Дагерротипный портрет: ДАГЕРРОТИПИЯ — это… Что такое ДАГЕРРОТИПИЯ?

Содержание

ДАГЕРРОТИПИЯ - это... Что такое ДАГЕРРОТИПИЯ?

  • ДАГЕРРОТИПИЯ — (от собств. им. Дагерра и греч. typos отпечаток). Способ, открытый Дагерром, получать на металлических пластинках изображения предметов, пользуясь для этого действием света. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н …   Словарь иностранных слов русского языка

  • дагерротипия — и, ж. daguerréotypie f. Способ фотографирования на металлической пластинке, покрытой слоем иодистого серебра, применявшийся до 50 х годов 19 в. БАС 2. Дагерротипия, я думаю, вам известна <в подлиннике на фр. яз.>. 19. 5. 1839. А. Ф. Бриген… …   Исторический словарь галлицизмов русского языка

  • Дагерротипия — процесс получения фотографических изображений на металлических (серебряных или медных посеребренных покрытых слоем йодистого серебра) пластинках. Д. была изобретена в 1839 г. Л. Ж. Дагерром (1787 1851) и позже названа его именем. Скрытое… …   Реклама и полиграфия

  • Дагерротипия — Пример дагерротипии: портрет Авраама Линкольна, 1864 Дагерротипия (дагеротипия)  фотографический процесс, способ непосредственного получения при съёмке позитивного изображения. Содержание 1 История …   Википедия

  • Дагерротипия — первый практически примененный способ фотографирования с натуры, изобретенный в 1838 г. парижанином Дагерром, от которого и получил свое название. Часть своего открытия Дагерр должен, однако, разделить с Никиф. Ньепсом, с которым совместно… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Дагерротипия — ж. Способ фотографирования на металлической пластинке, покрытой слоем йодистого серебра, применявшийся до 50 х годов XIX в. Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова. 2000 …   Современный толковый словарь русского языка Ефремовой

  • дагерротипия — дагерротипия, дагерротипии, дагерротипии, дагерротипий, дагерротипии, дагерротипиям, дагерротипию, дагерротипии, дагерротипией, дагерротипиею, дагерротипиями, дагерротипии, дагерротипиях (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А.… …   Формы слов

  • Daguerreotypie фр. — Дагерротипия …   Краткий толковый словарь по полиграфии

  • гидротерапия — дагерротипия …   Краткий словарь анаграмм

  • Дагеротипия — Пример дагеротипии: портрет Авраама Линкольна, 1864 Дагеротипия (дагерротипия)  фотографический процес …   Википедия

  • История фотографии : Дагерротипы декабристов из ссылки

    Есть имена, которые в нашем представлении неразрывно связаны друг с другом. Например, Пушкин и декабристы. Но есть и никак не связанные понятия. Скажем, Пушкин и фотография. Как известно, поэт не дожил два года до ее изобретения. Отсюда, следуя законам логики, не очень вяжутся и два других понятия — декабристы и фотография...

    Существуют несколько фотопортретов декабристов сделанных в конце 1856-го — начале 1857 года, уже после возвращения из тридцатилетней ссылки. Фотография на тот момент была вполне привычным делом. Именно тогда и были сфотографированы М. И. Муравьев-Апостол, С. П. Трубецкой, И. И. Пущин, С. Г. Волконский и другие.

    Но существовали фотопортреты, сделанные значительно раньше, еще в Сибири.

    Давиньон, Альфред: Княгиня Мария Николаевна Волконская, последовавшая за мужем-декабристом в сибирскую ссылку. 

    Иркутск, 1845

    Известный советский историк фотографии Сергей Александрович Морозов, в своей книге «Русская художественная фотография» писал о неком фотографе Давиньоне, совершившем в 1845 году путешествие по России с целью снять ее достопримечательности. Он побывал в Москве и на Украине, а затем отправился в Сибирь, где жили на поселении декабристы.

    «Фотограф, — пишет С. А. Морозов, — сделал несколько портретов, в том числе портреты Волконского, Панова, Поджио. В Третье отделение царской канцелярии поступил донос. По предписанию из Петербурга фотограф был арестован. Следственная комиссия не обнаружила преступного умысла, но жандармы разыскали все «дощечки» с портретами, снятыми Давиньоном, и уничтожили их».

    Вот здесь уже есть чему удивляться. Фотография в России еще только делала свои первые робкие шаги, а кто-то уже едет в Сибирь снимать декабристов! Кто же этот энтузиаст, дерзнувший предпринять столь рискованное путешествие?

    Давиньон, Альфред: Князь Сергей Григорьевич Волконский. 

    Иркутск, 1845

    Один из пионеров отечественной светописи — Сергей Львович Левицкий, который, кстати, в Париже в начале 60-х годов прошлого века сделал фотопортрет одного из вернувшихся декабристов — С. Г. Волконского, экспонировавшийся в Эрмитаже, оставил воспоминания.

    Рассказывая о начальном этапе отечественной светописи, он писал:

    «Первое дагерротипное заведение для публики открыли французские литографы Давиньон и Фоконье в Никольской улице близ Большого театра (в Петербурге). Эта фирма существовала недолго...»

    Выходит, что Давиньон был одним из первых профессиональных фотографов в России.

    Никитин В.А., фотожурналист, стал разыскивать эти портреты, подробности поездки Давиньона в Сибирь. И конечно втайне мечтал, что где-нибудь в архивах ему удастся обнаружить фотографии.

    Декабрист Н.А.Панов

    И вот однажды в музее Пушкинского дома, просматривая список хранящихся там дагерротипов, он вдруг увидел знакомые фамилии: Волконский, Панов, Поджио. От волнения у него перехватило дыхание. Неужели это те самые, никому не известные дагерротипы?

    Вот как он описывал своё открытие:

    «Потрясающе интересно рассматривать фотографии, которым почти полтора века. Людей, изображенных на них, уже давно нет, умер фотограф, сделавший снимки, умерли люди, в чьих домах висели эти портреты, умерли дети этих людей и дети детей.

    В жизни человечества произошли гигантские изменения, громыхали войны, совершались научные открытия, человек неоднократно улетал с нашей планеты и возвращался назад, а люди, запечатленные на пластинке, все так же продолжают сидеть и смотреть в объектив аппарата, которого уже тоже давно не существует.

    Удивительно очарование старых фотографий!

    Дагерротип притягивает нас еще сильнее. Тут, по-видимому, сказывается его уникальность. Когда рассматриваешь старый отпечаток, понимаешь, что был негатив и фотограф, возможно, отпечатал с него несколько снимков. И если негатив не сохранился — время, а еще чаще люди безжалостно уничтожают их, — то можно предположить, что где-то существует еще один, а может быть, и несколько отпечатков.

    Дагерротип всегда единственный. Другого такого быть не может. Даже если фотограф сделал их несколько, что маловероятно — ведь каждый такой снимок на посеребренной пластинке стоил очень недешево, — все равно второго такого не было. И если вдуматься, начинаешь понимать значение этого снимка: перед нами уникальный фрагмент далекого прошлого, рассматривая который проникаешь в минувшее.

    Я, например, очень ясно представляю, как тогда происходила съемка. Вижу старое ателье, вижу, как фотограф, церемонно поздоровавшись с портретируемым и обговорив детали предстоящей съемки, показывает ему образцы своих работ. Вот он усаживает клиента в удобное кресло с подлокотниками, пододвигает копфгалтер — специальное устройство, напоминающее орудие средневековых пыток и одновременно приспособление из зубоврачебного кабинета, — с его помощью закрепляли голову клиента в неподвижном положении.

    Вот как писала об этом одна из современниц декабристов:

    «Дагерротипы нынче доводятся до совершенства. Погожу немного, чтобы умели красками вывести, и пришлю тебе живой отпечаток своей старой физиономии; условие удачи — сидеть смирно не более минуты!»

    Потом, пока клиент медленно прохаживается по ателье, стараясь размять затекшие во время съемки мышцы, фотограф в темной лаборатории колдует с только что проэкспонированной пластинкой...

    Декабрист И.В.Поджио

    Я продолжаю рассматривать принесенные дагерротипы. Портреты одиночные, парные, групповые. Мужчины, женщины, дети. Роскошные платья, строгие сюртуки, мундиры... И вот наконец долгожданные конверты с портретами декабристов. Волконский, его дети, Панов, Поджио. Всего пять дагерротипов. Небольшие, отлично сохранившиеся, в простых, но изящных рамках. На обороте каждого фирменная наклейка — синенькая этикетка с золотым оттиском: «Дагерротип А. Давиньона».

    Пожалуй, наиболее интересны из них два портрета Иосифа Поджио. Пожилой мужчина в темном сюртуке с бархатным воротником и светлых брюках сидит облокотившись на стол, покрытый ковром, в руке длинный чубук. Молодецкое лицо с чуть растрепанными волосами, густые усы и усталые глаза. Второй снимок напоминает первый, только несколько иная поза и чубук в другой руке. На обоих портретах сзади убористым мелким почерком сделаны надписи на французском языке.

    На первом:

    «Дорогая Наташенька, вот черты твоего отца. 15 июня 1845 г.»,

    на втором:

    «Дорогая Сонечка, вот черты твоего отца после двадцати лет изгнания, в возрасте 53 лет».

    Сомнений нет — это те самые снимки, о которых писал С. А. Морозов!

    Я расспрашиваю хранительницу о том, кто интересовался этими снимками, как они сюда попали. Полный радостных предчувствий и одновременно сомнений, иду домой. Откуда у Морозова были сведения о том, что «дощечки» с изображениями уничтожены? Достаю книгу и вижу сноску на журнал «Красный архив», вышедший в 1924 году.

    В 6 томе в разделе «Из записной книжки архивиста» сразу нахожу статью «К иконографии декабристов», которая оказывается небольшой заметкой некоего А. Сергеева. В ней идет речь об обнаруженном им в отчете Третьего отделения Собственной его императорского величества канцелярии упоминании о деле отставного инженер-поручика Давиньона.

    Шеф жандармов в своем отчете за 1845 год докладывал Николаю I:

    «Из переписки государственных преступников усмотрено было, что отставной инженер-поручик Давиньон, занимающийся снятием дагерротипных портретов, путешествовал по Сибири и там снимал портреты с государственных и политических преступников. Пересылавшиеся к родственникам портреты поселенцев Поджио, Панова и Волконского, также жены и детей последнего, остановлены в Третьем отделении».

    Арестованный инженер-поручик Давиньон на следствии показал, что портретов он не распространял, а изготовлял их, не зная о запрете «снимать изображения с государственных преступников», что все сделанные им дагерротипы находятся на руках у лиц, которых он фотографировал. Но тем не менее жандармами был учинен обыск его вещей в Москве, где не оказалось ничего, кроме испорченной «дагерротипной дощечки» с портретом декабриста Панова, которая и была доставлена в Третье отделение.

    Далее сообщалось, что местным властям было дано письменное указание о запрещении какой-либо съемки с осужденных лиц, а также было приказано изъять портреты и «дагерротипные принадлежности» у всех находящихся на поселении.»

    А вот информация о истории этих портретов из книги Зильберштейна И.С о художнике Николае Бестужеве.

    Ссыльный декабрист Иосиф Поджио, отбыв тюремное заключение в Шлиссельбургской крепости, в 1834 году был отправлен в Сибирь, где в селении Усть-Кудинское отбывал ссылку.

    В августе 1845 года он отправил своим дочерям два дагерротипных портрета, но их перехватили, и оказались они в Третьем отделении. Такая же участь постигла посланные в Россию портреты Волконского, его жены и детей, а также портрет декабриста Панова. Так возникло дело «О художнике Давиньоне, который в бытность в Сибири снимал дагерротипные портреты с государственных преступников».

    Декабрист С.Г.Волконский

    Зильберштейн, работая над книгой о художнике-декабристе Николае Бестужеве, обнаружил в Архиве Октябрьской революции документы, из которых следовало, что «дощечки» с портретами были обнаружены случайно при просмотре почты, а не по доносу, как писал С. А. Морозов.

    После чего начальник Третьего отделения Л. В. Дубельт приказал срочно начать расследование. Когда же появилась достаточная информация, он немедленно отправляет рапорт шефу жандармов графу А. Ф. Орлову, который в это время сопровождал Николая I в поездке по Европе. Орлов доложил о случившемся царю.

    Николай I велел «пресечь безобразия». В Сибирь полетели приказы. В одном из них было сказано, что сосланные декабристы не только пересылали свои портреты родственникам, но, более того, некоторые из упомянутых переселенцев завели «собственные дагерротипы» и сами друг с друга снимают портреты.

    Действительно, среди декабристов, был велик интерес к совсем недавно дошедшему до них изобретению. Об этом мы можем судить из их писем. Так, еще в 1843 году декабрист А. П. Юшневский писал брату:

    «Ты обещал показать опыты светописи. Вероятно, ты прочитал уже где-нибудь известия о новых опытах над действием света профессора Мезер, деланных в присутствии Гумбольта и Энка. Подлинно дойдут скоро до того, что откроют средство удерживать изображение предмета, видимого в зеркале».

    Известно также, что Николай Бестужев и другие декабристы увлекались фотографией, хотя их опыты и не дошли до нас.

    К тому времени многие из декабристов, сосланных в Сибирь, уже находились на государственной службе, занимая те или иные посты, и пользовались определенными привилегиями.

    Тем не менее на вопрос генерал-губернатора Западной Сибири князя П. Д. Горчакова, должно ли «помянутое высочайшее повеление» относиться и к данной категории поселенцев, шеф жандармов недвусмысленно ответил, что

    «было бы лучше, если бы и состоящие на службе в Сибири из государственных и политических преступников не снимали с себя портретов и не пересылали оных к своим родственникам для собственной их же пользы, дабы портретами своими они не обращали на себя неуместного внимания».

    Давиньон вернулся в Москву, где и был арестован. В своих показаниях он всячески пытался преуменьшить количество сделанных им портретов, но есть все основания считать, что сделано их было достаточно много. Только к началу 1846 года фотограф был освобожден.

    Дети С.Г.Волконского

    Спасли его два обстоятельства:

    1. Первое — это несовершенство тогдашней техники фотографии. Ведь он, как мы знаем, изготовлял дагерротипы, то есть все снимки существовали в одном экземпляре и находились в руках портретируемых.
    2. Вторым обстоятельством можно считать ту роль, которую в этом деле сыграла жена арестованного фотографа — Екатерина Давиньон, много хлопотавшая о его освобождении. В своем письме на имя графа Орлова она так убедительно доказывала отсутствие в действиях ее мужа «преступного умысла», что шеф жандармов вынужден был отступиться.

    Выпуская фотографа на волю, с него взяли подписку следующего содержания:

    «1845 года декабря 31 дня я, нижеподписавшийся, даю сию подписку в том, что не имею у себя ни одного портрета, снятого мною в Сибири посредством дагерротипа, с некоторых государственных преступников, кроме подобного портрета с преступника Панова, который и представлен мною в Третье отделение, и если когда буду путешествовать, то обязуюсь, под строгою по законам ответственностью, не снимать портретов с упомянутых преступников. Уволенный от службы инженер-поручик А. Давиньон».

    А в Сибири местные чиновники еще долго собирали портреты, сделанные Давиньоном, или расписки, подобные этой:

    «1846 года января... дня, в присутствии Ялуторовского полицейского управления, мы, нижеподписавшиеся, проживающие в городе Ялуторовске, находящиеся под надзором полиции государственные и политические преступники, выслушав предписание господина, состоящего в должности Тобольского гражданского губернатора, от 8-го настоящего месяца за № 18, дали эту подписку в том, что обязываемся не иметь у себя дагерротипов и что в настоящее время таковых у себя не имеем. В том подписуемся:

    Иван Пущин, Евгений Оболенский, Иван Якушин, Василий Тазенгаузен, Матвей Муравьев-Апостол».

    Как видно, делу Давиньона придавалось очень большое значение. Это было свидетельством и того, что с самого своего появления фотография заявила о себе как о мощном средстве массовой информации, с которым уже нельзя было не считаться.

    Вот почему об этом, как одном из важнейших дел, и упоминалось в годовом «Отчете о действиях Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии и корпуса жандармов за 1845 год», о котором писал в 1924 году журнал «Красный архив».

    Снимков же в деле обнаружено не было. Они, как мы уже знаем, находятся в музее Пушкинского дома, куда попали уже после революции, когда проходила реорганизация архивов.

    Статью подготовила P.S. София, материал взят из книги Никитина В.А. «Истории о фотографах и фотографии», Лениздат 1991г.

    История фотографии. День рождения фотографии.

     

    7 января 1839 года отмечается день рождения фотографии, в этот день в Парижской академии наук был сделан доклад об изобретении Ньепса и Дагера, которые смогли впервые получить фиксирован­ное фотографическое изображение. Почти одновременно с ними сделать это удалось англичанину Тальботу.

    Эти три человека и считаются изобретателями фотографии. Началась удивительная история фотографии.

    Однако привычных для нас фотокарточек — кусочков картона или бумаги с изображением на них — в те годы еще не было. Фотографии, вернее дагер­ротипы, изготовлялись на серебряных, а позднее — на медных пластинках. Самые первые фотоснимки запечатлели пейзажи и натюрморты, а потом долгое время делались почти исключительно портреты. Людям хотелось оставить потомкам свои изображения. Не пугали ни довольно высокая стои­мость работы, ни необходимость неподвижно сидеть перед фотокамерой иногда по нескольку минут: светочувствительность фотоматериалов была крайне низкой.

    Первые снимки делались в помещениях, в павильонах, о выходе на природу, на улицу фотографы — их называли еще дагерротипщиками — и не думали. Для работы им требовалась аренда фотостудии, что тоже повышало стоимость работы.   Поначалу в фотографии ценилось одно — удивительное сходство с натурой. Было неважно, что снято — интерьер комнаты или портрет, важно, что по­хоже... Но со временем заказчики стали понимать, что какой-то фотограф умеет заметить и передать на снимке не только внешний облик человека, но и его внутренний мир, его чувства и переживания. Когда же удалось сделать первые фотографии на природе — пейзажи, архитектурные сооружения, группы людей, животных,— стало ясно, что фотография — это открытое в мир огромное окно, через которое можно запечатлеть для потомков сегодняшний день, людей с их интересами, привязанностями, волнениями — уходящее мгновение.

    Первые фотографии в России были сделаны ученым-ботаником и химиком Ю.Ф. Фрицше в мае 1839 года, то есть уже в год рождения фотографии. А в 1840 году в Москве открылась первая фотостудия — «художественный кабинет» А. Грекова, где любой желающий мог получить дагерротипный портрет величиной с табакерку. Греков дал фотографии пышное определение, назвав ее «живописью без кисти и красок».

    Работы русских фотографов хорошо известны. Единственное сохранив­шееся до наших дней фотографическое изображение Н. В. Гоголя сделал в Риме в 1845 году двоюродный брат А.И. Герцена фотограф С.Л. Левицкий, державший одно из лучших в Петербурге фотоателье. Он же выполнил известную фотографию писателей, группировавшихся вокруг «Современника», на которой запечатлены Л. Н. Толстой, А. Н. Островский и другие.

    Постепенно фотография становилась все более совершенной и доступной широкому кругу людей, в том числе и любителям.

    Любительской фотографией занимались С. А. Толстая, А. И. Куприн, К. А. Тимирязев, И. А. Бунин, многие другие деятели отечественной культуры. Фотографы-любители объединялись в фотографические общества, подобные нашим фотоклубам. Благодаря любительской фотографии сохранилось множество любопытнейших мгновений прошлого.

    А ведь в то время фотографировать было значительно сложнее: не прода­вались, как теперь, готовые закрепители и проявители, фотографам прихо­дилось самим приготавливать составы и т. д.

    На фотографию той эпохи, особенно пейзажную, определенное влияние оказала реалистическая живопись художников-передвижников — Шишкина, Коровина, Левитана. У них фотографы учились умению уловить и запечат­леть последние лучи заката, диковинной формы облако, тающее на глазах, расплескивающуюся у ног морскую волну…

    Последние материалы в этом разделе:

    ↓↓ Ниже смотрите на тематическое сходство (Похожие материалы) ↓↓

    < Предыдущая   Следующая >

    Статья в "Правде", посвященная декабристу Г.С. Батенькову

    …Вот на столике из красного дерева стоит дагерротипный портрет высокого, статного пожилого мужчины в щегольском сюртуке. На резко очерченном лице ни тени улыбки, губы скорбно сжаты, глаза непреклонно смотрят куда-то мимо объектива. Дистанция огромного размера между этим фотоснимком Гавриила Батенькова и литографией, на которой изображён молодой красавец-офицер в изящных тонких очках, с пышными золотыми эполетами на плечах, — так выглядел наш герой незадолго до восстания на Сенатской площади Петербурга.

    Слово «герой» я использовал не случайно: единственный среди декабристов сибиряк, уроженец Тобольска, Гавриил Степанович, будучи офицером-артиллеристом, участвовал в Отечественной войне 1812 года и в Заграничном походе русской армии, а 30 января 1814-го при французском местечке Монмираль, прикрывая отступление корпуса генерала Дохтурова под отчаянным натиском наполеоновских войск, он получил десять штыковых ран, но продолжал сражаться, пока не упал, истекая кровью, под разбитый пушечным ядром лафет.

    С военных лет Батеньков общался с будущими декабристами, но в Северное общество вступил только незадолго до восстания, в январе 1825 года, причём занимал там умеренную позицию, отстаивая идею конституционной монархии. Он пользовался высоким авторитетом среди товарищей как человек с большими знаниями, богатым жизненным опытом и сильной волей, его даже прочили в случае успеха восстания и перемены в России образа правления в государственные секретари.

    На Сенатской площади в день вооружённого выступления гвардейских полков, происшедшего 195 лет назад, Гавриил Степанович Батеньков, к тому времени подполковник корпуса инженеров путей сообщения, почему-то не был. Его арестовали только 28 декабря, препроводили в Петропавловскую крепость, обвинили в «законопротивных замыслах, в знании умысла на цареубийство и в приготовлении товарищей к мятежу планами и советами». Особенно возмутило императора Николая I, который лично допрашивал арестованных, читал все их письменные показания, такое заявление Г.С. Батенькова: «Тайное общество наше отнюдь не было крамольным, но политическим. Оно, выключая разве немногих, состояло из людей, коими Россия всегда может гордиться. Ежели только возможно, я имею право и готовность разделить с членами его всё, не выключая ничего… Цель покушения не была ничтожна, ибо она клонилась к тому, чтобы ежели не оспаривать, то, по крайней мере, привести в борение права народа и самодержавия, ежели не иметь успеха, то, по крайней мере, оставить историческое воспоминание. Никто из членов не имел своекорыстных видов. Покушение 14 декабря не мятеж… но первый в России опыт революции политической, опыт почтенный в бытописаниях и глазах других просвещённых народов. Чем менее была горсть людей, его предпринявших, тем славнее для них, ибо хотя по несоразмерности сил и по недостатку лиц, готовых для подобных дел, глас свободы раздавался не долее нескольких часов, но и то приятно, что он раздавался».

    Не это ли чрезвычайно смелое заявление стало причиной того, что Батеньков не разделил судьбу многих других декабристов, что его не повезли в Сибирь на рудники? Гавриила Степановича ждала другая, ещё более ужасная участь — одиночное заточение на долгие-долгие годы в каменном мешке Алексеевского равелина Петропавловской крепости. Двадцать лет один месяц и восемнадцать дней — тесный сырой каземат, тусклый свет из крошечного отверстия у самого потолка и тишина, глубокая тишина, лишь иногда, при смене караула, прерываемая стуком солдатских сапог и бряцанием ружей.

    Я прожил век в гробу темницы,

    Меня томила ночи тень,

    Но дух мой был вольнее птицы,

    И ночь преображалась в день.

    В молчании часов тюремных

    Я много вынес бурь душевных…

     

    Эти поэтические строки родились там, в Петропавловке, — узнику не запрещали «марать» бумагу. Хоть самому царю пиши письма. Он и писал их. Например, такое: «Меня держат в крепости за оскорбление царского величия. У царя огромный флот, многочисленная армия, множество крепостей, как же я могу оскорбить? Ну что, если я скажу, что Николай Павлович — свинья? Это сильно оскорбит царское величие?» В другом письме тому же «величеству» узник утверждал: «И на мишурных тронах цари картонные сидят». И снова стихи, которые звучат гимном свободе:

     

    Вкушайте, сильные, покой,

    Готовьте новые мученья:

    Вы не удушите тюрьмой

    Надежды сладкой воскресенья!

    Как ему удалось выжить во мраке каземата, не сойти с ума, знает только он сам. Участь «секретного узника №1» переменилась лишь после того, как шефом жандармов вместо упокоившегося Бенкендорфа стал Алексей Фёдорович Орлов, родной брат одного из декабристов. Он-то и составил докладную записку царю: «Все соучастники в преступлении Батенькова, даже более виновные, вот уже несколько лет освобождены от каторжных работ и находятся на поселении, тогда как он остаётся в заточении и доселе».

    Только после неё Николай I «смилостивился»: 14 февраля 1846 года в шесть часов вечера Гавриила Степановича Батенькова вывели из камеры и в сопровождении жандарма посадили в крытую повозку. Но он всё же успел увидеть сумеречное зимнее небо, чёрные силуэты голых деревьев и обледенелую Неву. Повозка покатилась по малолюдным улицам к ближайшей заставе — путь в Сибирь будет ой как долог!

    Утром, когда на почтовой станции перепрягали лошадей, арестант вдруг выскочил из повозки и бросился целовать какую-то женщину. Незнакомка остолбенела от ужаса. Перед ней стоял пожилой измождённый человек с жёсткими сединами, по его впалым щекам катились слёзы, в глазах застыло непередаваемое страдание… Потом Батеньков напишет друзьям: «Я… снова увидел людей, как из гроба вставший… Жадно смотрю на женщин. Неестественная разлука с матерями, супругами, сёстрами, невестами произвела во мне такую к ним нежность…»

    Вот что рассказывала о бывшем узнике Алексеевского равелина небезызвестная по своему самоотверженному отъезду в Сибирь вслед за осуждённым на каторгу мужем Мария Николаевна Волконская, познакомившаяся с Батеньковым там, в Сибири: «По выходе из заключения он оказался совсем разучившимся говорить: нельзя было ничего разобрать из того, что он хотел сказать; даже письма его были непонятны. Способность выражаться вернулась у него мало-помалу. При всём этом он сохранил своё спокойствие, светлое настроение и неисчерпаемую доброту; прибавьте сюда силу воли, которую Вы в нём знаете, и Вы поймёте цену этому замечательному человеку».

    Когда-то, ещё задолго до восстания на Сенатской площади, Батеньков жил и работал в Томске. Сюда-то его после тюрьмы привезли опять. Он поселился в доме своего давнего приятеля — чиновника томского губернского правления Александра Ивановича Лучшева, помогал ему по хозяйству и даже использовал свой додекабристский опыт инженера-строителя. Как вспоминал А.И. Лучшев, «они с моим братом Николаем выстроили три флигеля, перестроили все службы, а старый дом из города перевезли они на дачу в 4-х верстах от города, где сначала устроили небольшое помещение, названное «соломенным», завели небольшое хозяйство, огород, садик, цветничок и прочее». Но Батеньков запомнился в тех краях ещё и как автор проектов нескольких зданий общественного назначения в Томске и Красноярске.

    Годы тюремного заключения не погасили в Батенькове любви к жизни. Вот, например, что он пишет из Томска 23 апреля 1854 года своей знакомой А.П. Елагиной в Москву: «Чудное у нас время; вовсе не Сибирь. Тихие, тёплые, ясные дни, лёгкий отлив зелени на полях и в перелесках, белые и фиолетовые цветочки, пух и листья на вербах; летние птицы. Река давным-давно вскрылась со всеми протоками, и небольшие из них величавы своим половодьем. Бывают годы, в которые дикая наша природа вспоминает своё географическое достоинство и дарит нас тёплым, плодородным годом: прекрасною раннею весною и прекрасною долгою осенью…»

    …В сентябре 1856 года, после смерти Николая I, Батеньков получил извещение об амнистии и разрешение на отъезд «в любом направлении». Как говорит пословица, голому собраться, что подпоясаться. Не было у декабриста ни жены, ни детей, не было своего имущества. Так что сборы в дорогу не заняли много времени. Налегке поехал обратно, в европейскую Россию. Для дальнейшей жизни выбрал провинциальную Калугу — город, где уже обосновались его друзья по тайному обществу и сибирской ссылке Пётр Николаевич Свистунов и Евгений Петрович Оболенский. «Мы живём здесь, — сообщает Батеньков Е.И. Якушкину, сыну недавно умершего декабриста Ивана Якушкина, — трое (то есть Свистунов, Оболенский и автор письма. — Н.М.) в добром согласии и часто видимся. Это для меня отрада, и избрал я здешнюю жизнь потому, что она похожа немного на ссылку, которую прерывать мне отнюдь не хочется».

    Последние годы жизни Гавриила Степановича Батенькова вовсе не были сидением сложа руки. Он писал воспоминания, статьи для журналов об истории Сибири, о роли железных дорог для будущего этого далёкого края, затрагивал в своих работах вопросы государственного права, финансов, статистики, этнографии, современной литературы, вёл обширную переписку с оставшимися в живых декабристами, с петрашевцем Н.С. Кашкиным, с поэтом А.М. Жемчужниковым, со славянофилами А.С. Хомяковым и братьями Аксаковыми. Накануне освобождения крестьян от крепостной неволи активно участвовал в общественных обсуждениях крестьянского вопроса в Калуге. И, конечно, продолжал сочинять стихи:

    ...Неясный облик мой

    изустная легенда

    В народной памяти

    едва ли сохранит.

    Но весь я не умру:

    неведомый потомок

    В пыли минувшего разыщет

    стёртый след

    И скажет: «Жил поэт,

    чей голос был негромок,

    А всё ж дошёл до нас

    сквозь толщу многих лет.

    Definition and synonyms of дагерротипный in the Russian dictionary

    PRONUNCIATION OF ДАГЕРРОТИПНЫЙ IN RUSSIAN

    WHAT DOES ДАГЕРРОТИПНЫЙ MEAN IN RUSSIAN?

    Click to see the original definition of «дагерротипный» in the Russian dictionary. Click to see the automatic translation of the definition in English.
    Definition of дагерротипный in the Russian dictionary

    DAGERROTYPE adjective 1) see daguerreotype, daguerreotype, associated with them. 2) Characteristic of the daguerreotype, the daguerreotype, characteristic of them. ДАГЕРРОТИПНЫЙ прилагательное 1) см. дагерротипия, дагерротип, связанный с ними. 2) Свойственный дагерротипии, дагерротипу, характерный для них.


    Click to see the original definition of «дагерротипный» in the Russian dictionary. Click to see the automatic translation of the definition in English.

    RUSSIAN WORDS THAT RHYME WITH ДАГЕРРОТИПНЫЙ

    Synonyms and antonyms of дагерротипный in the Russian dictionary of synonyms

    TRANSLATION OF ДАГЕРРОТИПНЫЙ

    Find out the translation of дагерротипный to 25 languages with our Russian multilingual translator. The translations of дагерротипный from Russian to other languages presented in this section have been obtained through automatic statistical translation; where the essential translation unit is the word «дагерротипный» in Russian.
    Translator Russian -
    Chinese 银版照相

    1,325 millions of speakers

    Translator Russian -
    Spanish daguerrotipo

    570 millions of speakers

    Translator Russian -
    English daguerreotype

    510 millions of speakers

    Translator Russian -
    Hindi daguerreotype

    380 millions of speakers

    Translator Russian -
    Arabic ألواح فضية

    280 millions of speakers

    Translator Russian -
    Portuguese daguerreótipo

    270 millions of speakers

    Translator Russian -
    Bengali দাগেররোতীপ্

    260 millions of speakers

    Translator Russian -
    Malay Daguerreotype

    190 millions of speakers

    Translator Russian -
    German Daguerrotypie

    180 millions of speakers

    Translator Russian -
    Japanese ダゲレオタイプ

    130 millions of speakers

    Translator Russian -
    Korean 은판 사진

    85 millions of speakers

    Translator Russian -
    Javanese kagungan sawijining daguerreotype

    85 millions of speakers

    Translator Russian -
    Vietnamese máy chụp hình của daguerre

    80 millions of speakers

    Translator Russian -
    Tamil டாகுரோடைப்புக்கு

    75 millions of speakers

    Translator Russian -
    Marathi डॅगरोटाईप

    75 millions of speakers

    Translator Russian -
    Turkish eski fotoğraf tekniği

    70 millions of speakers

    Translator Russian -
    Italian dagherrotipo

    65 millions of speakers

    Translator Russian -
    Polish dagerotyp

    50 millions of speakers

    Translator Russian -
    Ukrainian дагеротипа

    40 millions of speakers

    Translator Russian -
    Romanian daguerreotype

    30 millions of speakers

    Translator Russian -
    Greek παλαιό είδος φωτογραφίας

    15 millions of speakers

    Translator Russian -
    Afrikaans daguerreotipe

    14 millions of speakers

    Translator Russian -
    Swedish daguerreotype

    10 millions of speakers

    Translator Russian -
    Norwegian daguerreotype

    5 millions of speakers

    TENDENCIES OF USE OF THE TERM «ДАГЕРРОТИПНЫЙ»

    The map shown above gives the frequency of use of the term «дагерротипный» in the different countries.

    Examples of use in the Russian literature, quotes and news about дагерротипный

    10 RUSSIAN BOOKS RELATING TO

    «ДАГЕРРОТИПНЫЙ»

    Discover the use of дагерротипный in the following bibliographical selection. Books relating to дагерротипный and brief extracts from same to provide context of its use in Russian literature.

    1

    Избранные сочинения: - Том 1 - Страница 524

    Второй портрет представляет Глинку лет 20-ти. Акварель Теребе- нева, 1824 года. Третий сделан с него акварелью в 1838 году. Оба эти портрета принадлежат автору настоящей статьи. Четвертый есть дагерротипный снимок с ...

    Владимир Васильевич Стасов, 1952

    2

    Мастерство Островского - Страница 135

    «Верность действительности, — писал рецензент, — может быть двоякая: творческая, состоящая в ярком воспроизведении отличительных, характеристических особенностей каждого лица, и дагерротипная, состоящая в ...

    Ефим Холодов, 1967

    3

    Художник декабрист Николай Бестужев - Страница 522

    Еще в 1842 — 1843 годах в Петербурге и в Москве начали открываться «дагерротипные заведения», в которых незадолго до этого технически разработанный первоначальный способ фотографирования, названный по имени ...

    Илья Самойлович Зильберштейн, 1988

    4

    Исторический музей: энциклопедия отечественной истории и ...

    Несмотря на известные недостатки, значение дагерротипного процесса для научного прогресса огромно, так как уже в самом начале в нем были заложены основные принципы и приемы фотографии. Долгое время процессы ...

    Вадим Леонидович Егоров, 2001

    5

    В мире Лескова: сборник статей - Страница 152

    овую нашу литературу упрекают в недостатке творчества, в неумении группировать и в дагерротипности ее отношений к действительности — в этом упреке несомненно есть значительная доля правды; но про г.

    Виктор Антонович Богданов, 1983

    6

    Великосветские обеды - Книги 2 - Страница 109

    В июне 1840 года в Москве открылась первая в России фотостудия - «художественный кабинет» - для желающих получить дагерротипный портрет. В 1 842 году первое дагерротипное заведение открылось в Петербурге. В 1858 ...

    Юрий Михайлович Лотман, ‎Елена Андреевна Погосян, 1996

    7

    Фотографы Москвы-на память будущему 1839-1930 : ... - Страница 8

    Усовершенствовал и сам дагерротипный процесс, "устранив блеск, ухудшавший качество снимков, путем гальванического серебрения медной пластинки, на которой получается дагерротипное изображение"7. Иодосеребряный ...

    Татьяна Николаевна Шипова, ‎Н. А. Марченко, ‎Московское городское объединение архивов, 2001

    Мы ведь знаем ваш еще дагерротипный портрет. Не то, что не безобразен, а вы были красавец. — Красавец так красавец, да не в том дело. А дело в том, что во время этой моей самой сильной любви к ней был я в последний ...

    Лев Толстой, 1911

    9

    Унесенные ветром: [пер. с англ.] - Страница 184

    Пояс и портупея Чарльза с револьвером в кобуре висели тут же. А между ними — дагерротипный портрет самого Чарльза — неестественно прямого и очень гордого, в сером мундире. Большие карие глаза его сияли, на губах ...

    Маргарет Митчелл, 2008

    10

    Unforgettable Classics: Russian Reader ... - Страница 3

    Мы ведь знаем ваш еще дагерротипный портрет. Не то, что не безобразен, а вы были красавец. [4] - Красавец так красавец, да не в том дело. А дело в том, что во время этой моей самой сильной любви к ней был я в последний ...

    NEWS ITEMS WHICH INCLUDE THE TERM «ДАГЕРРОТИПНЫЙ»

    Find out what the national and international press are talking about and how the term дагерротипный is used in the context of the following news items.

    Краткий курс счастливой жизни

    Центром стал дагерротипный портрет прелестного мальчика лет семи и детские письма маленького Кости, который клятвенно обещает маме не ... «Lenta.ru, Jan 13»

    Дом о семи шпилях (fb2)


    Дом о семи фронтонах

    В предуведомлении автор пишет, что все его герои вымышлены и он хотел бы, чтобы его произведение читали, как «фантастическую повесть, где отразились облака, проплывающие над округом Эссекс, но не запечатлелась даже пядь его земли».

    В одном из городков Новой Англии, на улице, которую все называют Пинченовой, стоит старый дом Пинченов — большой деревянный дом о семи фронтонах. Первым в этом месте поселился Метью Мол, но, когда посёлок разросся, его участок приглянулся полковнику Пинчену, и полковник добился от властей дарственной на эти земли. Метью Мол не сдавался, и тяжба длилась до самой смерти Мола, казнённого по обвинению в ведовстве. По слухам, перед смертью Метью Мол громко заявил, что его ведут на смерть из-за земельного участка, и проклял Пинчена. Завладев участком Мола, Пинчен решил построить на месте его хижины фамильный особняк о семи фронтонах. Как ни странно, руководил строительством сын старого Метью Мола и выполнил свою работу на совесть — дом был построен просторный и крепкий. После окончания строительства полковник пригласил к себе весь город, но, к всеобщему удивлению, не вышел встречать гостей. Когда гости во главе с губернатором вошли в дом, они увидели, что полковник сидит в кресле под собственным портретом мёртвый.

    Продолжение после рекламы:

    Загадочная смерть полковника породила множество толков, но ничто не указывало на то, что она была насильственной. И все же в народе сложилось мнение, что над домом тяготеет проклятие. Полковник претендовал на огромные восточные земли, но документы, подтверждающие его право на них, не были найдены, так что наследникам пришлось довольствоваться лишь прежними владениями Пинченов. По слухам, в каждом поколении Пинченов был хоть один Пинчен, унаследовавший жестокость, проницательность и энергичную хватку, отличавшие старого полковника. Лет сто назад один из них умер при обстоятельствах, весьма напоминавших скоропостижную смерть полковника, что ещё сильнее укрепило народ во мнении, что над родом Пинченов тяготеет проклятие. Тридцать лет назад один из Пинченов, как уверяют, был убит своим племянником. Правда, то ли за недостатком улик, то ли благодаря знатности обвиняемого, смертная казнь была заменена пожизненным заключением, а недавно поползли слухи, что узник скоро выйдет из тюрьмы. Убитый Пинчен был старым холостяком, который пришёл к заключению, что Метью Мол не виноват, и хотел вернуть его потомкам Дом о семи фронтонах. Родственники воспротивились этому, но опасались, как бы старик не завещал его Молам; их страхи не подтвердились — родственные чувства возобладали, и старик завещал все своё имущество другому племяннику, кузену своего убийцы. Наследник, прежде бывший большим повесой, исправился и стал весьма уважаемым человеком. Он изучил право и сделался судьёй. Судья Пинчен выстроил себе большой дом и даже звал к себе жить сестру своего кузена-убийцы Гефсибу Пинчен, но гордая старая дева не приняла милостыни из его рук и жила в Доме о семи фронтонах в глубокой бедности, общаясь лишь с дагерротипистом Холгрейвом, которого пустила жить в дальнее крыло дома, чтобы не чувствовать себя такой одинокой, да с дядюшкой Веннером, добрейшим стариком-мастеровым, любящим пофилософствовать на досуге.

    Брифли существует благодаря рекламе:

    Простояв полтораста лет, дом напоминал «огромное человеческое сердце, которое жило самостоятельной жизнью и обладало памятью, где смешалось хорошее и дурное». Одной из особенностей этого дома являлась странная дверь, разделённая надвое по горизонтали и снабжённая смотровым окошком. Это была дверь мелочной лавки, которую около ста лет назад прорубил тогдашний хозяин дома, находившийся в стеснённых обстоятельствах и не нашедший лучшего средства поправить свои дела, как открыть прямо в родовом доме лавку. Теперь Гефсиба, не имея средств к существованию, с болью в сердце решилась пойти по стопам своего малопочтенного предка и вновь открыть мелочную лавку. Сгорая от стыда, она впускает первого покупателя — соседского мальчишку, но все же не может взять с него денег и отдаёт ему пряник даром. Покупатели не очень-то жалуют лавку Гефсибы — уж очень страшной и неприветливой кажется им старая дева, хотя на самом деле она не хмурится, а просто внимательно смотрит своими близорукими глазами. После первого трудового дня в её ящике набирается всего несколько медяков.

    Но вот вечером перед Домом о семи фронтонах останавливается омнибус и из него выходит молодая девушка — родственница Гефсибы Фиби, приехавшая из деревни. Поначалу Гефсиба не очень-то радуется нежданной гостье, но понемногу смягчается, тем более что Фиби оказывается хозяйственной, трудолюбивой и покладистой. Она начинает торговать в лавке, и дела сразу идут в гору. Фиби знакомится с Холгрейвом и удивляется, как хорошо он ухаживает за садом и огородом. Холгрейв показывает ей дагерротипный портрет судьи Пинчена, как две капли воды похожий на портрет полковника Пинчена, висящий в гостиной. Как-то ночью Фиби слышит шорох и голоса, а утром Гефсиба знакомит её со своим братом Клиффордом — тем самым, который был обвинён в убийстве дяди и провёл тридцать лет в тюрьме. Гефсиба все это время ждала брата, храня его миниатюрный портрет и не веря в его виновность.

    Продолжение после рекламы:

    Клиффорд вернулся стариком, сломленным, с пошатнувшимся рассудком, и Гефсиба с Фиби окружают его нежной заботой. Клиффорд просит убрать портрет полковника Пинчена, считая его злым гением дома и своим, но Гефсиба думает, что не имеет на это права, и ограничивается тем, что закрывает его занавеской. В лавку к Фиби заходит судья Пинчен и, узнав, что они родственники, хочет поцеловать девушку, но она невольно отшатывается, узнав в нем оригинал дагерротипного портрета, показанного ей давеча Холгрейвом. Проведав, что Клиффорд вернулся, судья хочет повидаться с ним, но Гефсиба не пускает его. Судья приглашает её вместе с Клиффордом переехать в его загородный дом и жить там без забот и хлопот, но Гефсиба решительно отказывается. Холгрейв, к которому Фиби поначалу относится недоверчиво за его неуважение к законам, понемногу завоёвывает её расположение. В свои двадцать два года он уже успел исколесить вдоль и поперёк Новую Англию, побывать в Европе и перепробовать кучу занятий — он служил приказчиком в деревенской лавчонке, учительствовал в сельской школе, читал лекции о Месмеровом магнетизме. Для него Дом о семи фронтонах — воплощение омерзительного Прошлого со всеми его дурными воздействиями, и он живёт здесь временно и лишь для того, чтобы лучше научиться ненавидеть это прошлое.

    Брифли существует благодаря рекламе:

    Он литератор и читает Фиби свой рассказ об Алисе Пинчен: «Однажды достопочтенный Жервез Пинчен вызвал к себе юного Метью Мола — внука колдуна и сына строителя Дома о семи фронтонах. Ходили слухи, что Молы знают, где хранится документ, дающий Пинченам право на владение обширными восточными землями, и Жервез Пинчен сулил Метью Молу щедрое вознаграждение, если тот поможет ему найти этот документ. В обмен на помощь Мол потребовал вернуть ему земельный участок его деда вместе со стоящим на нем Домом о семи фронтонах. Пинчен сначала возмутился, но, подумав, согласился. Метью Мол сказал, что может найти бумаги, только если ему поможет дочь Пинчена красавица Алиса. Мол усыпил Алису и заставил её подчиняться своей воле. Он хотел воспользоваться её душой как телескопическим снарядом, чтобы с его помощью заглянуть в потусторонний мир Ему удалось вступить в общение с участниками старинной тяжбы, но тайну узнать не удалось: когда старый полковник хотел раскрыть её, ему зажали рот. Мол понял, что в наказание за грехи полковнику придётся молчать до тех пор, пока документ не утратит силу — так что не видать его наследникам вожделенного богатства. Таким образом, Дом о семи фронтонах остался у Пинченов, но душа Алисы попала во власть Метью Мола, который обрёк её на медленное позорное глумление. Не выдержав унижения, Алиса вскоре умерла, и не было мрачнее и горестнее человека, который шёл за гробом, чем Метью Мол, который хотел проучить её за гордыню, но вовсе не желал ей смерти».

    Реклама:

    Читая свою историю, Холгрейв заметил, что Фиби впала в странное оцепенение. Казалось, он может овладеть её душой так же, как когда-то плотник Метью Мол — душой Алисы, но Холгрейв не сделал этого и просто разбудил Фиби, которой казалось, будто все беды Алисы приключились с ней самой. Фиби на несколько дней уезжает в деревню к родным: прожив в Доме о семи фронтонах всего полтора месяца, она так привязалась к его обитателям, что не хочет оставлять их надолго. Во время её отсутствия судья Пинчен вновь приходит к Гефсибе. Он уверен, что Клиффорд знает семейную тайну, дающую ключ к неслыханным богатствам. Если Клиффорд не раскроет её, он грозится засадить его в сумасшедший дом, и Гефсиба скрепя сердце идёт за братом. Она очень боится встречи Клиффорда с судьёй Пинченом: зная ранимую душу брата, она тревожится за его и без того слабый рассудок. Но комната Клиффорда пуста. Испуганная Гефсиба возвращается в гостиную и видит судью, неподвижно сидящего в кресле. На пороге гостиной стоит радостный Клиффорд. Гефсиба не понимает, что произошло, но чувствует, что случилось что-то страшное. Клиффорд уводит её из дома, и она безвольно идёт за ним на вокзал, где они садятся в поезд и едут неведомо куда.

    Реклама:

    На следующее утро жители Пинченовой улицы удивляются исчезновению двух беспомощных стариков, но тут разносится слух, что убит судья Пинчен, и людская молва тут же приписывает это преступление Клиффорду и Гефсибе. Вернувшаяся из деревни Фиби находит в доме одного только Холгрейва, который сообщает ей, что судья Пинчен мёртв, а Клиффорд и Гефсиба исчезли. Холгрейв не знает, что произошло, но он, как и Фиби, уверен в невиновности стариков. Холгрейв предполагает, что, потрясённые сходством кончины судьи Пинчена со смертью холостяка — его дяди, которая имела столь губительные последствия для Клиффорда, старики со страху сбежали, и боится, что это навлечёт на них подозрение в убийстве.

    К счастью, Клиффорд и Гефсиба возвращаются, и Фиби с Холгрейвом, которые уже успели признаться друг другу в любви, радостно встречают их. Медицинское заключение подтверждает, что судья умер своей смертью и никто его не убивал. Более того, выясняется, что и дядю Клиффорда, и судью Пинчена никто не убивал. Судья Пинчен, бывший в ту пору повесой и мотом, утратил расположение дяди, и тот переписал своё духовное завещание в пользу Клиффорда. Однажды ночью повеса-племянник забрался в дядюшкин тайник и был пойман с поличным. Старого холостяка хватил апоплексический удар, к которому он, как все Пинчены, имел наследственную предрасположенность, а племянник уничтожил новое завещание и оставил в секретере старое, по которому все имущество дяди доставалось ему. Первоначально он не собирался обвинять Клиффорда в убийстве, но когда дело приняло пагубный для Клиффорда оборот, умолчал о том, что произошло на самом деле, и не вступился за кузена. Судьба жестоко покарала судью Пинчена: его единственный сын неожиданно скончался от холеры. Таким образом, наследниками судьи оказались Клиффорд, Гефсиба и Фиби.

    Реклама:

    Получив наследство, они решают перебраться в загородный дом судьи Пинчена. Перед отъездом они собираются в гостиной Дома о семи фронтонах. Глядя на портрет полковника и словно съёживаясь под его суровым взглядом, Клиффорд чувствует, как в нем оживает какое-то смутное воспоминание детства. Холгрейв подсказывает ему, что, вероятно, он знал, где расположена скрытая пружина, открывающая тайник. И правда, Клиффорд вспоминает, как однажды случайно наткнулся на неё. Прежде при нажатии на неё портрет приподнимался, но теперь механическое устройство заржавело, и когда Холгрейв нажимает на неё, портрет вместе с рамой срывается со стены и падает на пол. В стене открывается углубление, где лежит старинный пергамент, утверждающий за полковником Пинченом и его потомками исключительное право на владение обширными восточными землями. «Это тот самый пергамент, поиски которого стоили жизни и счастья красавице Алисе», — говорит дагерротипист, намекая на своё сочинение. Именно этот документ искал судья Пинчен, которому Клиффорд когда-то рассказал о своей находке. Теперь это просто кусок старой кожи, не имеющий юридической силы. Фиби удивляется, откуда все это известно Холгрейву, и молодой человек признается, что его настоящая фамилия — Мол. Сын казнённого Метью Мола, строя Дом о семи фронтонах, сделал углубление в стене и спрятал туда документ, удостоверяющий право Пинченов на восточные земли. Так, из-за несправедливо присвоенного огорода Метью Мола, Пинчены лишились нескольких тысяч акров восточных земель. Некоторое время спустя к Дому о семи фронтонах подъезжает коляска и увозит его обитателей в новый дом. Они берут с собой даже дядюшку Веннера, чтобы поселить его в уютном маленьком домике, стоящем в их новом саду.

    Дом о семи шпилях (fb2)

    DXBCKT

    про Абрамов: Рай без памяти (сборник) (Научная Фантастика) Сергей Абрамов «Предисловие» Сразу скажу — что эту книгу (опять) приобрел фактически случайно и ни о каких Абрамовых (до этого) я «слыхом не слыхал». Однако собирая подборку книг «Золотая библиотека фантастики», обнаружил что (оказывается) есть идентичные серии «Классика отечественной фантастики» и «Классика мировой фантастики». И если с последними (иностранными) «классиками» все более менее понятно — то с отечественными как-то оказалось что «знаком не очень» (если не считать Булычева, Стругацких и Михайлова). Так что взяв эту книгу по случаю — решил исправить это досадное упущение, хотя (изначально) у меня сложилось некое мнение о дуэте авторов (мол по типу Стругацких, просто «дань моде») Однако в коротеньком предисловии к книге (написаным кстати одним из авторов) содержится некое вступление: в стиле «посвящается моему отцу», в котором он объясняет «историю данного творчества». В принципе — очень емко и без лишнего (ожидаемого мной) пафоса)) Так же (что сразу заставило уважать авторов) было дано пояснение что представленные в книге произведения никак не редактировались и не «облагораживались» (со времен написания). И что — именно это позволит показать, «перЕЖЕвало их время» или нет)) Покажет, что это все еще «актуально», или… Как показали первые 50 страниц — очень даже)) По крайней мере — «на голову выше» многих нынешних коллег! Александр Абрамов, Сергей Абрамов «Всадники ниоткуда» Часть-01-Розовые облака Начав читать — «сходу» попадаешь в некую атмосферу несвойственную многим «классикам» (от социализма). Совершенно нет той «махровости» (что ли), знакомой по литературе того времени (нет многоумных рассуждений «о природе человека», нет некой напыщенности или «обязательного наивного идеализма»). В общем — такое впечатление, что текст «написан совсем недавно», а не «черти когда». И это при том, что в этом фрагменте повествуется о буднях экспедиции, направленной «считать облака» в центр заполярья. Однако далее начинаются всякие «загадочности», вроде встречи с НЛО и прочими «непонятностями» (в виде клонов и прочего «копирования»). Пока — читается на одном дыхании, будем «смотреть дальше»… Дописано. В части 2-й (а так же третьей и четвертой) по сути все одно и тоже: с одной стороны — многочисленные попытки разобраться «а что Ета такое и с чем его Исть». Многочисленные опыты «на добровольцах» дают много эффектов, мало информации и «ноль» в плане понимания «всей этой херни». Тем временем, НЛО расширяют «ареал обитания» и «шарятся» уже не только в Антарктиде и Арктике, но и во всех прочих уголках планеты. Действия «иного разума» (как я уже говорил — малопонятны) и напоминают восторг малолетнего ребенка впервые познакомившегося с работой сканера (а еще проще копира). Вход идут нескончаемые миражи и «глюки», население Земли (в части отдельных мест и областей) — безжалостно… копируется, после чего (не менее безжалостно) уничтожается (при этом оставляя животрепещущие споры на тему: что было уничтожено «дубли» или «оригиналы»)) Далее в произведении (вопреки первоначальным впечатлениям), все впервые начинает «напоминать», о времени написания данной вещи. Место «экшена» плавно и неотвратимо занимает «философия» (когда вместо «красочных подробностей» очередной «Войны миров», все посвящено «внутреннему миру ГГ»). И да — очередные «эксцессы» (вроде) еще имеют место, но весь рассказ превращается в обсуждение, темы «имеет ли человечество право», «созрело ли оно для контакта» и т.п… И что самое забавное — в данном произведении внезапно находится место и гребанным наци и злобной американской военщине и … (самое забавное) мушкетерам)). В общем — полное собрание «фишек того времени» (хотя не думаю, что это все, можно поставить именно «в ущерб» данной вещи). Финал построен так же, как и во множестве других книг (того времени). Он неоднозначен, не совсем понятен и не завершен, став (по сути) лишь неким многоточием в очередном рассказе о «последствиях долгожданного контакта». P.S Что-то подобное (но уже в более «современных» вещах, можно найти в романах О.Таругина «Сон разума», В.Романов «Выстрел в зеркало», «Смерть особого назначения»)
    Рейтинг: 0 ( 0 за, 0 против).

    Открытие выставок «Битва за Москву», «Лев Толстой», Эла Вандерберга и Юрия Злотникова в МАММ

    Дата публикации: 07.11.2016

    Мультимедиа Арт Музей, Москва/Музей «Московский Дом фотографии» представляет:

    Выставка «Битва за Москву» приурочена к 75-летию битвы под Москвой. Проект будет включать в себя работы таких классиков советской фотографии, как Аркадий Шайхет, Эммануил Евзерихин, Дмитрий Бальтерманц, Иван Шагин. На фотографиях 1941 года артиллеристы, выдвигающие орудия; ополченцы, идущие на защиту столицы; москвичи, роющие противотанковый ров на Хорошевском шоссе. Выставка расскажет и о жизни горожан в это нелегкое время - на фотографиях Шайхета бомбоубежище на станции метро Маяковская, школьники у плаката по гражданской обороне. Всего выставка будет состоять более чем из 100 работ.

    Иван Шагин. На подступах к Москве. Артиллеристы выдвигают орудие на прямую наводку по вражеским танкам. 1941. Цифровой отпечаток. Собрание МАММ/МДФ.

    Аркадий Шайхет. Раздача противогазов на площади Маяковского Москва, 1941. Цифровой отпечаток. Из частного собрания.

    Выставка «Лев Толстой» будет представлять собой проект, включающий работы более чем тридцати фотографов - современников Льва Николаевича. Первый дагерротипный портрет Толстого снят в Петербурге в 1849 году немцем В.Шенфельдтом. На снимке Толстому – 21 год. Известно, что Толстой не любил позировать ни художникам, ни перед объективом. Это отнимало время, было ему скучно и неприятно, так как подчеркивало его особое положение знаменитого писателя, что часто тяготило его. В выставку войдет более 130 фотографий.

    Л.Н. Толстой и И.Е. Репин. 1908 г. Ясная Поляна. Фотография С.А. Толстой Цифровая печать Собрание Государственного музея Л.Н.Толстого

    Л.Н. Толстой за работой в кабинете дома в Ясной Поляне. 1909 г. Фотография В.Г. Черткова. Вариант. Собрание Государственного музея Л.Н.Толстого

    МАММ продолжает свою программу сотрудничества с коллекционерами, в рамках этой программы уже были сделаны персональные выставки художника Оскара Рабина и Владимира Яковалева из частных собраний. Сегодня МАММ представляет выставку Юрия Злотникова, одного из первых послевоенных абстракционистов СССР. Один из самых ярких художников поколения нонконформистов, Юрий Злотников не примыкал ни к одному из существовавших художественных течений. На выставке можно будет увидеть центральную серию работ «Сигналы».

    Из серии «Сигнальная система», 1957-1962 Бумага, гуашь Собрание фонда семьи Цукановых

    Выставка Эла Ванденберга «В один прекрасный день». Фотограф работал над проектом пять лет – с 1975 по 1980 годы. На уличных портретах Ванденберга виртуозно схвачены стиль, настроение и интонация Лондона, характерные черты которого в то время определяли, такие персонажи, как основатель и бас-гитарист рок-группы Motorhead Лемми (Лемми Килмистер) или эпатажная английская актриса и модель Джордан (Памела Роук), работавшая с Вивьен Вествуд и Малькольмом Маклареном.

    Эл Ванденберг Без названия, из серии «В один прекрасный день». 1975 – 1980 © Al Vandenberg / Courtesy Eric Franck Fine Art

    Эл Ванденберг Без названия, из серии «В один прекрасный день». 1975 – 1980 © Al Vandenberg / Courtesy Eric Franck Fine Art

    Открытие состоится 8 ноября в 18:00 В церемонии открытия примет участие руководитель Департамента культуры города Москвы Александр Владимирович Кибовский

    Мэтью Брэди и портрет дагеротипа | Клэр Макри

    Предпринимательские способности и известность Мэтью Брэди сыграли ключевую роль в создании дагерротипного портрета как части визуальной культуры Нью-Йорка девятнадцатого века. Дагерротип, ранний фотографический процесс, изобретенный парижанами Луи-Жаком-Манде Дагером и Жозефом Нисефором Ньепсом в 1839 году, быстро получил распространение в Америке в качестве портретной среды. Дагерротипные портреты пользовались особой популярностью в Нью-Йорке: первая американская коммерческая портретная студия открылась там в 1840 году, а к 1853 году в городе было больше дагерротипных студий, чем во всей Англии.Дагерротипы были недорогими по сравнению с традиционными нарисованными портретами, что позволяло гораздо большему количеству потребителей позволить себе подобие. Более того, способность дагерротипа создавать точные изображения производила впечатление на людей, многие из которых считали процесс создания дагерротипа загадочным и чудесным. В 1851 году журнал Photographic Art-Journal выразил популярное отношение к, казалось бы, волшебному процессу дагерротипирования, когда превозносил «невидимую руку природы», создающую изображение «своим хитрым карандашом».”

    Рис. 1 J. Brown. Галерея дагерротипных портретов и семейных групп Брейди , 1849 г. Гравюра на дереве. Коллекция Ино, Отдел искусства, эстампов и фотографий Мириам и Иры Д. Уоллах, Нью-Йоркская публичная библиотека, фонды Astor, Lenox и Tilden.

    +

    Мэтью Брэди родился в северной части штата Нью-Йорк, но, как и многие предприниматели Нью-Йорка того времени, он переехал в город в молодости в поисках новых возможностей. Он открыл свою первую портретную студию в 1844 году на Бродвее 205, здании, в котором он жил вместе с Эдвардом Энтони, стереографом и поставщиком фотоматериалов (см. «Процветающее партнерство» Споффорда).Этот номер-студио имел то преимущество, что он находился через дорогу от Американского музея П. Т. Барнума, одной из самых популярных достопримечательностей города, а также рядом с такими известными достопримечательностями, как часовня Святого Павла и фешенебельный отель Astor House. Осознавая важность местоположения, Брэди трижды за двадцать лет перемещал свою студию в другой город, вслед за миграцией фешенебельных кварталов и торговых точек на север. Опытный бизнесмен, Брэди также понимал необходимость рекламировать свою студию и себя и быстро заработал прозвище «Брэди с Бродвея».Он регулярно покупал газетные объявления: реклама 1849 года (рис. 1 ) подчеркивает близость его студии к собору Святого Павла и подчеркивает его навыки портретиста. Брэди также осознал важность работы с иллюстрированной прессой и начал сотрудничать с Harper’s Weekly в 1857 году.

    Хотя Brady’s, пожалуй, была самой известной портретной студией города, она ни в коем случае не была единственной: к 1850 году The Daguerreian Journal сообщал, что в городе было семьдесят одна студия дагерротипов.Brady’s был престижным заведением, но более дешевые студии на Бродвее, и особенно в Бауэри, давали людям из рабочего класса возможность делать портреты. Англичанин Джон Верге вспоминал, как посещал такую ​​студию, которая быстро и систематически перемещала клиентов через фотографический процесс, но предлагала «самые прекрасные дагерротипы, которые можно было произвести где угодно».

    Рис. 2 «Салон нового дагерротипа Брэди, Нью-Йорк», 1853 г. Из Illustrated News , 11 июня 1853 г.Дагеррианское общество.

    +

    В этой конкурентной городской среде представление Брэди себя и своей студии было жизненно важным для успеха. Посетители его студии сначала попадали в приемную - просторное, красиво обставленное пространство с галереей образцов и портретов знаменитостей. Имитируя со вкусом оформленную домашнюю гостиную, этот общественный салон стремился успокоить посетителей, прежде чем они войдут, чтобы сесть за свои портреты. Приемная второй студии Брэди, расположенной на Бродвее, 359, получила особую похвалу от критиков, которые сочли вкус Брэди к оформлению интерьеров столь же примечательным, как и его навыки фотографа.Эта роскошная гостиная украшена бархатным ковровым покрытием и потолком с фресками и люстрой. Размером 40 на 26 футов, это была самая большая приемная в городе. Гравюра 1853 года (рис. 2 ) иллюстрирует атмосферу комфорта и благородного общения, которую стремилось создать со вкусом оформленное салонное пространство приемной. На заднем плане изображения толпы посетителей любуются образцами дагерротипов и портретами знаменитостей, висящими вдоль стен приемной.

    Фиг.3 Мэтью Брэди. Авраам Линкольн , снято 27 февраля 1860 года. Печать на соленой бумаге. Предоставлено Отделом эстампов и фотографий Библиотеки Конгресса.

    +

    Большая коллекция фотографий знаменитостей Брэди, которые покрывали стены его приемной, помогла укрепить его репутацию. Эта знаменитая галерея продемонстрировала мастерство Брэди и привлекла клиентов. некоторые люди, возможно, даже посетили студию, чтобы просто полюбоваться галереей. Брэди пошел на многое, чтобы сфотографировать известных людей: он побывал в Вашингтоне, округ Колумбия.К., в 1848 году, чтобы получить подобие президента и большинства членов Сената и Верховного суда, и он продолжал фотографировать знаменитостей для своей галереи на протяжении всей своей карьеры. Например, когда кандидат в президенты Авраам Линкольн посетил Нью-Йорк со своей знаменитой лекцией 1860 года в Cooper Union, он зашел в студию Брэди из-за изображения, которое стало популярным визитным предложением и также было широко воспроизведено в прессе. На другом дагерротипе знаменитости Брэди, сделанном в 1852 году, была изображена известная вокалистка Дженни Линд, которую П.Т. Барнум привез в Америку (рис.3 ) . Невероятная популярность Линда и многих других знаменитостей на стенах Брэди сделала его галерею одним из любимых зрелищ города и подняла самого Брэди до статуса знаменитости.

    Освежившись в роскошной приемной Брэди и полюбовавшись портретной галереей, клиенты направлялись в студию, где они сидели для своих портретов, называемую операционной. В отличие от приемной, операционная была мало обставлена ​​и обычно располагалась выше уровня улицы с большими окнами в крыше, которые обеспечивали естественное освещение.Мужчины вызвали операторов, работали с камерами; Например, фотография Дженни Линд была сделана оператором Лютером Босвеллом. Освобожденный от работы с камерами, Брэди вместо этого сосредоточился на рекламе студии, позировании натурщиков для портретов и помощи им в расслаблении своей очаровательной и вежливой манерой. В 1851 году в статье в журнале « Photographic Art-Journal » отмечалось, что, хотя Брэди не делал фотографий, «он, тем не менее, [был] прекрасным художником - так прекрасно понимает свое дело и собирает вокруг себя первые таланты, которые только можно найти.Таким образом, Брэди был провозглашен художником, несмотря на то, что он не принимал непосредственного участия в создании дагерротипов.

    Рис. 4 T. S. Arthur. «Сидеть за дагерротип». Из Очерков жизни и характера (Филадельфия: Дж. У. Брэдли, 1850). Частная коллекция.

    +

    Процесс дагерротипирования мог вызвать дискомфорт ситтера, что сделало задачу Брэди облегчить тревогу ситтера сложной задачей. В то время как художники-портретисты создавали лестные образы, чтобы доставить удовольствие своим покровителям, натурщики в студии дагерротипирования беспокоились, что фотографические технологии обнаружат каждую их гримасу и изъян.Более того, в зависимости от условий освещения, дагерротипы могут требовать длительных выдержек, что лишает покупателя способности сохранять неподвижность. Складчатое устройство, называемое тисками, помогало удерживать голову сидящего в неподвижности, но, вероятно, было бы неудобно. Сатирическое изображение 1850 года под названием «Сидение для дагерротипа» (рис. 4 ) , которое появилось как иллюстрация к серии повествовательных зарисовок популярного автора Т.С. Артура, комично вызывает порой напряженные отношения между субъектом и оператором.Здесь два оператора, кажется, совершенно не сочувствуют беспокойству натурщика, когда они готовятся к портрету. В сюжете, сопровождающем этот снимок, который основан на распространенных представлениях о загадочной природе фотографии, наивный натурщик убегает из студии в страхе, что операторы замышляют его убийство. Однако инстинкт Брэди в отношениях с клиентами помогал его клиентам избежать такого рода негативных впечатлений.

    В статье 1851 года из отраслевого издания The Daguerreian Journal описывается, как дружелюбие оператора является ключевым элементом в создании успешных портретов.Согласно этой статье, упрямые покупатели «займут место для фотографии (которая, как они будут настаивать, должна быть хорошей, иначе они не смогут ее взять) с усталым, тревожным или легкомысленным выражением лица. Вот беда для оператора; с такими людьми рассудительный художник теперь будет требовать его такта. Он будет . . . привлечь внимание сидящего и направить его мысли приятной беседой; или своевременным предложением вызвать веселое и живое выражение лица ».

    Фиг.5 Женщина Дагеротипист с фотоаппаратом и няней , ок. 1855. Шестой пластинчатый амбротип. Художественный музей Нельсона-Аткинса, Канзас-Сити, штат Миссури. Покупка: William Rockhill Nelson Trust, 2005 г. 27.5. © Фонд галереи Нельсона. Фото: Томас Палмер.

    +

    Харизма и дар Брэди успокаивать клиентов, именно те навыки, которые были описаны выше как решающие для создания лестных дагерротипных портретов, помогли его натурщикам проявить себя с лучшей стороны. В этом амбротипе или фотографии на стекле (рис.5 ) , женщина-оператор и субъект преодолели неуклюжесть тисков, чтобы добиться естественного, изящного подобия. Женщины-операторы были довольно редки; если женщины вообще работали в индустрии дагерротипов, они обычно делали это за кулисами, создавая изображения.

    Харизма и дар Брэди успокаивать клиентов, а именно навыки, описанные выше как решающие для создания лестных дагерротипных портретов, помогли его натурщикам проявить себя с лучшей стороны.На этом амбротипе, или фотографии на стекле (рис. 5 ) , женщина-оператор и субъект взяли верх над неуклюжестью тисков, чтобы добиться естественного, изящного подобия. Женщины-операторы были довольно редки; если женщины вообще работали в индустрии дагерротипов, они обычно делали это за кулисами, создавая изображения.

    Наконец, покупатель Брэди ждал, чтобы получить готовый портрет. Непосредственно перед экспонированием фотопластинка с серебряным покрытием была сделана светочувствительной за счет применения паров йода.После того, как фотография будет сделана, пластина будет доставлена ​​из операционной в скрытые рабочие комнаты; заказчик никогда не видел какой-либо части процесса создания изображения. Рабочие обработали пластину парами ртути для проявления изображения, а затем зафиксировали изображение, удалив последние светочувствительные соли в химической ванне. Чтобы не повредить хрупкое изображение, дагерротипы заклеивали в небольшие футляры защитным стеклом. Готовый продукт будет доставлен заказчику в течение часа после сеанса портретной съемки.Наконец, покупатель мог забрать портрет домой, возможно, решив оставить его в гостиной, где семья и друзья могли бы полюбоваться сходством.

    Харизма и предпринимательские способности Брэди сделали его одним из самых влиятельных фотографов-портретистов в городе. Более того, в разгар процветающей индустрии производства изображений в Нью-Йорке девятнадцатого века портретная студия Брэди дала людям прекрасную возможность участвовать не только в просмотре городской визуальной культуры, но и в создании этого явления, сидя за портретом.

    Рис. 6 Мэтью Брэди, управляемый Лютером Босвеллом. Дженни Линд , 1852. Дагерротип с шестой пластиной. Художественный музей Крайслера, Норфолк, штат Вирджиния, покупка, частичный дар Кэтрин К. Портер, Чарльза и Джуди Хадсон, 89.75.

    +

    Рис. 7 По Мэтью Брэди. Обложка Harper’s Weekly (с портретом Авраама Линкольна), 26 мая 1860 года. Национальная портретная галерея, Смитсоновский институт / Art Resource, Нью-Йорк.

    +

    Портрет Луи-Жака-Манде Дагера (Музей Гетти)

    Описание объекта
    К Новому году 1840 года - чуть более чем через год после того, как Уильям Генри Фокс Талбот впервые продемонстрировал свои фотогеничные рисунки в Лондоне, и всего четыре-пять Спустя несколько месяцев после того, как первые дагерротипы были выставлены в Париже во Дворце д'Орсе в сочетании с серией публичных демонстраций процесса, инструкция Дагера была переведена как минимум на четыре языка и напечатана как минимум в 21 издании.Таким образом, его тщательно хранимая секретная формула и список материалов быстро распространились по Северной и Южной Америке и по провинциям по всей Европе. Фотография стала явлением, похожим на золотую лихорадку, с ней связано столько же вымысла, сколько и фактов.

    Нигде дагерротип не был принят с большим энтузиазмом, чем в Соединенных Штатах. Чарльз Р. Мид был владельцем известной нью-йоркской фотопортретной студии. Он совершил паломничество во Францию ​​в 1848 году, чтобы встретиться с основоположником своей профессии, и при этом стал одним из очень немногих людей, которые использовали процесс дагерротипирования, чтобы сфотографировать самого изобретателя.

    Дагерротип был (и остается) путем покрытия отполированного посеребренного листа меди светочувствительными химическими веществами, такими как хлорид йода. Затем пластина подвергается воздействию света в задней части камеры-обскуры. При первом снятии с камеры изображение не сразу видно. Пластина должна подвергаться воздействию паров ртути, чтобы «выделить» изображение. Затем изображение «фиксируется» (или «закрепляется на пластине») путем промывания его в ванне с гипосульфитом соды. Наконец, его промывают дистиллированной водой.Каждый дагерротип - уникальный образ; С металлической пластины невозможно сделать несколько отпечатков. (Посмотрите видео о процессе дагерротипирования.)

    По материалам Weston Naef, Справочник музея Дж. Пола Гетти по коллекции фотографий (Лос-Анджелес: Музей Дж. Пола Гетти, 1995), 33, © 1995 The J Музей Пола Гетти; с дополнениями Кэролайн Питер, Музей Дж. Пола Гетти, Департамент фотографии, 2019.

    Dawn's Early Light

    «Их изысканное совершенство почти выходит за рамки трезвой веры.»
    - Льюис Гейлорд Кларк, Журнал Knickerbocker , 1839

    Процесс дагерротипирования достиг Америки осенью 1839 года во время экономической депрессии, начавшейся с паники 1837 года. Несмотря на тяжелые времена, новые технологии захватили Америку штурмом.

    Был большой спрос на портреты, запечатленные с помощью «чуда» фотографии, но ранняя технология дагерротипирования имела недостатки, особенно чрезвычайно длинную выдержку, из-за которой испытуемым приходилось сидеть неподвижно в течение примерно двадцати минут.Сам Дагер признал это ограничение и заметил, что «многие трудности [необходимо преодолеть], чтобы добиться полного успеха». Американская изобретательность дала ответ.

    Американцы практически сразу начали экспериментировать с процессом. Зажимы для шеи ограничивали движение предметов во время сидения. Зеркальные системы для увеличения освещенности и улучшенные химические методы сократили время воздействия до менее одной минуты. Хотя невозможно сказать, кто создал первый портрет дагерротипа, все претенденты были американцами, и дагерротип приобрел сугубо американскую идентичность.Даже ведущие дагеротиписты в Лондоне и Париже рекламировали «Снимки, сделанные американским процессом».

    К 1850 году американские дагерротипы производили более трех миллионов дагерротипов каждый год. В Нью-Йорке было больше галерей дагерротипов, чем во всей Англии. Изобретательность и предприимчивость янки превратили громоздкую и экзотическую технологию в повседневную услугу, доступную растущей клиентуре из среднего класса.

    Неизвестно. Балтус Стоун, ветеран американской революции, 1846. [увеличить]
    Дагерротип, четверть пластины

    Этот дагерротип Балтуса Стоуна (1744–1846), сделанный в возрасте 101 года, представляет собой редкую фотографию ветерана войны за независимость. Стоун - один из первых людей, которых когда-либо фотографировали.

    Предоставлено на время из коллекции семейных фотографий Стефана и Бет Лёвентейл.

    Джон Пламб младший., (приписывается). John J. Halsey, 1844. [увеличение]
    Дагерротип, шестая пластина

    Один из первых дагерротипистов и пионер «франшизной» фотографии, Пламб управлял галереями в нескольких городах в течение 1840-х годов, включая Нью-Йорк, Филадельфию, Бостон, Сент-Луис, Цинциннати, Новый Орлеан, Париж и Ливерпуль.

    Неизвестно. Молодая женщина, ок. 1850. [увеличить]
    Дагерротип, тонированный вручную, четверть пластины

    С первых дней фотографии публика искала цвет в своих портретах.Раскрашивание вручную на дагерротипах варьировалось от слегка покрасневших щек до полного окрашивания изображения.

    Иеремия Герни. «Крупнейшее и самое совершенное заведение дагерротипов в Соединенных Штатах». Широкая реклама, ок. 1853-1856 гг. [масштаб]

    Иеремия Герни, работавший с 1840 по 1874 год, был одним из самых известных фотографов своего времени и одним из первых американских дагеротипистов. В этой рекламе он обращает «особое внимание» на меззограф - термин, который он использовал для обозначения обычного процесса создания бумажной копии фотографии из дагерротипа.В первые годы фотографические термины не были стандартизированы. Один общий процесс может иметь столько имен, сколько фотографов используют его, и использование таких патентованных имен может служить ценным маркетинговым инструментом.

    Иллюстрации к первой книге Брэди . Сэмпсон, М. Б. «Обоснование преступления и его надлежащее лечение: трактат по уголовной юриспруденции, рассматриваемый в связи с церебральной организацией». [увеличение]
    Дополнительные изображения:

    New York: D. Appleton & Co., 1846. Популярная псевдонаука 19 века френология утверждала, что форма черепа связана с характером и поведением. Реформатор тюрем Элиза Фарнхэм, сторонница френологии, отредактировала эту работу о преступности и преступниках. Гравюры были сделаны с самых ранних дагерротипов Мэтью Брэди. В предисловии Фарнхема признается вклад «г-на Брэди, чье неутомимое терпение по отношению к классу самых трудных из всех ситтеров, обязан очень точному набору дагерротипов.”

    Монтгомери П. Саймонс (приписывается). Генри Клей, ок. 1848. [увеличить]
    Дагерротип, полупластина

    Доминирующая фигура в американской политике, кентуккиец Генри Клей (1777-1852) проработал в Конгрессе почти 45 лет. Активный сторонник сильного центрального правительства, он поддерживал защитные тарифы, использование федерального финансирования для создания инфраструктуры и сильный национальный банк. «Великий соглашатель» сыграл важную роль в достижении Компромисса 1850 года, который часто упоминается как ответственный за отсрочку Гражданской войны на десятилетие.Друг Клея по имени Поттер помог устроить позу, когда Клей сидел для этого портрета. Когда фотограф спросил Клея, не хочет ли он выбрать позицию, Клей ответил: «Неважно, сэр, я - Клей в руках Поттера, позвольте ему лепить меня, как он хочет».

    Предоставлено на время из коллекции семейных фотографий Стефана и Бет Лёвентейл.

    Мэтью Брэди. Поступление из Дагеррейских галерей Брэди, 1853–1859.[масштаб]

    Эта квитанция подтверждает оплату 35 долларов за четыре дагерротипа, что составляет примерно 900 долларов в сегодняшних долларах. В документе есть «Вид на новую галерею», изображающий посещение большого приемного зала галереи Брейди. Чек с гравировкой служил художественным памятником переживанию и рекламным элементом, подробно описывающим спектр услуг галереи.

    «Президент Тейлор и его кабинет», 1849.[увеличение]
    Литография, 15 5/8 x 23 7/8 дюйма

    В процессе дагерротипирования было создано уникальное изображение. Художники-литографы часто использовали дагерротипы для создания гравюр для продажи публике. Для создания этого отпечатка художник-литограф соединил восемь отдельных дагерротипных портретов.

    Подпись кратко описывает тему, а затем подробно описывает фирму Брэди: «Президент Тейлор и его кабинет. Издано М. Б. БРЭДИ Дагеррейским художником.Из его знаменитых дагерротипов, сделанных в Вашингтоне в апреле 1849 года. Оригиналы портретов выставлены вместе со многими другими в Национальной галерее Брэди № 205 на Бродвее, Нью-Йорк ».

    Великолепные миниатюры дагерротипа, сделанные во всех стилях Э. С. Хайдена, ок. 1855. [увеличение]

    На этой странице рекламируются услуги странствующего фотографа Э. С. Хайдена. Хайден подчеркивает свою способность создавать изображения, «которые могут быть одинаково хорошо видны при любом освещении», что указывает на одну из трудностей, присущих процессу дагерротипирования.Из-за зеркальной поверхности дагерротипа зритель должен держать фотографию под углом, чтобы не увидеть отражения.

    Предыдущий раздел | Следующий Раздел

    исторических процессов: дагерротип | B&H Explora

    Представьте себе время до фотографии: нет компьютеров для прямой трансляции текущих событий, нет телефонов, чтобы показывать друзьям, что вы ели на завтрак в прошлые выходные, нет альбомов, чтобы сохранить вид давно умерших родственников.В 1840 году американский писатель, поэт и критик Эдгар Аллан По назвал изобретение фотографии «самым важным и, возможно, самым выдающимся триумфом современной науки». Судя по визуальной культуре, трудно утверждать обратное.

    Эдвин Х. Манчестер, Эдгар Аллан По , дагерротип, 1848 г.

    Эта статья является первой из серии, посвященной изучению истории фотографических технологий. В то время как большинство фотографий существует в виде мимолетных пикселей на цифровых экранах, материальность ранних процессов дает передышку растущему числу современных художников.Цель этой серии - предоставить историческую основу для тех, кто хочет больше узнать о важных фигурах и изобретениях, связанных с ранней фотографией.

    Фотография возникла в результате глобальных экспериментов первых десятилетий XIX века. Различную степень успеха и неудачи можно найти в работах Томаса Веджвуда, Хамфри Дэви и Уильяма Генри Фокса Талбота в Великобритании; Джеймс Уоттлз в США; Эжен Юбер во Франции; и Hércules Florence в Бразилии.И все же именно история Нисефора Ньепса и Луи Дагера привела к первому фотографическому процессу, который привлек внимание публики: дагерротипу.

    Неизвестно, Фредерик Дуглас, дагерротип, 1855 г. Антуан-Франсуа-Жан Клод, «Многократные воздействия Луны», ...

    История начинается в Шалон-сюр-Сон, где два амбициозных брата, Нисефор и Клод Ньепс, изобрели первый двигатель внутреннего сгорания. , «пиреолофор», в 1807 году. В равной степени любопытный и трудолюбивый, дуэт возился от гидравлических насосов до красителей для тканей.По мере приближения истечения 10-летнего патента на пиреолофор Клод отправился в Париж и Великобританию, чтобы поддержать изобретение.

    Нисефор Ньепс

    Находясь в одиночестве, Нисефор начал экспериментировать со способами создания фотографических изображений. Оптические и химические технологии, лежащие в основе ранней фотографии, были доступны за сотни лет до их успешного брака в 19 веке. Чтобы создать изображение, Ньепс обратился к камере-обскуре - инструменту, который использовали художники и рисовальщики со времен Возрождения.Устройство полагается на физические свойства света, когда он проходит через отверстие в затемненное пространство, формируя перевернутое изображение сцены перед ним. Его название «темная комната» в переводе с латинского относится к его первоначальной форме как архитектурное сооружение. В 17 веке камера-обскура была уменьшена в масштабе и модифицирована, чтобы отразить ее изображение на стеклянной поверхности для отслеживания. В сочетании с объективом для фокусировки падающего света он стал моделью, на которой и по сей день будут базироваться камеры.

    Камера-обскура в ее первоначальном виде Камера-обскура как инструмент для рисования

    О том, что соли серебра темнеют под воздействием света, было известно со времен работы Альберта Великого в 13 веке. Предвидя будущие разработки, Ньепс сенсибилизировал лист бумаги солями серебра и выровнял его с фокальной плоскостью модифицированной камеры-обскуры. Используя этот метод, он смог создать изображение на бумаге, но его успех затмил неспособность остановить реакцию. Не имея возможности остановить экспозицию, его изображения, которые он называл «сетчаткой», были обречены на разрушение при просмотре на свету.В поисках более стойкого результата Ниепс начал изучать возможность комбинирования других светочувствительных материалов с уже применяемыми технологиями травления. В конечном итоге это привело к образованию битума - вещества, которое он смог сделать нерастворимым под воздействием света.

    Нисефор Ньепс, Вид из окна в Ле Гра , гелиограф, 1826 г.

    Вкратце, процесс Ньепса включал нанесение битумного лака на медную или оловянную пластину, проведение обнажения, промывание пластины в разбавленном лавандовом масле для растворения необработанного битума и погружение пластины в кислотную ванну для реакции с открытыми участками. .Затем с полученной пластины можно было сделать несколько отпечатков. Он назвал свое изобретение «гелиографией» или «солнечным письмом». Умеренная чувствительность битума и относительно небольшое количество света, пропускаемого через камеру-обскуру, сделали этот процесс лучше всего подходящим для контактной печати под прямыми солнечными лучами. Тем не менее, в 1824 году Ньепс успешно экспонировал литографический камень с битумным покрытием в течение примерно пяти дней в камере-обскуре, создав свое первое постоянное фотографическое изображение с помощью этого устройства. В течение следующих двух лет он успешно использовал медь, а затем олово в качестве основы в камере-обскуре для создания гелиографов.Хотя технически он был успешным, его процесс имел ограниченное применение из-за технических недостатков.

    Пьер-Амвросий Ришбург, Луи-Жак-Манде Дагер, , дагерротип, 1844 г.

    Именно здесь Луи Дагер вступает в историю. Ньепс впервые встретился с Дагером в Париже в 1827 году. Сам по себе предприимчивый человек, Дагер стал соавтором диорамы, популярного развлекательного заведения, состоящего из тщательно спроектированных декораций и оптических иллюзий, призванных произвести впечатление на платежеспособную публику.Он активно использовал камеру-обскуру в своем рабочем процессе, и его доступ к качественной оптике оказался заманчивым для Ниепса. С другой стороны, Дагер экспериментировал с сохранением изображений в своей камере-обскуре, и это было далеко не так, как у Ньепса. Взаимодополняющий опыт этих двух мужчин привел к официальному партнерству в 1829 году.

    К 1832 году пара изобрела новую фотографическую среду: «физавтотип», процесс, в котором использовался растворенный в спирте остаток лавандового масла, нанесенный на полированную серебряную пластину для повышения реакционной способности.После испарения спирта с пластины ее освещали в камере-обскуре. Время экспозиции хоть и короче, чем у гелиографа, но все же было запредельно большим - около восьми часов. После экспонирования пластина была проявлена ​​с использованием паров белого бензина, что дало прямое позитивное изображение.

    В 1833 году Ньепс неожиданно скончался. Контракт, подписанный двумя мужчинами, предусматривал, что в случае смерти одного из партнеров естественный наследник умершего наследует его на десять лет.Хотя в партнерство вступил сын Ньепса Исидор, он мало что предлагал для продвижения работы своего отца. Четыре года спустя Дагер закончил процесс дагерротипирования.

    Дагерротип начинается с листа меди, покрытого серебром. Пластина тщательно очищается азотной кислотой, полируется и полируется до зеркального состояния. Затем полированная сторона подвергается воздействию паров йода в темноте, что делает ее чувствительной к свету. Пластина экспонируется в камере-обскуре от 3 до 30 минут в зависимости от условий окружающего освещения.Пары ртути используются для проявления пластины, а слабый раствор гипосульфита натрия - для фиксации изображения. Несмотря на постоянство процесса, дагерротипы имеют чрезвычайно хрупкую поверхность и помещаются в специальные ящики, чтобы защитить их от небрежных обращений и непогоды.

    Саутворт и Хоуз, Молодой человек в костюме-тройке и галстуке-бабочке , дагерротип, 1850-е годы

    После небольшой удачи в разработке способа продажи своего изобретения по подписке, Дагер обратился к Франсуа Доминику Араго, секретарю Французской академии наук.7 января 1839 года Араго прочитал лекцию о процессе Дагерра на собрании Академии. По настоянию Араго французское правительство назначило Дагеру ежегодную пенсию в размере 6000 франков, а Ньепсу - 4 000 франков, чтобы он поделился своим изобретением со всем миром. Девять месяцев спустя, 19 августа 1839 года, Академия официально представила общественности процессы гелиографа, физавтотипа и дагерротипа, хотя различные подробности процесса дагерротипирования просочились ранее в том же году.

    Теодор Мориссе, «Дагерротипомания», 1840 г.

    Работа Дагерра о дагерротипе началась с того, что стало привычным припевом, описывающим среду: «[Д] дагерротип - это не просто инструмент, который служит для рисования Природы; напротив, это химический и физический процесс, который дает ей возможность воспроизводить себя.Представление о том, что фотография обеспечивает доступ к непосредственному взгляду на мир, вызвало ожесточенные споры о художественных достоинствах новой визуальной формы. По мере того как «дагеротипомания» охватила земной шар, мир искусства изо всех сил пытался прийти к единому мнению о том, как получить изобретение Дагерра. Более полутора веков мало что сделали, чтобы притупить резкие замечания французского поэта и критика Шарля Бодлера о медиуме:

    «Поскольку фотоиндустрия стала прибежищем всех неудачников со слишком маленьким талантом или слишком ленивых, чтобы закончить учебу, это всеобщее увлечение не только приняло вид слепого и глупого увлечения, но приняло аспект мести ... Может ли это Можно с полным основанием предположить, что люди, чьи глаза привыкли принимать результаты материальной науки как продукты прекрасного, не будут в течение определенного времени заметно уменьшать свою способность судить и ощущать самые неземные и нематериальные вещи? »

    Несмотря на опасения Бодлера по поводу посягательства медиума на трансцендентный опыт, который он приписывает искусству, именно документальная способность дагерротипа сделала его наиболее популярным.Портреты и виды путешествий были наиболее частым использованием этого средства.

    Руфус Ансон, Собака, позирующая для портрета в кресле фотографической студии, ... Барон Жан-Батист-Луи Гро, Салон барона Гро, ...

    Оригинальная процедура Дагера, которая требовала выдержки "от трех до тридцати минут на в большинстве случаев » плохо подходил для создания резких портретов. К счастью, как только процесс создания дагерротипа стал общеизвестным, были внесены оптические и химические усовершенствования, которые решили эту проблему.Британский химик Дж. Ф. Годдард впервые опубликовал информацию о преимуществах добавления брома к йоду, используемому в процессе сенсибилизации, для увеличения скорости планшетов. В 1840 году венгерский математик Йозеф Петцваль создал объектив с диафрагмой f / 3,6, что намного быстрее, чем объектив Шевалье, который использовал Дагер. В совокупности эти достижения позволили сократить время экспозиции примерно до минуты.

    Джозайя Джонсон Хоуз, дагерротип, ок. 1845-50 Альберт Сэндс Саутворт, дагерротип, ок. 1845-50

    Несмотря на популярность дагерротипных портретов, многие сохранившиеся образцы до сих пор не приписываются их создателям.Среди известных практикующих лишь немногие были такими успешными, как Альберт Сэндс Саутворт и Джозия Джонсон Хоуз, работавшие в Бостоне. Хоуз привнес свою эстетическую чувствительность как портретиста в новую среду, в то время как Саутворт проявил деловую хватку, чтобы поддерживать постоянный поток натурщиков.

    Антуан-Франсуа-Жан Клоде. Портрет девушки в синем платье , раскрашенный вручную дагерротип, ок. 1854 г.

    На другом берегу пруда Антуан-Франсуа-Жан Клоде руководил студией дагерротипирования в Лондоне, изучив этот процесс непосредственно у Дагера.Портреты Клода повлияли на то, что художник включил в свои композиции нарисованный фон и аксессуары. Добавление цвета способствовало бы восприятию натурализма его работ.

    Жозеф-Филибер Жиро де Пранжи, Гексагональный двор, Храм Юпитера, Баальбек , дагерротип, 1843 г.

    Путешествующие просмотры были еще одной популярной темой для отважных дагеротипистов. Еще до фотографирования отпечатки пунктов назначения, включенных в Гранд-тур, уже были востребованы как богатыми британскими путешественниками, которые предприняли путешествие по Европе, так и «домашними» путешественниками.Однако статус дагерротипа как уникального объекта поставил логистические проблемы для коммерческого распространения изображений. Обходным решением этой проблемы стали гравюры на основе дагерротипов. Опираясь на претензию дагерротипа на истину, иллюстрации, основанные на дагерротипах, воспринимались как обладающие дополнительным уровнем верности своему предмету. Появление печати на соленой бумаге позже изменило эту отрасль, сделав возможным легко создавать копии с негативов.

    Джон Адамс Уиппл, Вид на Луну , дагерротип, 1852 год.

    Среди самых впечатляющих предметов, запечатленных дагеротипистами, была луна. Уже в 1840 году ученый Джон Дрейпер, работавший в Нью-Йорке, удостоился чести сделать первую фотографию Луны. Однако чуть более десяти лет спустя Джон Адамс Уиппл начал делать серию подробных изображений Луны во время работы в Гарвардском университете. Уиппл, который в то время пользовался самым большим телескопом в мире, получил приз в области фотографии за техническое совершенство на Большой выставке 1851 года.Астрономические темы и события будут оставаться популярными на протяжении 19 века и в последующие годы.

    W. & F. Langenheim, Затмение Солнца , дагерротип, 1854 г.

    За объявлением дагерротипа сразу последовал калотип Генри Фокса Тэлбота. В то время как изобретение Тальбота коренным образом изменило потенциальные области применения фотографии, представив процесс отрицательно-положительного, дагерротипы по-прежнему ценились за их замечательные детали. Сегодня в фондах Penumbra Foundation, George Eastman House и других местах время от времени проводятся семинары для тех, кто хочет научиться создавать дагерротипы.

    Какой ваш любимый исторический фотографический процесс? Дайте нам знать в комментариях ниже.

    Чтобы узнать о других классических камерах, щелкните здесь.

    Луи Дагер: Почему люди никогда не улыбаются на старых фотографиях

    Пионеру фотографии Луи Дагеру сегодня исполнилось бы 224 года. Google отметил день рождения одним из своих классических каракулей.

    Для сегодняшней иллюстрации Google одел свое имя в старинную одежду и разместил буквы для семейного портрета.Но сцена кажется немного скучной. Персонализированные буквы кажутся скучными, может быть, даже скучными. Возможно, это не самое динамичное изображение Google - помните каракули Фредди Меркьюри? - но это очень уместный кивок мистеру Дагеру.

    Во времена Дагера камеры играли совсем другую роль. Чертежи тащили с собой большой инструмент, который назывался «камера-обскура», что в переводе с латыни означает «затемненная комната». Эти большие деревянные ящики имели линзу на одном конце, пропускающую свет. Но в отличие от современных фотоаппаратов, которые используют свет для создания постоянных фотографий, эти инструменты направляют свет на матовое стекло.Это позволило художникам 1820-х годов быстро рисовать очертания зданий или ландшафтов. Но как только они переместили камеру, проекция исчезла.

    Это разочарование Дагера. «Должен быть способ делать постоянные фотографии», - подумал он. Другие пытались решить проблему, в том числе будущий партнер Дагера, Нисефор Ньепс.

    Г-н Ньепс сделал первую в мире постоянную фотографию. Хотя наука чудесна, на изображение особо не на что смотреть. Этот слабый «гелиограф» запечатлел свет и тень сцены за его окном.Поскольку Ньепс только начал раскрывать секреты фотографии, для этой первой фотографии потребовалась восьмичасовая выдержка, достаточная для того, чтобы солнечный свет отражался от обеих сторон зданий.

    На тот момент о фотографиях людей не могло быть и речи. Ни один человек не мог сидеть совершенно неподвижно в течение восьми часов. Но потом Дагер и Ньепс объединились.

    Они усовершенствовали химию, сократив время воздействия до 15 минут. Ньепс так и не увидел финального продукта - он умер через четыре года после завершения десятилетнего проекта, - но Дагер продолжил дело, представив «дагерротип» в 1839 году.

    "Каждый дагерротип представляет собой удивительно детализированное, единственное в своем роде фотографическое изображение на отполированном, посеребренном листе меди, сенсибилизированном парами йода, экспонированном большой камерой-боксом, проявленном в парах ртути и стабилизированном (или фиксированный) соленой водой или «гипо» (тиосульфатом натрия) », - пишет Музей искусств Метрополитен.

    Изобретение произвело революцию в пейзажной фотографии. Однако портреты все еще доставляли неудобства. Удачи в том, чтобы дети сидели неподвижно и делали семейные фотографии, не говоря уже о том, чтобы взрослые смотрели неподвижно в течение 15 минут.Итак, фотографы установили несколько простых правил: молчать. Никакой регулировки. Не чихать. И, на всякий случай, без улыбки.

    Улыбка тренирует слишком много мышц. Люди утомлялись, меняли выражение лица и разрушали дагерротип. Неудивительно, что люди на старых фотографиях выглядят такими серьезными. Им нужно было смотреть безучастно, чтобы изображение работало.

    К 1840-м годам время выдержки упало примерно на 10–60 секунд, что сделало личные фотографии гораздо более доступными. Но даже тогда головы опускались, спины ссутулились, а пальцы ерзали.Некоторые профессионалы разработали скрытые шейные скобы, которые фиксировали тело объекта на месте.

    Потребовались десятилетия, чтобы фотография стала почти мгновенной, а «скажи сыр» - частью популярной культуры.

    Чтобы узнать больше о том, как технологии пересекаются с повседневной жизнью, подписывайтесь на Криса в Twitter @venturenaut.

    8 важных дагерротипных фотографий | Ментальная нить

    В этот день в 1839 году французское правительство бесплатно предоставило миру фотографический процесс Луи Дагера.Изобретатель начал разработку процесса вместе с партнером Нисефором Ньепсом в начале 1830-х годов; Это включало закрепление тонкого посеребренного медного листа внутри камеры-обскуры и воздействие на пластину паров кристаллов йода, которые создавали слой светочувствительного йодида серебра. Когда фотограф снял крышку камеры, на пластину попал свет. В темной комнате пластину проявляли парами ртути и фиксировали в солевом растворе, создавая дагерротип (Ньепс умер в 1833 году, поэтому процесс был назван в честь Дагера).

    Этот процесс вскоре будет использоваться по всему миру (за исключением Англии, где те, кто хотел делать дагерротипы, должны были платить огромную лицензионную плату; Уильям Генри Фокс Талбот, который создал свой процесс фотографии, названный калотипом, и запатентовал его в 1841 году, также будет продавать лицензии на использование своего метода). В конце концов, процесс дагерротипирования был заменен процессом влажного коллодия, но многие фотографии - политических деятелей, обычных рабочих, зданий и достопримечательностей, небесных тел - были бы заморожены во времени с помощью метода Дагерра.Вот несколько из них.

    1. L’Atelier de l'artiste

    Натюрморт с гипсовыми слепками на подоконнике выше, сделанный Дагером в 1837 году, якобы является первым сохранившимся изображением, сделанным с его помощью.

    2. Boulevard du Temple, Париж

    Wikimedia Commons

    Дагер сделал эту фотографию, которая считается самой ранней фотографией, на которой был изображен живой человек, в 1838 году. Из-за большой выдержки (10 минут и более) движущееся движение не было зафиксировано.Но двух мужчин - чистильщика обуви и его покупателя - все равно было достаточно, чтобы оставить след.

    3. Роберт Корнелиус

    Библиотека Конгресса

    Автопортрет фотографа Роберта Корнелиуса считается первым дагерротипом, сделанным в Северной Америке.

    4. Луна

    io9

    Джон Уильям Дрейпер сделал первый дагерротип Луны в 1839 или 1840 году с крыши в Нью-Йорке. Его первая попытка оказалась не такой успешной.

    5. Портрет Авраама Линкольна

    Библиотека Конгресса

    Самой ранней из известных фотографий шестнадцатого президента Америки был дагерротип, сделанный, когда Линкольн был 37-летним юристом и избранным конгрессменом, проживавшим в Спрингфилде, штат Иллинойс.

    6. Первые новости Фото

    Getty Images

    Этот французский дагерротип ареста 1847 года, возможно, станет первой новостной фотографией.

    7.Последовательность солнечного затмения

    Метрополитен-музей

    Уильям и Фредерик Лангенхаймы не были первыми фотографами, запечатлевшими солнечное затмение - эта честь принадлежит русскому фотографу по имени Берковски, сделавшему первую фотографию солнечного затмения в 1851 году, - но они сделали это затмение, первое видимое в мире. Северная Америка с момента изобретения фотографии 26 мая 1854 года. (Причина, по которой Луна движется в этом затмении слева направо, а не справа налево, как в Северном полушарии? Все неисправленные дагерротипы перевернуты, как будто глядя в зеркало.) Было восьмое изображение, но, как указывает Музей искусств Метрополитен: «Чтобы получить хоть какое-то изображение, Лангенхеймы были вынуждены использовать самые маленькие доступные камеры, поскольку меньшие камеры требуют пропорционально меньше света, и было практически отсутствует доступный свет, когда диск новой луны затмевает большую часть Солнца. Отсутствующее восьмое изображение, вероятно, было сделано на пластине меньшего размера, и на нем вообще ничего не было - полное затмение ».

    8. Джозеф Дженкинс Робертс

    Первый и седьмой президент Либерии Джозеф Дженкинс Робертс, эмигрировавший туда из Вирджинии в 1829 году.Он был сфотографирован в 1851 году Августом Вашингтоном, афроамериканским дагерротипистом, который также эмигрировал в страну в 1853 году.

    дагерротипных портретов и видов, 1839-1864 гг.

    Америка. Первый взгляд в камеру: дагерротипные портреты и виды, 1839–1864 гг.
    http://memory.loc.gov/ammem/daghtml/daghome.html
    Создано и поддерживается Библиотекой Конгресса США.
    Отзыв написан в июле 2009 г.

    Состоит из более чем семисот изображений с 1839 по 1860 годы, большинство из которых были сделаны в студии Мэтью Брэди, этот архив является как довольно большим по сравнению с другими онлайн-коллекциями дагерротипов, так и широко представляет собой дагерротипные предметы: портреты известных (и не очень известных) американцев, профессиональные портреты, архитектурные виды, пейзажи и множество разных изображений, не поддающихся классификации. Как и многие другие онлайн-коллекции Библиотеки Конгресса, «Первый взгляд в камеру» Америки доступен как при просмотре предметного указателя (утомительный, но случайный), так и с помощью поиска по ключевым словам.Результаты отображаются либо в виде списка, либо, что более удобно для коллекции на основе изображений, в виде галереи миниатюр. К архиву прилагается специальная презентация «Зеркальные изображения: дагерротипы в Библиотеке Конгресса» (http://memory.loc.gov/ammem/daghtml/dagpres.html), в которой представлены основные сильные стороны коллекции и даны комментарии. Другие вспомогательные материалы различной полезности, такие как информация о коллекции, временная шкала и краткая история развития дагерротипов, библиография и справочники по другим коллекциям дагерротипов, дополняют архив.


    Семейный портрет Крессон, март 1844 года.

    Как и большинство архивов изображений, «Первый взгляд в камеру» Америки обладает значительными сильными и слабыми сторонами. Одна из сильных сторон архива - разнообразие форматов, доступных исследователю или учителю. Разнообразие форматов дает изображение, достаточно большое для изучения, и предоставляет исходный материал для печатного изображения. Это особенно важно для дагерротипов, потому что детали дагерротипа существуют буквально на молекулярном уровне, а несжатое изображение TIFF (формат файла с тегированным изображением) может быть преобразовано в респектабельную версию для печати, тем самым сохраняя мелкие детали изображения.Слабость архива, увы, заключается в его производственной ценности. Большинство изображений черно-белые, а не цветные, и это обстоятельство влияет на информацию, доступную для изучения и интерпретации. Точно так же некоторые изображения имеют странные оттенки цвета или отвлекающие тени. Библиотека «Learning Page» (http://www.loc.gov/teachers/classroommaterials/connections/daguerreotype/) также содержит ссылки на коллекцию. Несмотря на то, что он предлагает широкий выбор учебных мероприятий, учителя, особенно преподаватели истории или обществознания, захотят расширить несколько вариантов, включив вопросы об историческом контексте.Что, например, могут подсказать «профессиональные» дагерротипы о квалифицированной работе в довоенной Америке? Преподаватели могут также захотеть создавать задания на основе архива дагерротипов, которые более широко используются во всемирной паутине.

    В других репозиториях могут быть более крупные физические коллекции (например, Музей Дж. Пола Гетти) или лучшие производственные ценности (Музей Нельсона-Аткинса), но большая часть их изображений недоступна в Интернете или не представлена ​​таким образом, чтобы они были приемлемыми.

    alexxlab

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *