Акцентировала внимание: В УФНС России по Курганской области прошли публичные обсуждения по вопросу практики применения законодательства о банкротстве физических лиц | ФНС России

Содержание

По инициативе Роспотребнадзора по Республике Алтай состоялось очередное заседине Санитарно-противоэпидемической комиссии при Правительстве региона













25 августа в Правительстве региона по инициативе Роспотребнадзора по Республике Алтай под председательством вице-премьера Динары Култуевой состоялось заседание Санитарно-противоэпидемической комиссии. Участники подвели итоги подготовки школ к новому учебному году, обсудили реализацию мер по профилактике чумы, ход мероприятий  по санитарной очистке и благоустройству территорий, а также поставили задачи на предстоящий сезон ОРВИ и гриппа.

Перед рассмотрением вопроса об итогах подготовки школ региона к новому учебному году, председатель комиссии Динара Култуева акцентировала внимание участников на необходимость организации противоэпидемических мероприятий в образовательных учреждениях  в условиях роста заболеваемости COVID-19 в регионе, чтобы школьники могли учиться в очном формате.

С докладом по указанному вопросу выступила руководитель Управления Роспотребнадзора по Республике Алтай Елена Кичинекова. Она отметила, что в регионе проводиться большая работа по улучшению условий обучения школьников. В период летних каникул  проведены капитальные ремонты  4 спортивных залов, ведется строительство двух новых школ, во всех школах региона созданы условия для занятия физкультурой и спортом, обеспечены условия для  организации горячего питания.

В тоже время имеется ряд недостатков, которые не удалось устранить к началу нового учебного года, что может негативно отразиться на условиях обучениях и здоровье школьников.

С начала учебного года учебный процесс будет организован в приспособленных помещениях для учащихся 8 школ. При этом даты перехода  из приспособленных помещений в капитальные строения  известны  не по всем учреждениям.

Не решен вопрос по строительству нового здания Тихоньской школы, продолжающей функционировать в ветхом состоянии без водоснабжения и канализации.

    В 16 школах региона проводились строительные работы больших объемов, в 11 из них эти работы до настоящего момента не зщакончены, что требует принятия кардинальных мер со стороны органов власти.

Не обеспечено приведение в соответствие уровней освещенности в 9 школах. При этом в 2 школах Улаганского района, а также в Банновской и Яйлинской школах замеры освещенности проводились  неоднократно, нарушения не устраняются.

В семи школах региона накануне нового учебного года выявлены нестандартные результаты питьевой воды.

По результатам контрольно-надзорных мероприятий прошлого учебного года,  Роспотребнадзором  выданы предписания на 84 объекта образования. Выполнены работы только по  48 объектам (57%), по остальным школам предписания с мероприятиями по улучшению условий обучения выполняться не будут ввиду отсутствия финансирования. В результате не  проведены ремонтные работы, в том числе замена окон, напольного покрытия, санитарно-технического оборудования в 11 школах.

Не обеспечена должная вакцинация граждан, работающих в сфере образования. По данным министерства образования и науки Республики Алтай на 19 августа 41,9% работников имеют сведения об иммунитете к COVID-19.

Главный государственный санитарный врач региона акцентировала внимание  руководителей органов образования на необходимость   соблюдения противоэпидемических требований в школах: «Нужно провести генеральную уборку перед открытием школ, обеспечить наличие   дезинфицирующих средств, рециркуляторов для обеззараживания воздуха, термометров для проведения входного фильтра. Обеспечить  контроль за материально-технической базой пищеблоков,  обратить особое внимание на новых поставщиков».

По итогам рассмотрения вопроса особое внимание представителей муниципалитетов обращено также на необходимость проведения вакцинации работников образования от коронавируса и гриппа, так как именно эта категория является наиболее уязвимой в период сезонного подъема заболеваемости.

Заместитель директора Алтайской противочумной станции Александр Мищенко проинформировал членов комиссии о проводимой работе в природном очаге чумы. Отмечено, что природный очаг в Кош-Агачском районе, по-прежнему, является одним из самых активных на территории Российской Федерации, поэтому мероприятия проводятся здесь круглогодично. В 2022 году в соответствии с Комплексным планом здесь организована вакцинация всего населения, начиная с двухлетнего возраста, вакцинация верблюдов, ведется постоянный мониторинг за здоровьем населения, объезд животноводческих стоянок в эпизоотических участках, эпизоотические обследование территории очага, полевая дезинсекция территории. Кроме того, сотрудниками станции проведена оценка готовности    55 лечебно-профилактических и санитарно-профилактических организаций к выполнению мероприятий в случае выявления больного (подозрительного) на чуму и другие болезни, вызывающие чрезвычайные ситуации в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения в т.

ч. всех районных больниц Республики Алтай, обучение медицинских работников. В течение всего сезона ведется широкая санитарно-просветительская работа с населением.

Начальник отдела санитарного надзора Управления Роспотребнадзора по Республике Алтай Галина Логинова  рассказала о  недостатках    проводимых мероприятиях по санитарной очистке и благоустройству территорий населенных мест
в Республике Алтай.

Она отметила, что усилиями региональных и муниципальных властей, надзорных органов в регионе достигли определенного прогресса в решении мусорных вопросов.         В то же время,   граждане продолжают жаловаться на скопления мусора на контейнерных площадках, на нарушение графика вывоза мусора.   Рейды, проводимые сотрудниками Роспотребнадзора, подтверждают  существующие нарушения. Региональные операторы  не всегда обеспечивают достаточную периодичность вывоза мусора и очистку контейнерных площадок, вследствие чего, рядом образуются несанкционированные свалки мусора.

Для Горно-Алтайска и  с.Майма проблемой остается вывоз крупногабаритного мусора.  Нарушаются требования к эксплуатации контейнерных площадок, к их оборудованию и содержанию.

В регионе сохраняется проблема  соблюдения требований при  эксплуатации  мест захоронения твердых коммунальных отходов.       Не определены санитарно-защитные зоны для полигонов, не проводится лабораторный контроль почвы, водоемов и грунтовых вод, воздуха. На полигоне в с.Черемшанка, обсулживающем город и Майминский район  имеющиеся   ресурсы по утилизации отходов практически исчерпаны.

За нарушения требований санитарного законодательства  в сфере обращения с отходами в этом 2022г на регионального оператора  АУРА «Кызыл-Озек сервис» наложено 12 штрафов. Выдано 8 предостережений о недопустимости нарушений обязательных требований в отношении операторов и управляющих компаний, в суд направлено исковое заявление о возложении на АУ «Кызыл-Озек-Сервис»  обязанности обеспечить сбор и транспортировку ТКО на территории Майминского района Республики Алтай в соответствии с требованиями    СанПиН 2. 1.3684-21.

По итогам рассмотрения вопроса председатель комиссии Динара култуева заключила, что вопрос находится на постоянном контроле Правительства региона и в дальнейшем совместная работа, направленная на улучшение санитарного состояния территорий и условий проживания жителей региона  будет продолжена.

Далее участники рассмотрели вопрос о подготовке к сезону ОРВИ и гриппа. Особо отмечена необходимость вакцинации от гриппа и коронавирусной инфекции, так как именно эти две респираторные инфекции представляют наибольшую опасность для жизни и здоровья населения. В текущем сезоне планируется привить от гриппа не менее 60 % жителей республики. В рамках Национального календаря профилактических прививок запланировано привить 134625 человек, в том числе: 42345 детей и 92280 взрослых.

Докладчик по указанному вопросу Светлана Сбитнева – начальник отдела эпидемиологического надзора Управления Роспотребнадзора проинформировала:     «…на текущий момент в России, как и в Республике Алтай случаев гриппа не зарегистрировано, что дает нам возможность  провести массовую вакцинацию и подготовиться к сезону».

В заключение совещания председатель комиссии Динара Култуева призвала всех представителей органов власти и местного самоуправления, руководителей организаций, учреждений и предприятий организовать вакцинацию  жителей для предупреждения эпидемии, сохранения жизней и здоровья земляков.

Новости Педиатрического университета

Новости — Медицина

Родителям, которые узнают о тяжелой болезни ребёнка, непросто справиться с эмоциями и принять взвешенное решение. Однако очень важно именно в этот момент взять себя в руки и найти своего врача и свою клинику. О том, какой путь после постановки диагноза «врожденный порок сердца» прошла Мелания, рассказала ее мама Диана.

В апреле 2022 года Диана привела дочь на плановый прием к педиатру. Мелании тогда только исполнилось 2 года.  Педиатр услышала шумы в сердце и направила девочку на  УЗИ. Так Диана узнала, что у её дочери дефект межпредсердной перегородки. Кардиолог в больнице объяснил, рекомендовал открытую операцию с рассечением грудной клетки.

 

– Мне было страшно себе это представить. Я думала о том,  какие будут шрамы. Прочитала, что могут неправильно срастись кости, посмотрела в интернете страшные картинки. В разговоре с врачами я акцентировала внимание на том, что у меня девочка и мне не хотелось, чтобы у нее на груди был шрам,  — говорит Диана.

Врачи, к которым обращалась Диана, упорно предлагали только открытую операцию. Утверждали, что из-за расположения порока сердца Мелании невозможно выполнить щадящее внутрисосудистое вмешательстов путем установки окклюдера —  специального устройства для закрытия дефекта 

 

– Я решила искать альтернативу, стала читать и нашла новость на сайте Педиатрического университета. Поняла, что это наш шанс. Не будет шрама, не надо будет травмировать кости грудной клетки, да и  послеоперационный период будет короче,  — улыбается мама Мелании.

Педиатрический университет – единственная детская клиника в Северо-Западном Федеральном округе, специалисты которой владеют техникой миниинвазивного доступа при проведении операций на сердце. Эта методика позволяет избежать разреза грудной клетки при ряде хирургических вмешательств, и, соответственно, исключить множество осложнений. 

 

– При стернотомии рассекается грудина. Это достаточно травматичный доступ, в отдаленном периоде имеется риск деформаций грудной клетки и келлойдных рубцов.  А при аксиллярной торакотомии мы выполняем только небольшой – 4-5-сантиметровый – разрез в подмышечной области. Ребра при этом отводятся в сторону: они остаются целыми, так же как и грудная клетка – поясняет руководитель кардиохирургической службы СПбГПМУ Андрей Нохрин и продолжает: «Для девочек при отсутствии возможности эндоваскулярный операции оптимальной методикой является как раз аксилярная торакотомия — миниинвазивный метод, так как даёт оптимальные косметический и эстетический эффект. Этот метод является ведущей методикой операций на сердце в США, Европе, Израиле».

Диана нашла электронною почту кардиохирургического отделения на сайте университета и отправила запрос. Её сразу пригласили на консультацию. 

 

—Андрей Валерьевич сказал, что он сможет нам помочь.  Моему счастью не было предела,  — со слезами на глазах говорит Диана.

Еще через 2 дня с родителями связался заведующий операционным отделением Перинатального центра Педиатрического университета Евгений Кулемин и пригласил ребенка на обследование. 

Меланию прооперировали 15 июля, в пятницу. 

 

— Меня сразу после операции пустили в реанимацию. Я была очень удивлена – после выхода из наркоза ребенок был готов бегать. Я думала, что послеоперационный период будет проходить тяжело – это же операция на сердце. Но благодаря тому, что грудную клетку не рассекали, травматизация была минимальной, дочка чувствовала себя прекрасно, – говорит Диана.

На следующий день девочка уже была в палате кардиологического отделения с родителями, а через 5 дней готовилась к выписке.

                                                                                                       

— Я очень благодарна Андрею Валерьевичу и Евгению Сергеевичу за то, что они помогли, спасли, за то, что не отказали, – говорит Диана и продолжает: «Я хотела бы пожелать мамам, чтобы они искали информацию. Не доверялись слепо тем, кто говорит, что невозможно сделать высокотехнологичную операцию, применить новый метод».

Напомним, что марте 2022 года врачи СПбГПМУ усовершенствовали методику, применив минимально инвазивный ретрактор (ранорасширитель) нового поколения «Ultavision».  Особенность прибора в том, что он оснащён встроенной подсветкой, которая обеспечивает оптимальную визуализацию. Такой ранорасширитель в России есть только  у врачей СПБГПМУ.

                                                          

– У хирурга при таком небольшом разрезе есть возможность увидеть все анатомические отделы сердца: аорту, полую вену, правое предсердие. Это делает работу проще и безопаснее для пациента, – отметил  Андрей Нохрин.

 


Дата публикации: 08.08.2022

 

вызовы, тренды перспективы» обсудили проведение августовских педсоветов

17 августа 2022

Вектор образования

Семинар Академии Минпросвещения России «Вектор образования: вызовы, тренды, перспективы», посвященный проведению августовских педсоветов, прошел 16 августа 2022 года. В ходе семинара обсуждались подготовка и проведение традиционных мероприятий на федеральном, региональном и школьном уровнях.

Заместитель директора Департамента государственной политики и управления в сфере общего образования Наталья Костюк отметила, что с 12 августа 2022 года в стране стартовали региональные профессиональные встречи: конференции, форумы педагогов и т. д., а также акцентировала внимание на документах, направленных Минпросвещения России в органы исполнительной власти субъектов РФ, включающих приоритетные направления государственной политики в сфере образования. Так, министерство рекомендует в ходе августовских мероприятий обратить внимание на такие аспекты, как использование государственной символики РФ; чествование педагогов, имеющих богатый профессиональный опыт; мотивирование молодых педагогов и помощь во вхождении в профессию; а также взаимодействие с родительской общественностью.

«Августовские совещания – это не просто традиция отечественной педагогической школы, это возможность определить приоритеты, выработать единые подходы, договориться о единых инструментах реализации государственной политики в сфере образования», – подчеркнул и. о. ректора Академии Минпросвещения России Павел Кузьмин, обращаясь к участникам вебинара.

В своем выступлении Павел Кузьмин также обозначил приоритетные направления, которые должны найти свое отражение на августовских совещаниях: реализация проекта «Школа Минпросвещения России», внедрение ГИС «Моя школа» и особенности проведения воспитательной работы с обучающимися.

Председатель Комитета общего и профессионального образования Ленинградской области Вероника Реброва рассказала о том, как будет проходить августовский педсовет в регионе. Очень ответственно в Ленинградской области подошли к содержанию повестки педсовета, который станет и местом коммуникации педагогов, и пространством для поиска мотивации, смыслов и погружения в актуальную тематику. Особое внимание при подготовке к педсовету уделили синхронизации федеральной и региональной образовательной повесток, а также подготовке разноуровневого контента. Участников педсовета ждут самые разнообразные форматы работы: тематические площадки, проектные мастерские, мастер-классы, открытый диалог с экспертами, педагогическое кафе и т. д.

Опыт Тамбовской области, где августовские мероприятия уже стартовали, представила ректор Института повышения квалификации работников образования Тамбовской области Татьяна Мирзаева. В эти дни в регионе проходит августовский педагогический форум «Образовательная политика Тамбовской области: проектирование системных изменений» – крупнейшее региональное событие в сфере образования. Архитектура форума представляет собой целую систему взаимосвязанных педагогических мероприятий, частью которых является серия межмуниципальных августовских педсоветов, охвативших широчайший круг тем, а также муниципальные и школьные педсоветы.

Татьяна Балуева, учитель начальных классов средней общеобразовательной школы № 9 города Абакана, член Всероссийского экспертного педагогического совета, рассказала, что темы августовских педсоветов были рассмотрены на Совете, и отчет о деятельности Совета, в частности, будет представлен в рамках педсовета в Республике Хакасия. Работа на мероприятии будет выстроена в формате совещаний, семинаров-практикумов, мастер-классов, круглых столов, презентационных и дискуссионных площадок. Разнообразие тематических треков, разработанных в сотрудничестве с региональным методическим активом, позволит каждому участнику найти тему по душе.

В рубрике «Вектор государственной образовательной политики» выступил заместитель генерального директора Политехнического музея Константин Фурсов. Он рассказал о новых возможностях, которые открывают перед обучающимися и педагогами образовательные и просветительские проекты музея. Так, школьники смогут познакомиться с научными методами познания и инструментами работы науки; попробовать себя в роли научных журналистов; посетить ведущие вузы страны и узнать, как организована работа ученых в крупных научных лабораториях; встретиться с ведущими учеными и экспертами и задать им интересующие вопросы. Для педагогов предусмотрены экспертные онлайн-семинары, которые помогут узнать, как дополнить школьный курс актуальной научной информацией, а также ряд других просветительских мероприятий.

Руководитель Федерального методического центра Академии Минпросвещения России Альбина Бучек представила программы дополнительного профессионального образования, разработанные Академией для региональных методических активов.

Итоги семинара подвел президент Академии Минпросвещения России Исаак Калина:

«К счастью, есть много общего в августовских конференциях, которые проходили 50 лет назад и сейчас. Если мы хотим держать в своих руках будущее, опираться мы должны на традиции. И то, что традиции работают, сохраняются в системе образования, мне кажется, очень важно».

Неделя «АГ»

Редакция «Адвокатской газеты» подготовила обзор событий, судебной практики и изменений в законодательство, затрагивающих адвокатуру и адвокатскую деятельность.

Суд второй инстанции увеличил размер компенсации расходов на оплату услуг представителя
При этом суд сослался на решение Совета АП Калининградской области, которым утверждены рекомендуемые минимальные расценки за оказание профессиональной юридической помощи. В комментарии «АГ» представитель истца, адвокат Евгений Хребтань отметил, что сохранение такого подхода судов позволит понимать и прогнозировать перспективу требований. Президент АП Калининградской области Евгений Галактионов указал, что суды общей юрисдикции в регионе постепенно повышают определение разумного размера оплаты труда адвокатов, что не может не радовать.

Суд отказал в вынесении частного постановления по делу Ратмира Жилокова
Сторона защиты ходатайствовала о вынесении частного постановления в адрес руководителя СУ СК РФ по КБР с просьбой провести проверку по существу показаний потерпевшего в делах Ратмира Жилокова и Дианы Ципиновой. В комментарии «АГ» адвокат Борис Золотухин, защищающий Ратмира Жилокова, подчеркнул, что защита предпримет все усилия, чтобы показания Тимура Нагоева по делу Ципиновой стали предметом исследования в суде по делу Жилокова.

Минюст предлагает запретить заключать предпринимателей под стражу за преступления небольшой и средней тяжести
Проектом поправок в УПК предусмотрен приоритет применения судом в отношении бизнесменов иной меры пресечения, позволяющей им продолжить предпринимательскую деятельность. Одна из адвокатов отметила, что для качественного повышения организации защиты прав субъектов предпринимательской деятельности необходимо, чтобы законодатель учитывал именно наиболее часто вменяемые составы. Другой подчеркнул, что при незаконном уголовном преследовании предприниматели находятся в зоне особого риска. Третий отметил, что поправки носят положительный характер, однако вопрос в том, насколько ответственно к их реализации подойдут правоприменители. В ФПА поддержали законопроект, отмечая, что более адекватное отношение к предпринимателям со стороны правоприменителей может существенно и благоприятно повлиять на экономическое положение страны.

Диана Ципинова пояснила суду обстоятельства уголовного дела в отношении Ратмира Жилокова
Выступая в судебном заседании в качестве свидетеля защиты, она пояснила, что осуществляла видеосъемку с момента прибытия в отдел полиции, чтобы впоследствии представить ее как доказательство недопуска адвокатов к задержанному коллеге. В комментарии «АГ» адвокат Борис Золотухин обратил внимание на существенные противоречия в показаниях потерпевших. Так, согласно материалам уголовного дела в отношении Дианы Ципиновой, Радион Шогенов и Тимур Нагоев утверждают, что причиной недопуска адвокатов было неустановление личности Ратмира Жилокова. При этом, согласно материалам дела в отношении Жилокова, к моменту приезда защитников была установлена не только его личность, но и то, что он является адвокатом. Более того, к этому времени уже было принято процессуальное решение о направлении материалов по подследственности в территориальное подразделение СУ СКР по КБР.

Суд отказал в проверке обстоятельств привода Ратмира Жилокова на допрос во время рассмотрения уголовного дела в отношении него
В судебном заседании защита обратила внимание суда на незаконность постановления следователя о приводе адвоката на допрос без санкции суда. В комментарии «АГ» адвокат Борис Золотухин, защищающий Ратмира Жилокова, отметил, что расследование уголовного дела, в рамках которого его подзащитный был вызван на допрос в качестве свидетеля, за пределами срока давности расценивать иначе чем попытку воздействия на обвиняемого оснований нет.

АП г. Москвы обобщила дисциплинарную практику по вопросам распределения дел по назначению и «двойной защите»
Лишь в двух случаях из пятнадцати приведенных в обзоре статус адвокатов был прекращен, в семи случаях Совет палаты не усмотрел нарушений в действиях адвокатов и прекратил дисциплинарное производство. По мнению одной из адвокатов, наиболее значимые кейсы, включенные в обзор, посвящены позиции Совета АП г. Москвы по обеспечению права доверителя на свободный выбор защитника. Другой отметил, что обзор демонстрирует публичность и открытость органов адвокатского самоуправления и конкретные действия по созданию единых, понятных правил адвокатской деятельности.

Президент РФ поручил увековечить память Вениамина Яковлева
Указом главы государства планируется учреждение персональной стипендии имени В.Ф. Яковлева, а также рекомендованы установка мемориальной доски на доме в Москве, где жил Вениамин Яковлев, и памятника в Екатеринбурге. В комментарии пресс-службе ФПА вице-президент ФПА Геннадий Шаров назвал Вениамина Яковлева человеком-легендой российской юстиции, который оставил неизгладимый профессиональный след на каждой из занимаемых должностей, а также обладал уникальными человеческими качествами.

Адвокаты добились оправдания подзащитной, признавшейся в убийстве сожителя
Коллегия присяжных единодушно признала подсудимую невиновной в совершении доказанных действий. В комментарии «АГ» одна из защитников оправданной отметила, что защита акцентировала внимание присяжных на взаимоотношениях подсудимой с потерпевшим до момента совершения преступления. Другой обратил внимание на актуальность проблемы домашнего насилия и добавил, что для тех, кто сумел противостоять агрессору, но при этом оказался на скамье подсудимых, суд присяжных – это шанс на спасение.

Кадровые проблемы в стройотрасли и инструменты популяризации строительных профессий обсудили в Хабаровске

Обучение и трудоустройство специалистов рабочих профессий, HR-бренд строительной компании как инструмент подбора лучших сотрудников, профориентация молодежи стали ключевыми темами конференции, посвященной кадровым проблемами в стройкомплексе Хабаровского края, в среду, 27 июля. Модератором мероприятия стала член Совета Национального объединения строителей (НОСТРОЙ), президент АСРО «РОС «СОЮЗ» Светлана Дианова.

В конференции «Кадровые проблемы в строительной отрасли на территории Хабаровского края. Популяризация строительных профессий» приняли участие представители Министерства строительства Хабаровского края, Комитета по труду и занятости населения Правительства Хабаровского края, руководители профильных средне-специальных учебных заведений (ссузов) и строительных компаний – члены АСРО «РОС «СОЮЗ».

С приветственным словом выступил министр строительства Хабаровского края Олег Сутурин, который также принял участие в торжественной церемонии награждения финалистов конкурса детского рисунка «Я хочу быть строителем!». Творческое состязание было организовано АСРО «РОС «СОЮЗ» и приурочено ко Дню строителя как инструмент популяризации строительных профессий.

К слову, одним из наиболее обсуждаемых вопросов на конференции стали причины снижения престижа строительных профессий, оказавшие влияние на ситуацию, связанную с дефицитом кадров в строительной отрасли. В частности, участники дискуссии детально рассмотрели различные инструменты популяризации рабочих специальностей, в том числе с использованием материальных ресурсов. Так, заместитель генерального директора по социальной политике и связям с общественностью ООО «Амур Минералс» Елена Свищ поделилась опытом профориентационной работы со студентами ссузов в формате встреч, где презентуется широкая палитра строительных профессий, в пользу которых будущие выпускники учебных заведений по окончании могут сделать свой выбор.

Заместитель директора по экономике МУП г. Хабаровска «Водоканал» Татьяна Курашова в своем выступлении затронула один животрепещущих вопросов – низкий уровень оплаты труда молодых специалистов. Она акцентировала внимание участников дискуссии на том, что на доплату за стаж начинающие работники могут рассчитывать только лишь спустя большое количество времени. Спикер предложила выступить с инициативой о субсидировании средств из федерального бюджета для привлечения молодых кадров.

Технический директор проекта «Спутник Лайф» Давид Музыка отметил, что начинать работу по популяризации строительных специальностей стоит уже в дошкольных учреждениях, продолжать в школах, причем на понятном для детей и подростков языке, а также через социальные сети и видеохостинги.

В завершение дискуссии член Совета НОСТРОЙ Светлана Дианова озвучила решения, которые вошли в итоговую резолюцию конференции. Так, проведение конкурса детского рисунка на строительную тему решено проводить ежегодно с привлечением к участию всех саморегулируемых организаций Хабаровского края и других заинтересованных лиц при поддержке регионального Минстроя. Участники конференции также пришли к единому мнению, что необходимо проработать вопрос взаимодействия подрядных организаций – членов СРО в сфере строительства с профильными ссузами по вопросам активного вовлечения в процесс популяризации строительных специальностей. Речь идет об организации экскурсий на территории строительных объектов, предоставлении строительными организациями информации ссузам о своей деятельности, оказании помощи в съемках видеосюжетов (подбор спикеров для интервью), участии в формировании плана приема абитуриентов в профильные ссузы, а также обеспечении практической подготовки обучающихся, участии в заключении договоров с учебными заведениями о целевой подготовке кадров с привлечением сотрудников предприятий.

В резолюцию также вошла рекомендация ссузам при поддержке СРО Хабаровского края распространять среди школ видеосюжеты о работе представителей строительных профессий и информацию о потенциальных работодателях в регионе. Принято также решение подключить к комплексу мероприятий по кадровому обеспечению стройотрасли края и службы занятости населения региона, которые могли бы делиться с СРО информацией о количестве вакансий в строительной сфере.

Финальным событием мероприятия стало церемония награждения представителей строительных компаний – членов АСРО «РОС «СОЮЗ»: Светлана Дианова вручила благодарности и почетные грамоты НОСТРОЙ, а также почетные грамоты АСРО за заслуги в развитии строительного комплекса Дальнего Востока и сфере деятельности «РОС «СОЮЗ».

 А. Ляшенко. HR-бренд строительной компании как инструмент подбора лучших сотрудников

 А. Шишкин. Актуальные вопросы обучения и трудоустройства специалистов среднего звена и рабочих

 И. Малинина. Трудоустройство и занятость специалистов рабочих специальностей

 Д. Музыка. Некоммерческий проект «ЛюдиБЕЗграничных возможностей 14+»

 Е. Свищ. Малмыжский горно-обогатительный комбинат Хабаровского края

Мероприятия и встречи — Прокуратура Самарской области

Мероприятия и встречи

  • 24 июня 2021, 16:00
  • Прокуратура Самарской области

Прокуратура области приняла участие в заседании круглого стола «10 лет на страже детства», состоявшемся в следственном управлении

  Текст

  2 Изображения

  Поделиться

   

В следственном управлении Следственного комитета Российской Федерации по Самарской области состоялось межведомственное заседание круглого стола «10 лет на страже детства», во время которого обсуждались итоги работы следственных подразделений по защите прав несовершеннолетних, раскрытию преступлений прошлых лет, совершенных в отношении несовершеннолетних.

В мероприятии приняли участие заместитель руководителя отдела криминалистики следственного управления Завгороднев Антон Сергеевич, следователь криминалист отдела криминалистики следственного управления Кривцов Антон Николаевич, старший прокурор отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи прокуратуры Самарской области Никонова Юлия Юрьевна, заместитель начальника Управления по контролю за оборотом наркотиков ГУ МВД России по Самарской области Константинов Владислав Николаевич, начальник отдела управления уголовного розыска ГУ МВД России по Самарской области Шадрин Евгений Николаевич, старший оперуполномоченный управления уголовного розыска ГУ МВД России по Самарской области Буров Дмитрий Олегович.

Заместитель руководителя отдела криминалистики следственного управления отметил, что защита прав несовершеннолетних была и остается главным приоритетом в деятельности Следственного комитета Российской Федерации. Следственное управление является активным участником межведомственного взаимодействия, координационной работы, цель которой — создание условий для незамедлительной реакции на возникающие проблемы. В следственном управлении открыта «зеленая комната» для реабилитации несовершеннолетних, ставшими жертвами преступлений. Этот проект стал неотъемлемой частью следственного процесса, гарантией качественной и бережной работы с несовершеннолетними потерпевшими. Следственный комитет, прокуратура и МВД России уделяет самое пристальное внимание не только защите прав детей и расследованию преступлений данной категории, но и вопросам предупреждения несчастных случаев с детьми, в частности травматизма несовершеннолетних.

Старший прокурор отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи прокуратуры Самарской области акцентировала внимание на необходимости тщательного изучения профилактики причин совершения преступлений  в отношении несовершеннолетних. В каждом случае надзорное ведомство проводит проверки с привлечением органов профилактики.

Представители  ГУ МВД России по Самарской области на постоянной основе проводят мероприятия по активизации антинаркотической пропаганды и популяризации здорового образа жизни среди населения Самарской области. Особое внимание уделяется вопросам межведомственного взаимодействия при ежегодном проведении совместных оперативно-профилактических мероприятий. Так, на постоянной основе, в целях выявления лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств в местах массового досуга молодежи, проведено 11 профилактических мероприятий.

Особое внимание собравшиеся уделили профилактике «киберпреступности» в отношении несовершеннолетних, совместной разработке материалов профилактического содержания по указанному вопросу, а так же возможности проведения совместных мероприятий с учащимися образовательных учреждений Самарской области.

В завершение встречи участниками круглого стола принято решение об усилении межведомственного взаимодействия по рассматриваемому вопросу, в целях предотвращения противоправных действий как в отношении несовершеннолетних, так и профилактики совершения ими преступлений.

Распечатать Архив новостей

Рубрики
Мероприятия и встречи Защита прав детей

Прокуратура области приняла участие в заседании круглого стола «10 лет на страже детства», состоявшемся в следственном управлении

В следственном управлении Следственного комитета Российской Федерации по Самарской области состоялось межведомственное заседание круглого стола «10 лет на страже детства», во время которого обсуждались итоги работы следственных подразделений по защите прав несовершеннолетних, раскрытию преступлений прошлых лет, совершенных в отношении несовершеннолетних.

В мероприятии приняли участие заместитель руководителя отдела криминалистики следственного управления Завгороднев Антон Сергеевич, следователь криминалист отдела криминалистики следственного управления Кривцов Антон Николаевич, старший прокурор отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи прокуратуры Самарской области Никонова Юлия Юрьевна, заместитель начальника Управления по контролю за оборотом наркотиков ГУ МВД России по Самарской области Константинов Владислав Николаевич, начальник отдела управления уголовного розыска ГУ МВД России по Самарской области Шадрин Евгений Николаевич, старший оперуполномоченный управления уголовного розыска ГУ МВД России по Самарской области Буров Дмитрий Олегович.

Заместитель руководителя отдела криминалистики следственного управления отметил, что защита прав несовершеннолетних была и остается главным приоритетом в деятельности Следственного комитета Российской Федерации. Следственное управление является активным участником межведомственного взаимодействия, координационной работы, цель которой — создание условий для незамедлительной реакции на возникающие проблемы. В следственном управлении открыта «зеленая комната» для реабилитации несовершеннолетних, ставшими жертвами преступлений. Этот проект стал неотъемлемой частью следственного процесса, гарантией качественной и бережной работы с несовершеннолетними потерпевшими. Следственный комитет, прокуратура и МВД России уделяет самое пристальное внимание не только защите прав детей и расследованию преступлений данной категории, но и вопросам предупреждения несчастных случаев с детьми, в частности травматизма несовершеннолетних.

Старший прокурор отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи прокуратуры Самарской области акцентировала внимание на необходимости тщательного изучения профилактики причин совершения преступлений  в отношении несовершеннолетних. В каждом случае надзорное ведомство проводит проверки с привлечением органов профилактики.

Представители  ГУ МВД России по Самарской области на постоянной основе проводят мероприятия по активизации антинаркотической пропаганды и популяризации здорового образа жизни среди населения Самарской области. Особое внимание уделяется вопросам межведомственного взаимодействия при ежегодном проведении совместных оперативно-профилактических мероприятий. Так, на постоянной основе, в целях выявления лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств в местах массового досуга молодежи, проведено 11 профилактических мероприятий.

Особое внимание собравшиеся уделили профилактике «киберпреступности» в отношении несовершеннолетних, совместной разработке материалов профилактического содержания по указанному вопросу, а так же возможности проведения совместных мероприятий с учащимися образовательных учреждений Самарской области.

В завершение встречи участниками круглого стола принято решение об усилении межведомственного взаимодействия по рассматриваемому вопросу, в целях предотвращения противоправных действий как в отношении несовершеннолетних, так и профилактики совершения ими преступлений.

Тип рассылки

Ежедневная Еженедельная Моментальная

Электронная почта

Укажите один или несколько email адресов через «;»

 

Сосредоточенное внимание — когнитивные навыки

Что такое сфокусированное внимание?

Сосредоточенное внимание — это способность мозга концентрировать внимание на целевом стимуле в течение любого периода времени . Сосредоточенное внимание — это тип внимания, который позволяет быстро обнаруживать релевантные стимулы. Мы используем сфокусированное внимание или умственную концентрацию, чтобы обращать внимание как на внутренние раздражители (чувство жажды), так и на внешние раздражители (звуки), и это важный навык, который позволяет нам тщательно и эффективно выполнять задачи в нашей повседневной жизни.

Наша способность удерживать внимание на стимуле или деятельности может варьироваться в зависимости от различных факторов :

  • Личностные факторы : Уровень активации, мотивации, эмоций или сенсорной модальности, обрабатывающей стимул. Мы с большей вероятностью правильно обработаем стимул, когда мы бодрствуем и мотивированы, а не грустны или устали, или если стимул скучен
  • Факторы окружающей среды : Легче обратить внимание на стимул или целевую деятельность, если есть мало отвлекающих факторов окружающей среды, и становится труднее концентрироваться при более частых или интенсивных отвлекающих факторах.
  • Факторы стимула : Новизна, сложность, продолжительность или заметность стимула. Если есть только один единственный, простой, очевидный стимул, его будет легче обнаружить.

Типы внимания

Внимание представляет собой сложный процесс, состоящий из ряда различных подкомпонентов. Наиболее распространенной моделью является Иерархическая модель Солберга и Матери , которая разбивает внимание на следующие подкомпоненты:

  • Возбуждение : Относится к нашему уровню активации и уровню бдительности, независимо от того, устали мы или полны энергии.
  • Фокусированное внимание : Относится к нашей способности сосредоточивать внимание на стимуле.
  • Устойчивое внимание : Способность обращать внимание на стимул или действие в течение длительного периода времени.
  • Избирательное внимание : Способность обращать внимание на определенный стимул или деятельность в присутствии других отвлекающих раздражителей.
  • Переменное внимание : Способность переключать внимание между двумя или более стимулами.
  • Распределенное внимание : Способность одновременно обращать внимание на разные раздражители.

Практика и когнитивная тренировка могут помочь улучшить сосредоточенное внимание и, как следствие, способность сосредотачиваться на стимуле или деятельности.

Примеры сфокусированного внимания

  • Каждый раз, когда вы ведете машину, вы должны обращать внимание на дорогу, на другие автомобили, на знаки скорости и дорожные знаки, а также на световые и предупреждающие знаки своего автомобиля. Отвлечения во время вождения могут иметь фатальные последствия, а хорошо развитое сосредоточенное внимание может помочь предотвратить ненужные аварии.
  • Учащиеся должны уметь правильно и эффективно обращать внимание на важные стимулы в классе, которыми могут быть лекция учителя, учебник или одноклассник, рассказывающий о предстоящем проекте. Если учащийся не может сосредоточиться, он может столкнуться с серьезными академическими последствиями.
  • Работникам почти во всех областях приходится использовать сосредоточенное внимание. Будь то помощь клиенту в магазине или написание документов в офисе, важно иметь возможность уделять время и внимание работе, которую вы делаете.
  • Вы используете сосредоточенное внимание каждый божий день, начиная с того момента, когда вы поднимаете что-то, упавшее со стола, и заканчивая приготовлением ужина и уборкой со стола после еды.

Проблемы и расстройства, связанные с сфокусированным вниманием

Совершенно нормально иногда не осознавать, что происходит вокруг вас, но значительный ущерб сфокусированному вниманию делает невозможным выполнение большого количества повседневных дел, требующих нашего внимания к некоторым степень. Недостаточное сосредоточенное внимание сделает выполнение других повседневных задач более трудным и менее эффективным.

Сфокусированное внимание может быть нарушено рядом расстройств, будь то проблемы с самим сфокусированным вниманием или с одним из подпроцессов внимания, которые оно использует (возбуждение и активация в данном случае). Кто-то с плохим сфокусированным вниманием не сможет удерживать внимание на релевантных стимулах. Наиболее известным расстройством, характеризующимся устойчивым вниманием, является геминенебрежность , или полупространственное пренебрежение, которое делает невозможным обнаружение стимулов в половине (правой или левой) окружающего вас пространства. Синдром дефицита внимания с гиперактивностью или синдром дефицита внимания (СДВГ или СДВ соответственно) также имеет большой компонент сфокусированного внимания, который затрудняет обнаружение соответствующих стимулов, хотя это больше связано с проблемами памяти. Мы также можем наблюдать проблемы с умственным фокусом при таких расстройствах, как шизофрения , болезнь Альцгеймера или слабоумие в целом. Расстройства сосредоточенного внимания часто возникают у людей, перенесших любое повреждение головного мозга, будь то из-за инсульт или черепно-мозговая травма . С другой стороны, люди с тревожными расстройствами могут иметь чрезмерно высокий уровень умственной концентрации.

Как измерить и оценить сфокусированное внимание?

Сосредоточенное внимание позволяет выполнять ряд действий в повседневной жизни. Способность правильно и эффективно переключать свой умственный фокус на стимул зависит от вашего сфокусированного внимания, поэтому оценка сфокусированного внимания может быть полезна в самых разных областях повседневной жизни. Академические области : Поймите, будут ли у ребенка проблемы с концентрацией внимания в классе и может ли им понадобиться новая информация или инструкции, объясненные им по-другому. Клинические области : Знайте, сможет ли пациент обратить внимание на данные ему указания или сможет ли он эффективно вписаться в свою среду. Профессиональные области : Узнайте, будет ли потенциальный работник хорошим водителем, менеджером по контролю качества, офисным работником и т. д.

С помощью полного нейропсихологического теста можно легко и эффективно оценить ряд различных когнитивных навыков, таких как сосредоточенное внимание. Оценка CogniFit («КогниФит») для оценки концентрации внимания была основана на тесте непрерывной производительности (CPT). Этот тест помогает оценить другие поведенческие изменения, такие как импульсивность, беспокойство и невнимательность. В дополнение к сосредоточенному вниманию тест также измеряет торможение и переключение.

  • Тест на невнимательность FOCU-SHIF: В каждом углу экрана появится свет. Пользователю нужно будет как можно быстрее нажимать на желтые индикаторы и избегать нажатия на красные индикаторы.
  • Тест скорости REST-HECOOR: На экране появится синий квадрат. Пользователь должен щелкнуть как можно быстрее и как можно больше раз в середине квадрата. Чем больше раз пользователь нажимает, тем выше оценка.

Как восстановить или улучшить концентрацию внимания?

Все когнитивные способности, включая сосредоточенное внимание, можно тренировать и улучшать. Тренировочные программы CogniFit («КогниФит») могут помочь.

Пластичность мозга является основой восстановления сосредоточенного внимания и других когнитивных навыков. В CogniFit («КогниФит») есть набор упражнений , предназначенных для восстановления дефицита сосредоточенного внимания и других когнитивных функций. Мозг и нейронные связи можно укрепить, бросая им вызов и работая над ними, поэтому, часто тренируя эти навыки, структуры мозга, связанные с сосредоточенным вниманием, станут сильнее. Это означает, что, когда ваши уши отправляют информацию в мозг, а мозг обрабатывает ее, связи будут работать быстрее и эффективнее, улучшая общее умственное внимание.

CogniFit («КогниФит») был создан командой профессионалов, специализирующихся в области нейрогенеза и синаптической пластичности, благодаря чему мы смогли создать персонализированную программу когнитивной стимуляции , адаптированную к потребностям каждого пользователя. Эта программа начинается с оценки сосредоточенного внимания и ряда других фундаментальных когнитивных областей и на основе результатов создает индивидуальную программу тренировки мозга для каждого пользователя. Программа автоматически собирает данные этой начальной когнитивной оценки и с помощью сложных алгоритмов создает программу, которая работает над улучшением когнитивных слабостей пользователя и тренировкой его когнитивных способностей.

Ключом к улучшению устойчивого внимания является адекватная и последовательная тренировка. CogniFit («КогниФит») предлагает профессиональные инструменты для оценки и обучения , помогающие как отдельным лицам, так и профессионалам оптимизировать эту функцию. Это занимает всего 15 минут в день, два-три раза в неделю.

Программы оценки и стимуляции CogniFit («КогниФит») доступны онлайн и могут использоваться на большинстве компьютеров и мобильных устройств. Программа состоит из веселых интерактивных игр для мозга, и в конце каждой тренировки пользователь автоматически получает подробный график, показывающий когнитивный прогресс пользователя .

10 Новые практики сосредоточенного внимания

Образовательный фонд Джорджа Лукаса

Edutopia

Edutopia

Поиск

Обучение на основе мозга

Независимо от того, находятся ли учащиеся в классе или дома, эти короткие перерывы могут помочь им обрести спокойствие и зарядить мозг обучение.

Автор Lori Desautels

4 марта 2021 г.

twinsterphoto / iStock

Травматические условия изоляции, хроническая непредсказуемость и физическая и эмоциональная дистанция в течение последнего года затрагивают всех, но дети и подростки испытывают эти последствия по мере того, как они все еще развиваются. Токсичные уровни стресса могут изнашивать их нервную систему, и они оказываются в состоянии повышенной тревоги, депрессии, а иногда и безнадежности.

Наши дети и подростки, которые кажутся замкнутыми, отстраненными, оппозиционными, дерзкими или отчужденными, часто могут демонстрировать негативное поведение, потому что они испытывают боль и реагируют так, как диктует их реакция на стресс и нервная система. Когда мы чувствуем угрозу или опасность, или когда что-то кажется незнакомым, наша реакция является реактивной и рефлекторной. В такие моменты у студентов часто нет ресурсов для саморегуляции.

Когда учащиеся могут достичь спокойного состояния, они могут ясно мыслить, решать проблемы и создавать более сильные воспоминания о том, что они изучают с повышенным вниманием. Чтобы помочь им обрести это спокойствие, я рекомендую регулирующие действия, называемые практиками сосредоточенного внимания, которые обеспечивают стимул, на котором учащиеся могут сосредоточиться, включая глубокие вдохи, звуки, визуализацию, движение, ритм, искусство и иногда вкус.

Практика сосредоточения внимания подготавливает наш мозг и тело к созданию и удержанию состояния расслабленной бдительности. Они могут успокоить и/или активизировать нервную систему. Они расширяют и углубляют нашу осведомленность, способствуя эмоциональному, социальному и когнитивному благополучию всех учащихся, и могут быть интегрированы в процедуры и распорядок в наших классах, школах и домах учащихся.

10 Практики концентрации внимания для дистанционного и личного обучения

1. Сжатие кулака: Предложите учащимся вытянуть руки ладонями вверх в каждую сторону на уровне плеч и держать локти прямо, а затем разжать и сжать кулаки с энергичным дыханием. У меня есть студенты, которые делают это в течение 30 секунд, а затем делают долгий медленный глубокий вдох и делают это снова в течение 30–60 секунд. Попросите учащихся сосредоточиться на своих движениях и дыхании. Попросите их перевернуть руки, разжать и снова сжать кулаки еще на минуту. Это упражнение обеспечивает приток кислорода к мозгу и укрепляет нервную систему.

2. Перекрещивающиеся движения: Предложите учащимся сжать большой палец в кулак и поднять руки вверх и немного в стороны, образуя угол 60 градусов V. Они вдыхают, выпрямив руки, и сгибают локти. скрестить кулаки перед лбом на выдохе. Затем они выпрямляют руки и вдыхают обратно в поднятую руку V, а затем сгибают локти и скрещивают кулаки за головой. Продолжайте выполнять это мощное дыхательное упражнение, которое высвобождает отложения кальция в плечах и улучшает приток крови к мозгу. Это энергичное движение.

3. Удар и захват: Попросите учащихся встать, расставив ноги на расстоянии около трех футов, и сжать кулаки. Одну руку за раз, пусть они вытянутся перед собой, раскрывая кулак на вдохе, сжимая его и притягивая обратно к телу на выдохе. Они будут двигаться взад и вперед с мощным вдохом и выдохом, сжимая и разжимая кулаки и чередуя руки, делая вид, что хватают то, что им нужно. Это очень похоже на боксерское движение одной рукой за раз, с любой удобной скоростью.

4. Цветущий цветок: Соприкасаясь кончиками пальцев обеих рук, учащиеся начинают с раскрытия больших пальцев с глубоким вдохом, а затем выдохом; продолжая дышать, разжимают указательные пальцы, затем средние, безымянные; когда они подходят к мизинцам, они разводят руки и делают самый большой вдох, когда их цветы распускаются. Когда они раскрывают каждую пару пальцев, вы также можете попросить их произнести утвердительное предложение, например: «Я спокоен», «Я силен», «Я готов» или «Я иду к цели».

5. Дыхание лягушки: Стоя, соприкасаясь пятками и вытянув пальцы ног, попросите учащихся присесть на корточки и коснуться пола кончиками пальцев. Они должны вдыхать, когда стоят, и выдыхать, когда приседают. Стремитесь к 20 повторениям. Это упражнение заряжает студентов энергией и укрепляет нервную систему.

6. Балансировка тарелки: Предложите учащимся удерживать на голове легкий предмет, например, бумажную тарелку, чашку или даже книгу, и принимать различные позы. Они могут попробовать балансировать на одной ноге, присесть на корточки, пройтись или наклониться вперед, удерживая голову и наблюдая, как низко они могут согнуться и при этом удерживать предмет на голове. Вы можете попробовать придумать новые позы вместе с учениками.

7. Посвятите это: Предложите учащимся создать изображение или написать несколько слов, которыми они хотят поделиться с тем, кто им дорог. Думая о человеке, они должны глубоко дышать в течение одной минуты, мысленно выражая свою любовь и свой образ или слова мыслью об этом человеке.

8. Дайте мне свое, а я дам вам свое: Предложите учащимся написать или нарисовать то, что их беспокоит или беспокоит, а затем сложить лист и передать его другу. Пока они делятся своими заботами, пусть они в течение одной минуты дышат вместе, вдыхая силу и любовь и выдыхая эту силу и любовь своему другу. Разделяют ли они тревогу — это их выбор; если вы хотите, чтобы учащиеся делились ими друг с другом и с классом, вам нужно установить правила и соглашения для всех.

9. Задание «Видение»: Предложите учащимся сосредоточиться на одном конкретном объекте в комнате или в обстановке, в которой они находятся. После концентрации внимания в течение 30 секунд попросите их расширить взгляд и создать более мягкое и открытое видение своего окружения. Когда они делают это, их частота сердечных сокращений, частота дыхания и кровяное давление снижаются.

10. Вскрытие: Принесите в Zoom или в класс объект, накрытый полотенцем или тканью. Держите накрытый предмет так, чтобы перед учениками была открыта лишь небольшая его часть, и с каждым их глубоким вдохом вы медленно откидываете ткань, открывая предмет чуть больше. После нескольких глубоких вдохов они должны теперь видеть достаточно, чтобы начать угадывать в окне чата или звонить. Вы можете спросить, как объект связан с вашим контентом или с социальным и эмоциональным обучением.

Поделиться этой историей

, поданные в соответствии с

  • Сфокусированное внимание — это способность мозга, позволяющая быстро обнаруживать релевантные стимулы и в любое время фокусироваться на любой целевой стимуляции.
    В психологии существует 4 различных типа внимания: устойчивое внимание, избирательное внимание, переменное внимание и разделенное внимание.

    Понимание типов внимания и изучение того, как фокусируется ваш разум

    Что такое сфокусированное внимание в психологии?: понять 4 типа внимания и изучить, как ваш разум фокусируется

    Введение

    Мы используем сосредоточенное внимание и ментальная медитация, на которые следует обратить внимание во внутреннем раздражители и внешние раздражители.

    Сфокусированный внимание — это своего рода медитация, позволяющая быстро обнаружить соответствующие стимулы и позволяет нам выполнять задачи тщательно и эффективно в нашей повседневная жизнь.

    Дефицит сосредоточенного внимания затруднит другие повседневные действия. менее эффективны и вызывают много проблем, связанных с вниманием расстройства.

    Что такое сфокусированное внимание?

    В психологии – фокус или медитация. ключевой навык, который нам нужен в повседневной жизни. В современном обществе информация обработка требуется, когда люди постоянно увеличиваются.

    Для этого мы должны ориентироваться на постоянно меняющиеся условия окружающей среды и стимулы.

    Фокус обучение разработано специально, чтобы помочь, сохранить и улучшить нашу концентрацию способность быть более сосредоточенными и бдительными, когда мы выполняем наши повседневные задачи, работаем и исследование.

    Фокус обучение помогает вам развивать широкий спектр мозговых процессов, таких как профилактика, конверсия, избирательное внимание, бдительность, двойная работа и многозадачность, которая работает, когда требуется высокая концентрация.

    Сосредоточенный внимание — это способность мозга сосредотачиваться на любой целевой стимуляции для любого время. Это своего рода медитация, позволяющая обнаружить соответствующие раздражители быстро.

    Мы используем ментальную медитацию или сфокусированное внимание, чтобы участвовать как во внутренних раздражители и внешние раздражители, и это важный навык, который позволяет нам выполнять задачи в нашей повседневной жизни тщательно и эффективно.

    Например, когда вы готовитесь к тесту или презентации, вы должны быть в состоянии сконцентрироваться на графике, тексте или компьютерах, несмотря на всевозможные шумы и звуки.

    Наш мозг должен игнорировать эти не относящиеся к делу звуки (кто-то говорит у двери, телефонный звонок, звук радио или сирены на улице) и должен сосредоточиться на проделанную работу, игнорируя все. Это избирательная медитация, профилактика и целенаправленное внимание.

    Чтобы контролировать материалы, необходимые для теста или для подготовки презентации, вы следует одновременно концентрироваться на деталях и удерживать внимание в течение длительный период времени. Это бдительность, но не конец истории. Вам следует прекрати то, что ты делаешь сейчас. Сосредоточенность на новой ситуации во время работы – это способность двигаться.

    Успешный трансформация требует успешного предотвращения того, что вы делаете. Ты знать, что вы вернетесь к своей задаче, чтобы вы могли продолжать делать это тайно или молча.

    Некоторые ресурсы можно настроить в соответствии с тем, что делаете вы и что делают другие. в настоящее время. Существуют дополнительные процессы внимания, которые также являются главными. процессы.


    Двойная задача и многозадачность (внимание и выполнение двух или более задач в один и тот же период времени). время) являются одними из самых сложных.

    Каковы различные типы внимания в психологии?

    Существует 4 основных типа сосредоточенного внимания, связанных с ощущениями и познанием, такие как устойчивое внимание, избирательное внимание, переменное внимание и разделенное внимание.

    Сосредоточенное внимание и ментальная медитация в психологии

    Виды внимания

    Когда это приходит к обучению или учебе, одним из самых важных материалов является фокус и внимание.

    Внимание акт концентрации внимания на одном или нескольких факторах окружающей среды, которые ощущается вашими пятью чувствами.

    В этом случае обучения, вам нужно будет сосредоточиться на предмете, связанном с вашим классом.

    Но, некоторые люди, страдающие от СДВГ, могут быть особенно обеспокоены своим вниманием и внимание. Эта конкретная ситуация делает процесс обучения сложной задачей. для них.

    Учиться об адаптации необходимо знать виды внимания, связанные с ощущение и познание.

    Внимание был разделен на различные подкомпоненты, поэтому разные модели были разработан для объяснения этого когнитивного навыка.

    Большинство принятой моделью является Иерархическая модель внимания Матери, которая привлекает внимание в следующих категориях:

    Постоянное внимание

    Привлечение внимание очень легко для любого, но это, безусловно, проблема поддерживать это на любое время.

    Устойчивый внимание — это способность сохранять эту концентрацию в течение длительного времени, даже если человек находится в контакте с повторяющейся деятельностью.

    это своего рода внимания, которое обычно используется для большей части обучения и работы виды деятельности. Такое внимание должно быть очень благоприятным, но оно способ, которого очень трудно достичь.

    Избирательное внимание

    Когда столкнулись на ряд раздражителей окружающей среды человеческий мозг естественным образом реагирует выбирая конкретный аспект, на котором следует сосредоточиться, это явление известно как избирательное внимание. Избирательное внимание – это способность выбирать из множества стимулы и сосредоточиться только на одном, который вам нравится или выбран вашим мозгом. Это на самом деле не очень специфично и трудно привлечь внимание.

    Почти все люди в мире постоянно используют эту когнитивную способность. действие.

    Каждый день люди обычно подвергаются воздействию многих факторов окружающей среды, но их мозг реагирует, только концентрируясь на конкретных факторах, которые имеют наибольшее значение, или на тех, на которые люди обращают внимание.

    Переменное внимание

    перемежающееся внимание — это способность изменять или внезапно перемещать наше концентрации от одного вида деятельности к другому.

    Мозг немедленно адаптирует это преобразование, даже если последующие действия имеют разный уровень знаний.

    Как мы знаем, каждый день нам нужно вносить резкие изменения в свою деятельность, для этого мы также должны переключить наше внимание в соответствии с их требованиями.

    Разделенное внимание

    Разделенный внимание – это способность человека концентрировать внимание на двух или более экологические стимулы или действия одновременно.

    Эта способность называется также способностью к различному вниманию или способностью к многозадачность.

    Многозадачность является желательным талантом для людей, одаренных этой способностью. Это означает что на самом деле другим людям было бы очень трудно достичь этого навык.

    Божественный внимания можно научиться через практику или специализацию в конкретной тип активности.

    Какие факторы влияют на внимание?

    Наши возможности удерживать внимание на стимуле может варьироваться в зависимости от различных факторов:

    Личное Факторы: 90 369 Уровень активации, эмоций, мотивации и обработки сенсорных модуляторов стимуляция. Когда мы бодрствуем и мотивированы, мы с большей вероятностью обработаем раздражители должным образом, а не усталость, грусть или если раздражитель скучен.

    Стимул Факторы: 90 369 Сложность, продолжительность, новизна или значимость стимула. Если есть только один, простой, четкая стимуляция, тогда было бы легко узнать.


    Окружающая среда факторы:  Если есть некоторые отвлекающие факторы окружающей среды, легко сосредоточиться на раздражителе или целевой деятельности, и становится все труднее уделить внимание более частые или глубокие отвлекающие факторы.

    Следите за моим блогом с помощью Bloglovin 


    Теги: когнитивная психология когнитивные навыки образовательная психология сосредоточенное внимание неврология психология

    Определение фокуса внимания: влияние внимания на воспринимаемое напряжение и утомление

    Определение фокуса внимания: влияние внимания на воспринимаемое напряжение и утомление

    последнее десятилетие. Имеются убедительные доказательства того, что внешнее направление внимания на воздействие движения на окружающую среду (например, сосредоточение внимания на полете мяча в гольфе) улучшает производительность по сравнению с внутренним сосредоточением внимания на движениях тела, связанных с выполнением двигательного навыка (например, фокусируясь на движении рук при ударе в гольфе). Преимущество внешнего фокуса внимания по сравнению с внутренним хорошо задокументировано для самых разных навыков (обзоры см. в Wulf, 2007a; Lohse et al., 2012). Кроме того, ряд исследований показал, что внешнее сосредоточение внимания, вызванное инструкциями и обратной связью экспериментатора, улучшает производительность по сравнению с неинструктированными контрольными условиями (McNevin and Wulf, 2002; Wulf and McNevin, 2003; Wulf et al., 2003; Landers et al., 2005), и преимущество внешнего сосредоточения остается верным для восстановления/выполнения двигательных навыков в клинических популяциях, таких как инсульт (Fasoli et al. , 2002) и у пациентов с болезнью Паркинсона (Landers et al., 2005; Wulf и др., 2009 г.).

    Это исследование показывает, что внешнее сосредоточение является оптимальным для моторного обучения и квалифицированной работы, хотя есть некоторые споры об оптимальном фокусировании внимания для экспертов по сравнению с новичками. Исследования того, как фокус внимания взаимодействует с уровнем навыков, показывают, что эксперты могут больше фокусироваться на внешнем, дальше кинетической цепи событий, чем новички, которые должны фокусироваться более проксимально (Wulf and Su, 2007; Bell and Hardy, 2009; или потенциально внутрь; Perkins-Ceccato et al., 2003).

    Точные механизмы, лежащие в основе влияния внимания на квалифицированную работу, не ясны, но было высказано предположение, что внутренняя фокусировка внимания создает нисходящие ограничения на координацию движений (известная как гипотеза ограниченного действия ; Wulf, 2007a ,б). Исследования жесткости мышц (Lohse et al., 2011b) и изменчивости движений (Lohse et al. , 2011a) показывают, что это может быть правдой, по крайней мере, частично. Однако мы утверждаем, что как внешний, так и внутренний фокус налагают нисходящие ограничения на координацию двигательной системы, критическая разница заключается в том, какие размеры движения ограничиваются; контролируется ли точность телесных измерений или ортогональных целевых измерений, возникающих в результате взаимодействия телесных измерений (Lohse et al., 2011a)? Это тонкое, но существенное изменение гипотезы ограниченного действия.

    Однако обе эти теоретические позиции сходятся в том, что внешнее сосредоточение — это нечто большее, чем просто отвлечение внимания от движений тела. Эти теории утверждают, что вместо того, чтобы просто отвлекаться от движения, внимание должно быть сосредоточено на каком-то связанном с эффектом аспекте задачи, основанном на представлении действия-эффекта в двигательной системе (например, теория общего кодирования; Prinz, 1990). Эта позиция была подтверждена экспериментально в исследованиях, которые показали, что испытуемые, использующие целенаправленный внешний фокус внимания, превосходят испытуемых, занятых отвлекающей второстепенной задачей, которые не лучше, чем испытуемые, сосредоточенные на внутреннем (Wulf and McNevin, 2003; Castaneda and Gray, 2007). . Таким образом, с точки зрения направления внимания внутрь или вовне, отвлечения недостаточно.

    Тем не менее, есть еще одна, более старая группа исследований в области науки о движении человека, посвященная фокусу внимания, в котором внимание изучается в совершенно иных терминах и конкретно сосредоточено на отвлечении внимания. В этом исследовании проблема внимания рассматривается как проблема того, на какие сигналы тела/окружающей среды человек должен обращать внимание, чтобы успешно выполнить трудную задачу (Morgan, 1978; Weinberg et al., 1984). В этом контексте внимания, направленного на телесные/окружающие сигналы, внимание описывается как либо ассоциативный (сосредоточение внимания на телесных ощущениях, связанных с работой, и, более конкретно, на физических ощущениях, возникающих при изменении температуры и мышечной усталости) или диссоциативный (когнитивный процесс активного блокирования ощущений боли или дискомфорта, связанных с физическим усилием; Weinberg и др. , 1984).

    Другие исследователи (Стевинсон и Биддл, 1998, 1999) добавили больше деталей для создания системы классификации внимания к телесным/окружающим сигналам, добавив параметры релевантности (актуальность или нерелевантность задачи) и направление внимания (внутреннее или внешнее). ), который описывает локус внимания по отношению к телу. Хотя детали многих из этих моделей внимания выходят за рамки данной статьи (см. Leventhal, 1979; Левенталь и Эверхарт, 1979; Пеннебейкер и Лайтнер, 1980 г.; Rejeski, 1985), в целом эти модели предполагают, что существует конкуренция между сигналами за доступ к осознанию, и внимание может быть направлено либо на определенные сигналы, либо в сторону от них (например, пение про себя во время бега, а не сосредоточение на жжении в четырехглавой мышце). механизмами как «сверху вниз», так и «снизу вверх» (т. е. я могу явно направлять свое познание от боли на субмаксимальных порогах, но по мере того, как нагрузка становится более интенсивной, восходящие ощущения играют большую роль в определении фокуса внимания). ; Тененбаум, 2001; Эккекакис, 2003).

    Исследования оптимального фокуса внимания (ассоциативного или диссоциативного) пришли к неоднозначным выводам. Некоторые исследования показывают более высокие оценки воспринимаемой нагрузки (RPE) с ассоциативной направленностью (Tammen, 1996; Schomer and Connolly, 2002; Baden et al., 2005). Другие исследования показывают более высокие значения RPE при диссоциативном фокусе (Deligniéres and Brisswalter, 1994; Russell and Weeks, 1994; Brewer et al., 1996; Beaudoin et al., 1998), а другие исследования не показывают никакой разницы (Weinberg et al., 1984; Харте и Эйферт, 19 лет.95; Кутюр и др., 1999, 2003).

    Другие исследования были сосредоточены на влиянии внимания на физиологические переменные, такие как частота сердечных сокращений и потребление кислорода. Опять же, эффекты смешанные. Многие исследования не обнаружили влияния внимания на частоту сердечных сокращений или кровяное давление (Pennebaker and Lightner, 1980; Weinberg et al. , 1984; Johnson and Siegel, 1987; Hatfield et al., 1992; Baden et al., 2005). Напротив, Морган и соавт. (1983) обнаружили, что в первые 5 минут добавочного теста на беговой дорожке диссоциативный фокус приводил к снижению частоты сердечных сокращений по сравнению с контрольным состоянием. Однако в конце испытаний это различие было устранено. Точно так же некоторые исследования показывают, что ассоциативное внимание приводит к увеличению частоты сердечных сокращений (Connolly and Janelle, 2003), но не во всех случаях (Couture et al., 19).94). Исследования, изучавшие влияние внимания на потребление кислорода (например, обычно не обнаруживают влияния ассоциативного или диссоциативного внимания на дыхание (Morgan et al., 1983; Smith et al., 1995).

    Перспективы внимания

    Это Краткий обзор литературы о роли внимания в двигательном обучении и производительности выдвигает на первый план важную проблему: существуют две в значительной степени отдельные области исследований, изучающих внимание в человеческой деятельности, которые (а) используют один и тот же язык для описания различных конструкций и (б) не интегрировать исследования другой ветви в свои операциональные определения, гипотезы или теории. Обратите внимание, когда Вульф (2007b) использует термин «внешний фокус внимания» для обозначения направления внимания на влияние действия на окружающую среду, в отличие от Стевинсона и Биддла (19).98) использование этого термина для обозначения направления внимания на сигнал окружающей среды вне тела. В случае Вульфа это внимание направлено на афферентность (т. е. на намерение действовать), а в случае Стевинсона и Биддла это внимание направлено на афферентность (т. е. на восприятие сигналов).

    Хотя эти различные концепции могут быть отделены друг от друга в лаборатории, очевидно, что на практике они никогда не отделяются друг от друга. Действительно, внешнее сосредоточение внимания на влиянии действия на окружающую среду может также придавать большее значение восприятию внешних сигналов из окружающей среды, чем внутренних сигналов от тела. Таким образом, внешнее сосредоточение на намерении действовать может, как следствие, сместить внимание на внешние сигналы. Чтобы улучшить понимание того, как внимание влияет на сложное поведение, исследователям необходимо интегрировать эти различные области исследований человеческих возможностей. Это было частью мотивации текущих экспериментов; мы хотели проверить эти различные концепции внимания друг против друга, используя утомительную спортивную задачу, сосредоточенную на производстве силы.

    Эксперимент 1

    Лишь несколько экспериментов изучали влияние внимания на производство силы (обзор см. в Marchant, 2011). Основываясь на данных о том, что внешняя фокусировка внимания может снизить мышечную активность при броске со штрафного в баскетболе, одновременно повышая точность (Zachry et al., 2005), исследователи предположили, что аналогичные инструкции по внешней фокусировке могут влиять на тесты максимальной и субмаксимальной концентрации. силовое производство. Эта гипотеза была экспериментально подтверждена рядом исследований, показывающих, что субмаксимальные усилия при сгибании локтя могут быть достигнуты при снижении поверхностной электромиографической (пЭМГ) активности в мышцах-сгибателях локтя (Vance et al., 2004; Marchant et al., 2009).). Исследование максимальной выработки силы в форме вертикального прыжка также показало, что смещение центра масс было больше, в то время как активность sEMG в мускулатуре ног была снижена в зависимости от внешней фокусировки (Wulf et al. , 2010). Другие исследования показали, что внешнее фокусирование внимания увеличивает смещение центра масс при прыжках, хотя и без анализа сЭМГ (Wulf et al., 2007; Porter et al., 2010).

    В нашей собственной лаборатории мы сосредоточились на изучении точности производства силы и обнаружили, что внешнее сосредоточение не только увеличивает точность производства субмаксимальных усилий, но и то, что внешнее фокусирование внимания также приводит к уменьшению совместного сокращения между агонистом и антагонистом. мышц при подошвенном сгибании (оценивается при максимальном произвольном сокращении 30%, MVC; Lohse et al., 2011b), и что тренировка с внешней фокусировкой внимания значительно улучшает удержание и передачу точности при производстве силы (оценивается при 25 и 50% MVC; Лозе, в печати).

    Доступны ограниченные данные для задач, которые манипулируют фокусом внимания при длительном производстве силы или выносливости. Маршан и др. (2011) обнаружили, что внешняя фокусировка внимания (т. е. фокусировка на движении штанги по сравнению с фокусировкой на движении тела) значительно увеличивала количество повторений до отказа (с нагрузкой 75% от максимальной) в трех различные силовые упражнения (жим лежа в машине Смита, жим лежа со свободным весом и приседания с отягощением). Шукер и др. (2009 г.) обнаружили, что внешнее сосредоточение внимания (т. е. сосредоточение внимания на смоделированной среде) значительно улучшило экономичность бега при интенсивности бега на 75% по сравнению с внутренним сосредоточением на форме и внутренним сосредоточением на дыхании. Однако к этому выводу следует относиться с некоторой осторожностью, потому что смоделированная среда присутствовала только во время внешнего фокуса. Таким образом, эффект внешнего фокуса смешивался с наличием внешних сигналов.

    В текущем исследовании мы стремились решить проблему относительной нехватки литературы, оценивающей эффекты концентрации внимания в задачах на выносливость, и отсутствия интеграции между исследованиями концентрации внимания как внешней/внутренней по сравнению с ассоциативной/диссоциативной. Таким образом, в данном исследовании мы создали задание на проверку мышечной выносливости (приседание у стены; показано на рис. 1), которое можно было выполнить в трех разных условиях: внутренний фокус (который по своей природе ассоциативен), внешне-ассоциативный фокус и внешнедиссоциативный фокус. Эти очаги показаны на рисунке 1 и более подробно описаны в разделе «Метод». Приседание у стены является распространенным упражнением в легкой атлетике для людей разного возраста и уровня подготовки и очень быстро создает значительную усталость в мышцах ног. Для измерения производительности в задаче «присесть у стены» мы измерили время, в течение которого испытуемые могли удерживать положение «присесть у стены» (называемое временем до отказа), и самооценку RPE испытуемыми (оценивали по 15-балльной шкале Борга; Борг, 19 лет).98).

    Рисунок 1. Схематическое изображение плана эксперимента, показывающее три различных фокуса внимания . В эксперименте 1 использовались все внутренние, внешнеассоциативные и внешнедиссоциативные очаги. В эксперименте 2 использовались только внутренние и внешнеассоциативные очаги. предметов в Университете Колорадо. Из них 21 мужчина и 19были женского пола. Все испытуемые сообщили, что регулярно занимаются физическими упражнениями (три или более занятий в неделю), а шесть испытуемых занимались спортивными клубами в университете (спортсмены университета были исключены из этого исследования). Средний возраст испытуемых составил 19,25 ± 1,28 года (стандартное отклонение). (Демографические данные субъектов показаны в таблице 1.) Субъекты были набраны через вводные занятия по психологии и участвовали в эксперименте, чтобы выполнить требования к кредитам курса. Протокол исследования был одобрен Институциональным наблюдательным советом Университета Колорадо, и все участники дали информированное согласие до начала эксперимента; испытуемые были наивны в отношении целей эксперимента.

    Таблица 1 . Сводка экспериментальных и демографических данных эксперимента 1 .

    Дизайн

    После получения информированного согласия испытуемым был описан характер задания. Испытуемым сказали, что они будут выполнять «приседание у стены, также известное как «воздушное кресло». Вы встанете спиной к стене, вытяните ноги, пока колени и лодыжки не окажутся под углом 90 °, а затем удерживайте это положение так долго, как сможете». Большинство испытуемых сообщили, что знакомы с этой задачей по предыдущему спортивному опыту, но все испытуемые завершили короткий тест на привыкание (длительностью 10 с) до начала экспериментальных испытаний. В испытании привыкания испытуемым сначала помещали отражающие анатомические маркеры на колено (на латеральном мыщелке бедренной кости) и бедро (большой вертел бедренной кости) на каждой ноге. Светоотражающие маркеры также были размещены на пилонах в 1,5 м перед испытуемым (как показано на рис. 1).

    Аналоговые гониометры (Prestige Medical, Нортридж, Калифорния, США) использовались, чтобы убедиться, что углы колена и лодыжки находятся в пределах 90° ± 5° в начале исследования. Удерживая эту позу, испытуемым давали следующие инструкции: «Визуально сфокусируйтесь на точке фиксации на противоположной стене [экспериментатор указал на противоположную стену], стараясь при этом держать спину ровной к стене. Кроме того, вы не можете класть руки на ноги, бедра или на стену позади вас». Испытуемым разрешалось выбрать любое другое положение рук, которое было наиболее удобным, при этом большинство испытуемых просто позволяли рукам свисать по бокам, а некоторые скрещивали руки на груди. Испытуемые могли свободно выбирать положение своих рук, но должны были сохранять одно и то же положение во всех испытаниях.

    После завершения привыкания все испытуемые получили следующие инструкции: «Сегодня мы попросим вас присесть у стены в двух разных условиях. Вы сделаете только две попытки, и у вас будет длительный период отдыха между ними. Причина ограниченного количества попыток и длительного периода отдыха заключается в том, что мы хотим, чтобы вы изо всех сил старались удерживать позу у стены как можно дольше. Не пытайтесь подстраиваться под себя; старайтесь изо всех сил в каждом испытании. Это полностью зависит от вас, когда вы хотите закончить пробный период. Когда вы почувствуете, что больше не можете удерживать позу, скажите «Готово», а затем встаньте или сядьте до упора, и испытание будет окончено. Однако мы хотим, чтобы вы продлили испытание как можно дольше».

    Следуя этим инструкциям, субъекты приступили к экспериментальным испытаниям. Фокус внимания манипулировали внутри испытуемых (все испытуемые выполняли одно испытание с внутренним фокусом и одно испытание с внешним фокусом в уравновешенном порядке), а тип внешнего фокуса манипулировали между испытуемыми (у половины испытуемых был внешнеассоциативный фокус, а у половины — внешне-ассоциативный). испытуемых имели внешнедиссоциативную направленность).

    Инструкции по внутренней фокусировке. Для внутреннего фокуса (завершенного всеми испытуемыми) испытуемым напоминали визуально фокусироваться на точке фиксации на противоположной стене, но «мысленно фокусироваться на положении бедер, стараясь удерживать их параллельно полу, чтобы свести к минимуму любое движение вверх и вниз». Как только испытание началось, испытуемым давали обратную связь о времени каждые 30 секунд и напоминали им об их сосредоточенности, сказав: «Сосредоточьтесь на положении ваших бедер, стараясь держать их параллельно полу».

    Внешне-ассоциативный фокус. Для внешне-ассоциативного фокуса (выполняли половина испытуемых) испытуемым напоминали зрительно фокусироваться на точке фиксации на противоположной стене, но «мысленно фокусироваться на проведении воображаемых линий между маркерами от колена до колена». бедра, стараясь держать линии параллельно полу, чтобы свести к минимуму любое движение вверх и вниз». Как только испытание началось, испытуемым давали обратную связь о времени каждые 30 секунд и напоминали об их сосредоточенности, предлагая «сосредоточиться на положении линий, пытаясь визуализировать их параллельно полу».

    Инструкции по внешне-диссоциативному фокусу. Для внешне-диссоциативного фокуса (выполненного половиной испытуемых) испытуемым напоминали зрительно фокусироваться на точке фиксации на противоположной стене, но «мысленно фокусироваться на проведении воображаемых линий между пилонами перед собой, стараясь держать линии параллельно полу, чтобы свести к минимуму любое движение вверх и вниз». Как только испытание началось, испытуемым давали обратную связь о времени каждые 30 секунд и напоминали об их сосредоточенности, предлагая «сосредоточиться на положении линий, пытаясь визуализировать их параллельно полу».

    Во всех испытаниях после того, как инструкции были даны, испытуемые давали устное подтверждение того, что они поняли инструкции, и должны были перефразировать инструкции обратно экспериментатору, чтобы убедиться, что они поняли то, о чем их просили. Все испытуемые подтвердили, что они поняли инструкции и смогли перефразировать инструкции к задачам как для условий внутренней, так и для внешней фокусировки. Таким образом, хотя точно неясно, как испытуемые использовали стратегии внутреннего/внешнего фокуса, испытуемые понимали, о чем их просили в каждом состоянии.

    Приборы и измерения

    Убедившись, что испытуемые поняли инструкции, они приступили к своему первому экспериментальному испытанию. Испытуемые стояли спиной к стене и визуально фокусировались на точке фиксации на противоположной стене. Затем испытуемые отводили ноги от стены, пока их колени и лодыжки не оказались в диапазоне 90° ± 5°, и экспериментатор начал испытание, включив ручной таймер (S141, Seiko, Токио, Япония) и сказав: «Начало. ” Каждые 30 секунд экспериментатор напоминал испытуемым об экспериментальном фокусе и сообщал испытуемым о времени. Экспериментатор визуально контролировал положение ног испытуемых в пределах 9Допуск 0° ± 5°, испытуемые смотрят, оставаясь визуально сфокусированными на точке фиксации, на протяжении всего испытания. Субъекты устно прекращали испытание, говоря: «Готово», когда достигали точки добровольного истощения. Время от начала испытания до конца испытания было определено как время до отказа (измеряется в секундах).

    В конце каждого испытания экспериментатор устно опрашивал испытуемых об их RPE по 15-балльной шкале (Borg, 1998). Испытуемые давали субъективные баллы RPE за то, насколько сложным было приседание у стены в первые несколько секунд испытания (RPE 9). 0482 начальный ) и в самом конце испытания, когда пришлось остановиться (RPE окончательный ). Между испытаниями испытуемым давали отдохнуть не менее 5 минут или в четыре раза больше, чем в предыдущем испытании (в зависимости от того, какое время приводило к более длительному периоду отдыха). Субъектам сказали, что это минимальное время, которое они должны отдыхать между испытаниями, но это может занять больше времени, если они не чувствуют себя полностью восстановленными. Нет субъектов, выбранных для дополнительного отдыха.

    Анализ

    Были проанализированы две зависимые переменные (время до отказа и RPE). Время до отказа было проанализировано в смешанно-факторном ANOVA 2 × 2 × 2 с внутрисубъектным фактором Фокус (внутренний против внешнего) и межсубъектными факторами порядка (внешний, затем внутренний или внутренний, затем внешний) и внешний фокус. Тип (ассоциативный или диссоциативный). RPE был проанализирован в смешанно-факторном ANOVA 2 × 2 × 2 × 2 с внутрисубъектными факторами Фокуса и Времени (RPE начальный против RPE окончательный ) и между факторами порядка и типа внешнего фокуса. Номер испытания не был включен в качестве фактора, но статистически эквивалентен взаимодействию Порядок × Фокус, поскольку порядок испытаний внутреннего и внешнего фокуса был полностью уравновешен для всех испытуемых. В разделе «Результаты» сообщается только о значительных эффектах. Все остальные эффекты были незначительными ( p > 0,05).

    Результаты

    Для времени до отказа наблюдался значительный основной эффект фокуса, F (1,36) = 4,94, p = 0,03, как показано на рис. 2. Внешняя фокусировка приводила к значительно большему времени до отказа, чем внутренняя фокусировка. Интересно, что этот эффект не зависел от принятого типа внешнего фокуса, поскольку взаимодействие фокуса и типа внешнего фокуса не было значимым, F (1,36) < 1. Это говорит о том, что ассоциативно-внешний фокус одинаково эффективен. как диссоциативный фокус в смягчении реакции субъекта на утомление. Однако имело место значительное взаимодействие фокуса, типа внешнего фокуса и порядка, F (1,36) = 4,38, p = 0,04, как показано на рисунке 2. Это взаимодействие показало, что во втором испытании у испытуемых наблюдалась общая тенденция к более быстрому утомлению. Что касается внешнего, а не внутреннего порядка, то во втором испытании обе внешние фокус-группы утомлялись быстрее. Для внутреннего, а затем внешнего порядка только внешне-диссоциативная направленность приводила к более быстрому утомлению во второй попытке. Интересно, что для внешнеассоциативной группы наличие внешнеассоциативного фокуса во втором испытании, по-видимому, смягчило последствия утомления, поскольку их второе испытание в среднем было более продолжительным, чем первое испытание. Хотя взаимодействие было значительным, апостериорное тестирование не обнаружило каких-либо индивидуально значимых парных сравнений, хотя преимущества диссоциативно-внешнего фокуса в порядке внешнее-внутреннее и ассоциативно-внешнего фокуса в порядке внутреннее-внешнее приблизились к значимости (по Tukey’s HSD, p = 0,09, p = 0,07 соответственно). Это взаимодействие предполагает, что внешне-ассоциативный фокус может иметь преимущество при повышенной утомляемости. То есть при внешне-ассоциативном фокусе большее преимущество имеет внешнее сосредоточение на втором испытании.

    Рисунок 2. Результаты эксперимента 1, показывающие время до отказа в зависимости от концентрации внимания и внешнего типа фокусировки (A) и время до отказа в зависимости от концентрации внимания, внешнего типа фокусировки и попытки (B) . Номера испытаний показаны внизу каждой полосы. Столбики погрешностей показывают SE между субъектами.

    Анализ RPE испытуемых показал значительное влияние времени, F (1,36) = 716,91, p < 0,001, так что RPE начальный был значительно ниже, чем RPE final . Было значительное взаимодействие фокуса и порядка, F (1,36) = 44,69, p <0,001, показывая, что разница в среднем RPE между внутренней и внешней фокусировкой увеличилась во втором испытании (см. Рисунок 3). Кроме того, имело место значительное взаимодействие фокуса, порядка и времени, 90 394 F 90 395 (1,36) = 4,23, 90 394 p 90 395 = 0,04, так что в первом испытании, если испытуемые фокусировали внешне свое RPE , начальный , был ниже, чем у испытуемых с внутренней фокусировкой, но не было никакой разницы в RPE , окончательный . Однако во втором испытании RPE , начальный и RPE , конечный , были ниже для субъектов с внешней фокусировкой (хотя отдельные парные сравнения показали, что RPE был ниже для внешнего фокуса по сравнению с внутренним фокусом во всех случаях, p с < 0,05, см. рис. 3). (Экспериментальные и демографические данные для эксперимента 1 приведены в таблице 1).

    Рис. 3. Результаты эксперимента 1, RPE в зависимости от количества попыток, концентрации внимания и времени (начальные несколько секунд попытки по сравнению с последними несколькими секундами попытки) .

    Обсуждение

    Эксперимент 1 показал явное преимущество внешнего сосредоточения как на времени до отказа, так и на воспринимаемом усилии испытуемых во время задания. Интересно, что испытуемые получали пользу от внешнего фокуса как в ассоциативных, так и в диссоциативных условиях. Этот результат имеет важное значение, поскольку предполагает, что основным преимуществом внешней фокусировки в этой задаче было использование отвлечения для блокировки внутренних ощущений усталости, которые становятся более заметными при внутренней фокусировке (как показано в RPE испытуемых). Кроме того, этот результат важен, потому что он расширяет предыдущие исследования внимания, показывая, что внешне-ассоциативный фокус, даже если внешне очень похож на внутренний фокус, увеличивает время до отказа и снижает RPE. Это говорит о том, что субъекты могут аппроксимировать внутренний фокус функционально подобным, но внешним фокусом. Это важный вывод с прикладной точки зрения, поскольку он предлагает механизм, с помощью которого тренеры и спортсмены могут пожинать плоды как внешней, так и внутренней концентрации, используя номинально внешнюю направленность, аналогичную важной внутренней переменной. Во время гребли, например, сосредоточение внимания на механике собственного тела может повысить значимость внутренних сигналов и, таким образом, усилить восприятие усталости, но сосредоточение внимания на аналоге механики (аналогично внешне-ассоциативному фокусу) может позволить обратить внимание на контроль над движением, уменьшая при этом значимость внутренних сигналов и уменьшая восприятие усталости.

    Эксперимент 2

    Двухрежимная модель (DMM) внимания (Ekkekakis, 2003) предполагает, что при более высоких уровнях утомления восходящие процессы направляют внимание сильнее, чем верхние процессы. То есть по мере усиления боли или утомления внутренние, телесные сигналы боли будут доминировать над вниманием, даже когда спортсмен пытается поддерживать диссоциативный внешний фокус на чем-то в окружающей среде. DMM подтверждается данными о том, что при физических нагрузках от низкого до умеренного наблюдается положительное увеличение валентности основного аффекта, а также увеличение ортогонального измерения активности (Raglin and Morgan, 19).85; Ojanen, 1994), в то время как при уровнях интенсивности, близких к максимальным, сдвиг аффективной валентности неизменно отрицателен (Acevedo et al., 1994; Parfitt et al., 1996). При умеренных уровнях интенсивности упражнений существуют большие межиндивидуальные различия: у одних испытуемых наблюдается положительный сдвиг в эмоциях, а у других — отрицательный (Van Landuyt et al. , 2000). Это тенденции 90 394 во время 90 395 упражнений с разным уровнем интенсивности; 90 394 после 90 395 упражнений данные свидетельствуют об общем положительном сдвиге в базовом аффекте (Ekkekakis and Petruzzello, 19).99).

    Более сильное взвешивание восходящих сигналов при более интенсивных упражнениях может играть адаптивную функцию, поскольку отрицательные сдвиги в основных аффектах коррелируют с повышенными метаболическими потребностями организма (Hardy and Rejeski, 1989; Acevedo et al., 1994; Ekkekakis). и Петруцелло, 1999). Кроме того, учитывая нейронную разделимость аффективных систем в мозге (LeDoux, 1995, 2000), Эккекакис (2003) предполагает, что два режима обработки взаимодействуют друг с другом, чтобы определить аффективные реакции на упражнения: (а) нисходящий, когнитивный система, которая участвует в оценке значения упражнений, самовосприятия, целей, атрибуций и социального контекста упражнений, и (б) восходящая интероцептивная система, которая передает вперед различные сигналы от различных рецепторов на основе упражнений. соответствующие физиологические изменения.

    Хотя есть доказательства того, что с увеличением интенсивности внутренние сигналы становится труднее блокировать без внимания, в эксперименте 2 целью было продемонстрировать, что даже при высоком уровне интенсивности упражнений все еще существует значительное нисходящее влияние на производительность. Чтобы проверить это, мы решили использовать задание с сидением у стены, описанное в эксперименте 1, потому что (смотря на окончательные данные RPE ) это задание явно создает очень интенсивную нагрузку на тело. В эксперименте 1 мы показали, что когнитивная манипуляция, направленная на внешнее или внутреннее внимание с помощью словесных инструкций и обратной связи (напоминания о концентрации внимания, подаваемые каждые 30 с), улучшала или ухудшала производительность соответственно. В эксперименте 2 наша цель состояла в том, чтобы увеличить нисходящее влияние на производительность в этой очень утомительной задаче, манипулируя ожиданиями испытуемых относительно эффективности их стратегии внимания. То есть склоняют субъектов полагать, что внешняя или внутренняя стратегия будет очень полезна для их работы.

    Мы предположили, что склонение испытуемых к убеждению, что внешнее сосредоточение полезно, существенно увеличит пользу от внешнего фокусирования без предвзятости. Кроме того, мы предположили, что склонение испытуемых к убеждению, что внутреннее сосредоточение полезно, уменьшит или даже изменит преимущество, обычно обнаруживаемое при внешнем сосредоточении. Эти гипотезы были основаны на предыдущих исследованиях, показывающих силу ожиданий результатов с использованием плацебо в спортивных задачах (Clark et al., 2000; Magnaris et al., 2000; Beedie et al., 2006; McClung and Collins, 2007; Foad et al. , 2008). Что наиболее важно, если восходящая интероцептивная информация является ограничивающим фактором производительности в этой очень утомительной задаче, мы не ожидаем никаких изменений в производительности, основанных на манипулировании ожиданиями испытуемых. Таким образом, если ожидания увеличивают или уменьшают эффект внимания, это предполагает уточнение DMM, потому что нисходящие когнитивные факторы будут влиять на производительность при очень высоких уровнях нагрузки.

    Метод

    Участники

    Шестьдесят здоровых, физически активных субъектов из Университета Колорадо были набраны для участия в эксперименте 2. Из них 27 мужчин и 33 женщины. Все испытуемые сообщили, что регулярно занимаются физическими упражнениями (три или более занятий в неделю), а девять испытуемых занимались спортивными клубами в университете (спортсмены университетов были исключены из этого исследования). Средний возраст испытуемых составил 19,15 ± 1,31 года. (Демографические данные субъектов показаны в таблице 2.) Субъекты были набраны через вводные занятия по психологии и участвовали в эксперименте, чтобы выполнить требования к кредитам курса. Протокол исследования был одобрен Институциональным наблюдательным советом Университета Колорадо, и все участники дали информированное согласие до начала эксперимента; испытуемые были наивны в отношении целей эксперимента.

    Таблица 2 . Сводка экспериментальных и демографических данных эксперимента 2 .

    Дизайн

    Испытуемые были разделены на три группы: контрольное состояние (в котором ожидания испытуемых были беспристрастными), внешнее-хорошее состояние (в котором испытуемые были склонны полагать, что сосредоточение внимания на внешнем было бы полезно до экспериментальные испытания) и состояние внутренне хорошее (в котором испытуемые были склонны полагать, что внутренняя фокусировка будет полезна до экспериментальных испытаний). Методика эксперимента была идентична использованной в опыте 1 для внешнеассоциативной группы.

    Чтобы вызвать предвзятые ожидания в группах внешних и внутренних благ, испытуемым показывали данные предыдущего эксперимента с фокусом внимания на производстве изометрической силы (Lohse et al., 2011b; воссоздано на рис. 4) и давали после объяснения экспериментатора (в данном случае для внешнего хорошего состояния): «[…] Эти данные показывают результаты предыдущего эксперимента по производству силы. Цель этого задания состояла в том, чтобы создать целевую силу в 30% от максимальной силы этого субъекта, показанную здесь [экспериментатор указывает на след силы на рисунке] при регистрации мышечной активности мышц голени [экспериментатор указывает на камбаловидную и большеберцовую мышцы sEMG-следы на рисунке]. Испытуемые выполняли это задание в двух разных условиях: при внешнем фокусе, когда испытуемые мысленно фокусировались на платформе, на которую они отталкивались, и при внутреннем фокусе, когда испытуемые мысленно фокусировались на собственной ноге. Вы можете видеть, что во внешнем фокусе [снова указывая на рисунок] целевая сила создавалась с очень небольшой активностью в мышцах ноги. Однако у того же субъекта, пытающегося произвести такое же усилие, внутренний фокус значительно увеличил мышечную активность в голени [указывая на рисунок]. Таким образом, внешний фокус приводил к гораздо более эффективному задействованию мышц по сравнению с внутренним фокусом. В сегодняшнем эксперименте наша цель будет воссоздать этот тип задачи, используя сидение у стены. Вы проведете одно испытание с внешним фокусом и одно испытание с внутренним фокусом. Мы начнем с испытания [внешнего/внутреннего] фокуса [точная формулировка зависит от порядка уравновешивания]». Условие внутреннего хорошего смещения получило идентичные инструкции, только ярлыки «внутренний» и «внешний» были заменены как в словесных инструкциях, так и на рисунке, показанном испытуемым.

    Рисунок 4. Образец материалов, использованных для искажения ожиданий испытуемых в Эксперименте 2 . Это конкретное изображение является воссозданием результата Lohse et al. (2011b), демонстрирующие повышение эффективности набора мышц при внешнем фокусе внимания (вызывая смещение внешнее-хорошее ). То же изображение было использовано для создания смещения внутренне хорошее , только метки на рисунке были перевернуты, а объяснение дано экспериментатором.

    После этих инструкций по смещению испытуемым были даны конкретные инструкции для испытаний внутреннего и внешнего фокуса. Инструкции по внутренней фокусировке были идентичны тем, что использовались в эксперименте 1, а инструкции по внешней фокусировке были идентичны внешне-ассоциативным инструкциям в эксперименте 1. После начала испытания испытуемым каждые 30 с давали обратную связь о времени и напоминали об их фокусе. Во всех испытаниях испытуемые давали устное подтверждение того, что они поняли инструкции, и должны были перефразировать инструкции обратно экспериментатору, чтобы убедиться, что они поняли, о чем их просили. Длительный период отдыха отделял первое испытание от второго испытания (либо 5 минут, либо четырехкратная продолжительность первого испытания, в зависимости от того, что было дольше). Опять же, это было минимальное время, в течение которого субъекты должны были отдыхать, но они могли запросить больше времени, если они не полностью восстановились. Нет субъектов, выбранных для дополнительного отдыха.

    Анализы

    Данные о наработке до отказа и RPE были собраны тем же методом, что и в эксперименте 1. Внешнеассоциативная группа из эксперимента 1 служила объективной контрольной группой для эксперимента 2. Таким образом, при анализе наработки на отказ была 2 × 3 × 2 смешанный факторный дисперсионный анализ с внутрисубъектными факторами фокуса (внешние и внутренние) и между субъектами факторами предвзятости (контроль, внешнее-хорошее или внутреннее-хорошее) и порядком (либо внешнее испытание, либо внутреннее испытание или внутреннее, а затем внешнее). Для RPE использовался смешанный факторный ANOVA 2 × 2 × 3 × 2 с внутрисубъектными факторами времени (RPE начальный против RPE окончательный ) и Фокус, а также межсубъектные факторы Предвзятость и Порядок. В разделе «Результаты» сообщается только о значительных эффектах. Все остальные эффекты были незначительными ( p > 0,05).

    Результаты

    Анализ времени до отказа испытуемых выявил значительное взаимодействие фокуса и смещения, F (1,54) = 7,13, p = 0,002, как показано на рисунке 5. Это значимое взаимодействие показало, что время до отказа было на 6,8 с дольше для внешнего фокуса по сравнению с внутренним фокусом в контрольных условиях, эта разница увеличивалась в условиях хорошего внешнего смещения до 13,35 с, а в условии хорошего внутреннего смещения это соотношение было обратным, так что время до отказа было на 7,76 с больше при внутреннем фокусе по сравнению с внешним фокусом. Post hoc HSD-тест Тьюки показал, что разница между внешними и внутренними очагами приближалась к значимости в контрольном состоянии ( p = 0,051), была высокозначима для внешнего хорошего состояния ( p = 0,004) и не была значимой для внутренне-хорошего состояния ( p = 0,081).

    Рис. 5. Результаты эксперимента 2, показывающие время до отказа в зависимости от состояния концентрации внимания и смещения (A), а также оценки воспринимаемой нагрузки в зависимости от концентрации внимания и порядка (B) . Номера испытаний показаны внизу каждой полосы.

    Анализ RPE испытуемых выявил значительный главный эффект фокуса, F (1,54) = 4,22, p = 0,038, так что оценки RPE были в среднем ниже для внешнего фокуса, чем для внутреннего фокуса. Фокус значительно взаимодействовал с порядком, F (1,54) = 17,31, p < 0,001, например, для предметов в внешне-внутреннем порядке, RPE для внешнего состояния ( M = 12,05) был значительно ниже, чем у состояние внутренней фокусировки ( М = 13,08; р < 0,001). Однако в порядке внутреннее-внешнее два состояния существенно не отличались друг от друга (внешнее = 12,61, внутреннее = 12,30; p = 0,19). См. рисунок 5. Это отличается от эксперимента 1, в котором внешне-ассоциативный фокус фактически увеличивал разницу между внешними и внутренними условиями, когда выполнялся после условия внутреннего фокуса. Это несоответствие необходимо устранить в будущих исследованиях, особенно потому, что взаимодействие «Фокус × порядок» в эксперименте 2 усреднялось по трем различным группам, две из которых были смещены из-за экспериментальных манипуляций. Поскольку в эксперименте 1 таких манипуляций не было, трудно напрямую сравнивать результаты двух экспериментов.

    Кроме того, наблюдалось значительное трехстороннее взаимодействие фокуса, смещения и порядка, F (2,54) = 4,98, p = 0,011, . Как показано в таблице 2, это взаимодействие показывает, что у контрольных испытуемых был более низкий RPE в состоянии внешнего фокуса в обоих порядках, но этот эффект был значим только в порядке внешний-внутренний ( p < 0,001 в порядке EI; p = 0,06 в порядке IE). У испытуемых с предубеждением о внешнем благополучии внешний фокус приводил к снижению RPE только тогда, когда сначала было завершено испытание с внешним фокусом (9).0394 p < 0,004), когда исследование внутреннего фокуса было завершено первым, разница в RPE практически исчезла ( p = 0,61). Для испытуемых, склонных к внутреннему «хорошему», не было практически никакой разницы в рейтингах RPE, когда первым было завершено испытание с внешним фокусом ( p = 0,90) или когда первым было завершено испытание с внутренним фокусом ( p = 0,54). Наконец, имел место также весьма значительный эффект времени, F (1,54) = 762,17, p < 0,001, такой, что RPE начальные оценки были намного ниже, чем окончательные оценки RPE . (Влияние времени, а также сводка экспериментальных и демографических данных из Эксперимента 2 показаны в Таблице 2.)

    Обсуждение

    Эксперимент 2 показал явное модулирующее влияние ожиданий на инструкции по концентрации внимания. Хотя, как показала контрольная группа, фокусирование внимания на внешнем в целом дает преимущество, это преимущество может быть усилено искажением ожиданий испытуемых относительно того, насколько эффективен внешний фокус внимания. И наоборот, этот эффект также можно свести на нет, заставив ожидания испытуемых полагать, что внутренняя направленность более выгодна. Важно отметить, что внимание влияло не только на субъективное восприятие напряжения, но также улучшало или ухудшало объективные показатели производительности испытуемых по времени до отказа.

    Вывод о том, что манипулирование ожиданиями испытуемых может иметь столь сильное влияние на выполнение задачи с очень высоким уровнем напряжения, не противоречит модели внимания DMM (Ekkekakis, 2003), но предполагает, что DMM должен быть уточнены, потому что нисходящие когнитивные факторы явно влияют на производительность даже при очень интенсивных уровнях нагрузки (средний показатель RPE испытуемых составил 16,88 при максимальном значении 20). Один вопрос, который не затрагивался в Эксперименте 2, заключался в том, какая часть преимущества внешнего фокуса и ожидания была обусловлена ​​влиянием и какая часть преимущества была обусловлена ​​афферентностью. Иными словами, из экспериментов 1 и 2 мы знаем, что внешнее сосредоточение привело к уменьшению восприятия усталости, совпадающему с увеличением времени до отказа в напряженной задаче. Таким образом, механизмы, с помощью которых внимание и ожидание действовали на улучшение производительности, потенциально перцептивны. Однако, как показывают данные Lohse et al. (2011b) показали, что внимание может оказывать существенное влияние на эффективность рекрутирования мышц, поэтому возможно, что неэффективное рекрутирование двигательных единиц также могло сыграть свою роль в текущей задаче. Исходя из этих результатов, неизвестно, представляет ли снижение RPE при внешнем фокусе действительное снижение мышечной усталости или различные стратегии внимания изменили только субъективное восприятие усталости. Поскольку в текущем исследовании не проводились физиологические измерения мышечной усталости, текущие данные не могут ответить на этот вопрос. Тем не менее, это очень интересная область будущих исследований, поскольку в предыдущих исследованиях ожиданий результатов в спортивных задачах не измерялась мышечная активность (например, Magnaris et al., 2000; McClung and Collins, 2007; Foad et al. , 2008). Таким образом, будущие исследования с использованием манипуляций с ожиданием и электромиографии будут необходимы, чтобы разделить роль объективной физиологической усталости и субъективного восприятия усталости.

    Эти результаты имеют прикладное значение для тренеров, спортсменов и терапевтов. Сосредоточение внимания на внешнем обычно улучшает производительность человека, но очень важно учитывать веру человека в эффекты внимания. Когда испытуемые фокусируются на внешнем, и они ожидают, что внешнее сосредоточение улучшит производительность (как это часто бывает; Lohse et al., 2012), они добиваются большего успеха, чем когда фокусируются только на внешнем. Оборотной стороной этого эффекта является то, что даже при внешней фокусировке, если субъект не считает, что внешняя фокусировка особенно полезна (или, в нашем случае, субъект считает, что внутренняя фокусировка наиболее полезна), польза от внимания может быть размыта. эффектом ожидания.

    Это одно из немногих исследований, посвященных тому, как взаимодействуют когнитивные, аффективные и двигательные системы (с манипулированием вниманием, ожиданиями и производством силы соответственно), и хотя оно привело нас к некоторым интересным выводам и новым идеям о том, как эти системы работают вместе в спортивных результатах, это исследование относительно ограниченной задачи. Будущие исследования должны работать над интеграцией социальных, когнитивных, аффективных и двигательных систем в более разнообразные навыки (непрерывные, дискретные, баллистические и т. д.), чтобы понять граничные условия этих эффектов. Наличие подробной таксономии того, как когнитивные и аффективные переменные влияют на производительность в различных областях двигательных навыков, важно с точки зрения фундаментальной науки, поскольку позволяет исследователям понять, как эти различные системы влияют на поведение, но также крайне важно с прикладной точки зрения, поскольку в двигательного поведения в реальном мире (например, легкая атлетика, реабилитация, ежедневные двигательные задачи) эти системы сложно и динамично интегрированы.

    Заключение

    Эта работа подтверждает эффективность внешнего фокуса внимания по сравнению с внутренним фокусом внимания, но добавляет новую информацию к нашему пониманию внимания при спортивных результатах и, в частности, при утомлении. Эксперимент 1 продемонстрировал внешнее сосредоточение на повышении способности испытуемых противостоять усталости, отчасти потому, что внешнее сосредоточение уменьшало восприятие усталости, возможно, в результате отвлечения внимания от внутренних сигналов/ощущений усталости. Кроме того, использование ассоциативно- и диссоциативно-внешнего фокуса не имело значения, и оба внешних фокуса были значительно лучше, чем внутренний фокус. Эти результаты могут измениться в задаче с более явным движением или когда необходимо поставить конкретную экологическую цель (например, Wulf, 2007b), тогда как в текущей задаче целью было просто сопротивляться усталости как можно дольше. Однако, учитывая сходство между внешне-ассоциативным фокусом и внутренним фокусом, это открытие предлагает полезный способ воспользоваться преимуществами как внешнего, так и внутреннего фокуса за счет использования концептуально внешнего фокуса, который примерно аналогичен внутреннему фокусу. (использование аналогий, как было показано, улучшает обучение двигательным навыкам и производительность в других областях; Liao and Masters, 2001; Poolton et al., 2006).

    Эксперимент 2 показал, что взаимосвязь между FOA и производительностью может регулироваться ожиданиями (расширяя эффект внешней фокусировки или существенно уменьшая его). Оба этих исследования подчеркивают важность контроля «сверху вниз» в квалифицированной двигательной активности и предполагают, что, хотя значимость сигналов «снизу вверх» может увеличиваться во время стресса, факторы «сверху вниз» продолжают оказывать значительное влияние на сопротивление утомлению. Однако необходима дальнейшая работа, в которой будут использоваться объективные физиологические показатели утомления, чтобы выявить потенциальные эффекты, которые ожидания и внимание могут оказывать на рекрутирование двигательных единиц в этой задаче (аналогично влиянию внимания на рекрутирование моторных единиц, обнаруженному в предыдущих исследованиях; Lohse et al. ., 2011b) из-за влияния ожиданий и внимания на субъективное восприятие усталости (измеряемое с помощью RPE в текущих экспериментах).

    Заявление о конфликте интересов

    Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

    Ссылки

    Acevedo, E.O., Rhinehardt, K.F., and Kraemer, R.R. (1994). Воспринимаемое напряжение и аффект при различной интенсивности бега. Рез. В. Упражнение. Спорт 65, 372–376.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Баден, Д. А., Маклин, Т. Л., Такер, Р., Ноукс, Т. Д., и Сент-Клер Гибсон, А. (2005). Влияние предвкушения во время неизвестной или неожиданной продолжительности упражнений на оценку воспринимаемой нагрузки, аффекта и физиологической функции. Бр. Дж. Спорт Мед. 39, 742–746.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Beaudoin, C.M., Crews, D.J., and Morgan, D.W. (1998). Влияние психогенных факторов при длительном максимальном беге. Дж. Спортивное поведение. 21, 377–381.

    Биди, С.Дж., Стюарт, Э.М., Коулман, Д.А., и Фоад, А.Дж. (2006). Эффект плацебо от кофеина при езде на велосипеде. Мед. науч. Спортивное упражнение. 38, 2159–2164.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Белл, Дж. Дж., и Харди, Дж. (2009). Влияние сосредоточения внимания на мастерстве игры в гольф. J. Appl. Спортивный психолог. 21, 163–177.

    Полный текст CrossRef

    Борг, Г. (1998). Шкалы воспринимаемой нагрузки и боли Борга . Шампейн, Иллинойс: Кинетика человека.

    Брюэр, Б.В., Ван Раалте, Дж.Л., и Линдер, Д.Е. (1996). Концентрация внимания и выносливость. Заяв. Рез. Тренер. Атл. Анну. 11, 1–14.

    Кастанеда Б. и Грей Р. (2007). Влияние сосредоточения внимания на производительности бейсбольного мяча у игроков разного уровня квалификации. J. Спортивные упражнения. Психол. 29, 60–77.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Кларк, В. Р., Хопкинс, В. Г., Хоули, Дж. А., и Берк, Л. М. (2000). Эффект плацебо от углеводного питания во время 40-километровой велогонки на время. Мед. науч. Спортивное упражнение. 32, 1642–1647.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Коннолли, К.Т. , и Джанель, К.М. (2003). Стратегии внимания в гребле: производительность, воспринимаемое усилие и гендерные соображения. J. Appl. Спортивный психолог. 15, 195–212.

    CrossRef Полный текст

    Couture, R.T., Jerome, W., and Tihanyi, J. (1999). Могут ли ассоциативные и диссоциативные стратегии влиять на плавательные способности пловцов-любителей? Спортивный психолог. 13, 334–343.

    Couture, R.T., Singh, M., Lee, W., Chahal, P., Wankel, L., Oseen, M., and Wheeler, G. (1994). Влияние умственной подготовки на выполнение боевых задач на выносливость в канадской пехоте. Междунар. Дж. Спортивная психология. 25, 144–157.

    Кутюр, Р. Т., Тихани, Дж., и Сент-Обен, М. (2003). Можно ли улучшить результативность заплыва на дистанцию, увеличив предпочтительную стратегию когнитивного мышления? Спорт Дж. 6, 1–6.

    Делиньер, Д., и Брисвальтер, Дж. (1994). Влияние дополнительной перцептивно-моторной задачи на воспринимаемое усилие: проверка эффекта диссоциации. Восприятие. Мот. Навыки 78, 855–858.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Эккекакис, П. (2003). Удовольствие и неудовольствие от тела: перспективы упражнений. Познан. Эмот. 17, 213–239.

    CrossRef Полный текст

    Эккекакис П. и Петруцелло С. Дж. (1999). Острые аэробные упражнения и аффект: текущее состояние, проблемы и перспективы в отношении доза-реакция. Спорт Мед. 28, 337–374.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Fasoli, S.E., Trombly, C.A., Tickle-Degnen, L., and Verfaellie, M.H. (2002). Влияние инструкций на функциональные возможности у лиц с нарушением мозгового кровообращения и без него. 903:94 утра. Дж. Оккуп. тер. 56, 380–390.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Foad, A.J., Beedie, C.J., and Coleman, D.A. (2008). Фармакологические и психологические эффекты употребления кофеина при езде на велосипеде на 40 км. Мед. науч. Спортивное упражнение. 40, 158–165.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Hardy, CJ, and Rejeski, WJ (1989). Не что, а то, как человек себя чувствует: измерение аффекта во время тренировки. J. Спортивные упражнения. Психол. 11, 304–317.

    Харт, Дж. Л., и Эйферт, Г. Х. (1995). Влияние бега, окружающей среды и внимания на уровень катехоламинов и кортизола и настроение спортсменов. Психофизиология 32, 49–54.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Hatfield, D.B., Spalding, T.W., Mahon, A.D., Slatter, B.A., Brody, E.B., and Vaccaro, P. (1992). Влияние психологических стратегий на кардиореспираторную и мышечную активность во время бега на беговой дорожке. Мед. науч. Спортивное упражнение. 2, 218–225.

    Джонсон, Дж. Х., и Сигел, Д. С. (1987). Активное и пассивное манипулирование вниманием и многомерное восприятие интенсивности упражнений. Кан. Дж. Спортивные науки. 12, 41–45.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Ландерс, М., Вульф, Г., Уоллман, Х., и Гуаданьоли, М.А. (2005). Внешний фокус внимания ослабляет нарушение равновесия при болезни Паркинсона. Физиотерапия 91, 152–185.

    Полный текст CrossRef

    LeDoux, JE (1995). Эмоции: подсказки от мозга. год. Преподобный Психолог. 46, 209–235.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    LeDoux, JE (2000). Цепи эмоций в мозгу. год. Преподобный Нейроски. 23, 155–184.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Левенталь, Х. (1979). «Модель перцептивно-моторной обработки эмоций», в Восприятие эмоций в себе и других: достижения в изучении коммуникации и аффекта , ред. П. Плинер, Р. К. Бланкштейн и И. М. Спигель (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Пленум), 1–46.

    Левенталь, Х., и Эверхарт, Д. (1979). «Эмоциональная боль и физическое заболевание», в Emotion and Psychopathology , ed. CE Izard (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Пленум), 263–299.

    Ляо, К.-Х., и Мастерс, Р. С. В. (2001). Аналоговое обучение: средство имплицитного моторного обучения. Журнал спортивных наук. 19, 307–319.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | CrossRef полный текст

    Lohse, KR (в печати). Влияние внимания на обучение и производительность: время до движения и точность в задаче на производство изометрической силы. Гул. Мов. науч.

    Лозе, К.Р., Джонс, М.С., Хили, А.Ф., и Шервуд, Д.Е. (2011a). Внимание как управляющий параметр в регуляции движений человека. Документ, представленный Североамериканскому обществу психологии спорта и физической активности , Берлингтон.

    Лозе, К.Р., Шервуд, Д.Е., и Хили, А.Ф. (2011b). Нервно-мышечные эффекты смещения фокуса внимания в простой задаче на производство силы. Дж. Мот. Поведение 43, 174–184.

    CrossRef Полный текст

    Лозе, К. Р., Вульф, Г., и Льютуэйт, Р. (2012). «Концентрация внимания и эффективность движений», в Приобретение навыков в спорте: исследования, теория и практика , 2-е издание, редакторы Н. Дж. Ходжес и А. М. Уильямс (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Рутледж).

    Магнарис, К. Н., Коллинз, Д., и Шарп, М. (2000). Эффекты ожидания и силовые тренировки: имеют ли значение стероиды? Спортивный психолог 14, 272–278.

    Маршан, округ Колумбия (2011). Инструкции по концентрации внимания и производству силы. Фронт. Психол. 1:210. doi: 10.3389/fpsyg.2010.00210

    CrossRef Полный текст

    Маршан, Д. К., Грейг, М., Буллоу, Дж., и Хитчен, Д. (2011). Инструкции по принятию и внешнему фокусу повышают мышечную выносливость. Рез. В. Упражнение. Спорт 82, 466–473.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Маршан, округ Колумбия, Грейг, М., и Скотт, К. (2009). Инструкции по концентрации внимания влияют на производство силы и мышечную активность во время изокинетических сгибаний в локтевом суставе. Дж. Сила конд. Рез. 23, 2358–2366.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    McClung, M., and Collins, D. (2007). «Потому что я знаю, что так и будет!»: плацебо-эффект эргогенного средства на спортивные результаты. J. Спортивные упражнения. Психол. 29, 382–394.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Макневин, Н. Х., и Вульф, Г. (2002). Сосредоточение внимания на супра-позуральных задачах влияет на постуральный контроль. Гул. Мов. науч. 21, 187–202.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Morgan, WP (1978). Разум марафонца. Психология. Сегодня 11, 38–49.

    Морган В.П., Хорстман Д.Х., Саймерман А. и Стоукс Дж. (1983). Содействие физической работоспособности с помощью когнитивной стратегии. Когнит. тер. Рез. 7, 251–264.

    CrossRef Полный текст

    Оянен, М. (1994). Можно ли отделить истинное влияние упражнений на психологические переменные от эффектов плацебо? Междунар. Дж. Спортивная психология. 25, 63–80.

    Парфитт Г., Эстон Р. и Коннолли Д. (1996). Физиологический эффект при различных оценках воспринимаемой нагрузки у женщин с высокой и низкой активностью: исследование с использованием производственного протокола. Восприятие. Мот. Навыки 82, 1035–1042.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Пеннебейкер, Дж. В., и Лайтнер, Дж. М. (1980). Конкуренция внутренней и внешней информации в условиях учений. Дж. Перс. соц. Психол. 39, 165–174.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Перкинс-Чеккато, Н., Пассмор, С.Р., и Ли, Т.Д. (2003). Эффекты концентрации внимания зависят от навыков игрока в гольф. Журнал спортивных наук. 21, 593–600.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Пултон, Дж. М., Мастерс, Р. С. В., и Максвелл, Дж. П. (2006). Влияние обучения по аналогии на принятие решений в настольном теннисе: данные о поведении. Псих. Спорт Упражнение. 7, 677–688.

    CrossRef Полный текст

    Портер, Дж. М., Островски, Э. Дж., Нолан, Р. П., и Ву, В. Ф. В. (2010). Эффективность прыжка в длину с места повышается при использовании внешнего фокуса внимания. Дж. Сила конд. Рез. 24, 1746–1750 гг.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Prinz, W. (1990). «Общий подход к кодированию восприятия и действия», в Отношения между восприятием и действием , ред. О. Нойманн и В. Принц (Берлин: Springer-Verlag), 167–201.

    Раглин, Дж. С., и Морган, В. П. (1985). Влияние энергичных упражнений на настроение. Поведение. тер. (Н.Ю.Н.Ю.) 8, 179–183.

    Рейески, В. Дж. (1985). Воспринимаемое усилие: активный или пассивный процесс? J. Спортивная психология. 7, 371–378.

    Рассел, В. Д. и Уикс, Д. Л. (1994). Стиль внимания в оценках воспринимаемой нагрузки во время физических упражнений. Восприятие. Мот. Навыки 78, 779–783.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Schomer, HH, and Connolly, MJ (2002). Когнитивные стратегии, используемые марафонцами в каждом квартиле тренировочного забега. Южная Африка Дж. Рез. Спортивная физ. Образовательный База отдыха 24, 87–99.

    Шюкер, Л., Хагеманн, Н., Штраус, Б., и Фёлькер, К. (2009). Влияние концентрации внимания на экономичность бега. J. Sport Sci. 27, 1241–1248.

    Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Smith, A.L., Gill, D.L., Crews, D.J., Hopewell, R., and Morgan, D.W. (1995). Использование стратегии внимания опытными бегунами на длинные дистанции: физиологические и психологические эффекты. Рез. В. Упражнение. Спорт 66, 142–150.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Стевинсон, К.Д., и Биддл, С.Дж.Х. (1998). Когнитивные ориентиры в марафонском беге и «удар о стену». Бр. Дж. Спорт Мед. 32, 229–235.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Стевинсон, К. Д., и Биддл, С.Дж.Х. (1999). Когнитивные стратегии в беге: ответ Мастерсу и Оглсу (1998). Спортивный психолог. 13, 235–236.

    Таммен, В. В. (1996). Ассоциативное/диссоциативное совладание у элитных бегунов на средние и длинные дистанции. J. Appl. Спортивный психолог. 8, 1–8.

    CrossRef Полный текст

    Тененбаум, Г. (2001). «Социально-когнитивная перспектива воспринимаемой нагрузки и толерантности к нагрузке», в Handbook of Sport Psychology 9.0395 , редакторы Р. Н. Сингер, Х. А. Хаузенблас и К. Джанель (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Wiley), 810–822.

    Ван Ландуйт, Л. М., Эккекакис, П., Холл, Э. Э., и Петруцелло, С. Дж. (2000). Бросать горы в озера: об опасностях номотетических представлений об отношениях упражнение-аффект. J. Спортивные упражнения. Психол. 22, 208–234.

    Вэнс Дж., Вульф Г., Тёлльнер Т., Макневин Н. и Мерсер Дж. (2004). ЭМГ-активность как функция фокуса внимания исполнителя. Дж. Мот. Поведение 36, 450–459.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Вайнберг Р.С., Смит Дж., Джексон А. и Гулд Д. (1984). Влияние стратегий ассоциации, диссоциации и позитивного внутреннего диалога на выносливость. Кан. Дж. Заявл. Спортивная наука. 9, 25–32.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Вульф, Г. (2007a). Развитие внимания и двигательных навыков . Шампейн, Иллинойс: Кинетика человека.

    Вульф, Г. (2007b). Фокус внимания и обучение двигательным навыкам: обзор 10-летних исследований. Bewegung Training 1, 4–14.

    Вульф Г., Дуфек Дж. С., Лозано Л. и Петтигрю К. (2010). Увеличение высоты прыжка и снижение активности ЭМГ при внешнем фокусе. Гул. Мов. науч. 29, 440–448.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Вульф, Г., Ландерс, М., Льютуэйт, Р. и Тёлльнер, Т. (2009). Инструкции по внешней фокусировке уменьшают постуральную нестабильность у людей с болезнью Паркинсона. Физ. тер. 89, 162–168.

    Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Вульф, Г., и МакНевин, Н. Х. (2003). Простого отвлечения учащихся недостаточно: еще одно доказательство преимуществ обучения от внешнего сосредоточения внимания. евро. Дж. Спортивные науки. 3, 1–13.

    Полный текст CrossRef

    Вульф, Г., и Су, Дж. (2007). Внешний фокус внимания повышает точность удара в гольфе у новичков и экспертов. Рез. В. Упражнение. Спорт 78, 384–389.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст

    Вульф Г., Вайгельт М., Поултер Д. и Макневин Н. Х. (2003). Сосредоточение внимания на супрапозуральных задачах влияет на обучение равновесию. QJ Exp. Психол. 56, 1191–1211.

    CrossRef Полный текст

    Вульф, Г., Захри, Т., Гранадос, К., и Дуфек, Дж. С. (2007). Увеличение высоты прыжка и прыжка за счет внешнего фокуса внимания. Междунар. Дж. Спортивная наука. Тренер. 2, 275–284.

    CrossRef Полный текст

    Захри Т., Вульф Г., Мерсер Дж. и Безодис Н. (2005). Повышение точности движений и снижение активности ЭМГ в результате принятия внешнего фокуса внимания. Мозг Res. Бык. 67, 304–309.

    Опубликован Аннотация | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Сосредоточенное внимание, открытый мониторинг и медитация любящей доброты: влияние на внимание, мониторинг конфликтов и творчество — обзор

    Введение

    Несмотря на то, что многочисленные исследования показали значительное влияние медитации на различные аффективные и когнитивные процессы, многие до сих пор рассматривают медитацию как технику, предназначенную в первую очередь для расслабления и снятия стресса. Хотя медитация, по-видимому, снижает стресс и вызывает расслабляющее состояние ума, она также может оказывать значительное влияние на то, как люди воспринимают и обрабатывают окружающий мир, и изменяет то, как они регулируют внимание и эмоции. Лутц и др. (2008) предположили, что эффект, который оказывает медитация, может различаться в зависимости от типа медитации, которую практикуют. В настоящее время наиболее изученные типы медитации включают медитацию сфокусированного внимания (FAM), медитацию открытого наблюдения (OMM) и медитацию любящей доброты (LKM). Однако, к сожалению, методологическое разнообразие доступных исследований в отношении характеристик выборки, используемых задач и плана эксперимента (внутри или между группами, с контрольными условиями и без них) затрудняет сравнение между ними. Этот обзор в основном посвящен исследованиям FAM и OMM 1 и о том, как эти два (прото-)типа медитации связаны с различными нейронными основами и различными эффектами на контроль внимания, отслеживание конфликтов и творчество.

    Типы медитации

    Обычно FAM является отправной точкой для любого начинающего медитатора (Lutz et al., 2008; Vago and Silbersweig, 2012). Во время ФАМ от практикующего требуется сосредоточить внимание на выбранном объекте или событии, таком как дыхание или пламя свечи. Чтобы поддерживать этот фокус, практикующий должен постоянно контролировать концентрацию на выбранном событии, чтобы избежать блуждания ума (Tops et al., 2014). Как только практикующие знакомятся с техникой FAM и могут легко удерживать внимание на объекте в течение значительного периода времени, они часто переходят к OMM. Во время ОММ в центре внимания медитации становится мониторинг самого осознания (Lutz et al., 2008; Vago and Silbersweig, 2012). В отличие от ФАМ, во внутренней или внешней среде нет объекта или события, на которых медитирующий должен сосредоточиться. Цель скорее состоит в том, чтобы оставаться в состоянии наблюдения, оставаясь внимательным к любому переживанию, которое может возникнуть, не выбирая, не оценивая и не фокусируясь на каком-либо конкретном объекте. Однако для начала медитатор сосредоточится на выбранном объекте, как в ФАМ, но впоследствии постепенно ослабит этот фокус, подчеркивая при этом деятельность по наблюдению за осознаванием.

    Медитация любящей доброты включает в себя элементы как ФАМ, так и ОММ (Vago and Silbersweig, 2012). Медитаторы сосредотачиваются на развитии любви и сострадания сначала к себе, а затем постепенно распространяют эту любовь на все более «непривлекательных» других (например, от себя к другу, к кому-то, кого он не знает, ко всем живым существам, которые ему не нравятся). Предполагается, что любые негативные ассоциации, которые могут возникнуть, должны быть заменены позитивными, такими как просоциальная или эмпатическая забота.

    Типы медитации, объем внимания и эндогенное внимание

    В то время как некоторые техники медитации требуют, чтобы практикующие сосредоточили свое внимание только на определенном объекте или событии, другие техники позволяют любому внутреннему или внешнему опыту или ощущениям войти в сознание. Таким образом, различные техники медитации могут склонять практикующего к узкому или широкому прожектору внимания. Считается, что это различие наиболее очевидно в отношении FAM и OMM. FAM вызывает узкий фокус внимания из-за высокой концентрации внимания в медитации, тогда как OMM вызывает более широкий фокус внимания, позволяя и признавая любые переживания, которые могут возникнуть во время медитации.

    В основополагающем исследовании Slagter et al. (2007) исследовали влияние 3 месяцев интенсивной медитации випассаны (медитации, похожей на ОММ) на распределение внимания с течением времени, о чем свидетельствует дефицит «внимания-моргания» (АВ), который, как считается, возникает в результате конкуренции между двумя целевыми объектами. стимулы (T1 и T2) для ограниченных ресурсов внимания. После обучения из-за приобретения более широкого круга внимания участники показали меньший дефицит AB, что свидетельствует о способности распределять свои мозговые ресурсы как на T1, так и на T2. Уменьшенный размер AB сопровождался меньшим P3b, вызванным T1, мозговым потенциалом, который, как считается, указывает на распределение ресурсов внимания.

    Недавнее исследование, сравнивающее медитирующих (обученных снижению стресса на основе осознанности) с теми, кто не занимается медитацией, показало, что медитирующие демонстрируют более точное и эффективное визуальное внимание (Hodgins and Adair, 2010). Медитаторы более точно отслеживали события в задаче на концентрацию и меньше мешали недействительным сигналам в задаче на визуальное избирательное внимание. Кроме того, медитаторы продемонстрировали улучшение гибкости зрительного внимания за счет выявления большего количества альтернативных перспектив в изображениях с несколькими перспективами. Другое исследование сравнило медитирующих ОММ и ФАМ при выполнении задачи на устойчивое внимание (Валентин и Свит, 19 лет).99): медитаторы OMM превзошли медитаторов FAM, когда целевой стимул был неожиданным. Это может указывать на то, что у медитирующих OMM был более широкий диапазон внимания, хотя две группы медитирующих не различались по производительности, когда ожидался стимул.

    Электрофизиологические данные об улучшении внимания, вызванном медитацией, получены в недавнем исследовании, в котором медитирующие випассану выполняли слуховое странное задание до и после медитации (в одном сеансе) и произвольное мышление (в другом сеансе; Delgado-Pastor et al. , 2013). ). Сеанс медитации состоял из трех частей. Во-первых, начальная часть саморегуляции внимания была сосредоточена на ощущениях от воздуха, входящего и выходящего из тела через ноздри. Во-вторых, центральная часть сосредоточения внимания на ощущениях от всех частей тела при сохранении нереактивности и принятия. Наконец, заключительная краткая часть, направленная на формирование чувства сострадания и безусловной любви ко всем живым существам. Медитирующие демонстрировали более высокие амплитуды P3b целевых тонов после медитации, чем до медитации или после сеанса без медитации, что, как считается, отражает усиление внимания во время выполнения задачи.

    Подтверждение предположения, что FAM индуцирует узкий фокус внимания, исходит из нескольких исследований, которые показывают, что FAM увеличивает устойчивое внимание (Carter et al., 2005; Brefczynski-Lewis et al., 2007). Данные нейровизуализации Hasenkamp et al. (2012) предполагает, что FAM связана с повышенной активностью в правой дорсолатеральной префронтальной коре (dlPFC), которая связана с «повторяющимся выбором релевантных представлений или повторяющимся направлением внимания на эти элементы» (D’Esposito, 2007, p. 765). Таким образом, в контексте опыта медитации, длиПФК может быть вовлечена в многократное перенаправление или удержание внимания на объекте внимания. Было бы интересно выяснить, является ли этот паттерн активации уникальным для FAM или другие виды медитации приводят к аналогичному увеличению активности dlPFC. Если длПФК действительно участвует в повторяющемся перенаправлении внимания на один и тот же объект фокусировки, то она не должна быть столь активной во время ОММ, во время которого внимание более гибко и постоянно переключается на разные объекты. В качестве альтернативы, однако, если во время ОММ медитатор достигает состояния осознания, при котором (только) само осознавание является объектом фокуса, длиПФК снова может играть роль в поддержании этого фокуса. Точно так же было бы интересно изучить, как LKM модулирует процессы внимания и активацию dlPFC.

    В последующем исследовании Hasenkamp and Barsalou (2012) обнаружили, что во время отдыха соединение правой длПФК с правым островком улучшалось у опытных медитирующих по сравнению с новичками. Авторы предполагают, что улучшение связи с правым островком может отражать повышенное интероцептивное внимание к внутренним состояниям тела. В поддержку этой идеи недавнее исследование сообщает, что тренировка осознанности предсказывала большую активность в областях задней части островка во время интероцептивного внимания к респираторным ощущениям (Farb et al., 2013). Различные исследования показали увеличение тета-активности во время медитации, в первую очередь ОММ-подобных медитаций (например, Baijal and Srinivasan, 2010; Cahn et al., 2010; Tsai et al., 2013; обзор см. в Travis and Shear, 2010). Было высказано предположение, что это увеличение тета-активности, обычно средней лобной области, связано с поддержанием интернализованного внимания. Таким образом, подобное увеличение тета-активности можно было бы ожидать для LKM, во время которого внимание также интернализуется, но не во время FAM, когда внимание явно фокусируется на внешнем объекте, хотя обычно объект медитации в FAM, по крайней мере для начинающих, является дыхание, которое является внутренним.

    Кроме того, активная медитация осознанности (по сравнению с отдыхом) была связана с усилением функциональной связи между дорсальной сетью внимания, сетью режима по умолчанию и правой префронтальной корой (Froeliger et al., 2012). Таким образом, практика медитации, по-видимому, усиливает связь внутри и между сетями внимания и рядом широко распространенных других областей мозга, обслуживающих внимание, самореферентность и эмоциональные процессы.

    Типы медитации и мониторинг конфликтов

    Основным навыком, приобретаемым посредством медитации, является способность контролировать фокус внимания, чтобы «перенаправить его» в случае противоречивых мыслей или внешних событий. Неудивительно, что несколько исследований уже показали улучшение мониторинга конфликтов после медитации. Танг и др. (2007) исследовали, может ли тренировочная техника, основанная на медитативных практиках, называемая интегративной тренировкой тела и разума (IBMT; наиболее похожа на OMM), повысить производительность при выполнении сетевой задачи на внимание (ANT; Fan et al. , 2002). ANT был разработан для отслеживания трех различных показателей, а именно ориентации, оповещения и разрешения конфликтов. Хотя IBMT не повлияла на ориентацию и предупреждение, она улучшила разрешение конфликтов. В аналогичном исследовании FAM и OMM сравнивали по эмоциональному варианту ANT. Оба типа медитации улучшили разрешение конфликтов по сравнению с контрольной группой релаксации (Ainsworth et al., 2013). Удивительно, но не было никакой разницы между двумя типами медитации, хотя предрасположенность к осознанности на исходном уровне (т. е. осознанность) также была связана с улучшенным разрешением конфликтов.

    Дополнительные доказательства улучшения мониторинга конфликтов получены в исследовании, изучающем влияние 6-недельной тренировки FAM (по сравнению с тренировкой релаксации и группой ожидания) на задание на различение, предназначенное для изучения взаимосвязи между нагрузкой на внимание и обработкой эмоций ( Менезес и др., 2013). Участники должны были ответить на вопрос, была ли ориентация двух линий, представленных по обе стороны от эмоционально отвлекающей картинки, одинаковой. Важно отметить, что те, кто прошел обучение медитации или релаксации, совершили меньше ошибок, чем контрольная группа списка ожидания. Кроме того, частота ошибок была самой низкой в ​​группе медитации, самой высокой в ​​группе списка ожидания, в то время как группа релаксации набрала промежуточные баллы. Что касается эмоциональной регуляции, у медитирующих было меньше эмоциональных помех, чем у двух других групп, когда нагрузка на внимание была низкой, и только у медитирующих была обнаружена связь между объемом еженедельной практики и снижением эмоциональных помех.

    В исследовании Xue et al. (2011), участники, ранее не занимавшиеся медитацией, были случайным образом распределены либо на 11-часовой курс IBMT, либо на курс релаксации. По сравнению с релаксационной тренировкой группа IBMT показала более высокую эффективность сети и степень связности передней поясной коры (ACC). Поскольку ACC участвует в таких процессах, как саморегуляция, обнаружение помех и ошибок и преодоление тупиковых ситуаций (например, Botvinick et al. , 2004), улучшение функционирования ACC вполне может быть нейронным механизмом, с помощью которого IBMT улучшает разрешение конфликтов. В интересном исследовании Hasenkamp et al. (2012), опытные медитаторы занимались FAM внутри сканера фМРТ и нажимали кнопку всякий раз, когда начинали блуждать в уме. Момент осознания блуждания ума был связан с повышенной активностью в дорсальной ППК. Таким образом, когда во время медитации ум начинает блуждать, ППК может обнаружить эту «ошибку» и передать ее обратно в сети исполнительного контроля (Botvinick et al., 19).99; Carter and van Veen, 2007), чтобы можно было переориентировать внимание. Различные другие исследования также показали улучшение функционирования ППК после медитации (Lazar et al., 2000; Baerentsen et al., 2001; Tang et al., 2009, 2010). Хельцель и др. (2007) сравнили опытных и начинающих медитирующих во время концентрационной медитации (подобной FAM) и обнаружили, что опытные медитирующие проявляли большую активность в ростральной ППК во время медитации, чем новички, хотя две группы не различались по арифметическому контрольному заданию. Аналогичные результаты были получены в другом исследовании, сравнивавшем новичков и опытных медитирующих (Baron Short et al., 2007), показавшим большую активность в ACC во время FAM по сравнению с контрольным заданием. Активность в ППК была более последовательной и устойчивой у опытных медитаторов. В связи с этим буддийские монахи проявляли большую активность в АКК во время FAM, чем во время OMM (Manna et al., 2010). Это говорит о том, что воздействие медитации на ППК и отслеживание конфликтов, по-видимому, не ограничивается эффектами временного состояния, а переносится в повседневную жизнь как более стабильная «признак». Будущие крупномасштабные лонгитюдные исследования должны быть проведены для решения этой проблемы и разделения краткосрочных и долгосрочных последствий для мониторинга конфликтов.

    Улучшенный мониторинг конфликтов не обязательно влечет за собой повышение мозговой активности. Козаса и др. (2012) сравнили медитирующих и не медитирующих в задаче Струпа, в которой семантические ассоциации слов должны быть подавлены, чтобы восстановить цвет слова. В то время как поведенческие характеристики двух групп существенно не различались по сравнению с медитирующими, те, кто не медитировал, демонстрировали большую активность в областях мозга, связанных с вниманием и моторным контролем, во время неконгруэнтных испытаний. Учитывая, что целью многих техник медитации является наблюдение за автоматическим возникновением отвлекающих ощущений, такой навык может стать легким при повторной медитации, что приведет к снижению мозговой активности во время задачи Струпа. Было показано, что LKM также улучшает разрешение конфликтов, когда LKM и контрольную группу сравнивали в задаче Струпа. Группа LKM быстрее реагировала как на конгруэнтные, так и на неконгруэнтные пробы, а разница между конгруэнтными и неконгруэнтными пробами (эффект конгруэнтности) также была меньше (Hunsinger et al., 2013). Поскольку LKM включает в себя элементы как FAM, так и OMM, было бы интересно исследовать, как размер эффекта, связанный с LKM, может располагаться между FAM и OMM.

    Недавно медитирующих и немедитирующих сравнивали по показателям кортикального периода молчания и короткого внутрикоркового торможения моторной коры до и после 60-минутной медитации (для медитирующих) или мультфильма (для немедитирующих) , соответственно, измеряя ингибирующую нейротрансмиссию, опосредованную рецептором GABA B , и тормозную нейротрансмиссию, опосредованную рецептором GABA A (Guglietti et al., 2013). Учитывая, что дефицит, связанный с корковыми периодами молчания в моторной коре, ранее был связан с психическим заболеванием и эмоциональной дерегуляцией, была измерена активность моторной коры. Никаких различий между медитирующими и немедитирующими до медитации/мультфильма обнаружено не было. Однако после медитации наблюдалось значительное увеличение ГАМК-9.0482 B активность в группе медитаторов. Авторы предполагают, что «улучшенное корковое торможение моторной коры с помощью медитации помогает уменьшить восприятие угрозы окружающей среды и негативного воздействия посредством модуляции возбуждающей нейронной активности сверху вниз» (Guglietti et al. , 2013, стр. 400). Будущие исследования могут выяснить, лежат ли подобные механизмы, связанные с ГАМК, в основе подавления отвлекающих стимулов во время медитации и как различные типы медитации могут оказывать различимое влияние на эти процессы.

    Типы медитации и творчество

    Научные данные о связи между медитацией и творчеством противоречивы. В то время как некоторые исследования подтверждают сильное положительное влияние практики медитации на творческие способности (Орм-Джонсон и Граньери, 1977; Орм-Джонсон и др., 1977), другие обнаружили лишь слабую связь или вообще не оказали никакого влияния (Каугер, 1974; Домино, 1977). Недавно Забелина и соавт. (2011) обнаружили, что кратковременный эффект манипулирования осознанностью (в основном, ОММ) способствовал творческой проработке при высоком уровне невротизма. Как указали Colzato et al. (2012), эти несоответствия могут отражать неспособность различать различные и диссоциируемые процессы, лежащие в основе творчества, такие как конвергентное и дивергентное мышление (Guilford, 19). 50). Соответственно, Colzato et al. (2012) сравнили влияние FAM и OMM на конвергентное мышление (процесс определения одного «правильного» ответа на четко определенную проблему) и дивергентное мышление (процесс, направленный на генерирование множества новых идей) у практикующих медитацию. Действительно, два типа медитации воздействовали на два типа мышления противоположным образом: в то время как конвергентное мышление имело тенденцию улучшаться после FAM, дивергентное мышление значительно улучшалось после OMM. Колзато и др. (2012) предполагают, что FAM и OMM вызывают два разных, до некоторой степени противоположных состояния когнитивного контроля, которые поддерживают совместимые с состоянием стили мышления, такие как конвергентное и дивергентное мышление соответственно. В отличие от конвергентного мышления, дивергентное мышление выигрывает от состояния контроля, которое способствует быстрым «прыжкам» от одной мысли к другой за счет снижения нисходящего контроля над когнитивной обработкой, как это достигается с помощью ОММ.

    Заключение

    Исследования в области медитации все еще находятся в зачаточном состоянии, но наше понимание основных функциональных и нейронных механизмов неуклонно растет. Однако серьезным недостатком современной литературы является отсутствие исследований, которые систематически различают и сравнивают различные виды медитации на различных задачах когнитивного, аффективного или исполнительного контроля — критика, которая относится, в частности, к нейробиологическим исследованиям. Дальнейший прогресс потребует лучшего понимания функциональных целей конкретных техник медитации и стратегий их достижения. Также будет важно более систематически оценивать краткосрочные и долгосрочные эффекты медитации, а также (еще не изученное) влияние медитативного опыта (которое присутствует у практикующих, но не у новичков). Например, некоторые подходы (такие как буддизм) отдают предпочтение определенной последовательности приобретения навыков медитации (от FAM до OMM), но отсутствуют доказательства того, что эта последовательность действительно имеет значение. Более того, нейронные механизмы, лежащие в основе эффектов медитации, недостаточно изучены. Может быть интересно, что три основные темы исследований, которые мы рассмотрели в настоящем обзоре (управление вниманием, мониторинг производительности и креативность или стиль мышления), подразумевают работу расширенных нейронных сетей, что может свидетельствовать о том, что медитация воздействует на нейронную коммуникацию, возможно, посредством воздействие на нейромедиаторные системы. Наконец, может быть интересно рассмотреть индивидуальные различия более систематически. Если медитация действительно влияет на взаимодействие между функциональными и нейронными сетями, имеет смысл предположить, что чистый эффект медитации на производительность зависит от доэкспериментального уровня производительности человека — будь то с точки зрения компенсации (чтобы худшие исполнители получали больше пользы). или предрасположенность (чтобы некоторые были более чувствительны к медитативным вмешательствам). 9 Важно отметить, что, несмотря на то, что этот мини-обзор основан на теоретической структуре разграничения ФАМ и ОММ, другой включает различие между медитациями концентрации, практиками, которые регулируют или контролируют внимание/осознание, и медитативными практиками, которые вместо этого явно не целевое внимание/усиленный контроль (Chiesa and Malinowski, 2011; см. также Chiesa, 2012, где представлен недавний обзор сложности определения внимательности). Более того, Трэвис и Шир (2010) указали на третью категорию медитации, помимо ФАМ и ОММ: автоматический самотрансцендирующий , который превосходит ФАМ и ОММ благодаря отсутствию как (а) фокуса, так и (б) индивидуального контроля или усилия.

  • Ссылки

    Эйнсворт Б., Эддершоу Р., Мерон Д., Болдуин Д. С. и Гарнер М. (2013). Влияние сфокусированного внимания и медитации с открытым мониторингом на функцию сети внимания у здоровых добровольцев. Рез. психиатрии. 210, 1226–1231. doi: 10.1016/j.psychres.2013.09.002

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Берентсен, К.Б., Хартвиг, Н.В., Стёдкильде-Йоргенсен, Х., и Маммен, Дж. (2001). Начало медитации исследовано с помощью фМРТ. Нейроизображение 13, S297. doi: 10.1016/S1053-8119(01)-4

    CrossRef Full Text

    Baijal, S., and Srinivasan, N. (2010). Тета-активность и медитативные состояния: спектральные изменения во время концентрационной медитации. Познан. Процесс. 11, 31–38. doi: 10.1007/s10339-009-0272-0

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Барон Шорт, Э., Козе, С., Му, К., Боркардт, Дж., Ньюберг, А., Джордж, М.С., и др. (2007). Региональная активация мозга во время медитации показывает влияние времени и практики: исследовательское исследование фМРТ. Эвид. Дополнение на основе. Альтернативный. Мед. 7, 121–127. doi: 10.1093/ecam/nem163

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Ботвиник, М.М., Коэн, Дж.Д., и Картер, К.С. (2004). Мониторинг конфликтов и передняя поясная кора: обновление. Познание тенденций. науч. 8, 539–546. doi: 10.1016/j.tics.2004.10.003

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Полный текст

    Ботвиник, М., Нистром, Л.Е., Фисселл, К., Картер, К.С., и Коэн, Дж. Д. (1999). Мониторинг конфликтов и выбор действия в передней части поясной извилины. Природа 402, 179–181. doi: 10.1038/46035

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Брефчински-Льюис, Дж. А., Лутц, А., Шефер, Х. С., Левинсон, Д. Б., и Дэвидсон, Р. Дж. (2007). Нейронные корреляты внимания у опытных медитаторов. Проц. Натл. акад. науч. США 104, 11483–11488. doi: 10.1073/pnas.0606552104

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Кан, Б. Р., Делорм, А., и Полич, Дж. (2010). Активация затылочной гаммы во время медитации Випассана. Познан. Процесс. 11, 39–56. doi: 10.1007/s10339-009-0352-1

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Картер, К.С., и ван Вин, В. (2007). Передняя поясная кора и обнаружение конфликтов: обновление теории и данных. Познан. Оказывать воздействие. Поведение Неврологи. 7, 367–379. doi: 10.3758/CABN.7.4.367

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Картер О. Л., Прести Д.Е., Каллистемон К., Унгерер Ю., Лю Г.Б. и Петтигрю Д.Д. (2005). Медитация изменяет соперничество в восприятии тибетских буддийских монахов. Курс. биол. 15, Р412–Р413. doi: 10.1016/j.cub.2005.05.043

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Chiesa, A. (2012). Трудность определения внимательности: текущие мысли и критические вопросы. Внимательность 4, 255–268. doi: 10.1007/s12671-012-0123-4

    CrossRef Full Text

    Chiesa, A., and Malinowski, P. (2011). Подходы, основанные на осознанности: все ли они одинаковы? Дж. Клин. Психол . 67, 404–424. doi: 10.1002/jclp.20776

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Colzato, L.S., Ozturk, A., and Hommel, B. (2012). Медитируйте, чтобы творить: влияние обучения сфокусированному вниманию и открытому мониторингу на конвергентное и дивергентное мышление. Фронт. Психол. 3:116. doi: 10.3389/fpsyg.2012.00116

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Cowger, EL (1974). Влияние медитации (дзадзэн) на отдельные аспекты развития личности. Дисс. Абстр. Междунар. 34, 4734.

    Д’Эспозито, М. (2007). От когнитивных к нейронным моделям рабочей памяти. Филос. Транс. Р. Соц. Лонд. Б биол. науч. 362, 761–772. doi: 10.1098/rstb.2007.2086

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Дельгадо-Пастор, Л. К., Перакакис, П., Субраманья, П., Теллес, С., и Вила, Дж. (2013). Медитация осознанности (випассана): влияние на потенциал, связанный с событием P3b, и вариабельность сердечного ритма. Междунар. Дж. Психофизиол. 90, 207–214. doi: 10.1016/j.ijpsycho.2013.07.006

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Домино, Г. (1977). Трансцендентальная медитация и творчество: эмпирическое исследование. J. Appl. Психол. 62, 358–362. дои: 10.1037/0021-9010.62.3.358

    Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Fan, J. , McCandliss, B.D., Sommer, T., Raz, A., and Posner, M.I. (2002). Тестирование эффективности и независимости сетей внимания. J. Cogn. Неврологи. 14, 340–347. doi: 10.1162/0898927361886

    Опубликовано Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Фарб, Н. А., Сигал, З. В., и Андерсон, А. К. (2013). Обучение медитации осознанности изменяет корковые представления интероцептивного внимания. Соц. Познан. Оказывать воздействие. Неврологи. 8, 15–26. doi: 10.1093/scan/nss066

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Фрёлигер Б., Гарланд Э. Л., Козинк Р. В., Модлин Л. А., Чен Н.-К., МакКлернон Ф. Дж. и др. (2012). Функциональная связность в состоянии медитации (msFC): укрепление дорсальной сети внимания и не только. Эвид. Дополнение на основе. Альтернативный. Мед. 2012, 1–9.

    Опубликован Аннотация | Полный текст в публикации

    Гуглиетти, К.Л., Даскалакис, З.Дж., Радху, Н., Фицджеральд, П. Б., и Ритво, П. (2013). Связанное с медитацией усиление коркового торможения, модулированное ГАМКВ. Стимуляция мозга. 6, 397–402. doi: 10.1016/j.brs.2012.08.005

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Guilford, JP (1950). Креативность. утра. Психол. 5, 444–454. doi: 10.1037/h0063487

    CrossRef Full Text

    Hasenkamp, ​​W. and Barsalou, L. W. (2012). Влияние опыта медитации на функциональную связность распределенных сетей мозга. Фронт. Гум. Неврологи. 6:38. doi: 10.3389/fnhum.2012.00038

    Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Хазенкамп, В., Уилсон-Менденхолл, К.Д., Дункан, Э., и Барсалу, Л.В. (2012). Блуждание ума и внимание во время сосредоточенной медитации: детальный временной анализ флуктуирующих когнитивных состояний. Нейроизображение 59, 750–760. doi: 10.1016/j.neuroimage.2011.07.008

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Hodgins, HS, and Adair, KC (2010). Процессы внимания и медитация. В сознании. Познан. 19, 872–878. doi: 10.1016/j.concog.2010.04.002

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Hölzel, B.K., Ott, U., Hempel, H., Hackl, A., Wolf, K., Stark, R., et al. (2007). Дифференциальное вовлечение передней поясной извилины и прилегающей к ней медиальной лобной коры у опытных медитирующих и не медитирующих. Неврологи. лат. 421, 16–21. doi: 10.1016/j.neulet.2007.04.074

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полнотекстовая перекрестная ссылка

    Хансингер М., Ливингстон Р. и Исбелл Л. (2013). Влияние медитации любящей доброты на эмоциональное обучение и когнитивный контроль. Внимательность 4, 275–280. doi: 10.1007/s12671-012-0125-2

    CrossRef Full Text

    Kozasa, E.H., Sato, J.R., Lacerda, S.S., Barreiros, M.A., Radvany, J., Russel, T.A., et al. (2012). Обучение медитации повышает эффективность работы мозга в задаче на внимание. Нейроизображение 59, 745–749. doi: 10.1016/j.neuroimage.2011.06.088

    Опубликовано Резюме | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Лазар, С.В., Буш, Г., Голлуб, Р.Л., Фриккионе, Г.Л., Хальса, Г., и Бенсон, Х. (2000). Функциональное картирование мозга при релаксации и медитации. Нейроотчет 11, 1581–1585. doi: 10.1097/00001756-200005150-00041

    Опубликовано Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Лутц, А., Слагтер, Х. А., Данн, Дж. Д., и Дэвидсон, Р. Дж. (2008). Регуляция и мониторинг внимания в медитации. Познание тенденций. науч. 12, 163–169. doi: 10.1016/j.tics.2008.01.005

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Манна А., Раффоне А., Перруччи М. Г., Нардо Д., Ферретти А., Тартаро А. и др. (2010). Нейронные корреляты сфокусированного внимания и когнитивного мониторинга в медитации. Мозг Res. Бык. 82, 46–56. doi: 10.1016/j.brainresbull.2010.03.001

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Менезес, К. Б., де Паула Коуто, М.К., Буратто, Л.Г., Эрталь, Ф., Перейра, М.Г., и Бизарро, Л. (2013). Улучшение регуляции эмоций и внимания после 6-недельного обучения сосредоточенной медитации: рандомизированное контролируемое исследование. Эвид. Дополнение на основе. Альтернативный. Мед. 2013, 1–11. doi: 10.1155/2013/984678

    Опубликовано Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Орм-Джонсон, Д. В., Клементс, Г., Хейнс, К. Т., и Бадауи, К. (1977). «Высшие состояния сознания: когерентность ЭЭГ, творчество и опыт сидхи», в «Научные исследования трансцендентальной медитации Махариши и программы ТМ-сидхи», Vol. 1, ред. Д. В. Орм-Джонсон и Дж. Т. Фэрроу (Нью-Йорк: MERU Press), 705–712.

    Орм-Джонсон, Д. В., и Граньери, Б. (1977). «Влияние учебных курсов губернатора эпохи Просвещения на независимость поля, творчество, интеллект и поведенческую гибкость», в «Научные исследования трансцендентальной медитации Махариши и программы ТМ-Сидхи» , Vol. 1, ред. Д. В. Орм-Джонсон и Ф. Т. Фэрроу (Нью-Йорк: MERU Press), 713–718.

    Слагтер, Х. А., Лутц, А., Грейшар, Л. Л., Фрэнсис, А. Д., Ньювенхуис, С., Дэвис, Дж., и др. (2007). Умственная тренировка влияет на распределение ограниченных ресурсов мозга. ПЛОС Биол. 5:e138. doi: 10.1371/journal.pbio.0050138

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Полный текст

    Тан, Ю.Ю., Ма, Ю., Фан, Ю., Фенг, Х., Ван, Дж., Фенг, С., и др. (2009). Взаимодействие центральной и вегетативной нервной системы изменяется при кратковременной медитации. Проц. Натл. акад. науч. США 106, 8865–8870. doi: 10.1073/pnas.01106

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Полный текст

    Тан, Ю. Ю., Ма, Ю., Ван, Дж., Фань, Ю., Фэн, С., Лу, К., и др. (2007). Краткосрочные занятия медитацией улучшают внимание и саморегуляцию. Проц. Натл. акад. науч. США 104, 17152–17156. doi: 10.1073/pnas.0707678104

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Тан, Ю. Ю., Цилинь, Л., Ген, X., Штейн, Э. А., Ян, Ю., и Познер, М. И. (2010). Кратковременная медитация вызывает изменения белого вещества в передней части поясной извилины. Проц. Натл. акад. науч. США 107, 15649–15652. doi: 10.1073/pnas.1011043107

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef полный текст

    Топс, М., Боксем, М. А., Куирин, М., Эйзерман, Х., и Коул, С. Л. (2014). Внутреннее познание и осознанность: интегративная перспектива, основанная на теории реактивных и прогнозирующих систем управления. Фронт. Психол. 5:429. doi: 10.3389/fpsyg.2014.00429

    Полный текст CrossRef

    Трэвис Ф. и Шир Дж. (2010). Сфокусированное внимание, открытый мониторинг и автоматическое самопреодоление: категории для организации медитаций ведической, буддийской и китайской традиций. В сознании. Познан. 19, 1110–1118. doi: 10.1016/j.concog.2010.01.007

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Цай, Дж. Ф., Джоу, С. Х., Чо, В., и Лин, К. М. (2013). Электроэнцефалография при развитии медитации: анализ временных рядов на основе конкретных случаев. Познан. Процесс. 14, 371–376. doi: 10.1007/s10339-013-0563-3

    Опубликовано Аннотация | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Ваго, Д. Р., и Зильберсвейг, Д. А. (2012). Самосознание, саморегуляция и самопревосхождение (S-ART): основа для понимания нейробиологических механизмов внимательности. Фронт. Гум. Неврологи. 6:296. doi: 10.3389/fnhum.2012.00296

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | Полный текст CrossRef

    Валентайн, Э. Р., и Свит, П. Л. (1999). Медитация и внимание: сравнение эффектов концентрации и медитации осознанности на устойчивое внимание. Мент. Религия здоровья. Культ. 2, 59–70. doi: 10.1080/136746796332

    CrossRef Full Text

    Xue, S., Tang, Y.Y., and Posner, M.I. (2011). Кратковременная медитация увеличивает эффективность сети передней поясной коры. Познан. Неврологи. Нейропсихология. 22, 570–574. doi: 10.1097/WNR.0b013e328348c750

    Pubmed Abstract | Опубликован полный текст | CrossRef Full Text

    Забелина Д.Л., Робинсон М.Д., Остафин Б.О. и Каунсил Дж.К. (2011). Манипулирование осознанностью приносит пользу творческой проработке на высоком уровне невротизма. Империя. Стад. Искусство 29, 243–255. doi: 10.2190/EM.29.2.g

    CrossRef Full Text

    Сосредоточенное внимание у детей раннего возраста — PMC

    • Список журналов
    • Рукописи авторов HHS
    • PMC2607062

    Детский младенец Dev. Авторская рукопись; доступно в PMC 2008 23 декабря.

    Опубликовано в окончательной редакции как:

    Infant Child Dev. 2008 г., август; 17(4): 339–363.

    doi: 10.1002/ICD.580

    PMCID: PMC2607062

    NIHMSID: NIHMS81608

    PMID: 1

    17

    Measurement, Stability, and Relations to Negative Emotion and Parenting

    , a, * , a and b

    Author information Copyright и Информация о лицензии Заявление об отказе от ответственности

    В этом лонгитюдном исследовании изучались индивидуальные различия и корреляты сосредоточенного внимания, когда малышам было приблизительно 18 месяцев (T1; n = 256) и год спустя (T2; 9).1418 н = 230). О внимании и негативной эмоциональности малышей сообщали матери и опекуны, не являющиеся родителями, и они оценивались наблюдателями во всем мире. Сосредоточенное внимание малышей также наблюдалось во время двух взаимодействий матери и ребенка и самостоятельного игрового задания. Меры материнской эмоциональной поддержки и контроля были получены посредством самоотчета и наблюдения. Были получены некоторые одновременные отношения между показателями внимания малышей, особенно для наблюдаемых показателей. При этом все показатели внимания демонстрировали стабильность во времени. Отрицательная эмоциональность была отрицательно связана с наблюдаемым вниманием малышей в обоих возрастах, тогда как материнская похвала имела положительные одновременные ассоциации. Материнский контроль был отрицательно связан с наблюдаемым наблюдаемым вниманием на Т2, а также прогнозировался лонгитюдно, но только для детей, у которых изначально было низкое или умеренное внимание. Полученные данные свидетельствуют о том, что индивидуальные различия в сфокусированном внимании свидетельствуют о стабильности в раннем возрасте, но на них может влиять социализация взрослых.

    Ключевые слова: внимание, малыши, отрицательные эмоции, воспитание

    Современные теоретики считают внимание основным параметром темперамента младенцев и детей (Rothbart & Bates, 1998, 2006). Значительный объем литературы говорит о роли внимания в обучении и когнитивном развитии, а способности к вниманию предсказывают уровень развития и IQ, решение проблем и языковые навыки, а также результаты тестов способностей даже в раннем возрасте (Bono & Stifter, 2003; Choudhury). & Gorman, 2000; Dixon & Smith, 2000; Lawson & Ruff, 2004; Исследовательская сеть по уходу за детьми раннего возраста NICHD, 2003). Более того, убедительные данные свидетельствуют о важности процессов внимания для других областей функционирования маленьких детей, включая контроль с помощью усилий (Kochanska, Murray, & Harlan, 2000), уступчивость (Hill & Braungart-Rieker, 2002), способность откладывать удовлетворение (Mischel, Эббесен и Раскофф Цейсс, 19 лет72), а также связанное с эмоциями регулирование и социальная адаптация (например, Eisenberg, Fabes, Guthrie, & Reiser, 2000). Детский возраст является важным периодом в изучении внимания, учитывая значительный сдвиг в развитии характера внимания, происходящий ближе к концу первого года жизни, в сочетании с появлением и укреплением саморегуляции в раннем детстве (Ротбарт, Познер и др.). Кирас, 2006). Целью настоящего исследования было изучение стабильности и взаимосвязи между показателями концентрации внимания детей раннего возраста на втором-третьем году жизни, а также изучение вклада негативной эмоциональности и воспитания.

    Внимание относится к зрительному восприятию, ориентации и взаимодействию с аспектами внешней среды и включает в себя компоненты «избирательности, состояния вовлеченности и контроля более высокого уровня» (Ruff & Rothbart, 1996). Процессы внимания происходят на нескольких уровнях, таких как внешнее поведение (например, взгляд), психологическая вовлеченность, а также нервные и физиологические реакции. Считается, что индивидуальные различия в аспектах внимания и других аспектах темперамента происходят из врожденных различий в биогенетических процессах и, таким образом, демонстрируют определенную степень постоянства в разных ситуациях и во времени (Rothbart & Bates, 19).98; Ротбарт и Дерриберри, 1981). Однако системы, лежащие в основе темперамента, часто развиваются с возрастом, что может привести к значительной изменчивости выражений и значений аспектов темперамента во времени. В своем обширном обзоре Рафф и Ротбарт (1996) описали развитие как реактивной, так и регуляторной систем внимания в раннем детстве. Первоначальная система внимания отражает более автоматические ориентировочные процессы, тогда как вторая система, возникающая ближе к концу первого года жизни, контролируется с большим усилием. В младшем и дошкольном возрасте эта последняя система все больше берет на себя управление процессами внимания, обеспечивая волевую и гибкую модуляцию ресурсов внимания на основе целей действия.

    Сосредоточенное внимание, тема, представляющая интерес в настоящем исследовании, характеризуется устойчивым и активным взаимодействием со стимулом или задачей (по сравнению с простым взглядом или «случайным» вниманием). Именно в периоды сосредоточенного внимания происходит когнитивная обработка информации (то есть обучение) (Ruff & Lawson, 1990; Ruff & Rothbart, 1996), и маленькие дети более невосприимчивы к внешним отвлекающим факторам, когда вовлечены в целенаправленную игру (Ruff & Capozzoli, 2003). ; Рафф, Капоццоли и Салтарелли, 19 лет96). С растущими способностями к контролю внимания дети, как правило, демонстрируют повышение уровня (т. е. частоты и продолжительности) сосредоточенного внимания в течение первых 4 лет жизни с более значительными изменениями развития в сосредоточенном внимании, чем в общих показателях посещаемости (т. е. общего внимания) (Choudhury & Gorman, 2000; Ruff & Capozzoli, 2003; Ruff & Lawson, 1990).

    Неудивительно, что исследователи проявили значительный интерес к характеристике развития сосредоточенного внимания в позднем младенчестве и раннем детстве. Сфокусированное внимание изучалось в различных контекстах структурированной и неструктурированной игры и решения задач, включая как независимую игру (Choudhury & Gorman, 2000; Ruff & Capozzoli, 2003; Ruff & Lawson, 19).90) и с социальными партнерами, как правило, с родителями (Lawson & Ruff, 2004). Эти показатели обычно отражают продолжительность времени, которое дети тратят на визуальное внимание и взаимодействие с конкретным стимулом или задачей, а иногда включают интенсивность усилий или концентрации. Также использовались оценки внимания детей взрослыми (Putnam, Gartstein, & Rothbart, 2006). Эти показатели анкеты обычно включают элементы, касающиеся вероятности, частоты или продолжительности конкретных наблюдаемых действий внимания в различных ситуациях. Поскольку мотивация и способность детей посещать занятия могут различаться в зависимости от контекстуальных особенностей (например, наличия отвлекающих факторов), требований к выполнению задания (например, конкретных целей) или участия других или могут оцениваться по-разному в зависимости от характера и масштаба оцениваемых ситуаций, информативным для изучения сосредоточенного внимания с использованием ряда методологий и контекстов.

    В раннем детстве были обнаружены некоторые признаки стабильности показателей концентрации внимания. Умеренная кратковременная стабильность концентрации внимания во время игры наблюдалась у маленьких детей (Power, Chapieski, & McGrath, 1985), а оценки внимания наблюдателей продемонстрировали стабильность от 7 до 12 месяцев (Lawson & Ruff, 2001), от 1 до 2 лет (Lawson & Ruff, 2004) и от 6 до 24 месяцев (Heinicke, Diskkin, Ramsey-Klee, & Oates, 1986). Сообщения родителей о продолжительности ориентирования младенцев также в значительной степени коррелируют между несколькими оценочными точками в возрасте от 3 до 13,5 месяцев (Rothbart, Derryberry, & Hershey, 2000), а родительские оценки сосредоточения внимания, по-видимому, имеют корреляцию от умеренной до высокой по 6 месяцам. -, 12 и 18 месяцев в детском возрасте (Putnam и др. , 2006). С точки зрения предсказания, одно исследование показало, что глобальные оценки наблюдателями сосредоточенности внимания детей в возрасте 1 года во время самостоятельной и диадической игры, а также задачи по решению проблемы были отрицательно связаны с невнимательностью при выполнении задачи «реакция-реакция» в возрасте 3,5 лет и 2. Рейтинги детей в возрасте до 1 года предсказывали сосредоточенное внимание, наблюдаемое в возрасте 3,5 лет (Ruff, Lawson, Parrinello, & Weissberg, 1990).

    В меньшем количестве исследований изучались связи между наблюдаемыми мерами внимания в различных контекстах, между разными экспертами или между наблюдаемыми и сообщаемыми мерами внимания. Однако отчеты родителей о продолжительности ориентирования 13,5-месячных детей положительно коррелировали с продолжительностью непрерывной игры, наблюдаемой в лаборатории (Rothbart 9).1418 и др. , 2000), и Патнэм и др. . (2006) сообщили о значительных перекрестных корреляциях для оценки концентрации внимания в 24 и 36 (но не в 18 или 30) месяцев. С другой стороны, Ruff и др. . (1990) измеряли аспекты внимания в различных игровых ситуациях в возрасте от 1 до 3,5 лет и сообщали о низкой или незначительной корреляции между контекстами во времени. В настоящем исследовании изучалась стабильность и взаимосвязь ряда показателей концентрации внимания детей раннего возраста на втором и третьем году жизни.

    Эмоциональная реактивность, и особенно негативная эмоциональность, считается еще одним фундаментальным параметром темперамента и имеет сильную неврологическую и концептуальную связь с вниманием (Gray, 1991; Rothbart & Bates, 1998). Две линии мышления характеризовали отношения между вниманием и отрицательной эмоциональностью. В первом случае негативные эмоции могут рассматриваться как потенциально дезорганизующие процессы внимания, что затрудняет поддержание концентрации внимания (Rothbart & Bates, 19).98; Рафф и Ротбарт, 1996). С другой стороны, способность использовать контроль внимания для регуляции эмоций и поведения, связанного с эмоциями, особенно при высоком уровне негативной эмоциональности, важна для адаптации. В поддержку этих представлений ряд исследователей обнаружили, что больший контроль внимания связан с более низким уровнем негативной эмоциональности и большей способностью регулировать негативные эмоции у младенцев и детей ясельного возраста (Kochanska, Coy, Tjebkes, & Husarek, 19).98; Ротбарт, Познер и Бойлан, 1990; Rothbart, Ziaie, & O’Boyle, 1992), а также детей старшего возраста (Derryberry & Rothbart, 1988; Eisenberg et al. ., 1993; Rothbart & Ahadi, 1994). Вообще говоря, вполне вероятно, что процессы внимания и отрицательные эмоции постоянно и взаимно влияют друг на друга во времени. Тем не менее лонгитюдные исследования, такие как настоящее исследование, могут помочь пролить свет на природу этих отношений в раннем возрасте.

    Хотя различия в темпераменте считаются конституциональными по происхождению, внимание развивается в контексте экологических и социальных взаимодействий и постоянно находится под влиянием этих переживаний (Rothbart & Bates, 1998). Исследователи продемонстрировали, что поведение взрослых может быть связано с вниманием детей в непосредственном контексте (Parrinello & Ruff, 1988), и есть некоторые доказательства того, что это верно для разных контекстов и времени (Bono & Stifter, 2003; NICHD, 2005). Тем не менее, мало работы посвящено роли эмоциональной поддержки и контроля взрослых в поддержке или препятствовании концентрации внимания маленьких детей.

    В целом считается, что эмоционально поддерживающее воспитание повышает у детей желание исследовать и, таким образом, облегчает их взаимодействие с окружающей средой (Matas, Arend, & Sroufe, 1978). Теоретики также подчеркивают важность более специфических форм эмоциональной поддержки, испытываемой непосредственно в контексте обучения или решения проблем (Рогофф, 1990; Выготский, 1978). Положительный аффект и позитивные оценки во время игры могут стимулировать интерес детей к задаче или перенаправлять ослабевающее внимание, а также создавать позитивную среду, которая увеличивает удовольствие от таких усилий. Кроме того, эти дискретные формы эмоциональной поддержки могут способствовать интернализации детьми родительских ценностей, в том числе тех, которые побуждают детей взаимодействовать с окружающей средой и взаимодействовать с ней (Harter, 19).81; Кочанска и Аксан, 1995). Соответственно, как положительный аффект, так и похвала со стороны взрослых во время диадного обучения и взаимодействия при решении проблем были связаны с настойчивостью при выполнении заданий, самовосхвалением и выполнением мер избирательного внимания у маленьких детей (Barocas et al ., 1991; Diaz). , Neal, & Vachio, 1991; Lutkenhaus, 1984; Stipek, Recchia, & McClintic, 1992). Напротив, дети раннего возраста от депрессивных матерей, которые, вероятно, проявляют меньшую эмоциональную отзывчивость и поддержку, демонстрируют менее сосредоточенное внимание и настойчивость в выполнении задач (Breznitz & Friedman, 19).88; Реддинг, Хармон и Морган, 1990).

    В настоящем исследовании мы изучили несколько аспектов материнской эмоциональной поддержки, в том числе теплоту, о которой сообщали сами, и наблюдаемые положительные эмоции и похвалу. Возможно, что внимание детей к объектам и задачам в большей степени связано с эмоциональной поддержкой, предоставляемой именно в игровом контексте, чем с более глобальными аспектами воспитания. Более того, хотя и положительный аффект, и похвала были связаны с повышенным вниманием детей и настойчивостью в выполнении задач, мы рассматривали это материнское поведение отдельно, учитывая растущую важность обратной связи со стороны социальных партнеров в раннем детстве и позже. Более того, позитивная экспрессивность может в большей степени отражать стабильные черты материнской личности, преобладающие во взаимоотношениях матери и ребенка (Dunn, Creps & Brown, 19). 96; Valiente et al ., 2006), в то время как похвала может быть более конкретно привязана к детскому поведению, связанному с вниманием. Таким образом, похвала за детские действия или действия во время игры может быть более мотивирующей для продолжительных усилий по концентрации внимания, чем положительный аффект в целом.

    Существуют также практики социализации, которые, вероятно, препятствуют сосредоточению внимания маленьких детей на объектах и ​​задачах, особенно те, которые предполагают высокую степень контроля со стороны взрослых. Вместо того, чтобы оказывать минимальную необходимую помощь или использовать косвенные средства воздействия на поведение, контролирующие родители, как правило, управляют своими детьми и деятельностью своих детей, используя физическую или психологическую силу, принимают решения и делают что-то за своих детей, а не позволяют самостоятельные усилия и игнорируют цели детей. или желания вместо собственных идей и намерений. В целом, большое количество литературы предполагает, что мягкие формы родительского контроля способствуют положительным результатам у маленьких детей (например, Kuczynski & Kochanska, 19). 95), в то время как более властные и навязчивые стратегии были связаны с рядом неадекватных результатов, включая несоблюдение требований, плохую саморегуляцию и снижение мотивации (Grolnick, 2003; Grusec & Goodnow, 1994; Kochanska & Aksan, 1995). ).

    Родители, которые строго контролируют, могут быть более навязчивыми во время игры со своими детьми, мешая спонтанному участию детей в выполнении задания (Ruff & Rothbart, 1996). Исследователи постоянно показывают, что стратегии взрослых, которые перенаправляют фокус внимания младенцев и детей ясельного возраста, связаны с более низкими уровнями устойчивого внимания и сложностью игры по сравнению с поведением, которое поддерживает постоянный фокус внимания детей и опирается на него (Bono & Stifter, 2003; Landry). и Чапески, 19 лет88; Лэндри, Гарнер, Суонк и Болдуин, 1996). Когда родители следуют своим собственным игровым программам, не обращая внимания на сигналы детей, темп взаимодействия может чрезмерно возбуждать детей, а не обеспечивать оптимальный уровень стимуляции, необходимый для поддержания внимания. Более того, когда родители мешают детям организовывать и направлять свои собственные действия и результаты, это может быть особенно неприятно и разрушительно для малышей, которые начинают демонстрировать и желать более автономного поведения (Geppert & Kuster, 19).83). В соответствии с этим мнением Калкинс и Джонсон (1998) сообщили, что у 18-месячных детей, которые легко расстраивались, матери были склонны вмешиваться в их деятельность и выполнять за них задания. Дети, которые привыкли к постоянному родительскому контролю над своими действиями и переживаниями, могут стать менее мотивированными или способными следовать своему естественному интересу к взаимодействию с окружающей средой и, в свою очередь, могут демонстрировать дефицит своей способности инициировать или удерживать внимание. Как обсуждалось ранее, возможно, что контроль взрослых, проявляемый во время игры с детьми, может иметь большее влияние на их внимание к объектам и задачам, чем контроль над родительским поведением в других контекстах.

    При рассмотрении роли социализации в сосредоточенном внимании детей важно признать, что эти отношения, вероятно, не будут ни линейными, ни однонаправленными. Поведение взрослых может иметь большее влияние на детей с плохими навыками внимания, чем на тех, кто уже очень внимателен. Например, исследователи сообщают, что младенцы с низкой посещаемостью становились более внимательными, когда взрослые были вовлечены в их игру, в отличие от более самостоятельно внимательных младенцев, которые, по-видимому, не получали пользы от участия взрослых (Lawson, Parrinello, & Ruff, 19).92; Парринелло и Рафф, 1988). Кроме того, внимание детей может вызывать определенные модели реакции со стороны социальных партнеров. Взрослые могут найти больше возможностей похвалить или продемонстрировать положительный эффект при общении с очень внимательными детьми, тогда как они могут с большей вероятностью вмешиваться или вмешиваться в игру детей, которые мало способны заниматься самостоятельно. Лонгитюдный дизайн настоящего исследования позволил нам эмпирически изучить эти потенциально сложные отношения между социализацией взрослых и вниманием детей во времени.

    В настоящем исследовании мы стремились устранить важные ограничения в нашем нынешнем понимании развития внимания в детском возрасте. Чтобы определить, как поведение детей, связанное с вниманием, и влияние на это поведение могут варьироваться в зависимости от контекста и ситуации, мы исследовали сосредоточенное внимание, используя ряд различных показателей. Нашей первой задачей было изучить устойчивость индивидуальных различий в сосредоточенном внимании на втором-третьем году жизни. В дополнение к связанному с возрастом повышению внимания, которое отражало бы глубинные сдвиги в развитии, мы также ожидали некоторой стабильности индивидуальных различий. В связи с этим мы ожидали, что малыши будут демонстрировать определенную степень постоянства по показателям сосредоточенного внимания, особенно в возрасте 30 месяцев, и, возможно, по методам (т. е. по сообщениям взрослых по сравнению с поведенческими показателями). Наконец, несмотря на то, что существует мало последовательных доказательств, указывающих на наличие половых различий во внимании, особенно в раннем возрасте, некоторые исследователи обнаружили, что у девочек грудного и раннего возраста показатели внимания выше, чем у мальчиков (Calkins, Dedmon, Gill, Lomax, & Johnson, 2002; Лоусон и Рафф, 2004). Кроме того, недавний метаанализ гендерных различий в темпераменте детей (в возрасте от 3 месяцев до 13 лет) выявил небольшие и умеренные размеры эффекта для показателей концентрации внимания в пользу девочек (Else-Quest, Hyde, Goldsmith, & Van Hulle, 2006). . Поэтому мы также исследовали, будут ли существовать половые различия в наших показателях концентрации внимания малышей.

    Нашей второй целью было выявить эмоциональные и социальные корреляты сосредоточенного внимания детей. Мы ожидали отрицательной связи между вниманием и отрицательной эмоциональностью, возможно, с двунаправленным предсказанием между двумя конструктами во времени. Мы также ожидали, что материнская эмоциональная поддержка будет положительно связана с вниманием малышей, в то время как между материнским контролем/навязчивостью и вниманием будут обнаружены отрицательные отношения, и что воспитание будет однозначно предсказывать внимание после принятия во внимание детской эмоциональности. Более того, мы предположили, что поведение матери с течением времени может сильнее влиять на детей ясельного возраста с более низким вниманием в Т1, чем на детей, которые изначально были более внимательными.

    Участники

    Участники участвовали в лонгитюдном исследовании эмоций, регуляции и раннего социально-эмоционального развития малышей. Родители и их здоровые доношенные дети были набраны при рождении в трех местных больницах в крупном мегаполисе на юго-западе. Анкетирование и данные наблюдений были собраны, когда детям было приблизительно 18 месяцев (время 1) и снова год спустя (время 2).

    В оценке Т1 приняли участие 256 детей ясельного возраста и их матери (в том числе девять семей, которые участвовали только по почте; 141 мальчик, 115 девочек; возраст 16,8-20,0 месяцев, M = 17,8 месяца). В Т2 приняли участие 230 детей раннего возраста и их мамы (в т.ч. 14 семей, участвовавших только по почте; 128 мальчиков, 102 девочки; возраст 27,2–32,0 мес, М = 29,8 мес). Большинство детей были европеоидами (81%), хотя также были представлены афроамериканцы (5%), коренные американцы (4%), азиаты (2%) и жители островов Тихого океана (менее 1%). многорасовые и 5%, которые не сообщили о расе. Кроме того, некоторые дети были латиноамериканского происхождения (23%), хотя большинство из них были неиспаноязычными (77%). Годовой доход семьи колебался от менее 15 000 долларов США до более 100 000 долларов США, при этом средний доход находился на уровне 45 000–60 000 долларов США. Средний возраст матери на момент рождения ребенка-участницы был 29 лет.лет (диапазон = 18-44 года), а средний возраст отца был 31 год (диапазон = 18-53 года). Образование родителей варьировалось от 8-го класса до уровня выпускника; среднее количество лет формального образования, полученного как матерями, так и отцами, составляло примерно 14 лет (2 года обучения в колледже). При оценке T1 более половины (59%) всех матерей были трудоустроены (82% из них полный рабочий день), как и большинство (96%) отцов (93% из них полный рабочий день). Большинство родителей (85%) были женаты и прожили в браке менее 1-25 лет (9).1418 M = 5,9 лет, С.Д. = 3,8). Почти половина (42%) детей были первенцами.

    Процедуры

    В каждый момент времени матерям отправляли по почте пакет вопросников (включая показатели темперамента и воспитания), которые они должны были заполнить и принести на визит в лабораторию. Малыши и мамы пришли в лабораторию на территории кампуса, чтобы принять участие в лабораторных занятиях. Для целей данного исследования наблюдалось сфокусированное внимание малышей во время самостоятельной и диадической игры, а матери и малыши наблюдали за взаимодействием в нескольких ситуациях, включая свободную игру, обучение и уборку. Наблюдатели составили глобальные рейтинги внимания и негативной эмоциональности малышей по ряду заданий, которые выполнялись во время визита. По окончании сеанса участникам была выплачена оплата. Поведенческие показатели посещения лаборатории были закодированы с видеозаписи, и достоверность была установлена ​​примерно для 25% выборки. Кроме того, матерей попросили дать разрешение на отправку вопросников опекуну ребенка, не являющемуся родителем (или другому взрослому, хорошо знавшему ребенка). Пакеты с анкетами были возвращены по почте 173 опекунами в Т1 и 152 опекунами в Т2.

    Меры

    Матери и опекуны оценивали сосредоточенность внимания и негативную эмоциональность малышей, а матери сообщали об аспектах их стилей воспитания. За матерями и малышами наблюдали в трех интерактивных задачах, а малыши участвовали в поведенческом показателе внимания.

    Детское внимание

    На стадиях T1 и T2 сосредоточенное внимание малышей оценивали с помощью подшкалы Опросника поведения в раннем детстве (ECBQ: Putnam et al ., 2006). Кроме того, сфокусированное внимание наблюдалось во время двух взаимодействий матери и ребенка (свободная игра и обучающая парадигма) и самостоятельного игрового задания, и было оценено четырьмя наблюдателями во время лабораторной оценки с помощью модифицированной записи поведения младенцев (IBR; Bayley, 1969). ).

    ECBQ

    Использовалась подшкала ECBQ по концентрации внимания, которая состояла из 12 пунктов, оценивающих способность детей ясельного возраста концентрироваться на задаче (например, «Играя в одиночестве, как часто ваш ребенок играл с набором предметов в течение 5 мин. или дольше за один раз?). Матери и опекуны, не являющиеся родителями, оценивали каждый пункт по 7-балльной шкале (1 = 9). 1418 никогда ; 7 = всегда ), а α составляли 0,76 и 0,79 при Т1 и 0,81 и 0,85 при Т2 для матерей и лиц, осуществляющих уход, соответственно.

    Свободная игра

    Матерям и малышам подарили корзину с игрушками и попросили поиграть, как они обычно играют дома, в течение 3 минут. Оценки сфокусированного внимания малышей основывались на том, насколько ребенок посещал, концентрировался и ориентировался на материалах задания, а также на наблюдаемой интенсивности интереса и вовлеченности. Продолжительный, устойчивый взгляд, пристальное выражение лица, непосредственная визуальная близость и активное манипулирование материалами считались показателями высокого уровня внимания. Напротив, отсутствие визуальной ориентации, частые взгляды, не связанные с задачей, и пассивное, повторяющееся манипулирование материалами, как было установлено, отражают более низкие уровни внимания. Сосредоточенное внимание детей раннего возраста оценивали с 15-секундными интервалами по 5-балльной шкале, от 1 = 9 до1418 нет (ребенок не обращает внимания на задание или бросает лишь рассеянные взгляды, не фокусируясь на каком-либо объекте задания) до 5 = очень высокий (ребенок выглядит очень поглощенным и сосредоточенным на задании, с сильным интересом и длительным манипулированием материалов). Усреднение оценок по всем интервалам дало общую оценку сфокусированного внимания с межэкспертной надежностью (корреляции Пирсона, рассчитанные для 23–28% выборки) 0,86 и 0,81 при Т1 и Т2 соответственно.

    Учебное задание

    Матерям и малышам была предложена сложная головоломка (животные/геометрические фигуры в T1 и колышки/геометрические фигуры в T2). Матерям давали 3 минуты и просили «научить своего ребенка собирать головоломку». С теми же критериями, что и свободная игра, сфокусированное внимание малышей оценивалось с 10-секундными интервалами по 4-балльной шкале, от 1 = без до 4 = с высоким . Средняя оценка внимания по всем интервалам имела межэкспертную достоверность (корреляции Пирсона, рассчитанные для 26% и 25% выборки) 0,85 при Т1 и 0,9.9 в Т2.

    Самостоятельная игра

    Сосредоточенное внимание малышей наблюдалось во время парадигмы игры с кубиками (LAB-TAB: Locomotor Version, Goldsmith & Rothbart, 1999) в T1 и парадигмы игры с бисером (LAB-TAB: Preschool Version, Goldsmith, Reilly, Лемери, Лонгли и Прескотт, 1993) на T2. В Т1 детям давали набор ярких блокирующих блоков с несколькими сенсорными функциями (например, зеркальная сторона, погремушка внутри) и позволяли играть с ними любым способом. В Т2 детям давали три ведерка разного цвета и набор бусинок, и их просили рассортировать бусины по цвету в ведерках. В каждом возрасте экспериментатор кратко демонстрировал материалы (т.е. складывал два кубика друг на друга или клал бусину в каждое ведерко), а затем инструктировал малыша «играть с кубиками» или «сортировать бусинки». Во время выполнения обоих заданий матерей усаживали вне поля зрения и просили не взаимодействовать со своими малышами, которым разрешалось играть с кубиками/бусами в течение 3 минут. Общее время, в течение которого дети целенаправленно обращали внимание на кубики/бусинки (например, сосредоточенное визуальное внимание, а также прикосновение к материалам или манипулирование ими), было закодировано с видеозаписи. Межэкспертная надежность (корреляции Пирсона для 26-29% выборки) на время сосредоточенного внимания составляли 0,92 в Т1 и 0,91 в Т2.

    Рейтинги IBR

    Внимание детей раннего возраста оценивали четыре научных сотрудника, которые наблюдали за ребенком на протяжении всего лабораторного занятия, используя модифицированный IBR (IBR; Bayley, 1969). IBR обычно используется для оценки аспектов детского темперамента и поведения во время экзамена Бейли. Подобно другим исследователям (например, Stifter & Corey, 2001), мы использовали эту меру, чтобы составить единую глобальную оценку внимания малышей по ряду задач, которые выполнялись на протяжении всего визита в лабораторию. Внимание к заданиям относилось к степени, в которой ребенок сосредоточивался и сохранял интерес к ряду представленных заданий, и оценивалось по 5-балльной шкале (1 = постоянно отвлекается, не посещает; 3 = умеренное внимание к каждому заданию). новая игрушка, человек или ситуация; скоро готовы к другой; половина времени вне задачи; 5 = длительное поглощение материалами задания/деятельностью). Эти пункты отражают масштаб исходного IBR, но формулировка была немного изменена для ясности. Дети, которые проводили значительную часть времени посещения лаборатории, ориентируясь на материалы заданий и активно взаимодействуя с ними в концентрированной манере, получили более высокие оценки IBR, в то время как дети, которые были менее способны поддерживать взаимодействие с материалами и демонстрировали короткие или нечастые периоды внимания, были оценены ниже. В каждый момент времени оценки этих четырех наблюдателей усреднялись для получения общей оценки внимания IBR с 9 баллами.1418 α при оценках 0,74 и 0,84 при Т1 и Т2 соответственно.

    Негативная эмоциональность детей

    На Т1 и Т2 негативную эмоциональность детей ясельного возраста оценивали с помощью подшкал ECBQ (ECBQ: Putnam et al ., 2006). Кроме того, отрицательная эмоциональность была оценена четырьмя наблюдателями в глобальном масштабе во время лабораторной оценки.

    ECBQ

    Подшкалы разочарования, печали и страха ECBQ использовались для оценки эмоционального выражения и реакции малышей на обычные ситуации. Матери и опекуны, не являющиеся родителями, оценивали каждый пункт по 7-балльной шкале (1 = 9).1418 никогда ; 7 = всегда ). Подшкала фрустрации состояла из 12 пунктов (например, «Когда она попросила что-то, а вы сказали «нет», как часто ваш ребенок протестовал в гневе»?), с α 0,77 и 0,86 в Т1 и 0,81 и 0,84 в Т2. , для матерей и воспитателей соответственно. Подшкала грусти состояла из 12 пунктов (например, «Во время повседневной деятельности, как часто ваш ребенок грустил или грустил без видимой причины»?). Альфа-факторы для матерей и лиц, осуществляющих уход, составляли 0,81 и 0,87 в Т1 и 0,82 и 0,89.на Т2. Подшкала страха включала 11 пунктов (например, «Находясь дома, как часто ваш ребенок боялся громкого звука (блендера, пылесоса и т. д.)»?) Альфа для матерей и лиц, осуществляющих уход, составляла 0,73 и 0,83 при Т1 и 0,75 и 0,79 при Т2. Как для матерей, так и для лиц, осуществляющих уход, в каждом возрасте была создана сводная оценка негативной эмоциональности путем усреднения трех подшкал: х (211-241) = 0,30 -0,63 (матери) и х (121-241). 160) = 0,27-0,64 (опекуны), p s<0,01.

    Рейтинги IBR

    Как и в случае с рейтингами IBR внимания, негативное влияние малышей оценивалось один раз в глобальном масштабе четырьмя исследователями, которые наблюдали за ребенком на протяжении всего лабораторного занятия с помощью IBR (Bayley, 1969). Наблюдатели оценивали негативное влияние детей на протяжении всего визита в лабораторию, которое включало несколько заданий, специально разработанных для того, чтобы вызвать разочарование, печаль и/или страх (но не сообщалось в этом исследовании). Отрицательный аффект относился к частоте, интенсивности и продолжительности негативных эмоций, которые ребенок проявлял во время визита, и оценивался по 5-балльной шкале (1 = отсутствие негативного аффекта; 3 = три или более кратковременных проявления негативного аффекта; 5). = три или более интенсивных, усиленных или продолжительных проявления отрицательного аффекта). Эти четыре оценки наблюдателей были усреднены для получения общей оценки негативных эмоций IBR с 9 баллами. 1418 α 0,84 и 0,88 при Т1 и Т2 соответственно.

    Эмоциональная поддержка матерей

    Матери сообщали о своей родительской теплоте и участвовали в двух интерактивных заданиях со своими малышами.

    Материнское тепло

    Матери заполнили подшкалу теплоты из анкеты «Отношение родителей к воспитанию детей» (Easterbrooks & Goldberg, 1984), которая состояла из 10 пунктов, таких как «Я выражаю привязанность, обнимая, целуя и держа на руках моего ребенка». Пункты оценивались по 6-балльной шкале (от 1 = полностью не согласен до 6 = полностью согласен) и усреднялись для получения общего балла. Впоследствии один пункт был исключен, поскольку он существенно снижал внутреннюю согласованность. Альфа Кронбаха для субшкалы родительской теплоты (оставшиеся 9ед.) составляли 0,62 и 0,61 при Т1 и Т2 соответственно.

    Положительный материнский аффект

    Положительный материнский аффект исследовали во время свободной игры и обучающих заданий. Положительный аффект кодировали по 4-балльной шкале каждые 15 с во время свободной игры и каждые 10 с во время обучающего задания. Оценки положительного аффекта основывались на выражении лица матери (т. выражение или тон), 3 балла, если были признаки умеренного аффекта (например, продолжительное выражение лица или тон), и 4 балла, если во время взаимодействия преобладал положительный аффект. Межоценочная достоверность положительного аффекта составила 0,82 для свободной игры и 0,90 для обучения в Т1 и 0,90 для свободной игры и 0,84 для обучения в Т2 (корреляции Пирсона основаны на 24-25% выборки). Материнский положительный аффект положительно коррелировал между двумя задачами в каждом возрасте, r s(245, 216) = 0,32 и 0,39, p s<0,01, при Т1 и Т2 соответственно. Таким образом, совокупность материнских положительных эмоций была создана в каждом возрасте путем усреднения баллов по свободной игре и обучающим заданиям.

    Материнская похвала

    Материнская похвала кодировалась каждые 10 с во время обучающей задачи: 1 = произошло или 0 = не произошло. Считалось, что материнская похвала происходит на основе словесно выраженных матерями положительных оценок усилий детей (например, «Хорошая работа»!) или общих характеристик (например, «Ты такой умный»!) действия детей). Интеррейтер κ (на основе 24-25% выборки) за материнскую похвалу во время обучающего задания составили 0,89 при Т1 и 0,75 при Т2.

    Материнский контроль

    Аспекты материнского контроля наблюдались во время свободной игры, обучения и уборки при лабораторных оценках T1 и T2.

    Навязчивость матери

    На Т1 и Т2 оценивалась навязчивость матери во время двух взаимодействий матери и малыша. Матери оценивались по 4-балльной шкале каждые 15 с во время свободной игры и каждые 30 с во время обучающего задания. Рейтинги навязчивости были основаны на свидетельствах чрезмерно контролирующего поведения матерей, которые навязывали программу игр, основанную на ее желаниях, а не на интересах ребенка, и на неспособности модулировать свои действия и словесные высказывания в соответствии с текущим уровнем возбуждения, интереса и способностей малыша. Навязчивое поведение включало в себя такие действия, как подавление ребенка шквалом стимуляции, изменение фокуса игры без учета текущих интересов ребенка или физическое манипулирование ребенком или его действиями. 1 балл присваивался, если не было признаков навязчивости, 2 балла, если наблюдался один случай навязчивости, 3 балла, если имелась продолжительная или интенсивная навязчивость, и 4 балла, если мать была очень навязчивой и чрезмерно контролирующей на протяжении всего времени. взаимодействие. Надежность между оценщиками составила 0,82 как для свободной игры, так и для обучения в Т1, и 0,81 для свободной игры и 0,78 для обучения в Т2 (корреляции Пирсона основаны на 24-25% выборки). Материнская навязчивость положительно коррелировала между двумя задачами в каждом возрасте, r s(245, 216) = 0,19 и 0,25, p s<0,01 при Т1 и Т2 соответственно. Таким образом, совокупность материнской навязчивости была создана в каждом возрасте путем усреднения баллов за свободную игру и обучение.

    Материнский контроль

    Материнский контроль также наблюдался во время стандартной задачи по очистке, которая следовала за сеансами свободной игры на T1 и T2. Матерей попросили (через наушники) заставить ребенка убирать игрушки для бесплатной игры, используя те стратегии, которые они обычно используют дома. Этот сегмент длился до тех пор, пока все игрушки не были возвращены в корзину или пока не прошло 3 минуты, и несколько форм стратегий материнского вербального и физического контроля были закодированы с 15-секундными интервалами, как 0 = не произошло или 1 = произошло. Стратегии вербального контроля включали мягкое вербальное руководство (например, нежные, игровые или непрямые стратегии, часто сопровождаемые позитивным аффектом) и напористый вербальный контроль (например, напористые, но ненасильственные директивы), а стратегии физического контроля включали дистальные сигналы (например, физические стратегии, такие как аплодисменты, показывание или моделирование, не предполагающие прямого контакта с ребенком), мягкий физический контроль (например, физически, но мягко ориентируя ребенка, например, постукивая его по плечу), и настойчивый физический контроль (например, твердое и физическое направление ребенка или действия ребенка, такие как взятие игрушки из руки, в решительной, но нейтральной манере). Сильные вербальные и физические стратегии (т.е. сильный контроль, сопровождаемый негативным аффектом) также кодировались, но встречались редко. Надежность Interrater с использованием κ статистика (на основе 25-28% выборки) колебалась от 0,60 до 0,76 ( М = 0,67) на Т1 и от 0,81 до 0,96 ( М = 0,87) на Т2.

    Анализ основных компонентов с наклонным вращением применялся к пяти переменным стратегии материнского контроля во время задачи очистки, и в каждый момент времени извлекались два компонента. Один компонент включал мягкое словесное руководство, уверенный словесный контроль и уверенный физический контроль (с нагрузками -0,84, 0,9).0, 0,63 и -0,75, 0,89, 0,69 при Т1 и Т2 соответственно). Композитный материнский контроль был создан путем обращения переменной мягкого вербального руководства и усреднения этого балла с переменными уверенного вербального и физического контроля. Второй компонент, полученный в результате анализа, включал дистальные сигналы и щадящий физический контроль (с нагрузками 0,78, 0,80 и 0,82, 0,80 в Т1 и Т2 соответственно), поскольку этот компонент отражал низкий уровень контроля и не должен был ни препятствовать, ни облегчить детское внимание, для данного исследования он не был оставлен.

    Анализ отсева

    Семьи, участвовавшие в обеих оценках ( N = 223), сравнивались с теми, кто перешел из T1 в T2 по демографическим и исследовательским переменным. Семьи, выбывшие из-за истощения, имели более низкий семейный доход ( M = 3,44; 3 = от 30 до 45 тыс.; 4 = 45-60 тыс.) и уровень материнского образования ( M = 3,68; 3 = окончившие среднюю школу; 4 = колледж). ), чем те, кто остался в исследовании ( M s = 4,16 и 4,36; t s(226, 238) = -1,97 и -3,43, p s<0,06 и 0,01 для дохода и образования соответственно). С точки зрения конкретных переменных, изученных в этом исследовании, было только одно существенное различие между семьями с отсевом и без отсева. Матери в истощенных семьях сообщили о более низких баллах по опроснику родительской теплоты в T1 ( M = 5,24), чем матери в оставшейся выборке ( M = 5,41), F (1,240) = 4,13, p <0,05.

    Дополнительные анализы не выявили существенных различий между семьями, предоставившими данные об опекунах, и теми, кто этого не сделал.

    Описательный анализ

    Средние значения и стандартные отклонения для переменных T1 и T2 представлены в . В Т2 внимание малышей во время обучающего задания демонстрировало значительную ненормальность (асимметрия> 2,0 и эксцесс> 7,0; Curran, West, & Finch, 1996). Преобразования (рефлекторное и обратное) проводились с этой переменной в каждом возрасте в соответствии с рекомендациями, предложенными Коэном, Коэном, Уэстом и Айкеном (2003), чтобы уменьшить отрицательную асимметрию до приемлемых уровней.

    Таблица 1

    , стандартные отклонения и возрастные различия в переменных исследованиях во время 1 и времени 2


    . Диапазон) 9649

    1491411111111111111111111111111111111111111111111111111111111111111119н
    Время 1
    ВРЕМЯ 2
    Time 2
    80808080808080808080808. Time 2
    68080808080808080808080168
    808. Time 2
    С.Д. М (Диапазон) С.Д. Ж
    Присмотр за детьми
    Отчет матери ( n = 242; 9 223)0246 4.23 (2.67-5.72) 0. 56 4.58 (2.79-6.04) 0.56 116.51 **
    Caregiver report ( n = 170; 149) 4.37 (1.91- 6.23) 0.73 4.70 (3.19-6.67) 0.70 19.41 **
    Blocks/beads ( n = 245; 215) 111.10 (0-180) 50. 98 143,69 (0-180) 37,12 61.74 **
    Free play ( n = 245; 216) 3.28 (1.42-4.58) 0.49 3.29 (1.67-4.00) 0.33 0.34
    Обучение ( N = 246; 216) 3,19 (1,07-4,0) 0,63 3,71 (1,0-4,0) 0,51 117,0 **
    117,0 ** 117,0 ** 216) 3,25 (1,0-4,75) 0,69 3. 48 (1.0-5.0) 0.86 11.29 **
    Child negative emotion
    Mother report ( n = 243; 223) 3.07 (1.46-4.99) 0.66 3.19 (1.71-5.17) 0.67 5.61 *
    Caregiver report ( n = 170; 148) 2.73 (1.22-5.04) 0. 80 2.70 ( 1.11-5.11) 0.72 0.00
    IBR ( n = 247; 216) 3.64 (1.0-5.0) 1.0 2.75 (1.0-5.0) 1.13 90.60 **
    Mother emotional support
    Warmth ( n = 240; 222) 5.39 (3. 5-6.0) 0.38 5.54 (4.11-6.0) 0.34 35.83 **
    Положительный эффект ( н = 246; 216) 1.77 (1.08-2.76) 0.35 1.54 (1.0-2.63) 0.32 75.14 **
    Praise ( n = 246; 216) 0.22 (0.0 -0. 67) 0.17 0.24 (0.0-0.72) 0.18 2.06
    Mother control
    Intrusiveness ( n = 246; 216) 1.26 (1.0-2.13) 0,25 1.18 (1.0-2.08) 0.18 34.99 **
    Control ( n = 245; 215) 0. 24 (0.0-0.89) 0.23 0.13 (0.0-0.67 ) 0,16 69,16 **

    Открыть в отдельном окне

    Примечание Представленные средние значения и стандартные отклонения соответствуют значениям до преобразований.

    * р <0,05

    ** р<0,01.

    Отношения с социально-экономическим положением (СЭС)

    Композиты СЭС создавались в каждый момент времени путем стандартизации и усреднения уровня образования родителей и доходов семьи ( r s = 0,49-0,62). SES был положительно связан с вниманием IBR и материнской похвалой в обе временные точки, а также с материнским теплом и положительным аффектом в T1 ( r s = 0,13-0,36, p s<0,05). Отрицательная связь существовала между СЭС и всеми переменными материнского контроля в обоих возрастах ( р с = 0,17-0,35, р с <0,05).

    Возрастные и половые различия

    От Т1 до Т2 средний уровень повышения был обнаружен во всех переменных внимания ребенка, за исключением внимания свободной игры, а также в отчетах матерей об отрицательной эмоциональности детей и их собственной теплоте (см. ). Кроме того, было обнаружено значительное снижение от Т1 до Т2 рейтинга IBR отрицательной эмоциональности детей и наблюдаемого положительного аффекта и навязчивости матерей во время свободной игры и учебных заданий, а также в использовании ими контроля во время уборки. Взаимосвязь между полом ребенка и исследуемыми переменными была оценена с помощью серии многофакторного дисперсионного анализа, при этом переменные были сгруппированы по конструкту (показатели, сообщаемые опекунами, были сгруппированы вместе из-за более низких n ). В каждом возрасте у девочек были более высокие показатели концентрации внимания во время выполнения обучающей задачи ( M = 3,28 и 3,81), чем у мальчиков ( M = 3,12 и 3,63), F (1, 246 и 3,81). 1, 216) = 3,75 и 7,20, p = 0,05 и p <0,01 при Т1 и Т2 соответственно. Лабораторные наблюдатели в Т2 также дали девочкам более высокие оценки внимания IBR ( M = 3,62), чем мальчикам ( M = 3,36), F (1, 216) = 5,11, 9.1418 р <0,05. Было замечено, что матери более контролировали во время уборки в T2 мальчиков ( M = 0,15), чем девочек ( M = 0,10), F (1, 213) = 7,36, p <0,01. Значимых возрастных × половых взаимодействий обнаружено не было.

    Первичный анализ

    Корреляции внутри и во времени между исследуемыми переменными представлены в таблицах и .

    Таблица 2

    Взаимокорреляции между основными переменными исследования во время 1 и во время 2

    Variable 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14
    Attention
    1. M attn 0.18 -0.33 0.30
    2. C attn 0. 26 -0.55
    3. Free play 0. 17 0.28 -0.19 -0.28 -0.16
    4. Teaching 0.17 0. 30 0.31 -0.21 -0.15
    5. Blocks/beads -0. 20
    6. IBR attn 0.19 0.27 0.34 -0. 52 0.16 -0.22 -0.30
    Neg emotion
    7. M neg -0.34 -0.15 0. 26 0.15 -0.19
    8. C neg -0.15 -0.35 -0.20 0.23 -0. 18
    9. IBR neg -0.14 -0.26 -0.53 -0. 14 0.17
    Maternal support
    10. Warmth -0.23 -0.15 -0. 16
    11. Pos affect -0.16 0.35 -0.17
    12. Praise 0.17 0.24 0.54 0.19 0.28
    Maternal control
    13. Интрузивный 0,33
    14. Контроль
    14. Контроль
    14. Контроль
    14. Контроль
    14.2091 -0,17 0,39

    Открыть в отдельном окне

    14141918. Корреляции T1 ниже диагонали, а корреляции T2 выше диагонали. М, отчет матери; C, отчет опекуна; Нег, отрицательная эмоция; поз., положительный. Все корреляции значимы при p <0,05.

    Таблица 3

    Корреляции между основными переменными исследования во время 1 и во время 2

    9089 0,53347 9089 0,53347 9089 0,5343 9089.10247
    Time 2 variables
    Time 1 variables 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14
    ВНИМАНИЕ
    1. M ATTN
    1. M ATTN
    1. M ATTN
    1. M ATTN
    .0246 0.20
    2. C attn 0. 52 -0.18 -0.40
    3. Free play 0. 20
    4. Teaching 0. 29 0.17
    5. Blocks/beads 0. 15
    6. IBR attn 0.14 0.18 0. 22 -0.17
    Neg emotion
    7. M neg -0.18 0. 63 -0.23
    8. C neg -0.23 0.20 0. 47 -0.15
    9. IBR neg -0.14 -0.16 0. 22
    Maternal support
    10. Warmth 0.18 -0.17 0. 54 -0.17
    11. Pos affect 0.20 0. 36 0.27 -0.15
    12. Praise 0.15 0.20 0. 16
    Maternal control
    13. Intrusive -0.19 -0.20 0. 50 0.30
    14. Control -0.14 -0.18 -0.20 0. 34 0.55

    Open in a separate window

    Примечание . М, отчет матери; C, отчет опекуна; Нег, отрицательная эмоция; поз., положительный. Все корреляции значимы при p <0,05.

    Взаимокорреляции между измерениями исследовательских конструктов

    Сообщения матерей и опекунов о регуляции внимания положительно коррелировали друг с другом на Т1, но не на Т2. Сосредоточенное внимание во время свободной игры и обучающих заданий коррелировало в обоих возрастах, а оценки внимания IBR положительно соотносились со всеми другими наблюдаемыми показателями внимания в обе временные точки, за исключением игры в бусы в Т2. Сообщения матерей и опекунов об отрицательной эмоциональности положительно коррелировали в обоих возрастах, а сообщения матерей об отрицательной эмоциональности были аналогичным образом связаны с оценками IBR того же самого на Т2. Наблюдаемые материнские меры поддержки (положительный аффект и похвала) и контроля (навязчивость и контроль уборки) положительно коррелировали в рамках конструктов в обе временные точки, в то время как сообщаемая матерью теплота не была связана с наблюдаемыми мерами материнской поддержки в любом возрасте.

    Переменные-предикторы (отрицательная эмоциональность ребенка, материнская эмоциональная поддержка и материнский контроль) по большей части не коррелировали между конструктами в каждый момент времени. Однако существовала отрицательная связь между материнскими сообщениями о теплоте и сообщениями матерей и опекунов об отрицательной эмоциональности в обоих возрастах. В обоих возрастах материнский контроль был отрицательно связан с наблюдаемым положительным аффектом, а в Т2 был положительно связан с оценками IBR отрицательной эмоциональности и отрицательно связан с материнской теплотой.

    Стабильность измерений исследовательских конструктов

    Все показатели внимания и негативной эмоциональности детей ясельного возраста, а также эмоциональной поддержки и контроля матери продемонстрировали по меньшей мере умеренную стабильность во времени, как правило, с более сильной корреляцией для отчетов взрослых, чем для наблюдаемых показателей.

    Корреляция между отрицательной эмоциональностью и вниманием

    Как и ожидалось, отрицательная связь между вниманием и отрицательной эмоциональностью была обнаружена внутри и между репортерами в T1 и среди репортеров в T2. В обоих возрастах оценки отрицательных эмоций IBR были отрицательно связаны со всеми наблюдаемыми показателями внимания, за исключением того, что было во время учебного задания. Продольные отношения в целом были в ожидаемых направлениях, но несколько смешанными. Сообщения о внимании во время T1 были отрицательно связаны с сообщениями о негативных эмоциях во время T2, и наоборот, внутри (а иногда и между) репортерами. Оценки отрицательности IBR на T1 негативно предсказывали наблюдаемое внимание во время обучения и самостоятельной игры, но была обнаружена положительная связь между ранними сообщениями воспитателя о негативных эмоциях и более поздним вниманием во время обучающей задачи. Наконец, дети с более высокими показателями внимания IBR на T1 получили более низкие оценки IBR отрицательной эмоциональности на T2.

    Корреляции между материнской социализацией и вниманием детей ясельного возраста

    В Т1 показатели материнского контроля не были значимо связаны с вниманием детей. Тем не менее, материнская похвала во время обучающего задания была положительно связана с четырьмя из шести показателей внимания в T1 и с вниманием во время обучения, а также с оценками внимания IBR в T2. Неожиданная отрицательная связь существовала между материнским положительным аффектом и блочной игрой на Т1. В Т2 материнская навязчивость и контроль были отрицательно связаны со свободной игрой и вниманием к обучающим задачам, а также с оценками внимания IBR. Наконец, отчеты матерей о внимании ребенка и их собственном тепле были положительно связаны на Т2. С течением времени материнская навязчивость и контроль в Т1, как правило, продолжали предсказывать более низкие уровни внимания детей в Т2 во время свободной игры, обучения и оценок IBR. Более того, внимание свободной игры в Т2 было положительно предсказано материнской теплотой и похвалой в Т1, а рейтинги внимания IBR в Т2 были положительно предсказаны материнским положительным аффектом и похвалой в Т1. Показатели внимания детей в Т1, как правило, не были связаны с материнскими переменными в Т2 (только 1 корреляция из 30 была значимой).

    Регрессионный анализ

    Иерархический регрессионный анализ был проведен для изучения уникального предсказания сосредоточения внимания малышей на негативной эмоциональности и материнской социализации. Внимание во время свободной игры и обучения, а также рейтинги IBR были стандартизированы и усреднены, чтобы сформировать совокупность наблюдаемого внимания. Наблюдаемое внимание во время игры в кубики/бусинки было сохранено как отдельная переменная, поскольку оно не было сильно связано с другими наблюдаемыми показателями, а отчеты матери и лица, осуществляющего уход, также были исследованы отдельно из-за низкой взаимной корреляции и отсутствия данных лиц, осуществляющих уход. Учитывая положительную корреляцию между материнской навязчивостью и контролем и сходство их отношений с нашими мерами внимания, эти переменные были усреднены для формирования композита материнского контроля. Напротив, материнская теплота, положительный аффект и похвала были исследованы как отдельные предикторы из-за их непоследовательной взаимосвязи и различных моделей отношения к вниманию. В каждой регрессии на первом этапе вводились СЭС и пол ребенка, на втором этапе вводились переменные негативной эмоциональности, а на третьем этапе вводились переменные материнской социализации. В Т2 мы также контролировали внимание Т1 и включили последний этап, на котором взаимодействия между переменными материнской социализации и уровнями внимания Т1 вводились индивидуально. Поскольку было обнаружено только одно значимое взаимодействие, мы сообщаем о результатах шага 3, если не указано иное.

    Результаты регрессионного анализа T1 и T2 представлены в таблицах и . В обоих временных точках сфокусированное внимание малышей в значительной степени предсказывалось негативной эмоциональностью, но только в рамках одного и того же типа измерения (в пределах репортера или между отрицательными эмоциями IBR и наблюдаемыми переменными внимания). Социализация матери не смогла предсказать различия в отчетах матери или опекуна о внимании детей или наблюдаемом внимании во время игры с кубиками/бусами. Для композита наблюдаемого внимания материнская похвала была значимым положительным предиктором в обоих возрастах, а композит материнского контроля был значимым отрицательным предиктором в Т2. Продольный анализ, как правило, не выявил предсказания негативной эмоциональности Т1 и материнской социализации для сосредоточенного внимания малышей в Т2 после учета более раннего внимания. Однако было получено значительное взаимодействие «внимание × контроль», β = 0,12, p <0,05, F изменение (1, 198) = 4,89, p <0,05. В частности, негативное влияние раннего материнского контроля на более поздние наблюдаемые комплексные показатели внимания детей раннего возраста были очевидны только для детей, которые имели низкие или средние баллы по этому комплексному показателю внимания в Т1, но не для тех, у кого наблюдалось высокое внимание в Т1 (наклон = -0,23). , -0,15, 0,03, p с<0,01, 0,05, нс для низкой, средней и высокой посещаемости соответственно).

    Таблица 4

    Иерархический регрессионный анализ социально-демографического статуса, пола, негативной эмоциональности и материнской социализации при прогнозировании сосредоточенного внимания детей ясельного возраста в момент времени 1 ( N = 160)


    Блокирует Внимание ( N = 230)
    OBS Внимание ( N = 232)
    444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444444н.1419 ЮВ B β B ЮВ B β B ЮВ B β B ЮВ B β Step 1 SES -0. 03 0.05 -0.04 -0.09 0.07 -0.10 -0.09 4.19 0.00 -0.03 0.05 -0.03 Sex a 0.11 0. 07 0.10 -0.16 0.11 -0.11 6.44 6.56 0.06 0.11 0.08 0.08 R 2 0.01 0. 02 0.01 0.02 F for Δ R 2 0.64 1.52 0. 97 1.85 Step 2 M neg -0.28 0.06 -0.33 ** -0.08 0.09 -0.08 6.71 5. 03 0.09 0.10 0.06 0.10 C neg — — — -0.33 0.07 -0.36 ** — — — — — — IBR neg -0. 02 0.04 -0.04 0.07 0.06 0.10 -13.31 3.24 -0.26 ** -0.25 0.04 -0.36 ** R 2 0. 12 0.16 0.09 0.15 F for Δ R 2 15.46 ** 8. 72 ** 9.52 ** 17.16 ** Step 3 M warm 0.06 0.10 0.04 -0.04 0. 15 -0.02 -6.51 8.80 -0.05 0.09 0.10 0.05 M pos -0.01 0.11 -0.01 -0.16 0.16 -0. 08 -20.0 9.62 -0.14 * -0.09 0.11 -0.04 Praise 0.14 0.22 0.04 0.69 0.34 0.16 -17. 19 20.4 -0.06 2.02 0.23 0.47 ** Control -0.01 0.05 -0.02 0.04 0.07 0.05 -0.34 4. 16 -0.01 -0.05 0.05 -0.06 R 2 0.13 0.19 0.12 0. 37 F for Δ R 2 0.24 1.16 1.47 20.15 **

    Примечание 9 1 1 1 8 0 0 9 9 4 0 4 0 9 М, отчет матери; C, отчет опекуна; Obs, наблюдаемый композит; СЭС, социально-экономический статус; нег, отрицательная эмоциональность; pos, положительный эффект.

    * р <0,05

    ** р <0,01.

    a Пол младенцев: 0 = мальчики; 1 = девушки.

    Таблица 5

    Иерархический регрессионный анализ социально-демографического статуса, пола, негативной эмоциональности и материнской социализации при прогнозировании внимания детей ясельного возраста во время 2 с учетом внимания T1

    5 5







    2441
    М-внимание ( n 9 = 2672) Внимание C ( n = 118)
    Бусины внимание ( n = 207)
    Внимание Obs ( n = 208
    B ЮВ B β B ЮВ B β B ЮВ B β B ЮВ B β
    Step 1
    SES -0. 03 0.04 -0.05 0.01 0.06 0.02 -0.99 3.20 -0.02 0.09 0.05 0.11
    Sex a 0.08 0. 07 0.07 0.06 0.10 0.04 0.41 5.26 0.01 0.12 0.08 0.08
    T1 attn 0.45 0.06 0. 46 ** 0.37 0.08 0.39 ** 0.10 0.05 0.14 * 0.23 0.06 0.24 **
    R 2 0.29 0. 29 0.02 0.19
    F for Δ R 2 26.74 ** 15.49 ** 1. 47 15.95 **
    Step 2
    M neg — 0.18 0.05 -0.22 ** 0.22 0.08 0.21 ** 1.20 3. 95 0.02 0.00 0.06 0.00
    C neg -0.43 0.08 -0.44 **
    IBR neg 0. 02 0.03 0.04 0.05 0.05 0.09 -6.88 2.31 -0.21 ** -0.19 0.04 -0.31 **
    R 2 0. 34 0.46 0.06 0.30
    F for Δ R 2 8.21 ** 12. 12 ** 4.28 ** 16.74 **
    Step 3
    M warmth 0.29 0.10 0.18 ** 0.00 0. 15 0.00 10.62 7.63 0.10 -0.01 0.12 0.00
    M pos -0.03 0.11 -0.02 0.18 0.17 0. 08 -4.11 8.50 -0.04 -0.03 0.13 -0.02
    Praise 0.15 0.20 0.05 0.01 0.31 0.03 -8. 65 15.61 -0.04 0.64 0.23 0.17 **
    Control -0.05 0.04 -0.07 -0.08 0.06 -0.10 2.87 3. 36 0.06 -0.22 0.05 -0.26 **
    R 2 0.38 0.48 0.08 0. 39
    F for Δ R 2 2.30 * 0.76 0.82 6.92 *

    Открыть в отдельном окне

    Примечание . T1 attn, переменная внимания T1, аналогичная интересующей переменной, зависящей от внимания T2. М, отчет матери; C, отчет опекуна; Obs, наблюдаемый композит; СЭС, социально-экономический статус; нег, отрицательная эмоциональность; pos = положительный эффект.

    * р <0,05

    ** р <0,01.

    a Пол младенцев: 0 = мальчики, 1 = девочки.

    Хорошо задокументировано, что системы внимания значительно усложняются в раннем детстве, способствуя эффективному, гибкому и произвольному управлению ресурсами внимания. Способность распределять и поддерживать сосредоточенное внимание имеет решающее значение для инициирования и поддержания взаимодействий с окружающей средой, необходимых для обучения, а также для обеспечения компетентного функционирования в ряде областей. Большая часть недавних эмпирических работ по развитию внимания у детей младшего возраста была посвящена сдвигам в развитии, происходящим с возрастом (например, Ruff & Capozzoli, 2003; Ruff & Lawson, 19). 90), и наше исследование повторяет эти результаты. Хотя существовала значительная межиндивидуальная вариабельность, дети ясельного возраста в целом демонстрировали более высокий уровень сосредоточенного внимания в 30 месяцев по сравнению с 18 месяцами по всем методам оценки, за исключением свободной игры матери и ребенка. Кроме того, в этом исследовании также получены одни из первых доказательств общей устойчивости индивидуальных различий в сосредоточенном внимании со второго-третьего года жизни, что является значимым, учитывая, что первые годы вообще характеризуются наименьшими уровнями устойчивости темперамента. Робертс и ДельВеккио, 2000).

    Мы использовали более широкий спектр показателей внимания, чем в большинстве предыдущих работ, включая отчеты взрослых, наблюдения во время самостоятельных и парных игр, а также глобальные рейтинги, основанные на уровне внимания детей на протяжении всего визита в лабораторию. Независимо от метода оценки, от 1 года до следующего года была обнаружена стабильность от низкой до умеренной, с более высокой стабильностью в отчетах взрослых о внимании малышей, чем в наблюдаемых показателях. Следует также отметить, что опекуны, не являющиеся родителями, и лабораторные наблюдатели, как правило, не были одними и теми же людьми от T1 до T2. Хотя в период дошкольного возраста происходят значительные изменения в основных нервных системах, ответственных за процессы внимания, это исследование демонстрирует, что индивидуальные различия могут сохраняться в течение этого времени, хотя эта стабильность невелика по величине.

    Было обнаружено меньше доказательств постоянства сосредоточенного внимания при разных методах оценки, хотя все ассоциации были в ожидаемом направлении. Сообщения матери и опекуна о концентрации внимания коррелировали на довольно низком уровне на Т1 и, что удивительно, не были связаны на Т2. Патнэм и др. . (2006) недавно сообщили об умеренной или высокой корреляции между родителями в некоторых (но не во всех) возрастах в течение второго и третьего года для шкалы внимания, используемой в этом исследовании, но также отметили, что явные индикаторы процессов внимания могут быть менее заметными и вносить свой вклад. низкое согласие между оценщиками. Кроме того, несмотря на то, что рассказы взрослых о темпераменте могут интегрировать модели поведения детей в различных контекстах и ​​случаях, в нашем исследовании лица, осуществляющие уход без родителей, вероятно, имели более разные точки отсчета, по которым можно было судить об индивидуальных навыках внимания детей, чем родители. Неудивительно, что отчеты взрослых о внимании, как правило, не были связаны с результатами детей в лаборатории, на которые, возможно, сильно повлияли специфические контекстуальные и ситуационные особенности заданий, хотя была обнаружена некоторая связь между сообщаемыми и наблюдаемыми показателями внимания в экспериментах. прошлое (Ротбарт и др. ., 2000).

    Подобно предыдущей работе с детьми ясельного возраста (например, Choudhury & Gorman, 2000), среди наблюдаемых показателей внимания наблюдалась большая согласованность во времени. Значительные корреляции были обнаружены в сосредоточенном внимании детей во время свободной игры и учебных заданий с их матерями. С другой стороны, сфокусированное внимание во время задач матери и ребенка не было связано с вниманием во время самостоятельной игры в любом возрасте. Как подтверждают результаты этого исследования, вполне вероятно, что поведение социальных партнеров влияет на внимание детей как в непосредственном контексте, так и во времени. Тем не менее, изучение внимания детей ясельного возраста в диадных (или групповых) ситуациях остается полезным занятием, поскольку эти условия, вероятно, приближаются ко многим контекстам, в которых дети обычно учатся и играют в своей повседневной жизни.

    Примечательно, что глобальные рейтинги IBR, используемые в этом исследовании, оказались особенно информативными и были в значительной степени связаны почти со всеми другими показателями сосредоточенного внимания, оцененными в лаборатории (за исключением игры в бусинки на T2). Для этого измерения наблюдатели оценивали внимание детей при выполнении различных задач и ситуаций во время посещения лаборатории, многие из которых не были специально предназначены для оценки внимания. Другие исследователи обнаружили, что глобальные рейтинги внимания столь же стабильны, согласуются с другими наблюдаемыми количественными показателями и имеют прогностическую ценность (Lawson & Ruff, 2001, 2004; Ruff 9).1418 и др. , 1990). Глобальные рейтинги могут позволить наблюдателю изучить поведение детей в различных контекстах и ​​сделать выводы об общих элементах моделей поведения (Cairns & Green, 1979). Таким образом, эта методология представляется плодотворной областью для будущих исследований.

    Хотя в показателях внимания малышей было обнаружено немного половых различий, те из них, которые были значительными, указывали на то, что девочки проявляли более сосредоточенное внимание, чем мальчики. Хотя данные о половых различиях в темпераменте в раннем возрасте ограничены, наши результаты согласуются с известными тенденциями, когда девочки набирают более высокие баллы, чем мальчики, по показателям внимания в раннем и среднем детстве (Else-Quest 9).1418 et al. ., 2006), а также о соответствующих мерах саморегулирования (Kochanska, Murray, & Coy, 1997; Kochanska, Murray, Jacques, Koenig, & Vandegeest, 1996).

    Обращаясь к предикторам концентрации внимания, дети ясельного возраста с высоким уровнем негативной эмоциональности постоянно обнаруживали также и более низкие уровни внимания, хотя эта связь была верной только для показателей с одним и тем же репортером и между оценками IBR отрицательной эмоциональности и наблюдаемыми показателями. внимания (за исключением неожиданной положительной связи между сообщениями воспитателя о негативных эмоциях и более поздним обучением вниманию). Частые или интенсивные переживания дистресса и негатива могут быть разрушительными, а также могут быть связаны с постоянным чрезмерным возбуждением, что мешает этим детям поддерживать концентрацию внимания на объектах и ​​задачах во внешней среде. С другой стороны, все более добровольный контроль над процессами внимания, приобретаемый в раннем детстве, способствует использованию внимания для модуляции негативных эмоций. Об этих сложных процессах свидетельствуют двунаправленные корреляции, обнаруженные между некоторыми из наших показателей внимания и негативных эмоций во времени. Тем не менее, наш анализ показал, что ранняя негативная эмоциональность предсказывала снижение уровня сосредоточенного внимания с течением времени, предполагая, что такой аффект действительно оказывает пагубное влияние на способность детей к постоянному вниманию.

    Материнская эмоциональная поддержка и контроль также уникальным образом предсказывали сфокусированное внимание малышей разными способами и даже при контроле более ранних уровней внимания. Во-первых, мы обнаружили, что более широкое использование материнской похвалы во время учебного задания предсказывало более высокие уровни наблюдаемого комплексного внимания в обоих возрастах. Другие результаты были менее последовательными: была обнаружена положительная связь между материнскими сообщениями о теплоте и внимании детей в Т2, между положительным аффектом Т1 и оценками внимания IBR в Т2, а также между теплотой Т1 и более поздним вниманием свободной игры.

    Ряд теоретиков подтвердили роль родительской эмоциональной поддержки в усилении и поощрении взаимодействий детей с окружающей средой (Harter, 1981; Vygotsky, 1978). Однако, хваля детей за участие и действия с окружающей средой, взрослые выражают энтузиазм и подтверждают, что усилия детей ценятся, поощряя интерес и мотивацию. Таким образом, похвала может оказывать более конкретное и заметное влияние на постоянное внимание и вовлеченность детей в объекты и задачи, чем более общий аффект или глобальные стили воспитания. На самом деле, аффективное поведение взрослых, вызванное вещами, внешними по отношению к тому, чем занят ребенок, или сосредоточенное на них (например, как часть социальной игры), может служить для отвлечения внимания детей от текущей задачи. Интересно, что неожиданная отрицательная связь была между положительным аффектом матери и вниманием детей во время игры в кубики. Возможно, например, что дети, матери которых проявляли более позитивный аффект, чаще отвлекались от этой задачи, которую нужно было выполнять самостоятельно (например, путем участия в социальном взаимодействии), поскольку матери обычно находились рядом.

    Материнский контроль также был в значительной степени связан с сосредоточенным вниманием детей. На Т2 наблюдаемый материнский контроль отрицательно предсказывал внимание малышей, как и прогноз на Т1 контроль. Дети начинают брать на себя и желать большей ответственности за автономную саморегуляцию в раннем возрасте, что совпадает с развитием исполнительных систем принудительного контроля (Kochanska, Coy, & Murray, 2001; Kopp, 1982). Хотя более активное руководство может способствовать вниманию и играм у младенцев и детей младшего возраста, поведение родителей, которое продолжает отражать высокий уровень поведенческого контроля или явное руководство и вмешательство, может быть неуместным для более опытных детей ясельного возраста, слабо поддерживая собственные естественные склонности детей к взаимодействию с детьми. объекты и задачи в окружающей среде и вместо этого быть разрушительными или разочаровывающими. Наши результаты показывают, что для детей, которые уже плохо внимательны, вмешательство родителей может быть особенно вредным для развития их внимания с течением времени. Также следует отметить, что эти эффекты были очевидны даже для мягких форм родительского контроля, поскольку общие баллы за навязчивость были все еще относительно низкими, а силовые формы контроля никогда не наблюдались.

    Большинство значимых взаимосвязей между материнской социализацией и вниманием малышей относились к наблюдаемым переменным. Поведение взрослых и детей может быть более тесно связано в непосредственном контексте (например, в рамках одного визита в лабораторию), чем в разных ситуациях. Кроме того, отчеты взрослых о детском внимании объединяли наблюдаемые модели поведения в широком диапазоне контекстов, некоторые из которых могут сильно отличаться от лабораторных оценок, но, тем не менее, дают ценную информацию о навыках внимания детей. Например, важно учитывать сфокусированное внимание детей в ситуациях, не связанных с объектами или определенной деятельностью (например, во время социальной игры, просмотра телевизора), и в задачах, которые выбираются самостоятельно, а не определяются извне (как в лаборатории). Наши переменные материнской социализации, возможно, не отражали факторы, важные для характера сфокусированного внимания, отраженные в отчетах матери и опекуна. Материнские переменные, часто измеряемые в диадных ситуациях, также не всегда предсказывали наблюдаемое внимание, поскольку обычно не были связаны с вниманием во время самостоятельной игровой задачи. С другой стороны, родительский контроль как в игровых, так и в неигровых ситуациях аналогичным образом предсказывал снижение внимания у детей, предполагая, что последствия этого типа воспитания могут быть распространены в некоторых контекстах. Эти неоднозначные результаты подчеркивают сложную природу внимания и его предикторов.

    Поскольку характеристики детей могут вызывать определенные паттерны реакции со стороны социальной среды (Scarr & McCartney, 1983), можно было ожидать двунаправленной связи между показателями внимания малышей и материнской социализацией. Дети, которые с готовностью вовлекаются в целенаправленную игру, могут предоставить родителям больше возможностей выразить поддержку их усилиям, в то время как матери могут использовать более высокий уровень контроля над невнимательными детьми, чтобы выразить ожидания, заставить действовать или заранее избежать трудностей, с которыми они столкнулись. предвидеть. Однако наши лонгитюдные корреляции показывают, что материнское поведение оказалось предиктором, а не следствием различий во внимании детей во времени.

    Следует отметить несколько ограничений этого исследования. Хотя наши результаты были значимыми даже после учета СЭС, наша выборка была преимущественно европеоидной расы и происходила из среднего класса. Широкие культурные влияния могут влиять на методы воспитания, развитие ребенка (например, поведение, способности) и отношения между ними (Bornstein, 1991), а также могут существовать существенные культурные различия в социализации родительского внимания детей (Chavajay & Rogoff, 1999). Кроме того, мы исследовали сосредоточенное внимание детей во время игры с предметами, и оно измерялось в первую очередь зрительным вниманием и активной вовлеченностью. Важно понимать и другие формы внимания. Со временем также наблюдалась некоторая убыль, а также значительное количество семей, которые не предоставили данные об опекунах. Как уже отмечалось, мы контролировали СЭС (разницу, обнаруженную между семьями, которые остались в исследовании, и теми, кто выбыл из исследования), и несколько других различий были обнаружены в переменных исследования между семьями с отсутствующими данными и без них. Однако результаты следует интерпретировать с осторожностью.

    Тем не менее, это исследование имеет многочисленные сильные стороны, в том числе мультиметодный подход, большой размер выборки и лонгитюдный дизайн. Результаты этого исследования дополняют литературу о развитии внимания в раннем возрасте и демонстрируют, что, хотя взаимосвязь между различными показателями внимания может быть сложной, у детей можно обнаружить несколько устойчивые индивидуальные различия даже среди быстрых изменений, происходящих в первые годы жизни. годы жизни. Исследование также подчеркивает роль социального опыта в развитии внимания, предлагая важную область для будущих исследований.

    Частично поддержка данного исследования была предоставлена ​​Нэнси Айзенберг и Трейси Л. Спинрад 5 R01 MH060838. Мы выражаем признательность родителям, малышам и опекунам, которые участвовали в исследовании, а также многим научным сотрудникам, которые внесли свой вклад в этот проект.

    • Барокас Р., Сейфер Р. , Самерофф А.Дж., Эндрюс Т.А., Крофт Р.Т., Остроу Э. Социальные и межличностные детерминанты риска развития. Развивающая психология. 1991; 27: 479–488. [Google Scholar]
    • Бейли Н. Шкалы развития младенцев Бейли. Руководство по обучению и подсчету очков. 1969 [Google Scholar]
    • Боно М.А., Стифтер К.А. Стратегии направления материнского внимания и сосредоточенное внимание младенца во время решения проблем. Младенчество. 2003; 4: 235–250. [Google Scholar]
    • Борнштейн М.Х. Культурные подходы к воспитанию детей. Лоуренс Эрлбаум; Hillsdale, NJ: 1991. [Google Scholar]
    • Breznitz Z, Friedman SL. Способность малышей концентрироваться: влияние материнской депрессии. Журнал детской психологии и психиатрии. 1988; 29: 267–279. [PubMed] [Академия Google]
    • Кэрнс РБ, Грин Дж.А. Как оценить личность и социальные модели: наблюдения или рейтинги. В: Кэрнс РБ, редактор. Анализ социальных взаимодействий: методы, проблемы и иллюстрации. Лоуренс Эрлбаум; Хиллсдейл, Нью-Джерси: 1979. стр. 209–226. [Google Scholar]
    • Калкинс С.Д., Дедмон С.Е., Гилл К.Л., Ломакс Л.Е., Джонсон Л.М. Разочарование в младенчестве: последствия для регуляции эмоций, физиологических процессов и темперамента. Младенчество. 2002; 3: 175–197. [Google Scholar]
    • Калкинс С., Джонсон М. Регулирование стресса у малышей фрустрирующими событиями: темпераментные и материнские корреляции. Поведение и развитие младенцев. 1998;21:379–395. [Google Scholar]
    • Чаваджай П., Рогофф Б. Культурные различия в управлении вниманием детей и их опекунов. Развивающая психология. 1999;35:1079–1090. [PubMed] [Google Scholar]
    • Чоудхури Н., Горман К.С. Взаимосвязь между устойчивым вниманием и когнитивными способностями у детей ясельного возраста в возрасте 17-24 месяцев. Развитие младенцев и детей. 2000; 9: 127–146. [Google Scholar]
    • Коэн Дж., Коэн П., Уэст С.Г., Эйкен Л.С. Применял множественный регрессионный/корреляционный анализ для поведенческих наук. 3-е изд. Лоуренс Эрлбаум; Махва, Нью-Джерси: 2003. [Google Scholar] 9.0016
    • Карран П.Дж., Вест С.Г., Финч Дж.Ф. Устойчивость тестовой статистики к ненормальности и ошибке спецификации в подтверждающем факторном анализе. Психологические методы. 1996;1(1):16–29. [Google Scholar]
    • Дерриберри Д., Ротбарт М.К. Возбуждение, аффект и внимание как компоненты темперамента. Журнал личности и социальной психологии. 1988; 55: 958–966. [PubMed] [Google Scholar]
    • Диас Р.М., Нил С.Дж., Вачио А. Материнское обучение в зоне ближайшего развития: сравнение диад с низким и высоким риском. Меррилл-Палмер Ежеквартально. 1991;37:83–108. [Google Scholar]
    • Dixon WE, Smith PH. Связь между ранним темпераментом и овладением языком. Меррилл-Палмер Ежеквартально. 2000;46:417–440. [Google Scholar]
    • Данн Дж., Крепс С., Браун Дж. Семейные отношения детей в возрасте от двух до пяти лет: изменения в развитии и индивидуальные различия. Социальное развитие. 1996; 5: 230–250. [Google Scholar]
    • Истербрукс М.А., Голдберг В. Развитие малыша в семье: влияние участия отца и характеристики воспитания. Развитие ребенка. 1984;55:740–752. [PubMed] [Google Scholar]
    • Айзенберг Н., Фабес Р.А., Бернцвейг Дж., Карбон М., Пулен Р., Ханиш Л. Связь эмоциональности и регуляции с социальными навыками дошкольников и социометрическим статусом. Развитие ребенка. 1993; 64: 1418–1438. [PubMed] [Google Scholar]
    • Айзенберг Н., Фабес Р.А., Гатри И.К., Райзер М. Диспозиционная эмоциональность и регуляция: их роль в прогнозировании качества социального функционирования. Журнал личности и социальной психологии. 2000; 78: 136–157. [PubMed] [Академия Google]
    • Else-Quest NM, Hyde JS, Goldsmith HH, Van Hulle CA. Гендерные различия в темпераменте: метаанализ. Психологический вестник. 2006; 132:33–72. [PubMed] [Google Scholar]
    • Гепперт У., Кустер У. Появление «желания сделать это самостоятельно»: предшественник мотивации достижения. Международный журнал поведенческого развития. 1983; 6: 355–369. [Google Scholar]
    • Голдсмит Х. Х., Рейли Дж., Лемери К.С., Лонгли С., Прескотт А. Батарея оценки темперамента дошкольной лаборатории. факультет психологии Висконсинского университета в Мэдисоне; 1993. (PS Lab-TAB; Версия 1.0). Технический отчет. [Google Scholar]
    • Голдсмит Х.Х., Ротбарт М.К. Лабораторная батарея оценки темперамента. Издание 3.1. Университет Висконсин-Мэдисон; Мэдисон, Висконсин: 1999. Локомоторная версия. [Google Scholar]
    • Грей Дж.А. Нейропсихология темперамента. В: Стрелау Дж., Англейтнер А., редакторы. Исследования темперамента: международные взгляды на теорию и измерение. Пленум Пресс; Нью-Йорк: 1991. С. 105–128. [Академия Google]
    • Гролник В.С. Психология родительского контроля: как благонамеренное воспитание детей имеет неприятные последствия. Гилфорд Пресс; Нью-Йорк: 2003. [Google Scholar]
    • Grusec JE, Goodnow JJ. Влияние методов родительской дисциплины на усвоение ребенком ценностей: переосмысление текущих точек зрения. Развивающая психология. 1994; 30:4–19. [Google Scholar]
    • Хартер С. Модель внутренней мотивации у детей: индивидуальные различия и изменения в развитии. В: Коллинз В. А., редактор. Миннесотский симпозиум по детской психологии. Том. 14. Эрльбаум; Хиллсдейл, Нью-Джерси: 1981. стр. 215–255. [Google Scholar]
    • Heinicke CM, Diskkin SD, Ramsey-Klee DM, Oates DS. Предыстория до и после рождения 2-летнего внимания, способности к отношениям и вербальной выразительности. Развивающая психология. 1986; 22: 777–787. [Google Scholar]
    • Hill AL, Braungart-Rieker JM. Четырехмесячная регуляция внимания и ее предсказание трехлетнего соответствия. Младенчество. 2002; 3: 261–273. [Google Scholar]
    • Кочанская Г., Аксан Н. Взаимоположительный аффект матери и ребенка, качество выполнения ребенком требований и запретов, материнский контроль как корреляты ранней интернализации. Развитие ребенка. 1995;66:236–254. [Google Scholar]
    • Кочанска Г., Кой К., Мюррей К. Развитие саморегуляции в первые четыре года жизни. Развитие ребенка. 2001; 72:1091–1111. [PubMed] [Google Scholar]
    • Кочанска Г., Кой К., Тьебкес Т., Хусарек С. Индивидуальные различия эмоциональности в младенчестве. Развитие ребенка. 1998; 69: 375–390. [PubMed] [Google Scholar]
    • Кочанска Г., Мюррей К., Кой К. Запретительный контроль как фактор совести в детстве: от малыша до раннего школьного возраста. Развитие ребенка. 1997;68:263–277. [PubMed] [Google Scholar]
    • Кочанска Г., Мюррей К., Харлан Э. Усиленный контроль в раннем детстве: преемственность и изменения, предпосылки и последствия для социального развития. Развивающая психология. 2000; 36: 220–232. [PubMed] [Google Scholar]
    • Kochanska G, Murray K, Jacques TY, Koenig AL, Vandegeest KA. Тормозной контроль у детей раннего возраста и его роль в возникающей интернализации. Развитие ребенка. 1996; 67: 490–507. [PubMed] [Google Scholar]
    • Kopp CB. Предпосылки саморегуляции: перспектива развития. Развивающая психология. 1982;18:199–214. [Google Scholar]
    • Кучинский Л. , Кочанская Г. Функция и содержание материнских требований: значение развития ранних требований к компетентным действиям. Развитие ребенка. 1995; 66: 616–628. [PubMed] [Google Scholar]
    • Landry SH, Chapieski ML. Зрительное внимание во время исследования игрушек у недоношенных детей: влияние медицинского риска и взаимодействия с матерью. Поведение и развитие младенцев. 1988; 11: 187–204. [Google Scholar]
    • Лэндри С.Х., Гарнер П.В., Суонк П.Р., Болдуин К.Д. Влияние материнских лесов на совместную игру с недоношенными и доношенными детьми. Меррилл-Палмер Ежеквартально. 1996;42:177–199. [Google Scholar]
    • Лоусон К.Р., Парринелло Р., Рафф Х.А. Материнское поведение и внимание ребенка. Поведение и развитие младенцев. 1992; 15: 209–229. [Google Scholar]
    • Lawson KR, Ruff HA. Сосредоточенное внимание: оценка фундаментального когнитивного процесса в младенчестве. В: Зингер Л.Т., Зескинд П.С., ред. Биоповеденческая оценка младенца. Гилфорд Пресс; Нью-Йорк: 2001. С. 293–311. [Google Scholar]
    • Lawson KR, Ruff HA. Раннее внимание и отрицательная эмоциональность предсказывают более позднюю когнитивную и поведенческую функцию. Международный журнал поведенческого развития. 2004; 28: 157–165. [Академия Google]
    • Lutkenhaus P. Удовольствие от мастерства у трехлетних детей: его функция для настойчивости и влияние материнского поведения. Международный журнал поведенческого развития. 1984; 7: 343–358. [Google Scholar]
    • Матас Л., Аренд Р.А., Сроуф Л.А. Непрерывность адаптации на втором году жизни: взаимосвязь между качеством привязанности и более поздней компетентностью. Развитие ребенка. 1978; 49: 547–556. [Google Scholar]
    • Мишель В., Эббесен Э.Б., Раскофф Цейсс А. Когнитивные механизмы и механизмы внимания при задержке удовлетворения. Журнал личности и социальной психологии. 1972;21:204–218. [PubMed] [Google Scholar]
    • NICHD Early Child Care Research Network Опосредуют ли процессы внимания детей связь между семейными предикторами и готовностью к школе? Развивающая психология. 2003; 39: 581–593. [PubMed] [Google Scholar]
    • NICHD Early Child Care Research Network Прогнозирование индивидуальных различий во внимании, памяти и планировании у первоклассников на основе опыта дома, ухода за детьми и школы. Развивающая психология. 2005; 41: 99–114. [PubMed] [Академия Google]
    • Парринелло Р.М., Рафф Х.А. Влияние вмешательства взрослых на уровень внимания младенцев. Развитие ребенка. 1988; 59: 1125–1135. [PubMed] [Google Scholar]
    • Power TG, Chapieski ML, McGrath MP. Оценка индивидуальных различий в исследованиях и играх младенцев. Развивающая психология. 1985; 21: 974–981. [Google Scholar]
    • Патнэм С.П., Гартштейн М.А., Ротбарт М.К. Измерение мелких аспектов темперамента малыша: Анкета поведения в раннем детстве. Поведение и развитие младенцев. 2006;29: 386–401. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • Реддинг Р., Хармон Г., Морган Г. Взаимосвязь между материнской депрессией и поведением младенца. Поведение и развитие младенцев. 1990; 13: 391–395. [Google Scholar]
    • Roberts BW, DelVecchio WF. Постоянство личностных черт в порядке ранжирования от детства до старости: количественный обзор лонгитюдных исследований. Психологический вестник. 2000; 126:3–25. [PubMed] [Google Scholar]
    • Рогофф Б. Обучение мышлению: когнитивное развитие в социальном контексте. Издательство Оксфордского университета; Нью-Йорк: 1990. [PubMed] [Google Scholar]
    • Ротбарт М.К., Ахади С.А. Темперамент и развитие личности. Журнал ненормальной психологии. 1994; 103: 55–66. [PubMed] [Google Scholar]
    • Ротбарт М.К., Бейтс Дж.Е. Темперамент. В: Дэймон В., Айзенберг Н., редакторы. Справочник по детской психологии: Вып. 3. Социальное, эмоциональное и личностное развитие. 5-е изд. Уайли; Нью-Йорк: 1998. С. 105–176. [Google Scholar]
    • Ротбарт М.К., Бейтс Дж.Е., Айзенберг Н. Темперамент. В: Дэймон В., Лернер Р.М., редакторы. Справочник по детской психологии: Вып. 3. Социальное, эмоциональное и личностное развитие. 6-е изд. Уайли; Нью-Йорк: 2006. С. 9.9–166. Ред. серии. Том. Эд. [Google Scholar]
    • Ротбарт М.К., Дерриберри Д. Развитие индивидуальных различий темперамента. В: Лэмб М.Е., Браун А.Л., редакторы. Достижения психологии развития. Том. 1. Партнеры Лоуренса Эрлбаума; Хиллсдейл, Нью-Джерси: 1981. стр. 37–86. [Google Scholar]
    • Ротбарт М.К., Дерриберри Д., Херши К. Стабильность темперамента в детстве: лабораторная оценка младенцев по отчету родителей в возрасте семи лет. В: Molfese VJ, Molfese DL, редакторы. Развитие темперамента и личности на протяжении всей жизни. Лоуренс Эрлбаум; Махва, Нью-Джерси: 2000. стр. 85–119.. [Google Scholar]
    • Ротбарт М.К., Познер М.И., Бойлан А. Регуляторные механизмы развития младенцев. В: Enns JT, редактор. Развитие внимания: Исследования и теория. Прогресс в психологии. Том. 69. Эльзевир; Нью-Йорк: 1990. С. 47–66. [Google Scholar]
    • Ротбарт М.К., Познер М.И., Кирас Дж. Темперамент, внимание и развитие саморегуляции. В: Маккартни К. , Филлипс Д., редакторы. Справочник Блэквелла по раннему развитию детей. Блэквелл; Малден, Массачусетс: 2006. стр. 338–357. [Академия Google]
    • Ротбарт М.К., Зиайе Х., О’Бойл К.Г. Саморегуляция и эмоции в младенчестве. В: Айзенберг Н., Фабес Р.А., редакторы. Новые направления в развитии ребенка. Том. 55. Джосси-Басс; Сан-Франциско: 1992. стр. 7–23. [PubMed] [Google Scholar]
    • Ruff HA, Capozzoli MC. Развитие внимания и отвлекаемости в первые 4 года жизни. Развивающая психология. 2003; 39: 877–890. [PubMed] [Google Scholar]
    • Ruff HA, Capozzoli M, Saltarelli LM. Сосредоточенное зрительное внимание и отвлекаемость у 10-месячных детей. Поведение и развитие младенцев. 1996;19:281–293. [Google Scholar]
    • Ruff HA, Lawson KR. Развитие устойчивого, сосредоточенного внимания у детей раннего возраста во время свободной игры. Развивающая психология. 1990; 26: 85–93. [Google Scholar]
    • Рафф Х.А., Лоусон К.Р., Парринелло Р., Вайсберг Р. Долгосрочная стабильность индивидуальных различий в устойчивом внимании в первые годы жизни.

alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.