фотографом, попробовавшим этот метод. По его словам, «эта техника открывает фотографу новые горизонты исследований в области эстетики и дает новую жизнь его отношения с персонажем». Polaroid делает цвета фотографий нереальными, создавая настроение между реальностью и сновидением.

Body Meets Dress, Dress Meets Body, Paolo Roversi

Starting from the 1980s he works with the famous fashion brands which are searching for photographers who know how to recreate emotions and personal world in an image. He collaborates with Comme des Garçons, Yohji Yamamoto, Romeo Gigli, Giorgio Armani, Valentino, Krizia, Cerruti, Romeo Gigli, Dior, Yves Saint Laurent, Alberta Ferretti, Hermes, Pomellato, Givenchy, Guerlain, Bisazza, Hermès and many others. He shoots for Vogue (working particularly a lot for Vogue Italia), Elle, Marie Claire, Harper’s Bazaar to name a few.

Anna Cleveland in “Blue Witches” by Paolo Roversi for Luncheon Magazine S/S 2016

Начиная с 1980-х годов он работает с известными модными брендами, которые ищут фотографов, умеющих воссоздать в изображении эмоции и личный мир героини. Он сотрудничает с Comme des Garçons, Yohji Yamamoto, Romeo Gigli, Giorgio Armani, Valentino, Krizia, Cerruti, Romeo Gigli, Dior, Yves Saint Laurent, Alberta Ferretti, Hermes, Pomellato, Givenchy, Guerlain, Bisazza, Hermès и многими другими. Роверси регулярно снимает для Vogue (он особенно много работает для Vogue Italia), Elle, Marie Claire, Harper’s Bazaar.

Anna Cleveland in “Blue Witches” by Paolo Roversi for Luncheon Magazine S/S 2016

In 2020 Roversi signed a contract for the cult Pirelli calendar, photographing some of the most strong and individualist female celebrities. He captured Emma Watson, Kristen Stewart, Mia Goth, Rosalia and many others. These actresses, artists and singers interpreted the modern Shakespeare’s Juliet in front of his wonder camera.

Emma Watson in Pirelli Calendar by Paolo Roversi, 2020

В 2020 году Роверси подписал контракт с культовым календарем Pirelli, сфотографировав для него самых сильных и индивидуалистских женщин-знаменитостей. Ему позировали Эмма Уотсон, Кристен Стюарт, Миа Гот, Розалия и многие другие. Эти актрисы, художники и певицы интерпретировали современную Шекспировскую Джульетту в объективе его чудо-камеры.

Rosalia in Pirelli Calendar by Paolo Roversi, 2020

One of his most beautiful photographic books is ‘Dior Images’, commissioned by Vogue Australia and published by the prestigious house of Rizzoli. He captured some of the most iconic looks created by the French fashion house of all epochs.

Dior Images : Paolo Roversi, Rizzoli

Одна из его самых красивых фотоальбомов авторства Роверси – «Dior Images», выпущенная по заказу Vogue Australia и изданная престижным домом Rizzoli. Он запечатлел некоторые из самых знаковых образов, созданных французским Домом моды за всю его историю.

From the book ‘Dior Images – Paolo Roversi’, Rizzoli

From the book ‘Dior Images – Paolo Roversi’, Rizzoli

Alexander McQueen by Paolo Roversi, 1998

Couture shooting for Vogue Italia, 2005

Couture shooting for Vogue Italia, 2005

É alta moda’ by Paolo Roversi, Vogue Italia Haute Couture Supplement, 2015

É alta moda’ by Paolo Roversi, Vogue Italia Haute Couture Supplement, 2015


‘A French Woman” by Paolo Roversi for Vogue Paris, 2020

‘A French Woman” by Paolo Roversi for Vogue Paris, 2020

Rate this:

Like this:

Like Loading. ..

Filed under photography

Tagged as atmosphere, dior, enchanting world, experimentation, fashion photography, iconic, inspiration, paolo roversi, photography, pirelli calendar, polaroid, technics, unreal, vogue

by hungryfaces | November 20, 2020 · 3:37 pm

If you miss the wild mood of 70s and 80s parties like the ones at Studio54 in New York where Bianca Jagger entered on a horse, Chris von Wangenheim is definitely your piece of cake. Courageous, talented, erotically provocative, he shot some of the best (and scandalous) images of the epoch.

Если вам не хватает безумных вечеринок в духе 70-х и 80-х годов, как в Studio54 в Нью-Йорке, куда Бьянка Джаггер заезжала на коне, Крис фон Вангенхайм определенно фотограф в вашем вкусе. Смелый, талантливый, вызывающий, эротичный, он снял одни из лучших (и скандальных) портретов той эпохи.

Chris was German, born un 1942 at war-time Berlin. He started from studying a bit of architecture, but already at 23 he decided to follow his interest in photography and moved to New York in 1965. He opened his own studio there just in a year.

Крис был немцем по происхождению: он родился в 1942 году во время войны в Берлине. В молодости он начал было изучать архитектуру, но уже в 23 года решил последовать за своим интересом к фотографии и переехал в Нью-Йорк в 1965 году. Всего через год он открыл там собственную студию.

He soon started to work for the Harper’s Bazaar Magazine, shooting his dangerously sexy and provocative fashion stories for USA and Italy editions. Since 1972 he works almost exclusively with American Vogue, and also for its German, French and Italian editions. One of his favourite models of those times was the famous and damned Gia Carangi, first shot by him in 1978.

Вскоре он начал работать для журналов Harper’s Bazaar, снимая свои опасно сексуальные и фешн- истории для изданий в США и Италии. C 1972 он сотрудничает практически эксклюзивно с американским Vogue, а также с его итальянским, немецким и французским изданиями. Одной из его любимых моделей того времени была печально знаменитая Джиа Караджи, которую он впервые сфотографировал в 1978-м.

Some of his most innovative and also ironical shoots for fashion industry were made for Dior. Can you a least imagine how daring they were in 70s? And today they still look extremely fresh and involving. Why no-one shoots this type of advertising any more?

Его самые новаторские и ироничные снимки в модной рекламе были сделаны для Dior. Только представьте себе, какими смелыми они казались читателям журналов в 70-е! Даже сегодня они по-прежнему выглядят свежо и актуально. Почему больше никто не снимает такую рекламу?

Not so many people know the name of Chris von Wangenheim today, because his life ended up very early, in a car crash in 1981. But not only he created some of the most intriguing aesthetics in alonsgide Helmut Newton, but he also inspired lots of contemporary fashion photography stars as Steven Klein.

Не так много людей сегодня знают имя Криса фон Вангенхайма, потому что его жизнь закончилась очень рано, в автокатастрофе в 1981 году. Но он не только создал некоторые из самых интригующих эстетических образов наравне с Хельмутом Ньютоном, но и вдохновил на творчество многих звезд современной модной фотографии, среди которых Стивен Кляйн.

In 2015 Rizzoli published a book on Wangenheim’s work and life entitled Gloss: The Work of Chris von Wangenheim.

В 2015 году Rizzoli опубликовали книгу о творчестве и жизни Вангенхайма под названием Gloss: The Work of Chris von Wangenheim.

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under photography

Tagged as 70s, Chris von Wangenheim, daring, dior, fashion photography, harpersbazaar, innovative, inspiration, photography, scandal, sensation, studio54, vogue, wild

by hungryfaces | July 19, 2020 · 10:02 pm

“The mission of photography is to explain man to man and each to himself,” Edward Steichen theorized.

He attempt and ultimate success to gain recognition for photography as an art form. In 1911 Steichen shot the latest collection of couturier Poiret for teh magazine Art et Decoration, which is now generally regarded as the 1st ever fashion shoot.

 During the First World War, Steichen was posted to Europe to run the aerial photography division of the American Expeditionary Force, and he remained there until 1919. The clarity of the aerial photographs convinced Steichen to change his style and embrace the clear, sharp images that cameras could make.

He abandoned the soft-focus and heavy retouching of his earlier work. In 1923, Steichen received his first major break as a photographer, when he became chief photographer for Condé Nast Publications.

For the next fifteen years he took fashion photographs for Vogue and portraits for Vanity Fair, becoming hugely influential in both fields. His portraits of Gloria Swanson (1924) and Greta Garbo (1928), for example, have become icons in the history of photography.

“Миссия фотографии – объяснить человека человеку и каждого самому себе”, – теоретизировал Эдвард Стейхен.

Он пытался и в конечном итоге обрел успех,  получив признание фотографии как художественной формы. В 1911 году Стейхен снял последнюю коллекцию couturier Poiret для журнала Art et Decoration, который в настоящее время, как правило, считается 1-й фешн сьемкой в истории моды.

Во время Первой мировой войны Стейхен был отправлен в командировку в Европу для управления отделом аэрофотосъёмки Американского экспедиционного корпуса, и он оставался там до 1919 года. Ясность аэрофотоснимков убедила Стейхена изменить свой стиль и обхватить четкие, острые изображения, которые могли сделать камеры.

Он отказался от своей мягкой фокусировки и тяжелой ретуши которарая присутствовала в более ранних работах. В 1923 году Стейшен получил свой первый крупный прорыв в качестве фотографа, когда стал главным фотографом “Conde Nast Publications”.

Следующие пятнадцать лет он создавал фотографии моды для Vogue и портреты для Vanity Fair, став чрезвычайно влиятельным в обеих областях. Его портреты Глории Свонсон (1924) и Греты Гарбо (1928), например, стали иконами в истории фотографии.

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, photography

Tagged as art form, black and white, condenast, creativity, Edward Steichen, greta carbo, iconic, inspiration, legend, mission fashion, photography, portraits, success, vanityfair, vogue

by hungryfaces | May 1, 2020 · 8:16 pm

Fashion photography has the power to become a legitimate work of art when the photographer is one with a strong personal style and vision.

Julia Hetta is one of these photographers. This emerging artist is making a reputation for herself with her immediately recognisable portraits that combine dark atmospheres, painterly quality and an exquisite Renaissance vibe.

A signature image by Hetta includes the subject against a dark backdrop, faintly illuminated by a dim light. It is no surprise that, in addition to fashion magazines, Julia Hetta’s mysterious photographs are being featured in museums and galleries around Europe.

She works almost exclusively with natural light and long exposure times, Hetta imbues her subjects with a sense of serenity and power. Her use of light, color and texture transforms her fashion photographs into compositions of timeless enchantment. 

No wonder why her editorial clients include Vogue, Dazed and Confuzed, Another Man, W magazine and T Magazine and her clients include Lanvin, Jil Sander, Hermès and Chloe and Gucci. Julia Hetta describes herself as a romantic.

She appreciates beauty and says she falls for it easily. It seems a fortunate disposition for a photographer, but Hetta, being Swedish, also observes the concept of “just the right amount. ” I do agree with her vision on life and beauty creature, cos all the best is simple and gracefully proportioned with balance. It would be my pleasure to work with her one day!

Модная фотография обладает силой стать легитимным произведением искусства, когда фотограф в унисоне с сильным личным стилем и видением. Джулия Хетта – одна из таких фотографов.

Эта развивающееся художница сделала себе репутацию моментально узнаваемыми  портретами, которые сочетают в себе темную атмосферу, живописное качество и изысканный ренессанс.

Фирменное изображение Хетты включает в себя обьект напротив темного фона, слабо освещенный тусклым светом. Неудивительно, что помимо модных журналов в музеях и галереях по всей Европе представлены загадочные фотографии Джулии Хетты.

Она работает почти исключительно с естественным светом и длительным временем экспонирования, Хетта подражает своим обьектам с чувством спокойствия и силы. Ее использование света, цвета и текстуры превращает ее модные фотографии в композиции безвременного очарования.

Неудивительно, почему ее эдиториал клиенты включают Vogue, Dazed and Confuzed, Another Man, W magazine и T Magazine, а ее клиенты – Lanvin, Jil Sander, Hermès и Chloe и Gucci. Джулия Хетта называет себя романтичной.

Она ценит красоту и говорит, что легко на нее западает. Кажется удачным настроем для фотографа, но Хетта, будучи шведкой, тоже соблюдает понятие “просто достаточное количество”.

Я согласна с ее видением жизни и красоты, потому что все лучшее просто и изящно пропорционально равновесию. Мне было бы приятно работать с ней в один прекрасный день!

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, photography

Tagged as art, cate blanchett, composition, dazed and confused magazine, enchantment, inspiration, julia hetta, photography, portrait, renaissance, signature, style, timeless, vision, vogue

by hungryfaces | March 6, 2020 · 7:56 pm

I’M NOT SO MOTIVATED BY FASHION AND BRANDS, EXPLAINS TIM Walker – one of the world’s leading fashion photographers. Given that Walker’s work is most frequently found between the glossy covers of high-end fashion magazines – LOVE, I-D and of course the myriad international imprints of VOGUE, to name but a few.

Walker worked as an assistant to Richard Avedon before shooting his 1st story for Vogue at age only 25. The theatrical staging and styling of his work produce a fairy tale aesthetic unlike any other photographer working today, forging beguiling narratives throughout his editorial shoots that have graced the pages of the world glossiest magazines.

 TIM WALKER— It’s a celebration of the individual. If you have a chance, dive into fantastical worlds created by the photographer: the Victoria and Albert Museum in London has dedicated an exhibition to him, that will run until the 22nd of March. 

“Я не мотивирован модой и брендами”, – говорит Тим Уокер, один из ведущих фешн-фотографов в мире.

Тем не менее. работы Уокера чаще всего появляются на обложках ключевых глянцевых журналов (LOVE, I-D и, конечно, бесчисленное множество международных VOGUE).

Уокер работал помощником фотографа Ричарда Аведона перед тем, как снять свою первую фешн-историю для Vogue в возрасте всего лишь 25 лет.

От всех других фотографов мира его стиль отличает театральность сюжетов и сказочная эстетика.

Тим Уокер – это праздник личности. Если у вас есть такой шанс, погрузитесь в созданные им фантастические миры на выставке в музее Виктории и Альберта. которая продлится до 22 марта. 

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, photography

Tagged as aesthetic, art, cover, editorial, exhibition, fashion, gloss, inspiration, love, magazine, photography, styling, tim walker, v&a, vogue

by hungryfaces | December 24, 2019 · 2:58 pm

Giovanni is one of the most famous Italian photographers, known for his passion for fashion, portraits and poetry.


I was lucky to meet him in person and see his studio with the  most sophisticated library ever seen  in Milan. One of the phrases that stuck in my mind is about how he started doing photography: “I fell in love with a woman”. Straight after that, I understood that all ladies secretely want to be that powerful enough to inspires such talent as Gastel.


 His career skyrocketed after he met Carla Ghiglieri, who introduced him to the fashion world. He was shooting for Vogue, W, Elle, Vanity Fair, Amica and Glamour. Then he started to do advertising campaigns for Dior, Krizia, Trussardi, Nina Ricci, Tod’s, Versace and Acqua di Parma. 


He has numerous publications, awards and exhibitions: like his personal retrospective atTriennale di Milano design museum in 1997 curated by Germano Celant. One of the secrets of Gastel’s photography is its seduction factor. “I have to be seduced by and seduce the person taking the picture of “.  


Джованни – один из самых известных итальянских фотографов, который знаменит своей страстью к моде, портретами и поэзией. 


Мне повезло встретиться с ним лично и увидеть его студию, в которой я увидела самую изысканную библиотеку в Милане. Одна из фраз, застрявших в моей голове при встрече с ним: “Я влюбился в женщину”, когда Гастель рассказывал мне, почему он решил заняться фотографией. Сразу после этого я поняла, что глубоко в наших сердцах, дамы, мы все хотим быть той могущественной женщиной, которая вдохновила бы такой талант, как Джованни Гастел. 


Его карьера взлетела после встречи с Карлой Гигльери, которая познакомила его с миром моды. Он снимал для Vogue, W, Elle, Vanity Fair, Amica и Glamour. Затем последовали рекламные кампании для Dior, Krizia, Trussardi, Nina Ricci, Tod ‘s, Versace и Acqua di Parma. 


Бесконечные публикации, награды и выставки, как, например, одноимённое шоу в музее дизайнаТриеннале в 1997 году под руководством Джермано Селанта. Один из секретов фотографии Гастеля – в соблазнении: “Я должен соблазнять и быть соблазненным моей моделью», – признается он.

Rate this:

Like this:

Like Loading…

Filed under art, lifestyle, photography

Tagged as angel, archives, art, fashion, giovanni gastel, inspiration, love, maestro, mode, passion, photography, poetry, portrait, seduction, vogues

Сказочный мир фотографа Тима Уокера

Загрузка

Стиль | Мода

Сказочный мир фотографа Тима Уокера

Линдси Бейкер, 19 сентября 2019 г.

Новое сотрудничество фотографа V&A — это «медитация и лекарство». В смутные времена «чувство игривости — благороднее всего», — говорит он Линдси Бейкер.

A

Вышитая шкатулка, картина с изображением Кришны, фотография Эдит Ситуэлл — вот некоторые из произведений искусства и артефактов, которыми черпал вдохновение британский фотограф Тим Уокер после года исследований в лондонском Музее Виктории и Альберта. «Это произошло из-за объектов, которые проявились по счастливой случайности», — сказал Уокер BBC Culture на предварительном просмотре новой выставки «Чудесные вещи». Шоу представляет собой запутанное, захватывающее путешествие по 10 безумно творческим фотосессиям. Как говорит Уокер: «Каждая съемка — это любовное письмо к объекту, иногда к нескольким объектам».

Еще как:

—        Стиль, красота и черная индивидуальность

—        Что значит быть кемпингом?

—        Платье, которое заставило мир ахнуть

Выставка названа в честь фразы, произнесенной археологом, охваченным благоговением в 1922 году, когда он впервые увидел сверкающее содержимое гробницы Тутанхамона: «Чудесные вещи». И здесь присутствуют все характерные для Уокера увлечения страной чудес — английская сельская местность, сказки, обнаженные мужчины и его влияние на искусство и фотографию, от Битона и Лартига до иллюстратора детских книг Артура Рэкхема.

Фотограф Тим Уокер в течение года исследовал коллекции лондонского Музея Виктории и Альберта (Фото: Сара Ллойд/Tim Walker Studio)

Ведущий международный фэшн-фотограф, Уокер стал известен в 1990-х годах, став звездным автором британского Vogue. С тех пор он стал известен своими потусторонними, сюрреалистическими, а иногда и гротескными образами, как в моде, так и в портретной живописи.

Повсюду артефакты Виктории и Альфреда выставлены рядом с фотографическими работами, которые они вдохновили, придавая объектам, которые зажгли воображение Уокера, определенное талисманное качество. «У нас было особое время на протяжении всего путешествия по выставке», — говорит он. «Я чувствую, что выставка вела нас сама. Ничто не было принуждено; это был действительно нежный процесс. Он поднял нас, и казалось, что он обладает собственной силой».

Витраж «Тобиас и Сара в брачную ночь», 1520 г. (Источник: Музей Виктории и Альберта, Лондон) Каким образом? «Был момент, когда мне было плохо. Это была низкая точка. Но, занимаясь красотой, он представил мое затруднительное положение в перспективе. Это был бальзам, который возвысил меня в тот унылый период, и мне удавалось поднять себе настроение, занимаясь витражом 16-го века, или вышитой шкатулкой, или картиной констебля с облаками. Для меня это была медитация и лекарство».

Серия фотографий Illuminations, в которой модели изображены в виде кокона в длинных пуховиках Moncler, была вдохновлена ​​витражным произведением 16-го века «Тобиас и Сара в их брачную ночь, 1520 год». Прозрачный фрагмент поразил Уокера. как «трогательное изображение… глубина комнаты и атмосфера уюта и домашнего уюта — тапочки, собака, пара в постели — это заставляет меня чувствовать себя очень умиротворенно». Ярко-красные шторы напомнили ему о его детстве. Его мать сделала красные шелковые абажуры, которые освещали семейный дом, радушно возвращаясь домой.

Изображение из серии «Иллюминации», вдохновленное витражным панно (Студия Тима Уокера)

«Почему бы не быть собой?», поразительный набор изображений актрисы Тильды Суинтон в изысканном тюрбане и тунике Gucci и гигантских украшениях Lisa Eisner , был вдохновлен фотографией поэтессы Эдит Ситуэлл, сделанной сэром Сесилом Битоном в 1962 году. На фотографиях Суинтон, дальний потомок Ситуэлл, изображает своего предка — с характерными подведенными бровями — в Ренишоу-холле, семейной резиденции Ситуэллов в Дербишире. Это произведение — «празднование возраста и празднование различий. Тильда продемонстрировала поразительную странность Эдит Ситуэлл и ее веру в свою странность».

Фотография поэтессы Эдит Ситуэлл, сделанная Сесилом Битоном в 1962 году, послужила источником вдохновения для книги «Почему бы не быть собой?». (Источник: Музей Виктории и Альберта, Лондон)

Куратор отдела фотографий Музея Виктории и Альберта Сюзанна Браун тесно сотрудничала с Уокером на протяжении всего процесса. «У него безграничное воображение, — говорит она BBC Culture. «На выставке представлено 10 разных миров, каждый со своим звуковым ландшафтом, в котором он сплетает воедино все разные нити. В его работах есть повествование, он фокусник, и он вызывает в воображении сцены выдумки». Он также, что немаловажно, совместный художник, добавляет она. «Он как дирижер оркестра, выуживает из них все самое лучшее. У него общее видение со своими коллегами, делает ли он портрет или создает модную фантазию».

Тильда Суинтон поддерживает Эдит Ситуэлл в Renishaw Hall в фильме «Почему бы не быть собой?» (Фото: Студия Тима Уокера)

Нельзя отрицать волшебное, сказочное качество видения Уокера — слово, часто используемое для описания его работ, — «фантастическое». Но в то время, когда мир полон вызовов — климатический кризис, бедность, политическая нестабильность — где место «фантастической» моде и фотографии? В настоящее время это экзистенциальный вопрос, стоящий перед миром моды. Являются ли такие вещи просто снисходительностью, легкомыслием, формой эскапизма? Нет, по мнению Брауна. «В творческом мире есть место для широкого спектра работ», — говорит куратор. «Нам нужна функциональная одежда, но нам нужно выражать себя, нашу личность, наши эмоции, наше настроение — через нашу одежду. И эта выставка — фантазия, да, но она связана с реальным миром».

Из этого мира

Давний соратник Уокера, арт-директор Шона Хит, соглашается, что «Чудесные вещи» — это «во многом этот мир», несмотря на все его сказочное настроение. Хит рассказывает BBC Culture: «Например, здесь показаны все типы телосложения — маленькие, большие, толстые, худые, все красивые. Это также праздник однополой любви и сильных женщин. Для Тима Эдит Ситуэлл невероятно красива, красива, как любая молодая женщина. Все красиво. Это не совсем месседж выставки, но отсюда он исходит».

Художник-постановщик Шона Хит, художник-постановщик, тайный сад для «Коробки наслаждений» (Источник: Музей Виктории и Альберта, Лондон) как отличный сотрудник: «Мы искренне вдохновляем друг друга. У нас обоих были хорошие знания в области истории искусства до того, как мы встретились друг с другом, и мы разделяли любовь ко многим вещам, в том числе к фотографическим влияниям и детской книжной иллюстрации».

Эти общие увлечения можно увидеть на выставке «Коробка наслаждений», еще одна серия изображений. Идея навеяна вышитой шкатулкой XVII века и придворной мантуей из музейного собрания. Хит создал шикарную гостиную, в которой выставлены фотографии, а также большой секретный сад, который использовался во время съемок. Как объясняет Хит: «Это о молодом человеке, выросшем в [британском] северном рабочем мире и чувствующем себя в клетке, как бабочка; затем он расцветает и показывает свое истинное лицо. Речь идет о том, чтобы быть трансгендером, и о яркости — и о трудностях — связанных с этим. Исполнители не «стилизуются», это их собственные персонажи».

Придворная мантуя из коллекции музея была одним из объектов, вдохновивших Box of Delights (Источник: Музей Виктории и Альберта, Лондон). Идея фотосессии была вызвана изысканной картиной 16-го века, выполненной акварелью и золотом, «Кришна и Индра» из Империи Великих Моголов. Изображения, на которые он вдохновил, происходят в английской сельской местности в прекрасный летний день с моделями индийского, пакистанского и бангладешского наследия. Как пишет главный редактор британского Vogue Эдвард Эннинфул в буклете выставки: «Некоторые люди могут проповедовать ненависть, но посмотрите, здесь прославляется культура не только индийская, пакистанская или бангладешская, но и британская. можно сказать, новая Британия».

Картина «Кришна и Индра, 1590 год» стала одним из произведений искусства, положивших начало «Облаку 9» Уокера (Источник: Музей Виктории и Альберта, Лондон). сыграл творческую роль. Уокер увлечен совместным процессом. «Я думаю, что с тем типом фотографий, которые я делаю, я не могу сделать это самостоятельно, для этого нужна команда людей», — говорит он BBC Culture. «Быть ​​фотографом может быть одиноко, но путь, который я выбрал, никогда не бывает одиноким, потому что я общаюсь с командой и с исполнителями, и они становятся друзьями. Это как семейный праздник».

В другом разделе выставки артефактом, поразившим воображение фотографа, является нарисованная вручную фотография гобелена из Байе. В интерпретации гобелена Уокером солдаты изображены как эко-воины, а все декорации, реквизит и костюмы были связаны спицами, крючком, изготовлены вручную и переработаны. Раздел называется «Солдаты завтрашнего дня».

Одно из изображений серии «Облако 9», вдохновленное картиной Кришны (Источник: Студия Тима Уокера)

Создание выставки было эмоциональным опытом, рассказывает Уокер BBC Culture, и своего рода ответом на мировые беды. Как он видит роль искусства? «Когда я беру в руки газету, я вижу темноту, — говорит он. «Но не все человечество темное. Любая мода, искусство, фотография, декоративно-прикладное искусство, если они подлинные, действительны. А чувство игривости — более благородная вещь». Ослепительные изысканные предметы и артефакты из коллекций Виктории и Альберта — это, по его словам, «бальзам из темных времен человечества, это голоса света».

Фотография гобелена из Байе, слева, вдохновила «Солдат завтрашнего дня», в которой исполнители изображены как эко-воины (Источник: Музей Виктории и Альберта, Лондон)

«Это поучительно, этот уровень красоты и смирения . У меня был эмоциональный отклик на это, так что мы делаем выставку, чтобы почтить красоту этих вещей. Я хочу, чтобы это было праздником целительных свойств человеческой красоты».

Тим Уокер: Замечательные вещи находится в Музее Виктории и Альфреда в Лондоне, работает с 21 сентября по 8 марта 2020 года.  или напишите нам по номеру   Twitter .

И если вам понравилась эта история, подпишитесь на еженедельную рассылку новостей bbc. com под названием «Если вы прочитаете только 6 вещей на этой неделе». Подборка историй из BBC Future, Culture, Worklife и Travel, доставляемых на ваш почтовый ящик каждую пятницу.

Тим Уокер: Стремись к Луне

Присоединяйтесь к нам

Посмотреть галерею 12 Фото

1

2

3

4

5

6

7

8

10

110003

12

1 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Источник:

2 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Уилсон Ориема, Нико Риам, Эммануэль Аджайе и Кинг Овусу, Лондон, 2016 г. © Тим Уокер

Источник:

3 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

© Тим Уокер

Источник:

4 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

© Тим Уокер

Источник:

5 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Фей Фей Сан в свадебном платье Кристобаля Баленсиаги 1967 года с затененным Сяо Вен Цзюй, Лондон, 2014 год. © Tim Walker

Источник:

6 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Карен Элсон и лев Атлас, Shotover House, Оксфордшир, 2013. © Тим Уокер.

Источник:

7 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Тильда Суинтон Мода: Gucci, Марк Джейкобс. Украшения: Lisa Eisner Jewelry, Vela, Uno de 50, A. Brandt + Son Renishaw Hall, Дербишир, 2018 г. © Tim Walker Studio

Источник:

8 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Сара Грейс Уоллерстедт. Мода: Moncler London, 2018 © Студия Тима Уокера

Источник:

9 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Даки Тот, тень Обри Мода: Saint Laurent London, 2017 © Tim Walker Studio

Источник:

10 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Карен Элсон, Сгер Вуд и Джеймс Крю. Мода: The Row, Saint Laurent от Anthony Vacarello, Daniela Geraci, шляпа Sarah Bruylant, Molly Goddard London, 2018 © Tim Walker Studio

Источник:

11 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Сету Нцизе, Джермейн Даунер, Уилл Саттон, Зузанна Бартошек и Сара Грейс Уоллерстедт. Мода — Moncler 1 от Пьерпаоло Пиччоли. Лондон, 2018 © Тим Уокер

Источник:

12 из 12
Тим Уокер: Стремись к Луне

Зо, Киран Кандола, Фирпал, Юсуф, Равьянши Мехта, Джину Махадеван, Чаунтелл Кулками и Радхика Наир Мода: Marni, Paolina Russo, Missoni, Ahluwalia Studio, Bottega Veneta, Chloé, Lou Dallas. Першор, Вустершир, 2018 г. © Студия Тима Уокера.

Источник:

Время чтения: 8 минут

За 25 лет после выпуска Тим Уокер стал одним из самых выдающихся фотографов своего поколения. Дайан Смит находит его в задумчивом настроении перед новой книгой и выставкой в ​​музее Виктории и Альберта. Посетите магазин BJP, чтобы купить журнал здесь.

Тим Уокер общительный человек. Еще в 2008 году я был одним из многих журналистов, которые брали у него интервью о его знаменитой выставке в Музее дизайна, Тим Уокер – Фото , но, несмотря на это, сегодня он меня сразу узнает. «В последний раз, когда я видел тебя, я был моложе, ты была моложе», — говорит он, только что проведя всю ночь на фотосессии. «У меня в голове твоя фотография, с которой я встретил тебя в Музее дизайна, и теперь я снова встречаюсь с тобой. Я так хорошо знаю, как проходит время и как нужно торопиться… Фотография в первую очередь заставляет вас осознать свою собственную смертность».

Десять лет назад Уокер был наиболее известен своими искусными фэшн-фотографиями, опубликованными в таких известных изданиях, как  Vogue . Ему было всего 25 лет, когда он снял свой первый рассказ для основополагающей библии моды, запечатлев тщательно продуманные сцены фантазии, превратив моделей в персонажей, похожих на принцесс, когда они полулежали на кроватях, заваленных матрасами, с гигантскими сломанными шалтайками, или с лебедями.

Сегодня мы обсудим последнее начинание Уокера. Он только что завершил трехлетний заказ для лондонского музея Виктории и Альберта, для которого его попросили создать 10 новых проектов, вдохновленных предметами, найденными в обширной коллекции музея. Обыскивая как публичные галереи Виктории и Альфреда, так и огромные консервационные магазины, Уокер выбрал такие предметы, как эротические иллюстрации Обри Бердслея конца 1800-х годов и средневековую шкатулку с сокровищами — все, что подсказывало ему: «10 разных миров, которые я мог бы сформулировать как серию фотографий». .

 

«Когда я ребенком ходил в музей Виктории и Альфреда, я видел множество красивых тел — мужчин, женщин, молодых, старых, скульптуры, картины, формы, изображения, и это невероятно вдохновляло», — говорит Уокер. . «Если вы посмотрите вокруг, там так много гомоэротической иконографии, она повсюду — красивые мужчины срывают с себя шорты, обнажая красивые тела, красивые задницы… Мне это очень интересно, я думаю, что это очень красиво — фотографировать людей и прославлять гомоэротику.

«Я определил свою сексуальность, глядя на фотографии и искусство, и я знал, что если я пойду в V&A, я смогу увидеть то, что меня интересует. Поэтому, когда мы снимали Обри Бердслея, мы усилили скрытые вагины и члены на его фотографиях. Мы должны были чтить его, речь идет о том, чтобы чтить художественную или человеческую артикуляцию красоты, и я был очень горд и впечатлен тем, что Виктория и Альберт отправились туда».

Опираясь на это вдохновение, финальная выставка –  Тим Уокер: Замечательные вещи  – включает в себя пять проектов, связанных с обнаженной натурой, областью, выходящей за рамки моды, которой Уокер все больше интересовался. Фактически, это был крупный частный проект обнаженной натуры. четыре года назад по заказу коллекционера Николы Эрни, когда Уокер сосредоточился на работе Иеронима Босха «Сад земных наслаждений» и сфотографировал фантастические, иногда почти гротескные изображения, которые произвели впечатление на Викторию и Альберта. Это показало директорам музея, что Уокер может создавать работы, вдохновленные предметами из его коллекции — коллекции, которая, несмотря на застегнутое на все пуговицы викторианское происхождение музея, включает в себя множество чувственных обнаженных тел. «С фэшн-фотографией дело в том, что вам всегда нужно одеваться — в этом суть, вы документируете платье», — говорит он. «Но в детстве я был очарован Иеронимом Босхом, очарован наготой». Он добавляет: «Противоположность платья — кожа, красота возраста».

Модный форвард

Родившийся в 1970 году и выросший в сельской местности Девона, он был привлечен к «безделушкам моды», но чувствовал себя «очень незваным», учитывая, что он не вырос в Лондоне и никого не знал в бизнесе. Тем не менее, после окончания школы он попал на стажировку в Vogue издательство Condé Nast, помогая в библиотеке изображений. Там он открыл для себя работы Сесила Битона, самого выдающегося британского фэшн-фотографа и фотографа-портретиста межвоенного периода, и провел следующий год, собирая архив своих работ. Глядя на миры, созданные Битоном в его студии, Уокер был вдохновлен как видением старого фотографа, так и его техническими ограничениями.

«Изначально я хотел стать стилистом и писателем, меня интересовала одежда — у меня никогда не было технического интереса [к фотографии]», — говорит Уокер. «Но я думаю, что у Битона не было технических способностей, но я видел, как он мог выражать себя с помощью камеры. Это были вырезки из фольги, пластика, целлофана и бумаги, и на самом деле, технически его картины действительно довольно дерьмовые, особенно в начале. Он был так молод, когда начал. Но красота, его изложение красоты, поразили меня. Он стал абсолютно входным».

Уокер продолжил изучать фотографию в Эксетерском колледже искусств, который окончил в 1994 году и стал ассистентом сначала у различных фотографов в Лондоне, а затем улетел в Нью-Йорк, чтобы работать с Ричардом Аведоном. Помощь Аведону «многое дала мне как фотографу», говорит он, но то, что он узнал, не было техническим и даже не касалось изображений как таковых. Все дело было в общении, в том, «как заставить людей сиять», — говорит Уокер. «Он был необыкновенным. Было много ролевых игр — модели не были богинями секса, они были воронами в маленьких черных костюмчиках от Versace, голодными и ищущими червей. Он говорил: «Вот червяк, ты должен нырнуть вниз и достать его!» И это сделало те фотографии. Он действительно добивался выдающихся результатов от людей, которые не были артистами».

В то время как Уокер нашел эру супермоделей «разочаровывающей и отчуждающей», появление гранжа и более причудливых идеалов, которые вошли в моду благодаря таким моделям, как Кейт Мосс и Эрин О’Коннор, позволили ему начать устанавливать долгосрочные отношения. с сценографами, такими как Шона Хит (с которой он работал над заказом Иеронима Босха) и Саймоном Костином, а также со стилистами, парикмахерами и визажистами и другими. Уокер начал строить свое сказочное видение. «Именно тогда это превращается в большую постановку», — говорит он, и, хотя он настаивает на том, что ему «выпала честь работать со всем этим реквизитом и блестяще талантливыми людьми», он также начал находить это утомительным. «Это был очень захватывающий период — я был молод, у меня было много энергии, и я хотел многое сказать о своем взгляде на красоту», — говорит он. «Сейчас у меня не так много энергии. Это очень дорого и отнимает энергию».

Время для самоанализа

Уокер только что закончил ретроспективную книгу с Thames & Hudson под названием Shoot for the Moon , которая будет опубликована в сентябре, но теперь, когда он стал одним из самый прославленный фотограф своего поколения, он по-прежнему предпочитает раздвигать границы своей зоны комфорта, находя это «захватывающим», хотя и пугающим. Он ничто, если не задает себе вопросы, с постоянным самоанализом, который держит его и его практику в движении. По его словам, нет проверенного способа создать хороший имидж, а это значит, что он старается быть открытым для всего.

Непредубежденность Уокера привела к ощущению волнения по поводу меняющейся сегодня индустрии моды. По его словам, как бизнес он превращается из чего-то «невероятно закрытого» с точки зрения репрезентации и красоты во что-то «совершенно демократичное». Возраст, раса, религия — приглашены все», — говорит он. «Это очень волнительно. «Я думаю, что сейчас очень, очень интересное время», — добавляет он. «Это осколки — зеркало упало с большой высоты, и есть миллион разных осколков, которые отражаются на нас в искаженном виде. Это экстраординарное время, и оно не устоялось — это верхушка айсберга. Это время потока. Я думаю, что компьютер, возможности коммуникации, позволяющие нам общаться друг с другом, полностью лишили силы старую гвардию. Это очень новое начало».

Теперь, говорит он (и это, возможно, связано с его временем с Аведоном), он просто хочет, чтобы его натурщики сияли, будь то знаменитые модели, прославившиеся своей красотой, или люди, позирующие для портретов из-за их успеха в других областях. Фотографирует ли он «красивого мальчика, который вырос геем и был опозорен» или «красивую черную девушку, которая не могла быть моделью», он хочет показать их в лучшем виде.

«Раньше были правила. Теперь все стены рушатся. Все полностью изменилось. Все, что я знаю, это то, что все идет, пока ты ответственный и честный»

Таким образом, хотя он по-прежнему продолжает снимать модную одежду высокого класса, он также расширяет свое творчество, создавая портреты, работая для таких журналов, как W , The New Yorker и Vanity Fair . В отличие от театра своих модных работ, он часто выбирает очень простой комплект с открытой спиной.

«Это что-то, что взорвалось с тех пор, как я видел тебя в последний раз», — говорит он о своем возвращении к более скромному подходу. «Это ответ на барочную сложность работы в «мире». Когда я создаю мир, это невероятно сложно и запутанно сделать правильно, потому что в нем так много элементов — это просто сложное видение, когда вы смотрите через камеру. Противоположность тому, что я фотографирую тебя сейчас, в прекрасном свете, на белом фоне… Ты становишься миром, ты тот, кто мне интересен». Хороший портрет — это «обоюдное согласие», — говорит он, добавляя, что сомневается в ценности портрета, в котором «фотограф слишком переусердствует, если это на 80 процентов фотограф и на 20 процентов объект. «Это очень мягкое руководство, без толчка», — говорит он. «Я никогда не хотел бы толкать кого-то в ситуацию».

Он указывает на то, что фотографировал кинорежиссера Дэвида Линча, как на формирующий опыт, хотя сначала он нашел его разочаровывающим, потому что «я только что появился, он был в белой рубашке, и ничего не произошло». Только позже он понял, что «ни в чем» не было смысла — что Линч, приверженец трансцендентальной медитации, хотел, чтобы ничего не происходило, «потому что все внутри было своего рода медитативным выражением чистого листа бумаги».

«Ему нравилась белая бумага, и он просто нарисовал на ней крошечный символ, а потом просто стоял и смотрел в камеру, и это было потрясающе», — говорит Уокер. «Это как с Ганди — что было у Ганди, когда он умер? Пара сандалий на деревянной подошве и все, и в этом была прекрасная простота. Пустота жизни, сходство и тот факт, что мы не носим вещи, — это очень линчевская теория». Когда Уокер фотографировал Линча, это были «только я и он».

Студия Уокера в восточном Лондоне «очень, очень маленькая» и уютная, по его словам, в ней нет места для большой съемочной группы или съемочной площадки, а также возможности для запугивания, которое они приносят. Тем не менее, он пока не собирается отказываться от больших постановок или больших съемочных групп — как, например, его работа с шоу Виктории и Альберта. И хотя он может «сфотографировать Дэвида Линча за белым столом в одиночку, я не могу создать выставку в музее Виктории и Альберта без целой толпы людей», и он говорит, что считает привилегией работать с кураторами и специалисты музея, которые поделились с ним своими знаниями и дали ему «выдающееся образование». Он настаивает на том, что Шона Хит была «абсолютным стержнем» проекта Виктории и Альберта, создавая каждую декорацию, присутствуя на каждой съемке и оформляя выставку. «У нас всегда очень красивый разговор, я думаю, что она лучшая».

Когда я спрашиваю, что он хочет делать дальше, Уокер — после ночных съемок, новой книги и трехлетнего проекта в Виктории и Альберте — отвечает, что хочет взять свою собаку на очень долгую прогулку. в парке, проведите некоторое время дома, готовя еду и общаясь с друзьями, читайте и заряжайтесь. Это было прекрасное время, чтобы сделать книгу и устроить выставку, потому что она была такой задумчивой, говорит он; затем он хочет выяснить, «как разбился мир, зеркало, и где я вписываюсь в один из этих маленьких фрагментов».

«Раньше были правила — когда я в последний раз встречался с вами, был истеблишмент, были правила, все происходило определенным образом», — объясняет он. «Теперь все стены рушатся — он стал ею, она стала ими, черное стало белым, белое стало черным, все совершенно изменилось. Все, что я знаю, это то, что все идет, пока ты ответственный и честный.

«Это просто время для того, чтобы действовать ответственно и с большой добротой», — добавляет он. «Если вы добры, ответственны и любите человечество в целом, мир — ваша устрица».

Тим Уокер: Замечательные вещи  выставляется в музее Виктории и Альберта с 21 сентября по 8 марта. Shoot for the Moon издается Thames & Hudson.

Метки: модная фотография, Тим Уокер, V&A

Дайан Смит

Дайан Смит — независимый журналист, сотрудничающий с такими изданиями, как The Guardian, The Observer, The FT Weekend Magazine, Creative Review, The Calvert Journal, Aperture, FOAM, IMA, Aesthetica и Apollo Magazine. До того, как стать фрилансером, она писала и редактировала в BJP в течение 15 лет. Она также курировала выставки для таких учреждений, как Галерея фотографов и Фотофестиваль в Ляньчжоу. Вы можете подписаться на нее в инстаграме @dismy

Дайан Смит
Вам также может понравиться

О фотографии: Тим Уокер, 1970-настоящее время

«Мне нравится снимать вещи, которые исчезают — в этом смысл фотографии. То, что я фотографирую, — это воображаемое место, которого никогда не было, но оно связано с чем-то, что уже было». -Тим Уокер

«Я всем обязан Аведону».

В 1995 году супермодели зарабатывали 10 долларов в день, а Тим Уокер, которому еще не исполнилось 25 лет, был четвертым ассистентом в студии Ричарда Аведона. В интервью Тима Льюиса 15 сентября 2019 г., выпуск The Guardian, Уокер говорит: «Моя роль была очень, очень простой, но необходимость убирать собачье дерьмо с улицы прямо перед его студией — что я должен был делать много — позволила мне иметь место в первом ряду при просмотре фотографии Ричарда Аведона. Я был на передовой, и то, как Дик общался с субъектом, было всем».

Два десятилетия назад Уокер, ныне один из выдающихся фэшн-фотографов, вспоминает фотосессию Аведона, на которой Надя Ауэрманн и Кристен Макменами снимались для рекламной кампании Versace. «Когда Кристен и Надя вышли в двух маленьких черных костюмах, он сказал: «О, я думаю, что вы вороны и сидите на ветке». На полу червяк, и ты борешься за него». Очень простые, детские сценарии, которые были очень непосредственными».

На фотосессии для его выставки в Музее Виктории и Альберта «Тим Уокер: Замечательные вещи» модели одеты в костюмы, похожие на воздушные шары, которые он понятия не имеет, как фотографировать. Он говорит моделям: «Сегодня днем ​​будет продаваться куча воздушных шаров, и они будут летать вокруг, и кто-то купил воздушный шар, а ребенок забирает их»,

О том, как он работает с моделями, он говорит: « Я бы никогда не поговорил с кем-то и не сказал: «Встань здесь, повернись лицом к свету, прими вот так…» Так что да, я всем обязан Аведону».

Воспитание

Тим Уокер родился в Гилфорде, графство Суррей, Великобритания. Его семья переехала в Дорсет, где он и его брат проводили лето, пытаясь перекрыть небольшую реку, протекавшую через их владения, чтобы они могли в ней купаться. Они бегали, прыгали через заборы и строили дома на деревьях. Он понимает, насколько фундаментально его свободное детство повлияло на его творчество: «Я знаю, что привилегия расти диким, возможность бегать дала мне многое из того, что я рисую сейчас».

Уокер за год до колледжа работал над архивом Сесила Битона в Condé Nast в Лондоне. В то же время он вошел в независимый фотограф, заняв третье место. Он получил трехлетнюю степень по фотографии в Эксетерском колледже искусств. По окончании учебы он работал помощником фотографа, а затем переехал в Нью-Йорк, чтобы помогать Аведону. Его уволили через год после того, как он начал работать в студии Аведона. «Я недостаточно торопился, — говорит он, — я был ужасно плохим фотоассистентом, очень медленным, а люди, которые работали на него, были очень быстрыми, горячими и технически сверхопытными».

Причудливые фотографии

Тим Уокер фото Джеймса Стопфорта Студия Тима Уокера

Уокер вернулся в Лондон после отъезда из Нью-Йорка. Первоначально он работал над портретной и новостной фотографией. В 2005 году он снял свой первый репортаж для британского Vogue. Успех этой работы привел его к выполнению заданий для Vogue, Harper’s Bazaar, W, Love, i-D и для таких клиентов, как Barney’s New York, Gap и Yohji Yamamoto.

Его работа отличается от работы Аведона. Уокер создает фантастический мир для своих образов. «Я знаю, что мир, который я рисую, не является реальностью, — говорит он, — это прихоть, развлечение, чтобы спровоцировать что-то в людях, будь то эскапизм или облегчение. Я думаю, что это очень правильно».
«Зрителей привлекут тщательно проработанные сцены, потусторонние пейзажи, которые раскрывают уважение Тима к британским художникам, таким как Эрик Равилиус и Пол Нэш, — говорит судья премии Тернера Гревилл Уортингтон. ».

Начальное фото

Верхний ряд слева направо: Кейт Бланшетт катается на лыжах по Луне, Париж, 2015 г. , Сара Грейс Валлерштедт, Лондон, 2018 г., Эди Кэмпбелл с гирляндой и лев «Атлас», Shotover House, Оксфордшир, 2013 г.

Нижний ряд слева направо: Сяо Вэнь Цзюй в Lanvin, Нью-Йорк, 2012 г., Карли Клосс и сломленный Шалтай-Болтай, 2010 г. (верхнее изображение) Inside Outside, Англия, 2002 г. (нижнее изображение) Тильда Суинтон 2018, Джейми Бохерт , Кристина Кэри, Эрин О’Коннор и Анна Кливленд в честь Вирджинии Вульф. Charleston Farmhouse, East Sussex, 2015.

Тим Уокер о магии

«Я не хочу звучать мистически, но иногда, когда вы делаете снимок — когда декорации на месте — что-то берет верх и ведет вас. Это ощущение необычайной удачи и случайности. Съемка благословлена ​​и очарована, и вы делаете фотографии, которые вы не могли себе представить даже в самых смелых мечтах. В этом и есть магия фотографии».

В этом видео рассказывается о некоторых съемках Тима Уокера, вдохновленных предметами из музея Виктории и Альберта.