Ракурс про: ООО РАКУРС ПРО — ОГРН 5167746176274, ИНН 9729030747

Содержание

Ракурс, агентство кадровых технологий в Новосибирске на метро Речной вокзал — отзывы, адрес, телефон, фото — Фламп

Недавно у нашей компании возникла необходимость найти сотрудника в офис, и найти быстро. Так как однажды я была у Татьяны на собеседовании как кандидат, и тогда она показала себя человеком серьёзным, было решено обратиться в её компанию (Татьяна и директор, и рекрутер в одном лице, по крайней мере, так было весной).

Мы подписали все бумаги, я…

Показать целиком

Недавно у нашей компании возникла необходимость найти сотрудника в офис, и найти быстро. Так как однажды я была у Татьяны на собеседовании как кандидат, и тогда она показала себя человеком серьёзным, было решено обратиться в её компанию (Татьяна и директор, и рекрутер в одном лице, по крайней мере, так было весной).

Мы подписали все бумаги, я объяснила Татьяне, что вакансия у нас срочная, и нам нужно её быстро закрыть, однако что-то пошло не так.

..

Нужно сказать, что услуги кадрового агенства — это удовольствие не дешёвое. За подбор кандидата мы готовы были оплатить стоимость, сопоставимую со средней заработной платой в НСО, даже чуть выше (услуга оплачивается, когда кандидат уже вышел на работу). Только одно дело платить за качественную услугу и хороший сервис, и другое дело отдавать деньги человеку, который…Но обо всём по порядку.

…Татьяна позвонила нам через 9 дней после подписания договора, чтобы….спросить какого конкретно человека мы ищем и уточнить другие детали по заказу. 9 дней с момента, как я объяснила, что вакансия у нас горит, и нам срочно нужен сотрудник….Соответственно, всё это время я не увидела ни одного резюме, ни одного предложения, ни одного вопроса мне по нашей заявке не задали.

«Что же ты сама не позвонила, не поинтересовалась как дела, раз тебе так сотрудник нужен?» — спросите вы. А я отвечу, что не считаю нужным напоминать о себе в ситуации, когда интерес обоюдный, когда мы не за «спасибо» сотрудничаем.

Через 3 дня я решила, что для Татьяны мы, вероятно, как клиенты, не очень интересны, и, отложив свои дела, сама начала поиск сотрудника. Я не хочу взаимодействовать с людьми «из под палки», я хочу работать с компаниями, понимающими значение слова «клиентоориентированность». Совковость в сфере клиентского сервиса нужно изживать.

Мой самостоятельный поиск оказался успешным. Мы договорились с человеком, что он выйдет на работу завтра, и тут мне позвонила Татьяна с уточняющими вопросами…

Дальше у нас состоялся такой диалог:

Я: — Татьяна, я собиралась Вам звонить завтра, когда человек уже точно выйдет на работу, чтобы сказать, что человека мы уже сами нашли.

Татьяна: (дословно) — А нахрена я тогда заплатила за рекламу, чтобы вам искать сотрудника?

Я: — А вы считаете, что после обращения к вам мы должны сидеть и ждать вас?

Татьяна: — Да, должны.

Дальше я сказала, что работа по договору закрыта, и пожелала Татьяне всего доброго.

….Если честно, я и мои коллеги (я по громкой связи говорила) после этого разговора офигели. .. нельзя так с клиентами разговаривать…. (если бы, например, сотрудник у нас не вышел бы, а с такой ситуацией мы сталкивались, мы могли бы продолжить поиски при другом подходе….).

Нормальная такая ситуация: ты даёшь человеку возможность заработать, а после того, как не дождавшись результата, самостоятельно решаешь свой вопрос, тебе ещё и претензии предъявляют ))) Спасибо что хоть не обматерили…)))

Сайт у агенства, кстати говоря, достаточно грамотный и красивый. Только какой смысл во всей этой грамотности и красоте, если вот такие вот ситуации случаются? Смысл? Привлечь потенциальных клиентов, а потом как получится?

Я не разделяю мнения о том, что в кадровых агентствах работают дармоеды. Я знаю примеры отличной работы специалистов из кадрового агенства, когда действительно работодатели (а кадровое агенство ориентировано на работодателя, т.к. это он оплачивает услуги) могли свои заботы по поиску персонала передать специалистам, и забыть об этом. Только речь идёт о специалистах, которые умеют слышать своих клиентов, и помогать им.

А вот такое вот отношение и рождает мнение о дармоедстве и бесполезности кадровых агентств.

Очень хорошо, что есть такие ресурсы, как Фламп, где можно описать свой опыт взаимодействия с компаниями. Да и читающие Фламп люди не настолько глупы, чтобы не уметь отличить реальные отзывы от самопальных — единичных, восторженных и написанных в одном стиле.

«Важно каждые пять лет менять ракурс»: художник Нина Котел о современном искусстве

«Зеленая почтовая марка», Нина Котел

Художники Нина Котел и Владимир Сальников — гуру московского актуального искусства. Их творческий и семейный союз продолжался 35 лет. В 2015 году Владимир Сальников умер от сердечного приступа. В 2017-м об их истории любви, пути художников и философов в современном мире режиссер Наталия Назарова сняла фильм «

ВоваНина». В 2018 году в ММоМа на Петровке состоялась ретроспектива Владимира Сальникова, чье имя широкая публика только начинает открывать для себя. В этом, 2021 году, у Нины Котел — три персональные выставки: в «Крокин-галерее», в «Галерее XXI века» и «Зеленая марка» в галере Shilo в Cube. Moscow. О роли искусства, о свободе и любви Нина Котел рассказала Forbes Life.

— Нина, можно ли сказать, что все ваши детально, крупно прорисованные предметы, приключения осколков, обрезков, фруктов и овощей со снятой кожей — это одна растянутая во времени серия про тайный мир вокруг нас?

— Если я что-то вижу и предмет меня завораживает, я стараюсь его со всех сторон осмотреть. Потом он у меня живет. Могу его не рисовать, только смотреть на него время от времени. В какой-то момент происходит толчок, щелчок, и я понимаю, как его нарисовать.

Реклама на Forbes

Это может быть совершенно невнятная серия, которая никуда не пойдет. Но из нее может родиться что-то другое. Что-то в итоге вылезет, придет в голову. И оно может стать предметом искусства.

Как-то я шла с подругой по Питеру и мне буквально бросился под ноги осколок зеленого стекла.

Недавно ко мне пришел молодой галерист Игорь Шиленков. И когда смотрел мои работы, а я показывала и свою выставку «Нарисуй это красным», которую делала Лена Селина в галерее «Пересветов переулок» , заметил, что по статистике аукционных домов лучше всего продаются работы синего цвета, — а он любит зеленый. «Так давайте сделаем зеленую выставку», — говорю я. Достала рисунки с этим зеленым питерским подкидышем. Потом из Петербурга мне прислали посылку со множеством зеленых предметов. Там был и маленький зеленый швейцарский ножик, и зеленая вьетнамская почтовая марка. Глядя на марку, я вспомнила, как в школе переписывалась с вьетнамской девочкой, какие это были удивительно красивые письма на рисовой бумаге, — так возникла моя «Зеленая марка».

Художник Нина Котел

Летом в «Крокин-галерее» была моя выставка «Незащищенные». Она действительно собиралась, формировалась много лет. Первую серию этих работ, десять рисунков я сделала еще в 1995 году. Назвала ее «Без кожи». Эти рисунки я сложила в папку и специально никому не показывала. Через год, в 1996-м, сделала еще серию. Они получились очень большими. И как будто с другим смыслом: фрукты превращались в какие-то скалы, становились романтическим пейзажем, с тенями, с морем. Они тоже лежали все это время. А в феврале этого года, когда мне предложили выставку в «Крокин-галерее», вдруг поняла, что давно хотела показать эту тему.

Но откладывала. Думала, напишу маслом, и уж тогда. И вот написала. Сначала большую грушу, потом две маленькие. Потом баклажан.

Почему-то всем очень нравился баклажан. А он меня очень мучил. Очищенный, он сгнивал, серел. Все остальные хорошо держатся без кожи, яблоки вообще прекрасно, их можно долго писать, а баклажан — неустойчивый, сереет, коричневеет, в нем какое-то появляется какое-то мясо. Совсем не может существовать без кожи.

— На ваших работах почти не бывает людей, но, тем не менее, они полны эмоций. В какой момент люди исчезли? Или вы их убрали?

— Все эти предметы, фрукты, овощи — метафоры. Когда мы видим их, мы все равно имеем в виду самих себя, своих близких, людей, которых нам бы хотелось защитить. Хотя я умею людей рисовать, я этому училась. Вот недавно искала какие-то другие работы и нашла кучу своих обнаженных. Вова много рисовал обнаженных. У него это были шедевры. У меня тоже неплохие. Но у меня не было драйва к этому.

«Зеленая почтовая марка», Нина Котел

А какие-то люди хотели, чтобы их не только Вова рисовал, но и я. Например, у Вовы была серия «Женственность» с обнаженными мужчинами. И один философ, который пришел к нам позировать, сказал: «Я не буду участвовать, если Нина меня не будет рисовать». Тогда я тоже стала его рисовать.

— Вы с Вовой всегда вместе принимали участие во всех дискуссиях, все позиции в спорах, точки зрения вы разделяли. Не было такого, что он придерживался одного какого-то мнения, а вы — другой.

— А у нас очень сходились взгляды с Вовой.

— При этом Вова, как Пушкин, тек многими реками, проделал сумасшедший, очень разный творческий путь. А у вас стилистически всегда одно перетекает в другое, есть постоянство, единство.

— Вова экспериментатор, а я более цельный человек. Вова — близнец по гороскопу. Его рвет во все стороны. Считается, что близнецы распыляются. И тем не менее, я очень хорошо знаю близнецов, они могут распыляться, но они много и делают. И у них многое получается.

Но главное — мы сошлись во взглядах, у нас было похожее воспитание, мы из похожих семей. У нас очень ранняя идентичность, что у Вовы, что у меня. Я поняла, что я художник, с 10 лет. Стало ясно, что это мое. Так бывает, когда родители художники или искусствоведы. Но у нас с Вовой — простые советские семьи. У меня папа — военный инженер, мама — учительница географии. У Вовы папа — военный юрист, а мама — врач. До школы я рисовала немножко. Но родители не понимали, что с этим делать. А в первом классе меня посадили с девочкой Томой, которая на перемене вынула плетеную корзиночку, а в ней была вышивка и нитки мулине. И она стала вышивать цветочки и кошечку. Я была потрясена. Чуть ли не в первый же день пришла к ней домой. Ее отчим — художник. Сергей Иванович Гришин, очень скромный человек. Он сидел в комнате за занавеской и делал иллюстрации для книжек и журналов.

То, что я увидела у них дома, меня перевернуло. Там были акварельные портреты не хуже Серова и Репина. Например, сидит Томочка в красненьком сарафанчике, у нее на руках блюдо с вишнями, и она их ест. Ее мама сидит, подперев голову рукой, на руке — часики «Заря», кофточка черненькая с белыми горошинками.

А еще я была потрясена книгами. До этого я не видела книг по искусству. У них было кнебелевское (Иосиф Кнебель — создатель первого в России специализированного издательства по искусству, в 1920-е — заведующий издательства Третьяковской галереи, — Forbes Life) издание «Серов, Левитан, Врубель». И еще другие альбомы. В общем, я пропадала у них. Томочкин дедушка встречал мою маму и говорил: «Вы не любите своего ребенка? Почему он у нас все время торчит?». Мы там делали уроки, обедали. Недавно, когда учила английский, выучила фразу: «I became an artist thanks to her family» («Я стала художником благодаря ее семье», — Forbes Life).

Реклама на Forbes

В третьем классе мы вместе с Томой пошли в Дом ученых, в студию рисования. В четвертом классе мы поступили в подготовительную вечернюю школу, а затем в СХШ, среднюю художественную школу (Государственная средняя художественная школа им. Т.Г.Шевченко в Киеве, — Forbes Life). Тогда таких школ при академических вузах на всю страну было три, в Москве, в Ленинграде и в Киеве. В Москве — при Суриковском, в Питере — при Репинском, в Киеве — при Шевченковском. Была единая программа, сдавали конкурсные экзамены, поступить было очень трудно. Но нам повезло, мы не сдавали диктант и математику, а только специальность.

Вот нам 11 лет, мы идем и рассуждаем: «Каким ты хочешь быть художником?» — «Я как Врубель» — «А я как Серов». Я, конечно, хотела быть Врубелем. Хотя копировала Серова, копии задавались в школе.

«Без кожи», Нина Котел

Это был тяжелый детский труд. Приходишь в школу, у тебя две живописи, два рисунка и две композиции, перерыв, потом занятия общеобразовательные, литература, математика, биология. И так до пяти вечера. И после этого ты еще идешь делать зарисовки на вокзал, на почту.

В классе — всего 15 учеников. Так что, можно сказать, у нас было индивидуальное обучение.

Так шло наращивание, набирание мастерства. Тогда считалось, что надо учить так. Сейчас можешь и поздно начать, и своими собственными усилиями, и брать частные уроки.

Реклама на Forbes

— На ваш взгляд, та советская система была эффективной?

— Для меня — да. Моя выучка мне никогда не мешала. Я свободно себя чувствую. Надо писать — я пишу, надо рисовать — я рисую. Надо снимать видео — я снимаю видео. Я фотографирую, я свободно компоную. И конечно, такая насмотренность с детства дает совершенно особый взгляд на мир. У меня с 11 лет есть документ, который дает право зайти в любой музей бесплатно.

— Какие основные события сформировали вас как художника?

— Это, конечно, детство. Школа меня формировала. Потом, конечно, встреча с Вовой. Володе был 31 год, а мне 30 лет. Я вспоминаю наши годы от 30 до 40. Это было самое активное время, мы очень много работали, день и ночь. Я просыпалась в ночи, у меня что-то возникло в голове. Я тут же делала маленькие рисунки. У меня куча этих маленьких рисунков.

Вот недавно в Греции я сидела под оливой и рисовала опунцию. Это кактус с таким фруктом, весь в иголках. Вот ее хвост. Я сфотографировала две ее части. Она похожа на рисунок Пикассо или на что-то еще.

Реклама на Forbes

В прошлом году я нарисовала папоротник в гостях у нашей приятельницы. Или вот осколок стеклянный, сам мне бросился под ноги. Я обожаю такие находки. Кто-то мне что-то приносит, кто-то дает. С каждым предметом, маленькой вещицей связана своя история.

— А как возникают истории в картинках? Эти предметы на ваших рисунках действуют как герои комиксов, у них свои сюжетные отношения, движения.

— Я всегда много рисовала. Но в 1970-х это были, как я сейчас понимаю, разрозненные, сырые вещи. А когда мы с Вовой соединились, и у него, и у меня возникла какая-то бешеная концентрация творчества. Мы все время что-то делали. Я рисовала тогда снега, сугробы. Мы жили на первом этаже на станции метро «Молодежная». Перед нашими окнами был садик около дома, дорожка и забор. И я сделала графитным карандашом 12 рисунков разного состояния дорожки в снегу. Там такие голубые линии. Как снег был толстым, дорожка маленькая, еле видна. Как она стала черной, как она стала грязной. Как мы по ней тянули елку. И отдельно сугробы растаявшие.

Первой моей настоящей серией стали «Обрезки». Вова тогда делал иллюстрации книжные, должен был пойти в издательство. Он оформлял рисунки в паспарту, и обрезки бумаги летели на пол. Когда я увидела абстрактную композицию из этих бумажек и лезвия, я сделала рисунок. Потом нарисовала акварельные бумажки, порезанные, как палитра. Вот это моя первая ясная серия. То, что я люблю. Я люблю абстрактную композицию. И тут все соединилось. Многие не видят в моих работах, что я абстрактно компоную. Я же не просто ставлю в середине предмет и не выстраиваю барочный натюрморт. Мои предметы чаще всего на белом фоне, как китайские цветы и птицы.

«Бросился под ноги на Английской набережной», Нина Котел

Чтобы попасть в Союз художников, нужно было стать участником двух всесоюзных и одной, как тогда говорили, зональной выставки. Так в 1984 году я написала серию «Метро», где изображала стенки станций метро. И когда я подала эти рисунки на молодежную выставку, мне сказали, что так никто метро вообще не рисует, так нельзя, — и не взяли. Поэтому мы выставлялись на однодневных вечерах. Было классно, шел обмен между специалистами, между экспертами. Мы постоянно ходили друг другу в мастерские смотреть работы.

Реклама на Forbes

В 1982 году мы с компанией поехали на Куршскую косу. И вот мы втроем сидим на пляже с Вовой и с Сашей Юликовым. У нас всех большие папки. Я пристально рисую камни, волну. Вова рисует четыре стихии, своего сына, маленького Петю. А Юликов рисует море, полосочки. Сидим, обсуждаем искусство. Вчера моя ученица спрашивает: «Ниночка, скажите, застой — это прямо в воздухе чувствовалось?». Я говорю: может, в воздухе и чувствовалось. Но нас это никак не касалось. Я всегда была абсолютно свободным человеком, и Вова — свободный человек. Я же никогда нигде не работала, в смысле, не служила. Вова преподавал, он делал иллюстрации, он писал статьи.

Мы с Вовой энергетически друг друга очень заводили. Мы рыскали по букинистическим магазинам, искали каталоги западной живописи. До 1982 он преподавал в Полиграфическом институте на факультете художественного оформления печатной продукции, как он тогда назывался. Все наши находки Вова носил студентам, книжки показывал. Он хотел их расшевелить. Он говорил: «Ребята, вы же носите модную одежду, слушаете модную музыку. Почему же вас не интересует современное искусство?».

— Многие студенты и художники приходили к вам домой. Ваша квартира стала эпицентром московской художественной жизни восьмидесятых-девяностых.

— В 1990 году в нашем окружении появились новые молодые искусствоведы, молодые современные художники. Искусствовед Леня Бажанов, с которым мы приятельствовали еще с 1970-х, познакомил нас с Ирой Горловой, с Таней Растопчиной. Бажанов открыл Центр современного искусства на Якиманке (ГЦСИ, позже переехал в здание на Зоологической улице, — Forbes Life), и там было восемь галерей. В одной из галерей, «Студии-20», директором работала Таня Растопчина, а Ира Горлова была куратором.

 — У Вовы есть работа на эту тему «Разговор об искусстве». На первом плане обнаженная ниже пояса женщина стоит спиной к зрителям, а чуть в глубине за столом сидите вы, одетая, с чашкой чая, увлеченная разговором, что-то показываете рукой. Дело происходит, кажется, у вас на кухне.

Реклама на Forbes

— Нет, в комнате. Я всегда принимала участие во всех обсуждениях. Я человек, который очень много замечает и все внимательно читает.

С Вовой было интересно обсуждать что угодно. Встаешь с утра и понеслось. Завтракаешь, о чем-то говоришь. И так целый день. Мы каждый день с ним говорили об искусстве, всегда. На этой картине — Сандра Фриммель, немецкий искусствовед. Она приехала в 2000 году в Питер по программе академических обменов. Прожила там год. Учила русский, тусовалась с художниками. У нее в квартире не было отопления. Сандра думала, что это в порядке вещей, что в России не топят. В 2001 году Сандра приехала в Москву на выставку. Нас познакомили питерские подруги. А через несколько месяцев она написала письмо, что планирует приехать с фотографом делать книгу о русских художниках. И спросила, можно ли у нас остановиться. В письме Сандра упомянула: «Я умею хорошо готовить». Вова ответил, раз готовит, пусть приезжает и готовит.

И в фильме «ВоваНина», который сняла про нас Наталия Назарова, Сандра как раз режет рыбу и рассказывает на камеру эту историю. А я сзади стою. По правде говоря, Сандра нам не готовила, только в последний день встала к плите. Они носились с фотографом по всей Москве. Я говорю в фильме: «Вова добрый, поэтому он тебя пустил». Но она нас полюбила, и мы ее. Пока Сандра у нас жила, мы беседовали с утра пораньше.

— Но ваши отношения с Вовой такое тесное общение не размывало?

— Мы ничего не скрывали друг от друга. Ни деньги, ни какие-то мысли.

Реклама на Forbes

— По-моему, у вас был на двоих один мобильный телефон и одни ключи от квартиры.

— Двое ключей было. Мобильный поначалу один, потому что он не нужен был вроде бы.

— При этом у вас совершенно разные пути в искусстве и никогда не было ни одной совместной выставки.

— Мы разные художники. Мы всегда настаивали на том, чтобы делать отдельные выставки. Мы никогда не делали совместных, но участвовали в общих проектах. В 2014 году Ира Горлова решила сделать вечер в ГЦСИ, чтобы мы показали наши совместные работы. У нас есть около десятка общих перформансов, и несколько совместных проектов, которые мы делали в других городах, например на биеннале в Красноярске. Но, конечно, я люблю персональные выставки. Люблю сама за все отвечать, как и Вова. Тот вечер В ГЦСИ Вова назвал «Не раздельные и не слиянные». Мы не разделимы и не сливаемся.

 — Когда Вова писал тексты или давал интервью, он совершенно спокойно говорил о самом себе, не упоминая о вас.

Реклама на Forbes

— Я говорила ему: «Про меня не надо».

— Но вы неизменно упоминаете Вову в своих интервью.

— Вовы нет. Только поэтому. Я упоминаю Вову, потому что Вова был для меня всем. Я всегда ему говорила: «Ты — моя мама, папа и родина».

И он мне так говорил. В свой последний день, утром, он сказал: «Ниночка, ты так меня радуешь своим личиком». А мне было 66 лет.

Когда я болела и лежала в больнице, Вова был совершенно потерян, так он переживал. Я была в реанимации 11 дней, — только 11 дней мы были не вместе за 35 лет. В реанимацию не пускали, но Вова приходил каждый день под двери. Его гнали оттуда. Завотделением говорил Вове: «Идите уже работайте, идите что-то делайте. Что вы тут торчите». Вова отвечал: «Нина — моя главная работа». По вечерам приходили мои подружки. А с утра приходил Володя. И что-то мне все время приносил. Мне все сказали потом, что если бы со мной что-то случилось, он бы не выдержал. А я нашла в себе силы жить. Я не думала, что смогу жить одна, а я живу. Я все время с ним разговариваю. Когда я работаю в мастерской, тут у меня мольберт, а тут — Вовины фотографии стоят. И я так сажусь, чтобы он видел, что я делаю.

Реклама на Forbes

— Как вам кажется, после ухода Вовы ваши работы изменились?

— Они изменились в тот момент. Немножко. Но я по-прежнему живу в своей медитации.

— И вокруг ожившие предметы.

— Я всегда говорила, что я их боюсь, и я их так приручаю. Так же, как боюсь зверей, боюсь кошек, собак. Когда смотрю в их глаза — там бездна. Мне страшно.

Это с детства. Нас гоняли в детстве в зоопарк рисовать львов, медведей. Я умирала от страха, не могла их нормально рисовать.

Реклама на Forbes

А предметный мир — он же тоже живой.

Художнику важно каждые пять-шесть лет начинать что-то другое. Ракурс какой-то менять. В какой-то момент я занималась видео-инсталляциями. Я живу, работаю, отвечаю на какие-то вопросы времени. Что-то могу сделать маслом, что-то карандашом, что-то видео, что-то перформансом. У меня есть работа «Моя мама хотела тоже быть сильной». В 2002 году она участвовала в Третьяковской галерее на выставке женщин-художниц. Там были и вышивки монахинь, и современное искусство. А я придумала такую историю. Взяла фотографию своей мамы, где она стоит в физкультурной пирамиде в тридцать каком-то году, и фотографии мам и бабушек художниц—участниц выставки, где они занимаются спортом, физкультурой, ГТО. Набралось 10 штук. Кто-то на брусьях в 1930-е годы, кто-то стреляет, кто-то в прорубь опускается, кто-то на лыжах едет, на мотоцикле рассекает. Все фотографии я пересняла и увеличила. И показывала вместе с видео, где Вова снял, как я делаю гимнастику по методике Синди Кроуфорд. Стоят два монитора, на которых идет разная гимнастика Синди Кроуфорд. Между ними коврик и две огромные советские гантели. Вот такая была инсталляция. В 2010 году ее показывали в ММоМA на Петровке. Там такая идея: после революции женщина хотела быть сильной, наравне с мужчинами. А сейчас женщины занимаются фитнесом для того, чтобы стать товаром для мужчин.

В «Перелетном кабаке» Максима Боксера («Перелетный кабак» — винный бар и галерея, открытая галеристом Максимом Боксером в партнерстве с поставщиком испанских вин Марией Олейниковой, — Forbes  Life) у меня была выставка «Пролетая над разбитой вазой Йоко Оно». Я нарисовала старинного пупсика на разных вещах, как будто он летит в космосе. А внизу — осколки вазы, которые во время перформанса на второй Московской биеннале современного искусства разбила Йоко Оно. Тогда Вова собрал для меня эти осколки. Они много лет лежали у нас дома, ждали своего часа.

— Потом в «Перелетном кабаке» был аукцион осколков этой вазы.

— Аукцион моих осколков, то есть моих рисунков осколков. Перед аукционом пришла Аня Свергун, которая работала пиарщиком на биеннале в 2007 году, я ей рассказываю эту историю, как Йоко Оно разбила вазу. А Аня Свергун говорит: «Йоко Оно не разбивала вазу, она вынесла блюдо с осколками». Представляете, как наше восприятие работает. Потому что в моей памяти она вазу разбивала. Нельзя слушать свидетелей происшедшего. Всегда все говорят разное. Я очень люблю рассказ Чапека, как произошло ДТП, кого-то задавили. Машина уехала с места преступления. Полиция ищет номер. Никто не помнит. Но там был поэт-сюрреалист, который написал стих: «О, шея лебедя. О, грудь. О, барабан. И эти палочки, трагедии знамения». Вот номер: два, три, ноль и одиннадцать. Вот так работает искусство, понимаете.

Реклама на Forbes

определение и синонимы слова ракурс в словаре русский языка

РАКУРС — определение и синонимы слова ракурс в словаре русский языка

Educalingo использует cookies для персонализации рекламы и получения статистики по использованию веб-трафика. Мы также передаем информацию об использовании сайта в нашу социальную сеть, партнерам по рекламе и аналитике.

ПРОИЗНОШЕНИЕ СЛОВА РАКУРС

ЧТО ОЗНАЧАЕТ СЛОВО РАКУРС

Ракурс

Ра́курс — объект, точка зрения на него в пространстве, а также получаемая проекция объекта в данной точке. Проекция может фиксироваться на носитель которыми могут выступать бумага, холст, фотоплёнка, киноплёнка, цифровая матрица.
Значение слова ракурс в словаре русский языка

РАКУРС, -а, м. 1. Положение изображаемого предмета в перспективе, с резким укорочением удалённых от переднего плана частей. 2. В фото- и киносъёмке: необычная перспектива, получаемая путём резкого наклона оси объектива. 3. перен. Точка зрения, угол зрения. Увидеть что-нибудь вновом ракурсе. || прилагательное ракурсный, -ая, -ое.

СЛОВА, РИФМУЮЩИЕСЯ СО СЛОВОМ РАКУРС

Синонимы и антонимы слова ракурс в словаре русский языка

Перевод слова «ракурс» на 25 языков

ПЕРЕВОД СЛОВА РАКУРС

Посмотрите перевод слова ракурс на 25 языков с помощью нашего многоязыкового переводчика c русский языка. Переводы слова ракурс с русский языка на другие языки, представленные в этом разделе, были выполнены с помощью автоматического перевода, в котором главным элементом перевода является слово «ракурс» на русский языке.
Переводчик с русский языка на
китайский язык 透视

1,325 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
испанский язык escorzo

570 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
английский язык foreshortening

510 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
хинди язык foreshortening

380 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
арабский язык التقصير

280 миллионов дикторов

русский ракурс

278 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
португальский язык escorço

270 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
бенгальский язык foreshortening

260 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
французский язык raccourcissement

220 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
малайский язык Sudut

190 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
немецкий язык Verkürzung

180 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
японский язык 短縮

130 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
корейский язык 단축 법

85 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
яванский язык Foreshortening

85 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
вьетнамский язык rút gọn

80 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
тамильский язык Foreshortening,

75 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
маратхи язык foreshortening

75 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
турецкий язык foreshortening

70 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
итальянский язык scorcio

65 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
польский язык skróty

50 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
украинский язык ракурс

40 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
румынский язык scurtare

30 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
греческий язык foreshortening

15 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
африкаанс язык verkorting

14 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
шведский язык förkortning

10 миллионов дикторов

Переводчик с русский языка на
норвежский язык forkortning

5 миллионов дикторов

Тенденции использования слова ракурс

ТЕНДЕНЦИИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ТЕРМИНА «РАКУРС»

На показанной выше карте показана частотность использования термина «ракурс» в разных странах.

Примеры использования в литературе на русский языке, цитаты и новости о слове ракурс

КНИГИ НА РУССКИЙ ЯЗЫКЕ, ИМЕЮЩЕЕ ОТНОШЕНИЕ К СЛОВУ

«РАКУРС»

Поиск случаев использования слова ракурс в следующих библиографических источниках. Книги, относящиеся к слову ракурс, и краткие выдержки из этих книг для получения представления о контексте использования этого слова в литературе на русский языке.

1

Уход из жизни: социально-философский ракурс — Страница 1

Минеев В. В. В. В. Минеев Уход из жизни: социально-философский ракурс Монография Москва 2014 УДК 1/14 ББК 87 М 61 Рецензенты: А.М. Гендин член-корреспондент Front Cover.

Минеев В. В., 2014

2

Повторение как интенция визуальности: . ..

Dannaya kniga posvyashchena klyuchevomu yavleniyu sovremennoy khudozhestvennoy kul’tury — povtoreniyu, ego evolyutsii, zakonomernomu razvitiyu v klassicheskikh, neklassicheskikh izobrazitel’nykh i vizual’nykh iskusstvakh.

Андрей Буров, 2012

3

Использование текстурных карт Лавса и дискретного …

Первый набор назовем эталонной базой, а второй — тестовой базой. Далее будем называть фотографию человека ракурсом. Множество ракурсов разбивается на непересекаюшиеся классы. Если некоторые из них являются …

4

Учимся фотографировать

Ракурс фотографии – это, попросту говоря, направление съемки,или же точка съемки поотношениюкее объекту. Ракурс фотографии– этооснова фотостилистики, именноот него зависит, насколько интересным и оригинальным . ..

Дэни Эртон, 2015

5

Связные миры Вселенной: трансцендентальный ракурс: монография

Цель книги — расширить современные представления о Вселенной посредством сокровенного, трансцендентального знания древнего мира. …

Инна Иннокентьевна Золотухина, 2011

6

Библиотечный коллектив: гендерный ракурс: …

В издании на примере Астраханской областной научной библиотеки и Астраханского региона изучаются гендерные процессы развития …

Лариса Валентиновна Коленко, 2010

7

Приложение в русском языке: номинационно-синтаксический ракурс

В монографии с позиций теории синтаксической номинации рассматривается категория приложений в русском языке. Для исследователей …

Александр Архипович Буров, 2009

НОВОСТИ, В КОТОРЫХ ВСТРЕЧАЕТСЯ ТЕРМИН «РАКУРС»

Здесь показано, как национальная и международная пресса использует термин ракурс в контексте приведенных ниже новостных статей.

Код для вставки

На канале РБК продолжается серия программ “Ракурс” про инновационный бизнес в нашей стране. В качестве ведущего и собеседника … «РБК, Окт 15»

«Ракурс» Андрея Анохина. Сдать ребенка в хорошие руки

«Ракурс» Андрея Анохина. Сдать ребенка в хорошие руки. Почему дети … В прошлом «Ракурсе» вышел материал «Штраф за тарелку борща». В нем … «Амурская правда, Окт 15»

Любимый ракурс не поможет: беременный живот Бородиной …

32-летняя Ксения Бородина до сих пор изо всех сил старалась не афишировать свое интересное положение. Будучи активной пользовательницей … «Woman.ru — интернет для женщин, Окт 15»

«Ракурс» Андрея Анохина. Штраф за тарелку борща

Право, хватит уже о высоком, есть потребность поговорить о насущном. Самое время, учитывая, что область у нас аграрная. Как объявляли в старых … «Амурская правда, Окт 15»

«Ракурс» Андрея Анохина. Сиротинка

«Ракурс» Андрея Анохина. Сиротинка. Не важно, как ты жил, важно, как долго тебя будут помнить. 01.10.2015, 08:00 Общество. — Мать, где отец? «Амурская правда, Сен 15»

«Ракурс» Андрея Анохина. Слепая жалость

Беженцы, беженцы, беженцы… На какой канал не переключишь — везде беженцы, вызывающие сострадание и легкую панику. Поневоле сам . .. «Амурская правда, Сен 15»

«Ракурс» Андрея Анохина. Пылесос «Кирби» на благо отечеству

Помните самую популярную советскую химчистку? По свежему снежку большой дефицитный ковер во двор выносишь и часа два его потом в этой … «Амурская правда, Сен 15»

Рембрандт. Другой ракурс

Рембрандт. Другой ракурс. 5 1 6 11. Время выхода в эфир: 12 сентября 2015, 10:15. в гостях: Полина Могилина научный сотрудник отдела искусства … «Радиостанция ЭХО МОСКВЫ, Сен 15»

Фотохудожественный центр Ракурс приглашает на фестиваль …

Открытый фестиваль «Фотографический сонет» пройдёт с 15 сентября по 31 октября в выставочном центре «Ракурс» при поддержке управления . .. «Орловское информбюро, Сен 15»

До Рембрандта были Маркс и Энгельс

Но спецпроект «Рембрандт. Другой ракурс«, в котором работы великого голландца из собрания ГМИИ встречаются с «переводом» рисунков Рембрандта … «Российская Газета, Сен 15»


ССЫЛКИ

« EDUCALINGO. Ракурс [онлайн]. Доступно на <https://educalingo.com/ru/dic-ru/rakurs>. Дек 2021 ».

Разработка надежного высокопроизводительного решения сбора и хранения измерительной информации для ПТК ИВС «Ракурс»

Вы здесь

» » »

Разработка надежного высокопроизводительного решения сбора и хранения измерительной информации для ПТК ИВС «Ракурс»

Заказчик: 

ООО «Финпроматом»

Объект(ы): 

Реакторный комплекс ПИК

Направление: 

Разработка надежного высокопроизводительного решения сбора и сохранения измерительной информации для программно-технического комплекса информационно-вычислительной системы «Ракурс» для реакторного комплекса ПИК г. Москва

Объем проведенной работы в рамках разработки решения для ПТКПрограммно-технический комплекc ИВСИнформационно-вычислительная система «Ракурс»:
  • Спроектирована аппаратно-программная архитектура сбора и хранения измерительной информации в соответствии с указанными техническими требованиями;
  • Спроектированная аппаратно-программная архитектура собрана в лабораторных условиях, написано тестовое программное обеспечение;
  • Проведены комплексные испытания аппаратно-программной архитектуры на предмет соответствия указанным техническим требованиям в присутствии представителей заказчика.
Список ключевых требований, которые необходимо было обеспечить в рамках проведенной работы:
  • Высокая производительность, чтобы обеспечить сбор и сохранение большого объема измерительной информации;
  • Сохранность полученного массива измерительной информации даже при возникновении аппаратно-программных сбоев;
  • Высокая надежность работы в целом.

Теги: 

Не тот ракурс – Происшествия – Коммерсантъ

Глава СБУ Украины Василий Грицак, рассказывая о спецоперации по предотвращению убийства журналиста Аркадия Бабченко, отметил, что «весь наш мир наблюдал за этим действом». У наблюдателей это действо с самого начала вызвало определенные вопросы. Появились они благодаря фотографии смертельно раненного журналиста, размещенной в соцсетях. По одной из версий, съемку опубликовали организаторы операции — она должна было подтвердить заказчику преступления его исполнение. Однако изображение никак не вязалось с обнародованными обстоятельствами происшедшего.

Согласно версии, первоначально озвученной официальными лицами, господин Бабченко вернулся домой с женой, после чего она отправилась в ванную, а журналист — за хлебом в ближайший магазин. На обратном пути за ним увязался киллер, который расстрелял его в спину из пистолета Макарова. Очевидно, нападение произошло в тот момент, когда господин Бабченко открывал дверь. Получив ранения, он рухнул на пороге, а умер в скорой, которая везла его в больницу. Учитывая, что предполагаемое преступление совершалось на 7-м этаже, у киллера были считаные минуты, чтобы добраться до выхода, не опасаясь быть застигнутым на месте, поэтому жертву он должен был снимать со стороны лестничной площадки, а не из глубины квартиры, как это видно на фото. Если предполагаемый заказчик все-таки требовал убедительного доказательства смерти журналиста, на снимок должен был попасть не затылок жертвы, а лицо. Фото, конечно, могли сделать недобросовестные сотрудники полиции или врачи, приехавшие на место происшествия, чтобы на нем заработать. Однако и эта версия выглядела неубедительной: на месте съемки отсутствовали какие бы то ни было следы оказания помощи раненому, а последнее представить себе просто невозможно, учитывая, что, по первоначальным данным, пострадавшего нашла его жена, выйдя из ванной.

Когда в 2000 году в Москве по официальным данным застрелили криминального авторитета по прозвищу Цветомузыка, лишь немногие обратили внимание на то, что его тело выносили из подъезда головой, а не ногами вперед. Убийство оказалось инсценировкой, а за приготовление к нему условный срок получил известный предприниматель Анатолий Быков.

Мелкие проколы не сказались и на итогах инсценировки в Киеве. Журналист Бабченко остался жив, бывший участник АТО, который должен был его застрелить за $30 тыс., но потом, по официальной версии, сдался властям, пошел свидетелем по делу, а неизвестный гражданин Украины, якобы действовавший по заданию российских спецслужб, оказался в СИЗО.

В среду в украинской полиции сообщили, что российского оппозиционного журналиста Аркадия Бабченко застрелили у него дома в Киеве. А в четверг репортер внезапно появился живой перед прессой на брифинге, организованном Службой безопасности Украины. В СБУ заявили, что смерть была инсценировкой в рамках спецоперации по предотвращению покушения на Бабченко.

Читать далее

нейросеть обучили изменять ракурс любых видео / Хабр

В фильмах или роликах с YouTube мы наблюдаем происходящее из одной точки, нам не доступны перемещение по сцене или смещение угла зрения. Но, кажется, ситуация меняется. Так, исследователи из Политехнического университета Вирджинии и Facebook

разработали

новый алгоритм обработки видео. Благодаря ему можно произвольно изменять угол просмотра уже готового видеопотока. Что примечательно — алгоритм использует кадры, которые получены при съемке на одну камеру, совмещение нескольких видеопотоков с разных камер не требуется.

В основе нового алгоритма — нейросеть NeRF (Neural Radiance Fields for Unconstrained). Эта появившаяся в прошлом году сеть умеет превращать фотографии в объемную анимацию. Однако для достижения эффекта перемещения в видео проект пришлось существенно доработать.

Что именно умеет NeRF?


NeRF

обучают

на большом количестве изображений одного и того же объекта с разных ракурсов. Изначально ее научили воссоздавать объемные картинки известных архитектурных достопримечательностей и других объектов. Не все изображения идеально складывались и читались, поэтому требовалось расширить изначальные возможности.

Сама по себе нейросеть умеет создавать 3D-изображение под разными углами из множества снимков. Также она может вычленять 2D-модели. Эти изображения переводят из объемных в плоскостные путем попиксельного переноса. Как именно?

Когда выбран нужный угол зрения, алгоритм начинает пропускать сквозь трехмерную сцену лучи и попиксельно создавать двухмерное изображение, используя данные о плотности и цвете каждого пикселя вдоль всего прохождения луча. Чтобы получить кадр целиком, процесс запускают несколько раз, пока не наберется необходимое количество пикселей из лучей просчитанных с разных направлений. Тем самым становится возможным генерация 2D-изображений с любого ракурса. В целом интересный и оригинальный подход к решению столь нетривиальной задачи.

Видеопоток с эффектом


Для достижения похожего эффекта для видеопотока требуются аналогичные действия. Но есть важный нюанс — в видео есть только один ракурс для каждого отдельного кадра. Чтобы справиться с задачей, исследователи решили обучить две разные модели параллельно. В итоге получились сразу 2 алгоритма: для статической и динамической частей сцены.

Что касается статичной модели, то она устроена по тому же принципу, что и NeRF. Есть только одно отличие — из кадра сразу удалили все движущиеся объекты.

С динамической моделью все намного интереснее. Для ее обработки не хватало кадров. Тогда нейросеть научили предсказывать кадры для объемного потока. Точнее кадры к каждому конкретному моменту времени t. Эти моменты условно назвали t-1 и t+1. Суть 3D-потока сводится к

оптическому потоку

, только в этом случае его строят для объемных объектов.

Также ученым удалось избавиться от помех и обеспечить согласованность кадров. В итоге новая нейросеть воссоздает достаточно стройный видеоряд с разных ракурсов. На предоставленном разработчиками видео виден эффект, похожий на тот, что многие из нас помнят из «Матрицы». В кинематографе его называют Bullet time, когда зрителя погружают внутрь изображения.

Сами разработчики считают свой проект более удачной версией NeRF, благодаря стройным и плавным переходам.

Перспективная проекция

Перспективная проекция
Далее: Реальные камеры Up: Камера перспективы Предыдущая: Камера перспективы

Следуя Дюреру и художникам эпохи Возрождения, перспектива выступ можно определить следующим образом (см. рис. 1.3). Центр проекции находится в origin O трехмерной системы отсчета пространства. Плоскость изображения параллельно самолет и переместил расстояние f (фокусное расстояние ) по ось от источник.3D-точка P проецируется на точку изображения p . В ортогональная проекция O на это основная точка или , а ось, которая соответствует этой линии проекции главная ось (иногда называемая оптической осью людьми компьютерного зрения, хотя оптики тут вообще нет).

Рисунок 1.3: Стандартная перспективная проекция

Пусть ( x , y ) будут двухмерными координатами p и ( X , Y , Z ) трехмерными координаты P . Прямое применение теоремы Фалеса показывает, что:


Мы можем предположить, что f = 1, так как разные значения f просто соответствуют разные масштабы изображения. Ниже мы включим полный калибровка камеры в модель. В однородных координатах приведенные выше уравнения становятся:

В реальных изображениях начало координат изображения не является главная точка и масштабирование по каждой оси изображения различаются, поэтому координаты изображения подвергаются дальнейшему преобразованию, описываемому какая-то матрица К .Кроме того, мировая система координат обычно не совпадают с опорным кадром перспективы, поэтому трехмерные координаты претерпевают евклидово движение, описываемое некоторой матрицей M (см. упражнение 1.3), и, наконец, имеем:

M дает трехмерное положение и позу камеры и, следовательно, имеет шесть степени свободы, которые представляют параметры камеры external (или external ). При минимальной параметризации M имеет стандартные 6 степеней свободы жесткого движения. К есть независимо от положения камеры. Он содержит интерьер (или intrinsic ) параметры камеры. Обычно это представлено как верхнетреугольная матрица:

где s x и s y обозначают масштабирование вдоль и оси плоскости изображения, дает перекос (неортогональность) между осями (обычно ), и ( u 0 , v 0 ) — координаты главной точки (пересечение главной оси и плоскости изображения).

Обратите внимание, что в однородных координатах модель перспективной проекции описывается линейными уравнениями: чрезвычайно полезное свойство для математическая модель.



Далее: Реальные камеры Up: Камера перспективы Предыдущая: Камера перспективы
Билл Триггс
1998-11-13

Важность профессиональных ценностей с точки зрения студентов-медсестер | BMC Nursing

Настоящее исследование было проведено с целью изучить важность профессиональных ценностей с точки зрения студентов-медсестер. Результаты показали высокий общий балл в отношении важности профессиональных ценностей. Эти результаты согласуются с результатами исследований, проведенных в США [15, 23], Тайване [24], Корее [25] и Иране [21]. Результаты этих исследований показали, что инструкторы и инструкторы по сестринскому делу рассматривались студентами как образцы для подражания.

В этом исследовании наиболее важными профессиональными ценностями медсестер были «сохранение конфиденциальности пациентов», «защита права пациентов на неприкосновенность частной жизни», «ответственность за удовлетворение потребностей в области здравоохранения культурно разнообразного населения» и «поддержание компетентности в области практики. ».Результаты этого исследования согласуются с результатами исследований, проведенных Lin et al. [19], Кларк [15], Фишер [23] и Ленерс и др. [8], которые определили эти ценности как наиболее важные. Одной из возможных причин несоответствия между результатами этого исследования и результатами других исследований может быть то, что эти ценности являются одними из основных ценностей в медсестринской профессии и тесно с ней связаны. Leners et al. сообщили, что поддержание компетентности в области практики, принятие на себя ответственности и подотчетности за свою практику, а также защита права пациентов на неприкосновенность частной жизни являются ценностями, приоритетными для студентов.Поскольку эти ценности связаны с непосредственным уходом за пациентами и с учетом того, что студенты завершают свою клиническую практику под наблюдением медсестер, студенты могут узнать о важности этих ценностей посредством ролевого моделирования и применения в клинических условиях [8].

В этом исследовании наименее важными ценностями с точки зрения студентов были «участие в решениях государственной политики, влияющих на распределение ресурсов», «участие в экспертной оценке», «признание роли профессиональных ассоциаций медсестер в формировании политики в области здравоохранения» и « участие в медсестринских исследованиях и / или внедрение результатов исследований, подходящих для практики ». Результаты этого исследования также согласуются с результатами исследований, проведенных Lin et al. [19], Кларк [15], Фишер [23] и Ленерс и др. [8]. Множество факторов могло способствовать тому, что этим ценностям придается меньшее значение; некоторые причины могут заключаться в меньшем количестве информации о важности этих ценностей в развитии профессии, низкой мотивации, недостаточном утверждении и слабой поддержке со стороны преподавателей медсестер.

Причиной того, что такие ценности, как «участие в медсестринских исследованиях и / или внедрение результатов исследований, подходящих для практики», невысокое значение может быть связано с тем, что студенты медсестер не приобретают необходимых навыков (например, навыков информационной грамотности) для применения. в научно-обоснованной практике во время учебы [26, 27].Другой причиной низкой значимости вышеперечисленных ценностей могут быть программы последипломного образования; Студенты бакалавриата сосредотачиваются на правилах клинической практики, потому что они новички. По мере того, как они становятся более компетентными и, в конечном итоге, экспертами, рейтинг ценностей может измениться.

Что касается меньшей важности «признания роли профессиональных ассоциаций медсестер в формировании политики здравоохранения», Esmaeili et al. сообщили о следующих причинах сокращения участия в таких ассоциациях: продолжительный рабочий день, недостаточная осведомленность о целях и деятельности ассоциаций, нехватка времени и отсутствие поддержки со стороны больниц для того, чтобы играть активную роль в ассоциациях.Более того, неактивность членов таких ассоциаций и слабые отношения между этими ассоциациями были другими препятствиями, с которыми сталкивались такие ассоциации в Иране [28]. Кроме того, еще одна причина может заключаться в том, что сами преподаватели медсестер не участвуют в профессиональных ассоциациях медсестер из-за большой рабочей нагрузки и ограниченного времени. Профессиональные ассоциации медсестер играют важную роль в продвижении авторитета медсестер и их профессиональной идентичности. Следовательно, понимание и оценка важности участия в профессиональных ассоциациях может потребовать особого внимания как важной профессиональной ценности.

Что касается низкой важности таких ценностей, как «участие в экспертной оценке» и «участие в решениях государственной политики, влияющих на распределение ресурсов», можно упомянуть, что эти действия являются частью обязанностей менеджера, и что медсестры не участвуют в экспертной оценке и политических решениях.

В этом исследовании была обнаружена значимая взаимосвязь между средним баллом успеваемости и оценками профессиональных ценностей. Студенты с высоким средним академическим баллом, вероятно, обладают необходимой научной компетенцией в своей профессиональной деятельности, что может привести к тому, что профессиональные ценности станут важным показателем профессиональной компетентности.Lechner et al. подчеркнули, что академическая среда, по-видимому, выявляет и укрепляет такие ценности, как развитие способностей и отстаивание своих интересов [29].

В этом исследовании, хотя не было обнаружено существенной разницы между учебным семестром и оценками профессиональных ценностей учащимися, самый высокий балл относился к шестому семестру, тогда как самый низкий балл относился к четвертому семестру. Исследования, проведенные Рассином [16] и Кларком [15], дали результаты, аналогичные результатам этого исследования, без разницы между общими оценками профессиональных ценностей студентов в разные семестры их медсестринского образования.Однако в нескольких исследованиях [8, 14, 25] были обнаружены существенные различия между общими оценками профессиональных ценностей студентов в разные семестры. Эти различия трудно сравнивать из-за использования разных инструментов для измерения профессиональных ценностей, различий в учебных планах и средах сестринского образования, а также различий в дизайне исследований. В соответствии с результатами, обнаруженными в связи между учебным годом и образованием с профессиональными ценностями, исследователи сообщили в нескольких исследованиях, что образование положительно влияет на профессиональные ценности, а опыт обучения студентов-медсестер повысил общие баллы профессиональных ценностей в положительном направлении от поступление в школу до окончания школы [8, 14, 19]. В своем исследовании Вайс и Шэнк пришли к выводу, что повышенное внимание к учебным программам младших и старших школьников может изменить некоторые профессиональные ценности, указывая на то, что время, проведенное в школе, связано с изменением ценностей [30].

Исследование имело три ограничения. Во-первых, оценка взглядов учащихся на профессиональные ценности была ограничена только в школе, связанной с KUMS, на юге Ирана, что может ограничить обобщение этих выводов. Вторым ограничением был перевод НПВС-Р на персидский язык.Культурные и языковые различия могли повлиять на значение этих терминов буквально и в контексте сестринского образования в Иране. В-третьих, это исследование не оценивало, как студенты усваивают профессиональные ценности. Точно так же мы не знали, в какой степени студенты обладали этими ценностями до поступления в медсестринское образование, и мы не собирали информацию по этим двум пунктам; Таким образом, мы не особо подчеркивали роль воспитателей медсестер в этом исследовании. Предполагается, что дальнейшие исследования с использованием более точных инструментов, проведенные в других медицинских школах с другими культурными и экологическими условиями, могут привести к всеобъемлющим стратегиям усвоения профессиональных ценностей студентов-медсестер.

Значение для сестринского дела

Педагоги по сестринскому делу могут в первую очередь способствовать продвижению профессиональных ценностей, побуждая студентов участвовать как в исследованиях по данной теме, так и в обучении медсестер. Периодические занятия и семинары о профессионализме должны проводиться клиническими наставниками и школьными педагогами, которые играют важную роль в качестве поведенческих моделей для своих учеников. Также рекомендуется провести исследования для изучения влияния образовательной среды и преподавателей университетов в качестве ролевых моделей для студентов на продвижение профессиональных ценностей у студентов.

Важность профессиональных ценностей с точки зрения клинических медсестер в больницах медицинского университета в Иране | BMC Medical Ethics

Настоящее исследование было направлено на изучение важности профессиональных ценностей с точки зрения медсестер. Полученные результаты показали, что средний суммарный балл важности профессиональных ценностей был высоким. Как и в настоящем исследовании, Кларк [15], Гальегос и Сортал [28], а также Шанк и Вайс [29] сообщили о высоком балле профессиональных ценностей медсестер, который оправдывает этот высокий балл.Американская ассоциация колледжей медсестер сообщила, что большинство людей, вступающих в медсестринскую профессию, признали, что профессиональные ценности очень важны в медсестринском деле, хотя они могут не применять все ценности одинаково на практике [30]. Еще одной причиной таких высоких баллов могут быть вопросы анкеты, которые медсестры чаще выбирали «очень важные» и «наиболее важные» варианты, что в конечном итоге приводило к завышению баллов.

В настоящем исследовании наиболее важные профессиональные ценности по словам медсестер, это были «Сохранение конфиденциальности пациентов», «Защита права пациентов на неприкосновенность частной жизни», «Принятие на себя ответственности за удовлетворение потребностей в области здравоохранения культурно разнообразного населения» и «Принятие ответственности и подотчетности за свою собственную практику», соответственно. В соответствии с результатами настоящего исследования эти ценности были определены как наиболее важные профессиональные ценности медсестер в других исследованиях, проведенных Гальегосом и Сорталем [28], Кларком [15], Шанком и Вайсом [29], а также Шахриари и др. Одной из причин этого может быть тот факт, что медсестры в основном рассматривают ценности, которые напрямую связаны с сестринским уходом и повседневной клинической работой медсестер [15]. Другой причиной могут быть высокие ожидания людей от медсестер в отношении таких ценностей, поэтому Leners et al.сообщили об этом случае в своем исследовании. Более того, они считали, что эти ценности могут изначально существовать у людей, склонных к медсестринской профессии [13].

В настоящем исследовании определенные ценности были менее важны с точки зрения медсестер, такие как «Признание роли профессиональных ассоциаций медсестер в формировании политики здравоохранения», «Участие в исследованиях медсестер и / или применение результатов исследований, подходящих для практики» , «Участие в принятии решений государственной политики, влияющих на распределение ресурсов» и «Участие в экспертной оценке», соответственно. В нескольких исследованиях [15, 28, 29] эти элементы относятся к наименее важным ценностям, но приоритет и ранжирование этих ценностей отличается от настоящего исследования. Вероятно, есть несколько факторов, по которым медсестры не желают принимать все ценности в равной степени, такие как личные убеждения и отношения [18], условия и факторы, относящиеся к рабочей среде, рабочему давлению и организационной культуре, уровень организационной поддержки [14, 31] , осведомленность, образовательные программы, а также уровень мотивации и интереса [20] могут повлиять на приоритетность профессиональных ценностей.Возможно, еще одной причиной низкой значимости вышеперечисленных ценностей может быть недостаточный акцент на эмоциональном обучении со стороны преподавателей и преподавателей вузов в момент формирования профессиональных ценностей в аффективной сфере обучения. Если эти ценности не поощряются или не замечаются во время академического образования, они могут полностью не приниматься [15]. Leners et al. заявил, что вышеупомянутые ценности относятся к совместной и социальной деятельности в организациях медсестер и здравоохранения.Поэтому низкая осведомленность об их прямой связи с продвижением профессии медсестры [13].

Что касается низкого значения «Признания роли профессиональных ассоциаций медсестер в формировании политики здравоохранения» с точки зрения медсестер, Шанк и Вайс заявили, что деятельность, связанная с этими ассоциациями, проводится в нерабочее время и снижает их роль по уходу. Более того, они считали, что участие и деятельность в ассоциациях медсестер необязательны.Следовательно, медсестры мало осведомлены о роли профессиональных ассоциаций медсестер [29]. Предлагается познакомить медсестер с этими ценностями и создать условия для участия в этой деятельности, чтобы способствовать продвижению профессии медсестер.

Причинами низкой важности таких ценностей, как «участие в медсестринских исследованиях и клиническое применение результатов» в Иране, вероятно, является неблагоприятное отношение к применению исследований и практики, основанной на фактах, а также низкая самооценка. эффективность в этой области, а также плохие навыки информационной грамотности, такие как поиск источников информации, систематизация информации в базах данных, навыки поиска информации и оценка доказательств, которые были опубликованы в двух статьях Farokhzadian et al.[32, 33].

Что касается таких ценностей, как «участие в экспертной оценке» и «участие в принятии решений государственной политики, влияющих на распределение ресурсов», можно предположить, что организационная структура в Иране такова, что эта деятельность входит в обязанности менеджеров больниц. Оценка эффективности проводится менеджерами, и сотрудники не участвуют в оценке коллег. Следовательно, организационные структуры необходимо скорректировать в соответствии с профессиональными ценностями медсестер.

В настоящем исследовании возраст имел положительную и слабо значимую связь с оценками профессиональных ценностей. Эти результаты согласуются с данными Kubsch et al. исследование [31], в отличие от Shahriari et al. , исследование о том, что медсестры стареют, имеет более низкий балл профессиональных ценностей [34]. Наверное, можно сказать, что увеличение возраста привело к более устойчивой личности, а также к большей приспособляемости к проблемам. Более того, пожилой возраст за счет повторения опыта медсестер укрепляет профессиональные ценности [31].

В этом исследовании была выявлена ​​положительная и слабо значимая взаимосвязь между опытом работы и оценкой профессиональных ценностей. Результат настоящего исследования согласуется с исследованием Гальегоса и Сортала. В их исследовании низкие баллы были начаты с опытом работы от 3 до 10 лет; указывают на то, что медсестры, стремящиеся к компетентности, сталкиваются с трудностями и формирующим опытом, что отражается в профессиональных ценностях [28]. В исследовании Кларка, согласующемся с нашим исследованием, оценка профессиональных ценностей повышалась с увеличением опыта медсестер [15].В отличие от настоящего исследования, Ледук и Коцер продемонстрировали отсутствие существенной разницы между опытом работы и профессиональными ценностями [35]. Такие различия могут быть связаны с существованием разных возрастных групп, клинической среды или условий труда.

Настоящее исследование показало, что медсестры, прошедшие профессиональную этическую подготовку, получили более высокие баллы по профессиональным ценностям по сравнению с медсестрами, которые не участвовали. Роль непрерывного образования в обучении и привитии профессиональных ценностей, связанных с этическими дилеммами, а также организации в укреплении и развитии профессиональных ценностей очевидна.Соответственно, важно предоставить медсестрам возможности для усвоения профессиональных ценностей, чтобы эти ценности улучшили результаты лечения пациентов [36]. Таким образом, предлагается, чтобы больницы постоянно обучали своих медсестер и проводили семинары, относящиеся к профессиональным ценностям, с тем, чтобы продвигать профессиональные медсестры.

Это исследование имело два ограничения. Во-первых, рейтинг ценностей участниками может зависеть от степени их понимания этих ценностей. Кроме того, большая склонность медсестер выбирать высокие баллы по шкале Лайкерта может быть предметом личной предвзятости и завышения оценок.Для повышения надежности результатов может быть полезна триангуляция при сборе данных, такая как интервью, наблюдение и исследование с использованием смешанных методов. Также предлагается разработать более точные инструменты для изучения точки зрения медсестер на профессиональные ценности медсестер. Во-вторых, NPVS-R измеряет важность профессиональных ценностей с точки зрения медсестер, но не оценивает применение этих ценностей в сестринской практике. Следовательно, в будущем необходимо провести комбинированные исследования, чтобы разработать инструменты для оценки применения профессиональных ценностей в сестринской практике, а также прогностических факторов, влияющих на использование профессиональных ценностей среди медсестер.

Технологии обучения как профессиональная практика: развитие критической точки зрения

Для успешного решения проблем современного ландшафта технологий обучения требуется более рефлексивный, более критический взгляд на вещи.

Кредит: Стив МакКракен, © 2019

Одна из причин, по которой мне нравится то, что я делаю, заключается в том, что меня всегда интересовало, как мы, люди, относимся к окружающему миру и, в частности, как мы относимся к технологиям. Для меня нет лучшего контекста, чем образование и непрерывное обучение, чтобы изучить, как эти отношения развиваются по мере того, как цифровые технологии становятся все более распространенными в нашей жизни.

Работа в сфере технологий обучения или образовательных технологий («edtech») меняется по мере развития нашего понимания технологий. Мы стали лучше осознавать не только потенциал технологических инноваций, но и то, что необходимо для расширения масштабов этих инноваций от использования в небольших пилотных проектах или отдельных классах до приложений для всех учащихся. Для увеличения масштаба требуются не только инфраструктура и технические возможности, но также квалифицированный персонал и надежная политика. Самое главное, мы должны постоянно сомневаться в том, действительно ли технологии обучения приносят пользу всем учащимся. Мы знаем, что технологии обладают огромным потенциалом, но теперь у нас есть десятилетия исследований и практики, на которые можно опираться по мере того, как мы продвигаем нашу профессиональную практику за пределы пропаганды и в сторону более рефлексивной, более критической точки зрения — точки зрения, которая, я надеюсь, даст нам возможность решать некоторые сложные вопросы, касающиеся этики, инклюзивности, равенства и конфиденциальности.

В этой статье я хочу совместить как личную точку зрения, так и точку зрения, основанную на моей профессиональной позиции. Я хочу поделиться своими личными взглядами, чтобы понять, почему я считаю настолько важным, чтобы мы развивали более зрелую, более рефлексивную, более критическую точку зрения в нашей профессиональной практике и как мы могли бы приступить к этому в эпоху автоматизации и технологический детерминизм.Мое мнение также основано на исследованиях, практике и выработке политики, проводимой Ассоциацией технологий обучения (ALT) за двадцать пять лет работы с тысячами профессионалов в Соединенном Королевстве и по всему миру.

Я начал работать в ALT в 2008 году и занимаю должность исполнительного директора с 2012 года. На моей нынешней должности меня часто спрашивают: что такое технологии обучения? Кто такой обучающийся технолог? На рисунке 1 показано определение ALT, которое мы использовали в своей работе с 1993 года.

Рис. 1. Определение ALT технологии обучения

Я горжусь тем, что являюсь обучающимся технологом, и мне хотелось бы немного рассказать о том, что это значит для меня и что сформировало мою профессиональную практику за последнее десятилетие, что, в свою очередь, обеспечивает основу для моей работы. Соединенное Королевство в национальном масштабе для усиления признания и представительства обучающихся технологов. Фундамент моего подхода заключается в том, что я твердо убежден, что разумное использование технологий обучения может быть лучше всего развито, работая в рамках высшего образования, и может стать эффективным способом для всех учиться, преподавать и оценивать — на основе открытой практики, инновационных исследований и глобальных политика. Я хочу выделить такие ценности ALT, как открытость, сотрудничество, участие и независимость, с нашими более чем 3500 членами в основе всего, что мы делаем.

Будучи обучающимся технологом, я могу задуматься над некоторыми из самых актуальных вопросов сегодняшнего дня. Сами по себе технологические инновации или прорыв не могут помочь нам сформулировать ответы на такие вопросы. Например, как объяснила Одри Уоттерс в своем ежегодном обзоре «Истории, которые нам рассказывали об образовательных технологиях» или как Мартин Веллер написал в своей серии блога «25 лет Ed Tech»: «Образование — это, по сути, человеческое предприятие.» 1 Таким образом, мы должны поместить наше использование технологий и наши отношения с ними в теоретические, исторические и критические рамки из разных дисциплин.

Некоторые могут подумать, что повседневная деятельность, такая как разработка модулей в системе управления обучением (LMS), объяснение того, как работают открытые лицензии, и обучение персонала использованию социальных сетей, далеки от более серьезных проблем, связанных с конфиденциальностью и автоматизацией. , или политика инноваций. Или некоторые могут подумать, что, поскольку большинство из нас работает в рамках систем, структур и институтов, у нас остается мало свободы для решения более серьезных вопросов.Тем не менее, когда мы смотрим на факторы, влияющие на нашу повседневную работу, мы вскоре можем увидеть, какая часть работы по обучению технологиям, какая часть нашей профессиональной практики происходит именно там, где мы обсуждаем наши отношения с технологиями. Приведу несколько примеров.

Наша профессиональная практика

Возьмем, к примеру, стоимость труда. В прошлом году в Эдинбургском университете разрабатывалась новая институциональная политика в отношении записи лекций. Мелисса Хайтон, заместитель директора и директор отдела обучения, преподавания и веб-служб (LTW) в Эдинбургском университете, открыто рассказала об этом процессе в блоге.Все началось нормально, но затем совпало с забастовкой в ​​университетах Великобритании, и внезапно вопросы о новой политике перешли от педагогических подходов, уровней посещаемости и инструментов пересмотра к таким проблемам, как то, может ли университет использовать записанные лекции, призванные «заменить» учителей во время забастовки, что позволит учебным заведениям продолжить «обучение». Как лидер в области технологий обучения, Мелисса размышляла об отношениях между профессиональными технологами обучения и их академическими коллегами:

Что произойдет, если что-то пойдет не так? Насколько устойчивы отношения между образовательными технологиями и педагогами, когда нас проверяют забастовки, снег и мятежи? Как нам лучше всего извлекать уроки из критических инцидентов? Можно ли устранить поломки в трасте? Что мы будем делать, когда это случится снова? 2

При участии всех участвующих сторон процесс привел к выработке надежной политики, которая была успешно принята в Эдинбургском университете и теперь служит моделью не только для политики записи лекций, но и для практики открытого обмена информацией о выработке политики и консультациях. подход, а также ресурсы, созданные для более широкой выгоды.Для меня это яркий пример того, что технологии обучения по своей сути являются политическими и что мы должны помнить о том, как их использование влияет на стоимость труда.

Другой пример — инициатива, недавно объявленная в Соединенном Королевстве, которая направлена ​​на предотвращение студенческих самоубийств. Один из проектов включает в себя инструмент Early Alert Tool, возглавляемый Университетом Нортумбрии, предназначенный для «выявления студентов, которым грозит кризис психического здоровья, путем анализа источников данных, таких как социальные сети». 3 Несмотря на благие намерения, эта и другие национальные усилия по расширению использования обучения и аналитики учащихся задают нам серьезные вопросы: они требуют от нас сформулировать, как мы можем этично использовать такие технологии, какие подходы мы хотим видеть принятые политиками, и как мы можем сотрудничать друг с другом и с промышленностью, чтобы обучать себя и наших студентов.ALT проконсультировалась со своими членами и представила ответ Всепартийной парламентской группе Великобритании по анализу данных. В этом ответе ALT сосредоточила внимание на озабоченности относительно легитимности решений провайдеров образования в отношении отдельных учащихся на основе потенциально предвзятых и непрозрачных алгоритмов и относительно способности провайдеров оценивать обоснованность своих решений и устанавливать соответствующие институциональные политики для получения информированного согласия от студентов. все субъекты данных. 4 Мы считаем, что профессионалы в области технологий обучения должны играть важную роль в консультировании политиков, помогая учреждениям развивать осознанное и эффективное использование данных и аналитики, а также помогая преподавателям и учащимся развить критически важные навыки грамотности в отношении данных.

Конечно, любой один пример может лишь коснуться поверхности пугающих сфер, в которых работают некоторые из наиболее сложных продуктов наблюдения. Как недавно написал Мартин Хоукси, директор по инновациям, сообществу и технологиям ALT: «Все мы знаем, что технологии не нейтральны». Однако в случае обнаружения и распознавания лиц «одно из самых больших различий заключается в том, где мы« выбираем »для обмена данными в социальных сетях». Хокси добавил: «За нами часто можно наблюдать без знания и все чаще без выбора.» 5 Это приобретает еще большее значение, если учесть все более распространенное использование таких технологий в образовании для учащихся всех возрастов. Мы должны спросить себя: как мы можем расширить возможности преподавателей и студентов в приобретении навыков работы с данными и цифровой грамотности требуется для принятия обоснованных решений об использовании технологий разумно, ответственно и этично?

В феврале 2019 года на семинаре «Трансформация человека: запоминание и обучение» в Королевском обществе Дайана Лауриллард, профессор обучения с помощью цифровых технологий в Институте образования Калифорнийского университета, высказала мысль, которая нашла отклик у меня.Говоря об огромных масштабах спроса на образование (на всех уровнях) во всем мире, она размышляла о том, сколько сотен тысяч учителей потребуется для обеспечения образования и профессиональной подготовки по мере того, как все больше учащихся, особенно на Глобальном Юге, получат доступ к образованию и появиться в сети. Правильное и разумное использование технологий, красноречиво утверждал Лауриллар, может помочь нам увеличить объем предоставляемых услуг и расширить доступ для всех учащихся, особенно для тех, кто в противном случае не мог бы получить доступ.

Но учителя, участвующие в этом начинании, также нуждаются в необходимых цифровых навыках.Вместе с остальной рабочей силой мы в сфере образования сталкиваемся с огромной проблемой постоянного повышения квалификации буквально каждого, чтобы идти в ногу с изменениями и инновациями. И это еще один контекст, в котором обучающиеся технологи сталкиваются с острым концом кривой принятия. Мы должны быть на шаг впереди не только сотрудников и студентов, которым необходимы соответствующие навыки, но и лиц, принимающих решения, которые заключают контракты с поставщиками и принимают решения о том, какие технологии будут использоваться. Мы должны уметь давать им советы, помогать им задавать правильные вопросы и предоставлять экспертную точку зрения в контексте обучения.

Только с этими несколькими примерами мы можем начать видеть диапазон ситуаций и контекстов профессиональной практики в обучающих технологиях. Но какие компетенции необходимы для этой практики и как обучающиеся технологи могут получить признание своей работы?

Партнерская аккредитация

ALT работает уже почти три десятилетия. За это время мы стали свидетелями того, как технология обучения превратилась из специализации, принятой людьми из разных дисциплин и профессий, в карьерный путь, который привлекает все большее количество профессионалов, от младших должностей до самых высоких уровней.Последние десять лет я руководил работой в ALT по развитию и повышению профессионального признания в Соединенном Королевстве. Подход ALT основан на четырех основных принципах профессиональной практики: (1) обязательство передавать и распространять передовой опыт; (2) сочувствие и готовность учиться у коллег разного происхождения и специализации; (3) стремление идти в ногу с новыми технологиями; и (4) в основе всего этого — приверженность исследованию и пониманию взаимодействия между технологиями и обучением (см. рисунок 2).

Кредит: ALT
Рисунок 2. Четыре основных принципа профессиональной практики

Основанная на этих четырех основных принципах схема аккредитации ALT, CMALT (сертифицированный член ALT). Эта система аккредитации предоставляет возможности для получения экспертной аккредитации для профессионалов в области технологий обучения в Соединенном Королевстве и за рубежом. Он предназначен для профессионалов, которые активно участвуют в понимании, управлении, исследованиях, поддержке и / или обеспечении возможности обучения с использованием технологий обучения.Получение статуса «Сертифицированное членство» означает признание коллегами того, что вы являетесь практикующим специалистом. 6

Существующая структура выдержала испытание временем более десяти лет и продолжает оставаться в основе того, что мы делаем. Однако мы также знаем, что сообщество, которое мы обслуживаем, растет и диверсифицируется, а его потребности растут. Поэтому в этом году мы разработали расширенную структуру, которая обеспечивает два новых пути к аккредитации: Associate CMALT и Senior CMALT. На рисунке 3 показано, как мы различаем разные пути.Поскольку мы понимаем, что существует широкий спектр обучающих технологических ролей, мы включаем такие отличительные признаки, как многолетний опыт, какова может быть цель роли и насколько большое влияние она может иметь. Например, у все большего числа членов ALT есть старшие, управленческие или руководящие должности; Аккредитация Senior CMALT предложит им ценный путь, поскольку они стремятся продвинуться с CMALT, или она может предоставить отдельную аккредитацию, соответствующую их текущей роли и требованиям.

Кредит: ALT
Рис. 3. CMALT Expanded Framework

Структура аккредитации CMALT требует трех элементов в каждом разделе: описание; свидетельство; и отражение (см. рисунок 4). Это звучит достаточно просто, но многие профессионалы с трудом признают свою работу, говоря: «Я сделал это …». Точно так же размышление о неудачах — ценное, но трудное занятие. Очень немногие обучающиеся технологи чувствуют себя комфортно, включая примеры того, что пошло не так, хотя это вполне действенный способ продемонстрировать компетентность.Жалко, что этот отчет о нашей профессиональной практике не часто отражает степень, в которой нам нужно идти на риск, экспериментировать и позволять чему-либо терпеть неудачу, чтобы добиться успеха.

Кредит: ALT
Рисунок 4. Основные элементы аккредитации CMALT

Итак, вот краткий обзор того, как выглядит расширенная структура, начиная с четырех основных областей компетенции, необходимых для всех.

Кредит: ALT Рисунок 5. Структура аккредитации CMALT (увеличенное изображение)

Наконец, CMALT основан на экспертной оценке.Всем, кто получает аккредитацию, настоятельно рекомендуется стать оценщиком по очереди. Мой собственный опыт этого процесса был очень положительным. Работа с некоторыми опытными ведущими оценщиками стала важной частью моего профессионального развития, бросив вызов моему пониманию практики. Поскольку экспертная оценка постепенно увеличивается год за годом, она также обеспечивает прочную, но гибкую основу, которая позволяет ALT сопоставлять структуру CMALT с рядом других структур компетенций.

Гендерное равенство

Как женщина, занимающая руководящую позицию в сфере обучения технологиям, мне каждый день напоминают, что нам еще предстоит пройти долгий путь в достижении гендерного равенства, особенно с учетом более широкой проблемы устранения структурного неравенства в наших учреждениях, в национальном политики, а также во все более взаимосвязанном мире в глобальном масштабе. Я считаю, что это особенно актуально для онлайн и дистанционного образования. В основе наших усилий как профессионалов, работающих в области образовательных технологий, должно лежать обеспечение большего доступа к образованию для всех, обеспечение равенства для всех учащихся и изучение того, как мы можем использовать технологии осознанным и осмысленным образом, чтобы помочь нам. достичь этих целей.

Когда я начал работать обучающимся технологом, я не имел представления о том, насколько существует неравенство и насколько оно повлияет на каждый день моей профессиональной практики и каждого коллеги, каждого ученика.Хотя мое положение действительно является относительным привилегией, тем не менее, это также опыт неравенства. Как обучающийся технолог на руководящей должности, я трезво вижу структурное неравенство в национальном и глобальном масштабе. Но хотя для моей работы важна более широкая картина, многие примеры неравенства можно найти гораздо ближе к дому, в повседневной трудовой жизни: быть символической женщиной на «манеле»; быть единственной женщиной в списке политиков, представляющих «сектор»; запрещение задавать вопросы на мероприятиях; не приглашаются, не получают финансирования, не рассматривают возможность. Список примеров продолжается, и я изо всех сил стараюсь оставаться беспристрастным.

За последние семь лет я много работал, чтобы помочь решить проблему гендерного равенства в структуре управления, профессиональном признании и платформе международных мероприятий моей организации, и мы видим реальные изменения в этом. Тем не менее, я надеюсь добиться большего в продвижении равенства в технологиях обучения. Я использую свой голос, свой профессиональный статус, чтобы изменить ситуацию к лучшему, и я стараюсь использовать любую возможность для этого.Недавний пример — новый отчет, основанный на данных ежегодного опроса ALT, в котором исследуется, как профессиональная практика развивается с гендерной точки зрения. Сюда входит анализ профессиональных ролей с разбивкой по полу, а также сравнение взглядов на факторы, способствующие и движущие силы в использовании технологий обучения. Это основная часть опроса, она находится в открытом доступе в репозитории открытого доступа ALT.

Кредит: ALT Рис. 6. Сравнение рейтинга факторов, влияющих на использование обучающих технологий, 2018 г.

Тем не менее, хотя проблема гендерного равенства в отрасли набирает обороты, другие спросят: «Ну и что?» Для многих обучающихся технологов гендерное равенство не имеет к ним никакого отношения.Они не хотят, чтобы я или такие люди, как я, постоянно говорили об этом. Проблема в том, что многие не понимают, что это не строго женская проблема. Содействие равенству — это ответственность каждого.

Наша работа в качестве обучающихся технологов может помочь. Я хочу отметить работу очень многих других, которые вкладывают свое время и энергию в это дело:

  • Феминистский Интернет, который включает в себя партнерство с Институтом творческих вычислений (CCI) Лондонского университета искусств (UAL) для создания феминистской Алексы 7
  • Сеть #femedtech в Твиттере (@femedtech), открывшая открытое пространство на конференции OER19 для изучения феминистских взглядов на практику открытого образования (вклады в которые все еще приветствуются)
  • Женщины в красном, которые работают над устранением гендерного дисбаланса в англоязычных биографиях Википедии, из которых только 17 процентов посвящены женщинам
  • Проект «Необычные женщины» (возглавляемый Келси Меркли), направленный на «защиту, расширение и поддержку женщин»

Несмотря на достигнутый нами прогресс, нам еще предстоит пройти долгий путь, когда дело доходит до достижения гендерного равенства. Важно признать, что эта цель — лишь небольшая часть более широкого набора проблем и более широкого набора неравенств, которые нам необходимо устранить в наших усилиях, направленных на то, чтобы сделать образование более справедливым для всех.

Заключение

Это возвращает меня к острой необходимости решать с помощью обучающих технологий некоторые из самых серьезных образовательных проблем, с которыми мы сталкиваемся во всем мире. Этими усилиями должны руководить уполномоченные профессионалы. Заманчиво желать быстрых решений, основанных на технологиях, вместо того, чтобы тратить время на то, чтобы вкладывать средства в людей.Однако в сообществе, которому я служу, мы пришли к пониманию того, что для того, чтобы добиться реальных изменений, чтобы сформировать будущее обучения и преподавания к лучшему, вы не можете идти короткими путями. Когда дело доходит до поиска наилучших способов использования технологий в образовании, ничто не может заменить человеческий опыт и знания. Более рефлексивная, более творческая, более критическая точка зрения позволит нам твердо перейти от простой защиты к более зрелой и эффективной профессиональной практике.

Эта статья была адаптирована из моей основной презентации «Вы — больше, чем точка данных», ETUG 25 -й юбилейной конференции , Университет Томсон-Риверс, Камлупс, Британская Колумбия, 21 июня 2019 г., а также из моего соответствующего сообщения в блоге.

Банкноты

  1. Одри Уоттерс, «Истории, которые нам рассказывали об образовательных технологиях», Hack Education (блог), 18 декабря 2018 г .; Мартин Веллер, «25 лет Ed Tech: темы и выводы», The Ed Techie (блог), 5 сентября 2018 г.
  2. «Как бороться с разрывом отношений», Мелисса Хайтон (блог), 14 августа 2018 г.
  3. Элеонора Басби, «Регулирующий орган университета представляет схему психического здоровья стоимостью 14 миллионов фунтов стерлингов для сокращения числа самоубийств среди студентов», The Independent, , 5 июня 2019 года.↩
  4. Association for Learning Technology (ALT), «Ответ от членов ALT: запрос по этике технологий и данных» [январь 2019]. ↩
  5. Мартин Хоукси, «# Domains19: Minority Report — One Nation under CCTV», MASHe (блог), 11 июня 2019 г.
  6. Мое собственное портфолио CMALT открыто. Для получения дополнительной информации см. Также мой блог, Maren Deepwell.
  7. Марта Ронсеро, «Феминистский Интернет: создание феминистской Алексы», Medium, , 15 января 2109 г.↩

Марен Дипвелл — исполнительный директор Ассоциации образовательных технологий Соединенного Королевства, а также работает антропологом и практикующим врачом.

С помощью OmniFocus Pro вы можете создавать собственные перспективы, отражающие виды ваших данных OmniFocus, к которым вы хотите возвращаться снова и снова.

Чтобы создать новую пользовательскую перспективу, коснитесь Новая перспектива на нижней панели «Домой». Чтобы отредактировать существующую настраиваемую перспективу, перейдите к ней на боковой панели и откройте редактор, нажав Параметры просмотра на панели инструментов структуры.

Чтобы удалить пользовательскую перспективу, проведите вниз по ее редактору и выберите Удалить перспективу .

При создании или редактировании пользовательской перспективы редактор перспективы предоставляет инструменты для настройки параметров просмотра почти бесчисленным количеством способов. Параметры в редакторе перспективы идентичны независимо от того, настраивается ли новая перспектива или редактируется существующая.

Перспективы, созданные в OmniFocus 3 для iOS, используют редактор, описанный в этой главе. Вы по-прежнему можете синхронизировать перспективы, созданные в OmniFocus 2, которые откроются в старой версии редактора, если вы решите не обновлять их.

Имя и значок

Коснитесь поля имени, чтобы ввести имя для новой перспективы или изменить существующую (по умолчанию Перспектива без названия ).

Коснитесь значка, чтобы открыть средство выбора значков, где вы можете выбрать один из набора значков, разработанных Omni, включенных в OmniFocus, или коснитесь Пользовательский , чтобы выбрать свой собственный значок из фотографий, хранящихся на вашем устройстве.

Нажмите Цвет в строке заголовка средства выбора значков, чтобы выбрать собственный цвет для вашей перспективы и его значков во всем приложении.

Правила фильтра

Этот раздел редактора определяет, какие элементы включены в перспективу. Элементы включаются путем установки фильтров с параметрами для определенных атрибутов элемента: если элемент соответствует правилам фильтра, он включается в перспективу. Если элемент не соответствует правилам, он не появится.

Правила фильтрации настроены в виде иерархии с Все следующие операции наверху дерева. Это означает, что все правила внутри него должны применяться к элементам, чтобы они были включены в перспективу.(Само по себе это не правило, поэтому его нельзя удалить.)

По умолчанию новая настраиваемая перспектива включает в себя одно правило Доступность: оставшийся в качестве примера. Поскольку он вложен под Все следующие: , это правило означает, что в перспективе будут отображаться только элементы со статусом доступности Остается (завершенные и отброшенные элементы не будут отображаться).

Если вы не хотите включать правило по умолчанию в свою перспективу, смахните влево по его строке, чтобы выбрать Отключить или Удалить его.

Нажмите Добавьте новое правило , чтобы выбрать из списка доступных правил для применения к элементам в перспективе.

При добавлении правила фильтрации обратите внимание, что оно будет применяться к перспективе в зависимости от ее положения в иерархии. Все правила, добавленные под корнем Все следующие правила являются правилами И в соответствии с логической логикой: каждое должно быть истинным для элемента, чтобы он появился в перспективе.

Внизу списка правил фильтрации содержатся параметры для дальнейшего уточнения иерархии путем вложения дополнительных операций:

  • Любое из следующего: Если элемент соответствует хотя бы одному из правил, вложенных ниже Любому из следующих , он будет включен в перспективу (при условии, что он также соответствует условиям, описанным в другом месте в дереве).Это соответствует логической операции OR .

  • Ни одно из следующего: Если элемент соответствует одному из правил, вложенных под ним, он будет исключен из перспективы независимо от любых других примененных правил. Это соответствует логической операции НЕ .

Если ваши правила фильтрации имеют несколько уровней иерархии, вы можете нажать и удерживать строку, чтобы перетащить ее в другое место в структуре правила и посмотреть, как изменения в структуре влияют на видимость элемента в перспективе.

Презентация

Этот раздел редактора определяет, как элементы перспективы отображаются в контуре. Вы можете выбрать один из двух основных режимов с помощью параметра Группировать и сортировать : для просмотра элементов в виде списка из отдельных действий, или как элементов, иерархически сгруппированных в рамках Целые проекты .

Если правила фильтрации вашей перспективы исключают элементы типа, которые могут быть сгруппированы или отсортированы по одному из критериев, перечисленных ниже, можно выбрать вариант, который не предлагает значимой структуры (например, выбор группировки по Завершено, когда перспектива установлена для отображения только оставшихся элементов).

Группировка и сортировка по отдельным действиям

При отображении в виде отдельных действий структура содержит плоский список всех элементов, соответствующих критериям правила фильтрации. Дальнейшее уточнение группировки и сортировки в перспективе предлагает дополнительные параметры, а параметр Показать пути проекта можно включить или выключить, чтобы отобразить или скрыть строку проекта над каждым элементом.

Действия, сгруппированные по отдельным действиям, можно дополнительно сгруппировать по:

  • Разгруппировано —Действия не группируются и не отображаются в виде плоского списка.

  • Тег — Действия группируются по отдельным тегам. Если действие имеет более одного тега, оно отображается в каждом из его тегов.

  • Теги (комбинированные) —Действия сгруппированы по комбинации тегов. Независимо от количества тегов в действии, оно появляется только один раз (в группе, названной в соответствии с его комбинацией тегов).

  • Проект —Действия сгруппированы по проектам.

  • Срок —Действия сгруппированы по сроку выполнения, от самого старого к самому новому.Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню. Действия, для которых не назначен срок выполнения, сгруппированы в нижней части схемы.

  • Дата отсрочки —Действия сгруппированы по дате отсрочки, от самой старой до самой новой. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню. Действия без назначенной даты отсрочки сгруппированы в нижней части схемы.

  • Завершено —Действия сгруппированы по дате завершения, от самых старых к новейшим.Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню. Действия без даты завершения группируются внизу схемы.

  • Добавлено — Действия сгруппированы по дате их добавления в OmniFocus, от самых новых до самых старых. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню.

  • Изменено — Действия сгруппированы по дате последнего редактирования, от самых новых до самых старых. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню.

  • Помечено — Действия группируются в соответствии с их статусом пометки, сначала с помеченными действиями, а затем с неотмеченными действиями.

При группировке по отдельным действиям действия можно дополнительно отсортировать по:

  • Порядок проектов / Порядок тегов — Действия сортируются в рамках их группировки в том порядке, в котором они появляются в перспективе «Проекты» (или в перспективе «Теги», если группировка основана на тегах).

  • Тег —Действия сортируются по тегам.Действия с несколькими тегами появляются только один раз вместе с другими действиями в группе с той же комбинацией тегов.

  • Помечено — Действия сортируются по статусу пометки, причем помеченные действия появляются первыми в их группе.

  • Имя — Действия отсортированы в алфавитном порядке по имени.

  • Срок исполнения — Действия отсортированы по сроку выполнения. Сначала отображаются действия без сроков выполнения, за ними следуют действия со сроками выполнения от самого старого до самого нового.

  • Дата отсрочки —Действия сортируются по дате отсрочки. Сначала появляются действия с наиболее ранними датами отсрочки, за ними следуют более удаленные действия и, наконец, действия без сроков отсрочки.

  • Добавлено — действия сортируются по дате добавления в OmniFocus, от самых новых к самым старым.

  • Изменено — Действия сортируются по дате последнего редактирования, от самых новых к самым старым.

  • Завершено — Действия сортируются по дате их завершения, сначала незавершенные действия, затем завершенные действия от самых новых до самых старых.

  • Продолжительность —Действия сортируются по предполагаемой продолжительности, от самой короткой до самой длинной.

Группировка и сортировка по целым проектам

При отображении в виде целых проектов структура содержит список проектов с элементами, которые соответствуют правилам фильтрации и организованы в них иерархически. Дальнейшее уточнение группировки и сортировки предлагает дополнительные возможности. Параметр Показать пути к проектам недоступен для этого параметра, поскольку действия уже отображаются в соответствующих проектах.

Элементы без проекта, которые в остальном соответствуют правилам фильтрации, группируются в раздел Входящие вверху схемы.

При группировании по проекту в целом проекты в перспективе могут быть дополнительно сгруппированы по:

  • Разгруппировано —Проекты не группируются и не отображаются в виде единого списка.

  • Папка — проекты группируются в папки, в которых они находятся. Проекты вне папок группируются в разделе Без папки внизу схемы.

  • Срок сдачи —Проекты сгруппированы по сроку выполнения, от самого старого к самому новому. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню. Проекты без срока выполнения группируются в разделе Без срока выполнения в нижней части схемы.

  • Дата отсрочки —Проекты сгруппированы по дате отсрочки, от самых старых к новейшим. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню. Проекты без даты отсрочки сгруппированы в разделе Без даты отсрочки внизу схемы.

  • Завершено —Проекты сгруппированы по дате их завершения, от самых новых до самых старых. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню. Проекты без даты завершения группируются в разделе без даты завершения внизу схемы.

  • Next Review —Проекты сгруппированы по дате следующего запланированного просмотра, от самых новых до самых старых. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню.

  • Добавлено —Проекты сгруппированы по дате добавления в OmniFocus, от самых новых до самых старых. Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню.

  • Изменено —Проекты сгруппированы по дате их последнего редактирования, от самых новых до самых старых. (Это включает изменения в действиях в рамках проекта.) Степень детализации группировки увеличивается по мере приближения к сегодняшнему дню.

При группировке по всему проекту проекты в перспективе можно дополнительно отсортировать по:

  • Порядок проектов —Проекты сортируются в своей группе по порядку, в котором они появляются в проекции «Проекты».

  • Имя —Проекты отсортированы в алфавитном порядке по имени.

  • Отмечено —Проекты сортируются по статусу помеченных, причем помеченные проекты отображаются первыми. Отмеченный статус отдельных действий в рамках проектов не влияет на эту сортировку.

  • Срок выполнения —Проекты сортируются по срокам выполнения действий в рамках проекта, от самых старых к новым. (Проекты, содержащие действия с самыми старыми сроками выполнения, отображаются первыми.) Эта сортировка применяется независимо от того, есть ли у самого проекта срок выполнения. Проекты без сроков выполнения отображаются в нижней части схемы.

  • Дата отсрочки —Проекты сортируются по дате отсрочки, от самых старых к самым новым. Проекты без даты отсрочки отображаются в нижней части схемы.

  • Завершено —Проекты сортируются по дате завершения, сначала незавершенные проекты, а затем завершенные проекты от самых новых до самых старых.

  • Next Review —Проекты сортируются по дате следующего запланированного просмотра, от самого старого к самому новому.

  • Добавлено — проекты сортируются по дате добавления в OmniFocus, от самых новых к самым старым.

  • Изменено —Проекты сортируются по дате последнего редактирования, от самых новых до самых старых. (Это включает изменения в действиях в рамках проекта.)

  • Продолжительность —Проекты отсортированы по предполагаемой продолжительности от самого короткого до самого длинного.Проекты без предполагаемой продолжительности отображаются в нижней части схемы.

Перспектива обновления или понижения

Пользовательские проекции, которые вы создаете, а также назначаемые им имена, значки и цвета синхронизируются между всеми вашими устройствами, которые синхронизируются с вашей базой данных OmniFocus.

Более старые версии OmniFocus не поддерживают все функции перспектив, созданных с помощью OmniFocus 3. (Эти перспективы будут синхронизироваться при условии, что версия базы данных совместима, однако они будут скрыты.)

Чтобы сделать перспективу, созданную с помощью OmniFocus 3, видимой в более ранних версиях OmniFocus, выберите Понижение перспективы . При выборе более ранней версии перспективы могут быть удалены некоторые расширенные правила фильтрации или другие функции перспективы.

В качестве альтернативы, если вы синхронизируете перспективу, созданную в более старой версии OmniFocus, с OmniFocus 3, вы можете выбрать Обновить перспективу , чтобы воспользоваться преимуществами функций, описанных в этой главе. Существующие правила перспективы и настройки представления будут преобразованы в новый формат перспективы.

Удалить перспективу

Выберите это, чтобы полностью удалить перспективу из базы данных. При удалении перспективы она также удаляется с любых других синхронизированных устройств OmniFocus. Поскольку перспектива — это просто представление ваших данных, ее удаление никак не повлияет на задачи в вашей базе данных OmniFocus.

Pro-ject Perspective | Sarte Audio

Что Hifi — Агосто 2002

Pro-Ject Perspective
Цена 700 фунтов стерлингов

Звук
•••••
Сборка
•••••
Помещения
•••••
Вердикт
•••••

THE PERSPECTIVE ИМЕЕТ основной цоколь, сделанный из Perspex — отсюда название и пара перчаток, предоставленных, чтобы не оставлять отпечатков пальцев при работе с палубой — над которой размещен основной подшипниковый узел на трех амортизированных опорах.Весь shebang выравнивается с помощью трех регулируемых ножек и спиртового уровня, расположенных на креплении для руки, в то время как рука представляет собой уже знакомый Pro-ject 9. Цена без картриджа, но мы снова использовали MC25Fl за 300 фунтов стерлингов, что кажется очень хорошим совпадением.
Тем не менее, действительно умным моментом в Perspective является система привода поворотного стола. Есть вспомогательная пластина, на которую крепится основная пластина, сделанная из композита с приклеенным слоем винила и с большим винтовым зажимом в стиле RPM 4.
Но приводной ремень проходит прямо по периметру основного диска и приводится в движение открытым двигателем, выходящим в задний левый угол цоколя. И вместо того, чтобы подвешивать ремень вверх и вниз на шкивах или иметь электронный переключатель скорости, в Perspective есть отдельные двигатели для двух распространенных скоростей -33,3 и 45 об / мин-. Для изменения скорости необходимо отсоединить приводной ремень и источник питания переменного тока 16 В от одного двигателя, открутить винт с накатанной головкой под цоколем, чтобы освободить его, поднять его и закрепить болтами другой двигатель.
Да, это небольшая болтовня, но это позволяет Pro-ject оптимизировать двигатели для соответствующих скоростей, вместо того, чтобы идти на компромисс между ремнем, движущимся выше или ниже. И это окупается уверенной, четкой ритмической способностью Perspective, которая так же хороша как для драйва танцевальных треков, так и для больших сложных оркестровых пьес. Это тепло и легкость прикосновения, которые знают и любят винил, а создаваемая звуковая сцена полностью естественна и четко очерчена.
С такой колодой мы могли бы легко снова вернуться к винилу. Звучит великолепно и выглядит как экзотика от таких фирм, как Transrotor и Clearaudio, но за небольшую плату.

границ | Изменение подхода к пустым предметам: взгляд на знание языка

1. Введение

При определенных обстоятельствах в предложениях могут быть предметы, которые, даже если они не произнесены, синтаксически проецируются (см. Недавно Cai et al., 2014).Пропадание, или возможность опустить предмет конечной конструкции — явление, которое в теоретической лингвистике обычно изучается в сравнительной перспективе. Главный вопрос — почему одни языки допускают пустые предметы, а другие — нет. Таким образом, существует оппозиция между языками, поддерживающими падение, и языками, не поддерживающими падение. Но эти исследования очень часто приводили к (неявно) асимметричной характеристике двух вариантов. То есть, в некотором смысле, считается, что non-pro-drop является опцией по умолчанию в естественных языках, и что pro-drop опциона должна быть мотивирована (т. Е. Должна быть объяснена обращением к определенному грамматическому механизм).Действительно, считается, что языки нуждаются в специальной грамматической особенности, чтобы позволить пропадать, такой как, например, местоимение Agr ( cf . Rizzi, 1982; Alexiadou and Anagnostopoulou, 1998), особенность [D] в T ( см. . Holmberg, 2010; Roberts, 2010a), специальные поручения (Rizzi, 1986) или единое соглашение (Jaeggli and Safir, 1989).

Еще одна асимметричная характеристика возникает из работы над отдельными языками или группами языков про-дроп. Часто предполагается, что естественные языки предлагают несколько способов лицензирования нулевых субъектов, и, таким образом, также постулируются различные типы языков поддержки.Например, языки итальянского типа и языки китайского типа обычно различаются как допускающие отказ от темы и отказ от темы ( cf . Huang, 1984) или лицензирование pro против многоточия аргументов ( cf . Сайто, 2007; Робертс, 2010а). Опять же, это означает, что концептуально мы рассматриваем non-pro-drop как вариант по умолчанию, а тот факт, что некоторые языки допускают пустые предметы, взят из дополнительных функций, которые эти языки имеют.

Но мы также могли бы перевернуть эту идею и считать, что в некотором смысле возможны нулевые субъекты, которые составляют вариант по умолчанию, и что то, что должно быть объяснено, не способствует отказу, с точки зрения набора случаев в отказ от подлежащего становится невозможным при выводе предложения.С этой точки зрения, пропадание — это одно и то же явление в итальянском и китайском языках; что требует объяснения, так это невозможность бросить предметы, например, на английском или французском языках.

Кроме того, рассмотрение pro-drop как операции, которую можно заблокировать, позволяет нам в разных случаях обращаться к различным факторам кондиционирования. Точно так же, как движение может быть заблокировано островом, или нарушителем, или уже заполненной площадкой для приземления, существует несколько способов блокирования пропуска.Это может объяснить множество случаев, когда пустые предметы не разрешены на разных языках (на языках без поддержки, но также и в языках с поддержкой, см. Ниже). Я назову это представление обратным подходом к pro-drop (IA).

Итак, пустые предметы представляют собой одну из наиболее изученных тем в овладении языком, которая проливает свет на многие аспекты обсуждения логической проблемы усвоения языка, природы вариаций, параметрической теории и т. Д.(последние обзоры литературы см. в Hyams, 2011; Hyams et al., 2015). Есть ли у IA и предлагаемой им изменчивой точки зрения что-то, что можно привнести в эту область? И в какой степени данные о развитии, наблюдения и обобщения, которые были собраны и обнаружены на протяжении многих лет, соответствуют модели, предложенной ВА?

Взяв ВА в качестве справочного материала, цель этой статьи — открыть новый взгляд на тему нулевых субъектов в области приобретения и в качестве первого шага изучить степень, в которой мы знаем о приобретении свойство pro-drop имеет смысл в соответствии с IA.

Раздел 2 представляет основные компоненты описания нулевых субъектов, который формализует фундаментальные идеи ВА, и кратко представляет типологические и эмпирические свидетельства, подтверждающие эту точку зрения. В разделе 3 исследуются некоторые последствия перехода к ИА для области овладения языком: можно ли учесть стандартные наблюдения на этапах усвоения пропадания. В разделе 5 представлены выводы.

2. Взгляд вспять

В этом разделе представлены основные характеристики обратного подхода к pro-drop (IA).Он не предлагает полноценного анализа pro-drop (см. Duguine, 2013, 2014 для более подробного предложения). Скорее, он набрасывает возможный отчет, который формализует основные идеи IA, представленные выше. Здесь также обсуждаются доказательства, подтверждающие эти идеи.

2.1. Pro-Drop и Non-Pro-Drop при обратном подходе

Характеризуя pro-drop как вариант «по умолчанию» для языка L, мы не обязательно должны предполагать, что pro-drop полностью бесплатен и не подчиняется каким-либо синтаксическим условиям.Вместо этого утверждается, что все естественные языки удовлетворяют самому базовому синтаксическому условию, позволяющему это сделать, и что если язык не допускает пустых субъектов, это факт, который необходимо объяснить.

Обратите внимание на следующие примеры из испанского языка, поддерживающего падение. В то время как DP todos los días «все дни» может чередоваться с нулевым выражением в (1B), это не может быть в (2B) (нулевой субъект представлен с помощью «[e]»):

(1) A. Todos los días son una fiesta. Испанский

все дни тусовка

Каждый день вечеринка.

B. Нет, [e] no son una fiesta.

NEG NEG участник

Нет, они не партия.

(2) A. Yo salgo de fiesta todos los días.

Я выхожу на вечеринку каждый день

Я хожу на вечеринки каждый день.

B. Yo no salgo de fiesta (* [e]).

I NEG выход. 1 шт.

Я не хожу на вечеринки.

(2B) нельзя интерпретировать как «Я не хожу на вечеринки каждый день». Это показывает, что pro-drop подвержен синтаксическому ограничению. Но что это за ограничение? Справедливо сказать, что основной механизм, который делает возможным пропадание, лежит за различием аргументов и дополнений: аргументы могут быть отброшены, а дополнения — нет.Предположим, что структурный падеж — в частности, номинативное присвоение в случае субъектов (и, потенциально, эргативное) — является этим механизмом (см. Также Хомский, 1982; Рапосо, 1986; Рицци, 1986; Джеггли и Сафир, 1989; Platzack and Holmberg, 1989, где Case определяется как основание «лицензионного» условия для pro ). Предполагая, что операции Case выполняются во всех естественных языках, это делает все языки потенциальными языками поддержки. Другими словами, по умолчанию любой язык допускает нулевые аргументы.В частности, с учетом (возможно, универсальных) свойств определения регистра конечного T, этот анализ учитывает наличие нулевых субъектов в разных языках. Таким образом, необходимо учитывать те языки, которые не допускают нулевые аргументы (или, более конкретно, нулевые субъекты), то есть языки, не поддерживающие отбрасывание.

Идея IA состоит в том, что в этих языках, даже если условие Case выполнено — и, таким образом, pro-drop в принципе доступен — в игру вступают независимые факторы, которые блокируют pro-drop.Эту идею можно проиллюстрировать на примерах, в которых пустые предметы невозможны в языках pro-drop. Например, хорошо известно, что не существует сфокусированных нулевых субъектов ( cf . Cardinaletti and Starke, 1999). Фактически, сфокусированные предметы всегда открыты ( cf . Larson and Luján, 1989), как показано в паре вопрос-ответ на испанском языке в (3) (заглавные буквы указывают на фокусировку):

(3) A. Juan ha leído Guerra y paz. Испанский

Хуан Га.3sg читать война и мир

Хуан прочитал Войну и мир.

B. Нет: lo he leído YO / * [e].

нет CL имеет.1sg читать I

Нет: я читал.

То есть фокус имеет блокирующий эффект на pro-drop, даже в тех контекстах, в которых субъект удовлетворяет условиям для нулевого значения (т.е. ему назначается именительный падеж).

В соответствии с этим наблюдением, гипотеза, которую я выдвину с точки зрения IA, состоит в том, что языки, не поддерживающие падение, — это языки, в происхождении которых всегда есть что-то, что блокирует продвижение.Что бы это могло быть? В литературе существует давняя гипотеза о пропадании, которая связывает «богатство» морфологии согласования подлежащего и глагола с наличием пустых подлежащих. В самом деле, языки с упором, которые имеют морфологию согласования, такие как испанский или итальянский, обычно имеют «богатые» флективные системы (с разными формами для разных аффиксов человеко-числа), в то время как языки без поддержки, такие как английский или немецкий, имеют тенденцию иметь много синкретических форм, т. е. «плохое» согласие. Это так называемое «обобщение Таральдсена» (Taraldsen, 1980; Jaeggli, Safir, 1989).Многие анализы основывались на этом обобщении, отстаивая, что «богатое» согласие — это то, что делает возможными нулевые субъекты ( cf . Barbosa, 1995; Alexiadou and Anagnostopoulou, 1998; Speas, 2006). Следуя логике ВА, я хотел бы предложить здесь, чтобы мы перевернули точку зрения и постулировали, что на самом деле «богатое» соглашение не является условием пропуска; вместо этого «плохая» договоренность блокирует пропадание.

Эту гипотезу можно формализовать с помощью Фрэмптона (2002) и Мюллера (2006, 2008), характеризующего плохую перегибаемость как слабую перегиб.Согласно подходу распределенной морфологии обеднение — это операция, которая удаляет морфосинтаксические особенности абстрактных морфем в определенных конкретных контекстах ( cf . a.o. Bonet, 1991; Halle, 1997; Harley and Noyer, 1999). Морфема, которая подвергается этой операции, в конечном итоге имеет набор функций, менее определенных, чем это было до того, как операция была выполнена. Фрэмптон (2002) и Мюллер (2006, 2008) предполагают, что в таких языках, как немецкий, существуют определенные операции обеднения, которые систематически удаляют (оцениваемые) φ-признаки на T, что приводит к идентичности характеристик различных морфем и, таким образом, к имеют одинаковую фонологическую реализацию.

Крайне важно, развивая интуицию о том, что плохое согласие на самом деле является обедненным соглашением, Мюллер (2006) делает следующее предположение: обнищание фактически приводит к истощению. Он объясняет непропадание следующими словами:

(4) Pro обобщение (Мюллер, 2006)

Аргументальный pro DP не может быть согласован с функциональной головкой α, если α подвергся (возможно, вакуумно) φ-характеристике, нейтрализующей обеднение в нумерации.

То есть, как любой субъект DP, pro входит в отношение φ-согласования с T. Но в отличие от DP, он не может войти в такое отношение, если T был обеднен. Это могло бы объяснить, почему предметы обязательно являются явными в языках, в которых φ-особенности на T подвергаются обеднению (см. Также Roberts, 2010b; Duguine, 2013).

Подводя итог, IA постулирует, что pro-drop «приходит бесплатно» на естественных языках, и что не-pro-drop — это то, что необходимо учитывать. Чтобы формализовать эту идею, с одной стороны, я предположил, что структурное присваивание случаев — это то, что делает доступными нулевые аргументы.Если исходить из предположения, что отношения падежей являются широко распространенной особенностью языков, это означает, что все языки, в принципе, являются потенциальными языками-проповедниками. Это также учитывает пропадание во всех типах языков, в которых аргументы могут быть нулевыми. В частности, он предлагает провести единый анализ языков про-дроп итальянского и японского языков (аргументы в пользу этого объединения см. В Duguine, 2014). С другой стороны, чтобы учесть языки, которые не допускают пустые предметы, я обратился к анализу, предложенному Мюллером (2006, 2008), в соответствии с которым непропадание результатов зависит от независимых факторов: обедненный T не может сочетаться с пустая тема.

Наконец, обратите внимание, что объяснение варианта без поддержки дропа с точки зрения обнищания — лишь один из примеров того, как можно заблокировать дроп. Случай с фокусировкой, рассмотренный выше, показывает, что в принципе может быть много разных способов, которыми различные факторы влияют на pro-drop. Например, было высказано предположение, что тот факт, что английский не является пустым предметным языком, является результатом того, что T требует явного спецификатора (см. Holmberg, 2010). Если этот анализ находится на правильном пути, то может случиться так, что в этом случае пропадание блокируется не из-за обедненной перегиба, а из-за этого условия явности на Spec, TP.Таким образом, IA приводит к потенциально многомодульной и многофакторной характеристике феномена (не) пропадания.

2.2. Типологические и эмпирические свидетельства

Картина, предлагаемая IA, довольно необычна: она подразумевает, что пропадание — это универсальное явление, доступное в принципе для всех языков, за исключениями, которые необходимо учитывать на независимых основаниях. Тем не менее, как и ожидалось в соответствии с этой точкой зрения, наличие нулевых аргументов кажется немаркированным вариантом в кросс-лингвистическом плане.

Нулевые аргументы разрешены для большинства языков мира. Самый широкий обзор pro-drop, вероятно, проведен Драйером (2013) во Всемирном атласе лингвистических структур , в котором основное внимание уделяется тому, как предметы выражаются — или могут быть — выражены. Языки испанского типа и языки японского типа (т. Е. Языки «про-дроп» с соглашением и без него) составляют 70% выборки языков, проанализированных Драйером (2013) (498 из 711). С другой стороны, языки, в которых «местоименные предметы выражаются местоимениями в позициях подлежащих, которые обычно присутствуют, если не обязательно» (английский, немецкий, французский, исландский и т. Д.)) составляют 11,5% от общего количества языков. 70% составляют очень значительное большинство, и количественная разница между языками, поддерживающими дроп, и языками, не поддерживающими дроп, значительна.

Кроме того, IA характеризует непропускание как свойство производных, а не как определяющее свойство языков. Точнее говоря, в некотором смысле языки, не поддерживающие падение, не являются полностью не поддерживающими, учитывая, что есть случаи, контексты или разновидности, в которых они допускают пустые предметы. Например, (i) субъекты императивов имеют тенденцию быть нулевыми ( cf .Bennis, 2006 на голландском языке), (ii) нулевые субъекты конечной матрицы и вложенные предложения наблюдаются в некоторых разновидностях английского языка, таких как дневниковый британский английский (Haegeman and Ihsane, 2001) или разговорный сингапурский английский (Sato, 2011; Sato and Kim , 2012), (iii) нулевые субъекты также имеют лицензию на использование некоторых разновидностей французского — одного из немногих языков, не поддерживающих романский язык ( cf . Roberge, 1990; Zribi-Hertz, 1994, а также Roberts, 2010b для критического обзора данных), и (iv) Розенквист (2009) подчеркивает, что, даже если нулевые предметы не лицензированы ни на одном из современных германских стандартных языков, они есть во многих современных языках (цюрихский немецкий, швабский, баварский, нижний Баварский, фризский, Övdalian и идиш).

В целом, дихотомия между «языками, поддерживающими падение» и «языками, не поддерживающими падение», в значительной степени переоценивается в литературе. Действительно, кросс-лингвистические данные предполагают, что разрешение пустых субъектов является вариантом по умолчанию для языков и что мы имеем дело не с явлением, глубоко укоренившимся в природе языков, а, скорее, результатом заговора не связанных между собой факторов, влияющих на происхождение, как подразумевается IA.

3. Новый взгляд на Pro-Drop в приобретении

Учитывая подход, изложенный в предыдущем разделе, очевидный вопрос с точки зрения развития состоит в том, чтобы спросить, может ли он помочь нам найти объяснение процесса приобретения.Действительно, сдвиг IA в вопросе о нулевых аргументах не имеет последствий только для теории синтаксиса; это также влияет на то, как ожидается приобретение свойства pro-drop. В этом разделе исследуется вопрос о том, имеет ли IA смысл с точки зрения языкового развития. С этой целью в нем содержится краткий обзор ряда основных фактов, которые были установлены в литературе по приобретению (не) пролапса, и делается попытка оценить, соответствуют ли они тому, что мы могли ожидать в рамках IA.

3.1. Раннее отклонение темы на языках Pro-Drop

Носители языков, поддерживающих падение, с самого начала демонстрируют поведение, подобное цели (см. Valian, 1990; Guasti, 1993/1994 на итальянском языке, Valian и Eisenberg, 1996 на европейском португальском языке, Wang et al., 1992 на китайском языке, Kim, 1997 г. на корейском среди прочих).

Согласно IA, pro-drop — это свойство языков по умолчанию или данное свойство. Таким образом, наблюдение, что дети, осваивающие язык поддержки, демонстрируют поведение, подобное целевому, согласуется с тем, что мы могли ожидать с учетом ИА.Тем не менее важно отметить, что это не прогноз. Синтаксис pro-drop логически зависит от синтаксиса субъектов и, в частности, как предложено в Разделе 2, от синтаксиса (структурного) Case. Следовательно, от ребенка не ожидается, что он будет отбрасывать предметы, пока он не овладеет синтаксисом предметов и их свойствами Case (о роли Case в синтаксисе и приобретении pro-drop см. Также Pierce, 1992). Следовательно, IA предсказывает, что возможность отказаться от предмета будет следовать за приобретением синтаксиса предметов.Другими словами, учитывая раннее приобретение нулевых субъектов, мы ожидаем раннего усвоения синтаксиса кейса субъекта в языках поддержки. Точнее говоря, овладение языками «про дроп», по-видимому, характеризуется ранним знанием синтаксиса предметов. Например, в языках, поддерживающих дроп, дети очень рано начинают воспроизводить флексивные глагольные формы (практически без ошибок в личном согласовании) и целевые размещения предметов ( cf . Среди других Guasti, 1993/1994 на итальянском, Bel , 2003 на испанском языке и Barreña, 1995; Ezeizabarrena, 2002 на баскском языке).

3.2. Пустые предметы на ранних языках, не связанных с обучением,

Хорошо известно, что ранние языки, не поддерживающие обучение, такие как английский, голландский или французский, допускали использование пустых предметов ( ср. . Hyams, 1986). Как мы только что видели, в соответствии с IA, учитывая «по умолчанию» характер pro-drop, установки синтаксиса субъектов достаточно для разрешения пустых субъектов. Как и выше, предполагается, что синтаксис субъектов и, в частности, присвоение прецедентов с самого начала существует и в языках, не поддерживающих отбрасывание.

Здесь тоже предсказание кажется правильным. Schütze и Wexler (1996) показывают, что в раннем английском практически все (местоименные) субъекты конечных глаголов являются именительными, в отличие от субъектов нефинитных глаголов, которые часто имеют винительный падеж (см. Ниже о корневых инфинитивах). Поскольку в английском винительном падеже, но не именительном падеже, используется падеж по умолчанию (то есть DP появляются с винительным падежом, когда им не назначен регистр; cf . Schütze, 2001), мы можем заключить с Schütze и Wexler (1996), что Тот факт, что предметы в конечных контекстах практически всегда номинативны, показывает, что синтаксис именительного падежа уже существует для этих говорящих.

3.3. Более поздняя настройка опции Non-Pro-Drop

Третий пункт тесно связан с двумя предыдущими. Наблюдение состоит в том, что в то время как носители языков с нулевым субъектом, по-видимому, очень рано усваивают свойство пропадания своего целевого языка (то есть то, что Hoekstra and Hyams, 1998 называют «ранней морфосинтаксической конвергенцией»), носители непрофессиональных языков -бросовые языки, кажется, установили это позже (Valian, 1990). То есть они перестают пропускать предметы на более позднем этапе.

Опять же, IA, формализованная в Разделе 2, обеспечивает естественную основу для этих фактов.Non-pro-drop требует, чтобы ребенок усвоил определенное грамматическое свойство или правило, которое блокирует pro-drop. Какие доказательства приводят к установлению правил блокировки? Если морфосинтаксический анализ в Разделе 2 находится на правильном пути, то правила обеднения могут иметь этот блокирующий эффект. В этом случае дети постулируют их на основе свидетельств флективной морфологии: в синкретизмах флективных парадигм есть закономерности, которые сигнализируют о правилах обнищания. Мы могли бы также предположить, что предположение о том, что закономерности в вербальных парадигмах основаны на правилах, а не случайны, подкрепляется наблюдением, что в качестве побочного эффекта образования эти правила блокируют отбрасывание темы.Если дети осознают, что язык взрослых порождает явные предметы, тогда как их собственная грамматика (и их дискурсивно-прагматические знания) позволяют им отбросить предметы (см. Раздел 3.4), постулирование правил обеднения позволяет им достичь более целевого производства. Другими словами: правила обнищания объясняют два явно независимых свойства языка взрослых. Затем, если бы мы объяснили синтаксис явных английских тем на основе условия явности в Spec, TP, на которое мы ссылались в Разделе 2 ( cf .Holmberg, 2010), мы должны были бы, например, апеллировать к возможности косвенных отрицательных свидетельств , играющих роль в приобретении ( cf . Chomsky, 1981), и предположить, что тот факт, что субъекты — и, в частности, нереференциальные выражения такие как ругательства — систематически явные во взрослом продукте подтверждают предположение о том, что существует явное требование к Spec, TP.

Итак, в нашем анализе эти правила зависят от синтаксиса субъектов, и поэтому следует ожидать, что они будут приобретены позже, чем свойство, делающее возможным пропадание.Возьмем, к примеру, объяснение Мюллером (2006) свойства непропадания с точки зрения морфологического обеднения. Этот пример обнищания влияет на φ-особенности на T. Эти особенности, в свою очередь, являются результатом φ-согласия между T и субъектом ( ср. . Chomsky, 2000, 2001). Это означает, что к тому времени, когда ребенок узнает, каковы правила обеднения его целевого языка, должно быть установлено φ-Соглашение. Принимая во внимание имплицитную связь между случаем и соглашением (Chomsky, 2000, 2001), мы можем сказать, что синтаксис субъектов в целом предшествует усвоению правил обеднения.Такая же зависимость в отношении «Случай и Согласие» имеет место с анализом Холмберга (2010) с точки зрения требования явности в отношении Spec, TP. Чтобы определить, что Spec, TP должно быть явным, необходимо знать, что это субъект, который реализуется там, и что он перемещается в эту позицию, потому что он согласен с T. Следовательно, с обоими возможными объяснениями отсутствия pro-drop, которое мы рассмотрели в разделе 2, ожидается, что дети пройдут стадию, на которой разрешены пустые предметы, прежде чем проявлять поведение, подобное цели, где предметы обязательно будут открытыми.Таким образом, в целом IA предоставляет прямое объяснение того, что было довольно загадочным следствием более ранних параметрических анализов, в результате чего, например, италоязычные дети, кажется, устанавливают параметр относительно раньше, чем говорящие по-английски (см. Раздел 4).

Наконец, анализ на основе обнищания делает дальнейший прогноз. Предполагается, что тем, кто говорит на непрофессиональных языках, потребуется больше времени, чем тем, кто говорит на языках с богатым соглашением, прежде чем они овладеют вербальной интонацией. В самом деле, исследования усвоения показывают, что образование глагольной интонации в ранних языках, поддерживающих дроп, практически безошибочно и демонстрирует более высокие показатели, чем в ранних языках, не поддерживающих дроп (см.Hyams, 1991; Филлипс, 1996). Однако это не обязательно означает, что в более поздних версиях флексивная система отсутствует: отсутствие глагольной флексии в целом соответствует использованию корневых инфинитивов, а флективные формы, когда они производятся, также используются правильно, что предполагает, что независимые здесь могут играть роль факторы (см. Poeppel and Wexler, 1993; Phillips, 1996). Таким образом, необходимы дополнительные исследования, прежде чем мы сможем сделать выводы по этому вопросу.

3.4. Частота

IA характеризует pro-drop как вариант «по умолчанию».Можно подумать, что это напрямую предсказывает, что частота и распределение пустых предметов на всех ранних языках должны быть очень похожи на таковые для взрослых языков, поддерживающих дроп. Однако на самом деле IA не делает такого прогноза. Действительно, пропадание зависит не только от структурных условий, таких как рассмотренное выше условие случая. Полностью независимые факторы также влияют на распределение пустых и явных тем в дискурсе на языках поддержки взрослых. Например, информационная структура (как упоминалось выше в отношении фокуса в примере 3) и факторы, связанные с дискурсом, такие как доступность или значимость антецедента, играют решающую роль в принятии решения о том, может ли аргумент быть нулевым и в каком контексте (Гримшоу и Самек- Лодовичи, 1998; Фраскарелли, 2007).Следовательно, процесс усвоения (не) про-дропа также может быть понят только путем объединения грамматического уровня с дискурсивно-прагматическим уровнем ( ср. . Hyams and Wexler, 1993 для обсуждения).

Но насколько дети соблюдают условия дискурса при отсутствии аргументов? Серратрис (2005) показывает, что, как и взрослые, италоязычные дети склонны открыто осознавать дискурсивно информативные аргументы (то есть те, которые не имеют явного и доступного антецедента), и с раннего возраста отказываться от неинформативных.Другие исследователи, такие как Клэнси (1997) и Аллен (2000), получили сопоставимые результаты с ранними корейскими и ранними инуктитутами, соответственно.

Итак, и синтаксис Case, и дискурс-прагматические условия усваиваются рано. Таким образом, IA предсказывает, что частота и распределение нулевых субъектов на всех ранних языках pro-drop должны быть очень похожи на таковые для взрослых языков pro-drop. И это действительно подтверждается на таких языках, как итальянский ( cf . Valian, 1990; Lorusso et al., 2005; Serratrice, 2005), испанском (Bel, 2003) и каталонском (Cabré Sans and Gavarró, 2006).

А как насчет языков, не поддерживающих дроп? Предсказывает ли IA, что частота пустых предметов будет такой же, как и в языках, поддерживающих дроппинг для взрослых? Опять же, даже если pro-drop синтаксически лицензирован в дочерних языках (из-за раннего усвоения синтаксиса Case), ожидается, что частота также будет зависеть от других факторов, и в частности от дискурс-прагматических условий, обсужденных выше.В своем исследовании раннего английского языка Хьюз и Аллен (2006, 2013) сообщают, что чем доступнее референт предмета, тем больше вероятность, что он будет нулевым, и чем он менее доступен, тем больше вероятность того, что он будет явный, как и в языках про-дроп (см. также Guerriero et al., 2001 о более поздних стадиях усвоения).

Тем не менее, хорошо известно, что скорость отказа от предмета в ранних языках, не поддерживающих дроп, намного ниже, чем в языках с упорством. Согласно Валиану (1991), англоговорящие дети бросают предметы гораздо реже, чем итальяноязычные дети (30% vs.70%), а Wang et al. (1992) обнаружили, что 2-летние англоговорящие дети в своем исследовании показали гораздо меньше нулевых предметов, чем китайскоязычные дети (примерно 26% против 53%). Согласно модели IA, пустые предметы являются грамматическими в раннем английском языке. Следовательно, количественное различие необходимо объяснять независимыми причинами. Я хотел бы предложить следующее. Англоговорящие дети, даже если они еще не выяснили, какое грамматическое свойство стоит за этим, знают о низкой частоте (или отсутствии) пустых предметов в грамматике взрослых.Таким образом, они производят меньше нулевых субъектов, чем позволяет грамматика (см. Также Hyams, 1994; O’Grady, 1997, для аналогичных идей). Это согласуется с выводами Хьюза и Аллена (2006, 2013), согласно которым, хотя наиболее доступные референты не всегда равны нулю, они с гораздо большей вероятностью будут нулевыми, чем менее доступные. То есть дискурсивно-прагматические факторы сопоставимы с итальянскими, и модели аналогичны, за исключением того, что в целом вариант pro-drop будет привлекаться реже.

Разница в частоте пустых предметов между ранним английским и, скажем, ранним китайским или итальянским языком не должна нас удивлять. Различия между взрослыми языками, поддерживающими дроппинг, также наблюдаются в кросс-лингвистическом плане. Например, Toribio (2000) сообщает, что в доминиканском испанском меньше количество пустых предметов, чем в полуостровном испанском, Posio (2012) показывает различия между полуостровным испанским и европейским португальским языком, а русский также можно рассматривать как проповеднический язык, в котором предметы не учитываются. очень низкими темпами (McShane, 2005).

3,5. Грамматические свойства Early Pro-Drop

Помимо времени освоения и таких проблем, как частота пустых предметов, любой адекватный подход к ранним стадиям усвоения про-дропа должен быть в состоянии объяснить грамматические свойства пустых предметов в ранних грамматиках. В этой связи в литературе были сделаны некоторые наблюдения, касающиеся, в частности, нулевых субъектов, созданных на ранних языках, не поддерживающих дроп. Некоторые из них обсуждаются здесь, утверждая, что IA предоставляет многообещающую основу для их анализа.

Нецензурные выражения

Valian (1991) и Wang et al. (1992) отмечают, что вместе с пустыми ругательствами и нулевыми референтными предметами англоговорящие дети производят явные ругательства.

Это ожидается в соответствии с приведенным в Разделе 3.4 объяснением более высокой частоты явных предметов в ранних языках, не поддерживающих дроп, по сравнению с ранними языками, выступающими за дроп. У этих детей, как мы видели, есть грамматика pro-drop, которая, конечно, допускает пустые ругательства. Но как способ более тесного сближения с производством взрослых, где на самом деле ругательства всегда являются явными, они производят меньше пустых ругательств, чем позволяет их грамматика.Обратите внимание, что чередование явных и пустых ругательств не является проблемой для утверждения, что ранний английский имеет грамматику, способствующую падению, поскольку такие шаблоны наблюдаются в некоторых взрослых языках, таких как доминиканский испанский ( cf . Toribio, 2000) и Финский ( cf . Holmberg, 2005), в котором используются явные ругательства вместе с пустыми ругательствами.

Корневые инфинитивы

В языках без поддержки пустых предметов пустые предметы встречаются в основном в не конечных контекстах ( cf .обзор в Hyams, 2011). Как IA может их объяснить?

В грамматиках для взрослых небесконечные структуры могут содержать другой тип нулевого субъекта, обычно называемый PRO ( cf . Landau, 2013 для обзора). Поэтому первая проблема состоит в том, чтобы определить, относятся ли неопределенные пустые предметы в дочерних грамматиках к типу pro или нет. Теперь, в анализе, представленном в разделе 2, случай был определен как условие пропуска. Следовательно, если мы сможем определить, есть ли в этих структурах T, который присваивает Case своему субъекту, мы сможем охарактеризовать природу нулевых субъектов, которые они содержат.

На ранних этапах усвоения языков, не поддерживающих дропшиппинг, дети создают целевые девиантные конструкции с нескончаемыми глаголами в корневых контекстах: так называемые корневые инфинитивы (или необязательные инфинитивы; см. Wexler, 2011 для обзора литература). Schütze и Wexler (1996) показали, что в корневых инфинитивных структурах англоязычных детей примерно в половине случаев (местоимение) подлежащее, если оно открыто, реализуется с винительным падежом по умолчанию (в то время как в конечных контекстах подлежащее почти всегда является именительным падежом; см. Раздел 3.2). Они считают это указанием на отсутствие передачи дела субъекту (данные Wexler, 2011, стр. 66):

(5) а. Он упал. (Нина, 2; 3.14, д. 17)

г. У нее большой рот. (Нина, 2; 2.6, д. 13)

Корневые инфинитивы относятся к числу тех нескончаемых структур, в которых опущены предметы. Следовательно, учитывая, что здесь не происходит именного присвоения прецедентов, это упущение по предмету не подпадает под анализ, представленный здесь, и должно быть учтено независимо.Фактически, действительно было высказано предположение, что эти нулевые субъекты являются объектами другого типа, возможно, PRO ( cf . Sano and Hyams, 1994; Bromberg and Wexler, 1995; Schütze and Wexler, 1996; Wexler, 1998).

Более конечнонеконечные асимметрии

Есть некоторые конечные контексты, в которых пустые предметы невозможны в ранних языках без поддержки. Нулевые предметы очень редко встречаются с модальными формами (которые по своей природе конечны в английском языке), с конечными формами связок, такими как is, am, are , в придаточных предложениях или в конечных wh-вопросах (e.г., Куда он / он? vs. * Куда [е] / он идет? ) ( cf . Roeper and Weissenborn, 1990; Valian, 1991; Sano and Hyams, 1994; Bromberg and Wexler, 1995; Roeper and Rohrbacher, 2000). Учитывая конечную природу глаголов, это не могут быть контексты, в которых субъекту не присвоен падеж; следовательно, объяснение должно быть сформулировано в терминах блокирования пропуска, то есть наличия независимых факторов, которые делают невозможным упущение объекта. Уяснили ли дети на ранних стадиях, что соглашение о модальных формах и связках обедняется (или что в этих конструкциях SpecTP должен быть явным, если мы воспользуемся анализом Холмберга, 2010 г.)? Это в высшей степени умозрительно, но сходится с наблюдением, что даже в ранних пропущенных языках частота опускания подлежащего варьируется в зависимости от класса глагола ( cf .Guerriero et al., 2001; Аллен и Шредер, 2003; Lorusso et al., 2005). В качестве альтернативы, постулируют ли они еще одно блокирующее ограничение? В таком случае, что это могло быть? Ограничение не конечности для пустых предметов post-wh и невозможность для пустых предметов во встроенных контекстах еще более поразительны: есть ли что-то в этих областях CP, что может блокировать pro-drop?

Это все еще плохо изученный набор явлений, и необходимы дополнительные исследования, прежде чем мы сможем предпринять какие-либо серьезные попытки их объяснения.Тем не менее, я верю, что IA может предложить новую и интересную точку зрения для подхода к ним. Фактически, учитывая, что он объясняет непропадание на основе блокировки пропуска, он предсказывает, что в этих конечных конструкциях могут быть специфические для конструкции свойства, которые делают отказ от предмета невозможным.

4. (неправильная) установка параметра и обратный подход

Хайамс (1986) разработал основанный на грамматике подход к приобретению (не) пропадания, который обеспечил поддержку концепции принципов и параметров (Chomsky, 1981), утверждая, что раннее упущение подлежащего в речи английских детей было связано с «Неправильная установка» нулевого параметра субъекта (точнее: параметр AG / PRO ).Идея следующая. Приобретение языка заключается в определении значений параметров целевого языка. Тем не менее, они имеют настройку по умолчанию, и дочерний элемент изменит значение параметра только в том случае, если этот параметр не учитывает входные данные. В случае с нулевыми субъектами, утверждает Хьямс, значение параметра по умолчанию положительное, что соответствует значению, которое он имеет на языках взрослых, таких как итальянский. Это объясняет, почему ранние грамматики таких языков, как английский, допускают упадок так же, как итальянский.

В следующей работе Хайамс исследует гипотезу о том, что феномен пропадания является (частично) побочным продуктом флективных явлений, и что нулевые субъекты разрешены в ранней грамматике из-за (неправильной) установки параметризованного свойства перегиб (Jaeggli, Hyams, 1988; Hyams, 1991). Точнее, она принимает анализ нулевых аргументов Джеггли и Сафира (1989), согласно которому нулевые субъекты лицензируются только на языках с единообразно изменяемыми или неизменно неизменяемыми вербальными парадигмами, то есть с парадигмами, состоящими только из сложных форм, т. Е.е., разные формы для всех комбинаций человеко-число, как в итальянском — или без каких-либо сложных форм, как в китайском (принцип морфологического единообразия ).

Jaeggli и Hyams (1988) и Hyams (1991) предполагают, что пустые предметы разрешены в раннем английском, потому что исходное предположение детей состоит в том, что морфологическая парадигма языка едина. Таким образом, переход к грамматике, не связанной с упадком, требует от них «осознать», что вербальные парадигмы изменяются неравномерно.

Анализ явления пропадания, предложенный в Разделе 2, разделяет важные аспекты с некоторыми гипотезами, принятыми в подходе к (неправильной) настройке параметров; в частности, идея о том, что явление «пропадания» является (по крайней мере частично) побочным продуктом свойств перегиба. Оставляя в стороне теоретические аспекты (обсуждение см. В Duguine, 2013: глава 6), ниже обсуждаются сходства, которые касаются вопроса приобретения. В самом деле, в обоих анализах ранние грамматики (i) допускают пропадание и (ii) имеют «единую» вербальную флективную морфологию.Таким образом, логично, что многие прогнозы, сделанные IA, также сделаны на основе предложения Хайамса: пустые предметы в ранних языках pro-drop и non-pro-drop, более поздняя установка опции non-pro-drop, зависимость настройки non-pro-drop. -про-дроп вариант на приобретение свойств перегиба пр.

Различные аспекты описаний Хайамса, описанные выше, были подвергнуты концептуальному и эмпирическому оспариванию. Далее обсуждаются три проблемы, которые касаются основных аспектов предложения Хайамса, и показано, что принятие точки зрения ВА предлагает способ их избежать.

Параметрический подход

Hyams сталкивается с тремя важными проблемами (см. Hyams, 2011 и ссылки в нем). Во-первых, это не соответствует принципу подмножества, согласно которому дети устанавливают значение параметра, которое генерирует наиболее ограниченный язык, совместимый с их входными данными. Действительно, поскольку положительное значение параметра pro-drop в итальянском языке допускает как явные, так и пустые предметы, это надмножество отрицательного значения английского языка, которое допускает только явные предметы. Следовательно, итальянская установка не могла быть исходной.Во-вторых, возникает проблема относительно сроков установки параметров. Данные указывают на раннюю настройку параметра на языках pro-drop, в то время как дети, осваивающие языки без pro-drop, по-прежнему создают пустые предметы (см. Раздел 3.3). Но если параметр установлен раньше на итальянском языке, он также должен быть установлен раньше на английском языке. И третья проблема возникает из-за того, как объяснение, основанное на принципе морфологического единообразия, применяется к англоязычным языкам. Если в раннем английском языке есть единообразно не изменяемые вербальные парадигмы (как и в китайском), то у детей, начинающих производить флективную морфологию, указывается, что они переустановили свою грамматику как имеющие неоднородные вербальные парадигмы.Таким образом, предполагается, что они одновременно выйдут из стадии нулевого субъекта. Однако это не подтверждается: дети производят нулевых субъектов даже после того, как начинают использовать флективную морфологию.

Все три из этих проблем могут быть связаны с определенной особенностью анализа Хайамса: он основан на существовании специального параметра для pro-drop. Как обычно принято в рамках принципов и параметров ( cf . Chomsky, 1981 и далее), межъязыковые вариации в доступности пропуска в синтаксисе зависят от заранее определенного набора значений специального параметра.Но что, если явление проскальзывания не было (прямым) продуктом параметра? Что, если бы не было Null Subject (или AGR , или морфологической однородности ) Параметр ?

Это как раз гипотеза, которую можно рассматривать и исследовать в рамках ВА. В самом деле, (даже) в рамках концепции принципов и параметров модель, которая возникает из анализа, представленного в разделе 2, не соответствует модели параметра, поскольку она постулирует, что изменение пропадания возникает в результате взаимодействия между различными компонентами системы. грамматика (обсуждение см. также Duguine et al., в прессе). Можно считать, что синтаксис Case, правила обеднения и / или требования к явным Spec, TP являются параметризованными свойствами. Тем не менее, он имеет следующие особенности, которые отличают его от стандартных параметрических подходов: (i) пропадание разрешено повсеместно, и (ii) непропускание не является основным, определяющим свойством языков; это происходит из-за того, что pro-drop систематически блокируется в определенных конфигурациях на определенных языках. Поэтому при изменении IA изменение пропада формально не будет охарактеризовано как пример параметрического изменения.

Важно отметить, что эта модель не столкнется с проблемами, с которыми сталкивается параметрическая модель, такая как модель Хайамса. Во-первых, ребенок соблюдает принцип подмножества. Точка зрения IA не постулирует, что приобретатели английского языка устанавливают неправильное значение параметра. Здесь нет ни ошибочных настроек, ни параметров, если на то пошло. Для получения грамматики, не связанной с упором, требуется два шага: получение синтаксиса субъектов (т. Е. Прецедента) и получение правила блокировки. Ребенок делает первый шаг, возможно, на основе всех морфосинтаксических данных для Кейса, которые доступны в его первичных лингвистических данных (морфология падежа, А-движение и т. Д.). Это свойство установлено правильно, то есть соответствует грамматике для взрослых. Так как pro-drop универсален (в той мере, в какой универсален Case), все дети сначала устанавливают грамматику pro-drop. Но даже если верно то, что ранняя грамматика англоговорящих детей будет генерировать язык, который является подмножеством их целевого языка, это потому, что они еще не приобрели свойства грамматики, предотвращающие пропадание. И при этом, опять же, они будут соблюдать принцип подмножества, поскольку они будут постулировать грамматику, которая генерирует наиболее ограниченный язык, совместимый с их входными данными.

Во-вторых, IA также позволяет нам объяснить задержку в овладении грамматиками, не связанными с продвижением, по сравнению с грамматиками, не связанными с продвижением (см. Раздел 3.3), и предсказывает, что дети будут постепенно достигать целевой продуктивности по мере того, как они приобретают различные компоненты этой системы, то есть различные лингвистические свойства, которые могут влиять (и, в частности, блокировать) пропадание во взрослой речи.

В-третьих, если анализ с точки зрения обнищания, описанный в Разделе 2, находится на верном пути, не ожидается, что образование измененных форм будет коррелировать с выходом ребенка из стадии нулевого субъекта.В конечном итоге детям придется раскрыть набор правил обеднения, влияющих на флективные морфемы, прежде чем они перестанут отбрасывать предметы, то есть им придется осознать, что синкретизмы в вербальных парадигмах не случайны, что они являются результатом морфологических правил (которые, между прочим, блокировать пропадание; см. раздел 3.3). То есть, вероятно, до этого момента они могут создавать изменяемые или несгибаемые формы и нулевые субъекты.

В заключение, подход, исследуемый в этой статье, предлагает перспективу приобретения pro-drop, который имеет важные особенности с более ранними работами, в частности, Hyams (1986, 1991), и делает различные аналогичные прогнозы.Однако, в отличие от них, это также подразумевает отсутствие параметра Pro-Drop как такового. Шаблоны пустых / явных предметов в разных языках возникают в результате сговора между различными компонентами грамматики, а стадии развития языка являются результатом своевременности усвоения этих компонентов. Это различие позволяет обойти некоторые проблемы, с которыми столкнулось предложение Хаямса. Таким образом, IA можно рассматривать как возможность возобновить дискуссию о приобретении нулевых аргументов и исследовать с помощью новых инструментов учетную запись, которая была довольно хорошо поддержана как концептуально, так и эмпирически.

Следует отметить, что в годы, прошедшие после работы Хайамса, исследования показали, что существуют различия в распределении нулевых субъектов в ранних языках, не поддерживающих дроп, и в ранних языках, поддерживающих дроп. Это касается наблюдений, которые были процитированы в разделе 3.5: пустые предметы очень редко встречаются с модальными формами, с конечными формами связки, такими как is, am, are , в придаточных предложениях или в конечных wh-вопросах (например, Where [e ] / он / он идет? vs. * Куда [e] / он идет? ) ( cf .Ропер и Вайссенборн, 1990; Валиан, 1991; Сано и Хьямс, 1994; Бромберг и Векслер, 1995; Ропер и Рорбахер, 2000). Это наблюдение в сочетании с другими проблемами, такими как три пункта, обсужденных выше, побудили многих исследователей считать, что ранние пропущенные предметы в языках, не поддерживающих падение, не являются частью феномена пропадания. В частности, Рицци (2005a, b) разрабатывает влиятельную учетную запись, согласно которой нулевые субъекты в ранних языках, не поддерживающих отбрасывание, являются результатом «отбрасывания корневого субъекта», (параметризованной) грамматической опции, в которой спецификатор корневых / усеченных предложений (голые IP-адреса) может быть нулевым.Анализ отбрасывания корневого подлежащего напрямую учитывает «корневые» эффекты в раннем английском языке, такие как невозможность появления пустых субъектов после WH-фразы или в придаточном предложении, но, как отмечает Хаймс (2011), он не объясняет, почему они не встречаются с модальными формами (Valian, 1991) или конечными формами связки (Sano and Hyams, 1994). Раздел 3.5 просто набросал возможное объяснение последних фактов в рамках IA, но я надеюсь, что показал, что, хотя многое еще предстоит сделать, IA можно рассматривать как версию подхода с неправильной настройкой параметров, который позволяет обойти некоторые более ранние проблемы. , и которые можно исследовать как альтернативное объяснение приобретения (так называемого) pro-drop vs.не поддерживающие языки.

5. Выводы

Обратный подход к pro-drop (IA) предлагает сдвиг в подходе к решению вопроса pro-drop. В этом документе основное внимание уделяется его последствиям для развития языка, показывая, что он предлагает пояснительный отчет о некоторых свойствах дочерних языков, как с целевыми языками с упреждающим, так и с непропускаемым языками. Он разделяет важные особенности с более ранними предложениями, такими как, в частности, подход с ошибочной настройкой параметров, разработанный Хайамсом (1986, 1991).Но есть и принципиальные отличия. В частности, концептуальное следствие отсутствия параметра Pro-Drop как такового позволяет нам обойти некоторые проблемы, поднятые этими более ранними учетными записями. Другими словами, полученные здесь результаты предполагают, что подход с неправильной настройкой параметров может быть возвращен в исследования по приобретению (не) про-дропа, поскольку они позволяют формализовать интуицию развития, которую все дети начинают с профессионалом. -drop грамматика, и именно поэтому те, кто говорит на языке pro-drop, будут демонстрировать раннее поведение, подобное цели, а те, кто говорит на языке non-pro-drop, позже перейдут на другую грамматику.

Еще многое предстоит сделать, но я надеюсь, что приведенное выше обсуждение преуспеет в том, чтобы показать, что IA открывает некоторые направления исследований, которые стоит изучить и которые могут дать новые решения старых проблем.

Авторские взносы

Автор подтверждает, что является единственным соавтором данной работы, и одобрил ее к публикации.

Финансирование

Настоящая работа стала возможной благодаря финансированию Правительства Басков (IT769-13), Министерства экономики и конкурентоспособности Испании (FFI2014-53675-P, FFI2014-51675REDT) и Университета Страны Басков UPV / EHU (UFI11 / 14).

Заявление о конфликте интересов

Автор заявляет, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Рецензент EP и ведущий редактор заявили о своей общей принадлежности, а ведущий редактор заявляет, что процесс, тем не менее, соответствовал стандартам справедливой и объективной проверки.

Сноски

Список литературы

Алексиаду, А., и Anagnostopoulou, E. (1998). Параметризация Agr: порядок слов, V-Movement и EPP-Checking. Nat. Lang. Лингвист. Теория 16, 491–539. DOI: 10.1023 / A: 10060

389

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аллен, С. Э. (2000). Дискурсивно-прагматическое объяснение представления аргументов в детском инуктитут. Языкознание 38, 483–521. DOI: 10.1515 / ling.38.3.483

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аллен, С.Э., и Шредер, Х.(2003). «Предпочтительная структура аргументов в данных спонтанной речи ранних инуктитут», в Preferred Argument Structure: Grammar as Architecture for Function , eds J. W. D. Bois, L. E. Kumpf и W. J. Ashby (Амстердам: Джон Бенджаминс), 301–338.

Google Scholar

Барбоса, П. (1995). Нулевые субъекты . Кандидат наук. дипломная работа, Массачусетский технологический институт.

Барренья, А. (1995). Haur Euskaldunen Hizkuntzaren Jabekuntza-Garapena: INFL eta KONP Funtzio-Kategorien Erabileraz. Бильбао: Университет Страны Басков.

Бел, А. (2003). Синтаксис предметов при усвоении испанского и каталонского языков. Probus Int. Дж. Лингвист латинского романса . 15, 1–26. DOI: 10.1515 / prbs.2003.003

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Беннис, Х. (2006). «Соглашение, про и императивы», в Аргументы и соглашение , ред. П. Акема, П. Брандт, М. Шурлеммер и Ф. Верманн (Oxford: Oxford University Press), 101–123.

Google Scholar

Бонет Э. (1991). Морфология после синтаксиса . Кандидат наук. дипломная работа, Массачусетский технологический институт.

Бромберг, Х., Векслер, К. (1995). «Нулевые предметы в белых вопросах», в MIT Working Papers Linguistics , Vol. 26 (Кембридж, Массачусетс), 221–248.

Google Scholar

Кабре Санс, Ю., и Гаварро, А. (2006). «Распределение подлежащих и классы глаголов в детском каталонском», Труды 2-й конференции GALANA (Сомервилль, Массачусетс: Cascadilla Press), 51–60.

Google Scholar

Цай З.Г., Пикеринг М.Дж., Ван Р. и Браниган Х.П. (2014). Это там, слышите вы это или нет: синтаксическое представление отсутствующих аргументов. Познание 136, 255–267. DOI: 10.1016 / j.cognition.2014.11.017

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Камачо, Дж. (2013). Нулевые субъекты . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Google Scholar

Кардиналетти, А.и М. Старке (1999). «Типология структурного дефицита: тематическое исследование трех классов местоимений», в Clitics in the Languages ​​of Europe , ed H. Van Riemsdijk (Берлин: Mouton de Gruyter), 145–253.

Google Scholar

Хомский, Н. (1981). Лекции по правительству и переплету . Кембридж: Мутон де Грюйтер.

Google Scholar

Хомский, Н. (1982). Некоторые концепции и следствия теории правления и связывания .Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Google Scholar

Хомский, Н. (2000). «Минималистские запросы: каркас», в Step by Step: Paper in Honor of Howard Lasnik , ред. Р. Мартин, Д. Майклс и Дж. Уриагрека (Кембридж, Массачусетс, Массачусетс, США), 89–155.

Хомский, Н. (2001). «Деривация по фазе», в Кен Хейл: Жизнь на языке , ред М. Кенстович (Кембридж, Массачусетс: MIT Press), 1–52.

Клэнси, П. (1997). «Дискурсивные мотивы референтного выбора при усвоении корейского языка», в Японская / корейская лингвистика , Vol.6, ред. Х. Сон и Дж. Хейг (Стэнфорд, Калифорния: CSLI Publications), 639–659.

Сушилка, М. С. (2013). «Выражение местоименных предметов», в Всемирный атлас языковых структур онлайн, , ред. М. С. Драйер и М. Хаспельмат (Лейпциг: Институт эволюционной антропологии Макса Планка). Доступно в Интернете по адресу: http://wals.info/chapter/101 (по состоянию на 19 января 2017 г.).

Дугуин, М. (2013). Нулевые аргументы и языковые вариации: минималистский анализ Pro-drop .Кандидат наук. диссертация, Université de Nantes и UPV / EHU.

Дугуин М. (2014). Многоточие аргументов: единый подход к пропаданию. Лингвист. Ред. 31, 515–550. DOI: 10.1515 / TLR-2014-0010

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дугин М., Ируртзун А. и Бёкс К. (в печати). Детализация языкового разнообразия: два тематических исследования против параметрических подходов. Лингвист. Анальный.

Эзейзабаррена, М. Дж. (2002). «Корневые инфинитивы в двух языках, поддерживающих падение», в The Acquisition of Spanish Morphosyntax , ред.Т. Перес-Леру и Дж. М. Лисерас (Дордрехт: Kluwer), 35–65.

Google Scholar

Фрэмптон, Дж. (2002). «Синкретизм, обнищание и структура черт личности», в Papers from the Chicago Linguistics Society Meeting , Vol. 38, ред. М. Андронис, Э. Дебенпорт, А. Пыча и К. Йошимура (Чикаго), 207–222.

Google Scholar

Фраскарелли, М. (2007). Предметы, темы и референциальная интерпретация проф. Nat. Lang. Лингвист.Теория 25, 691–734. DOI: 10.1007 / s11049-007-9025-x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гримшоу, Дж., И Самек-Лодовичи, В. (1998). «Оптимальные предметы и предметные универсалии» в . Достаточно ли самого лучшего? Оптимальность и конкуренция в синтаксисе , ред. П. Барбоза, Д. Фокс, П. Хагстром, М. МакГиннис и Д. Песецки (Кембридж, Массачусетс: MIT Press), 193–219.

Google Scholar

Гуасти, М.-Т. (1993/1994). Синтаксис глагола в итальянской детской грамматике: конечные нескончаемые глаголы. Lang. Приобретение. 3, 1–40. DOI: 10.1207 / s15327817la0301_1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Герриеро А. С., Купер А., Осима-Такане Ю. и Курияма Ю. (2001). «Дискурсивно-прагматическое объяснение реализации аргументов и их упущения в детской речи на английском и японском языках», Труды 25-й ежегодной конференции Бостонского университета по языковому развитию , ред. А. Х.-Дж. До, Л. Домингес и А. Йохансен (Сомервилль, Массачусетс: Cascadilla Press), 319–330.

Хэгеман, Л., Ихсане, Т. (2001). Взрослые пустые предметы на непрофессиональных языках: два дневниковых диалекта. Lang. Приобретение. 9, 329–346. DOI: 10.1207 / S15327817LA0904_03

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Галле, М. (1997). «Распределенная морфология: обеднение и деление», в MIT Working Papers Linguistics , Vol. 30 (Кембридж, Массачусетс), 425–449.

Харли, Х. и Нойер, Р. (1999). Состояние статьи: распределенная морфология. GLOT Int. 4, 3–9.

Google Scholar

Холмберг, А. (2005). Есть маленький pro ? Свидетельства с финского. Лингвист. Inq. 36, 533–564. DOI: 10.1162 / 002438

4464322

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Холмберг, А. (2010). «Нулевые параметры объекта», в Parametric Variation , ред. Т. Биберауэр, А. Холмберг, И. Робертс и М. Шихан (Кембридж: издательство Кембриджского университета), 88–124.

Google Scholar

Хуанг, К.(1984). О распределении и упоминании пустых местоимений. Лингвист. Inq. 15, 531–574.

Google Scholar

Хьюз, М. Э., и Аллен, С. Э. (2006). «Дискурсивно-прагматический анализ упущения предмета в детском английском», Труды 30-й ежегодной конференции Бостонского университета по языковому развитию , ред. Д. Бамман, Т. Магнитская и К. Заллер (Сомервилль, Массачусетс: Cascadilla Press) , 293–304.

Google Scholar

Хьюз, М.Э., и Аллен С. Э. (2013). Влияние индивидуальных дискурсивно-прагматических особенностей на выбор ссылок в детском английском. J. Pragmat. 56, 15–30. DOI: 10.1016 / j.pragma.2013.05.005

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хьямс, Н. (1986). Приобретение языка и теория параметров . Дордрехт: Foris.

Google Scholar

Хьямс, Н. (1991). «Повторный анализ пустых предметов в детском языке», в «Теоретические проблемы в изучении языка», , ред.Г. Юрген Вайссенборн и Т. Ропер (Хиллсдейл, Нью-Джерси: Lawrence Erlbaum Associates, Inc.)

Google Scholar

Хьямс, Н. (1994). «Комментарий: пустые предметы в детском языке и последствия кросс-лингвистических вариаций», в Syntactic Theory and First Language Acquisition: Cross-Linguistic Perspectives, Vol. 2: Связывание, зависимости и обучаемость , ред. Б. Ласт, Г. Хермон и Дж. Корнфилт (Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум), 287–299.

Google Scholar

Хайамс, Н.(2011). «Недостающие предметы в языке детей раннего возраста», в «Справочник генеративных подходов к овладению языком» , ред. Дж. Де Вильерс и Т. Ропер (Дордрехт: Спрингер), 13–52.

Google Scholar

Хьямс, Н., Матеу, В., Ортфителли, Р., Патнэм, М., Ротман, Дж., И Санчес, Л. (2015). «Параметры в овладении языком и контакте», в Contemporary Handbook of Linguistic Parameters , под ред. А. Фабрегаса, Дж. Матеу и М. Патнэма (Лондон: Блумсбери), 353–375.

Google Scholar

Хайамс, Н., и Векслер, К. (1993). О грамматической основе пустых предметов в детском языке. Лингвист. Inq. 24, 421–459.

Google Scholar

Джеггли О. и Хьямс Н. (1988). «Морфологическое единообразие и установка нулевого параметра субъекта», в Proceedings of the NELS 18 (Амхерст, Массачусетс, Массачусетский университет, GLSA), 239–253.

Джеггли О. и Сафир К. Дж. (Ред.). (1989).«Параметр нулевого субъекта и параметрическая теория», в The Null Subject Parameter (Dordrecht: Kluwer), 185–214.

Kim, Y.-J. (1997). «Освоение корейского», в Кросс-лингвистическое исследование освоения языка , Vol. 4, изд. Д. И. Слобин (Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум), 335–435.

Google Scholar

Ландау И. (2013). Контроль в генеративной грамматике: помощник в исследованиях . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Google Scholar

Ларсон, Р.К. и Лухан М. (1989). Упрямые местоимения . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк; Остин, Техас: Университет Стоуни-Брук; Техасский университет.

Google Scholar

Легат, Дж. (2006). «Split absolutive», в Ergativity , ed A. Johns (Амстердам: Springer), 143–171.

Google Scholar

Лоруссо П., Каприн К. и Гуасти М.-Т. (2005). «Открытое распределение предметов у итальянских детей раннего возраста», в Приложение к материалам Двадцать девятой конференции Бостонского университета по языковому развитию , ред.Бругос, М. Р. Кларк-Коттон и С. Ха (Сомервилль, Массачусетс: Cascadilla Press).

Google Scholar

Мак, Дж., Клифтон, К. Дж., Фрейзер, Л., и Тейлор, П. В. (2012). (Не) слушание факультативных предметов: последствия прагматических предпочтений в использовании. J. Mem. Lang. 67, 211–223. DOI: 10.1016 / j.jml.2012.02.011

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Макклоски, Дж., И Хейл, К. (1984). О синтаксисе словоизменения числа в современном ирландском языке. Nat. Lang. Лингвист. Теория 1, 487–533.

Google Scholar

МакШейн, М. (2005). Объекты Эллипсис . Оксфорд: Oxford University Pres.

Мюллер, Г. (2006). «За падение и обнищание» в Форма, структура и грамматика. Festschrift, подаренный Гюнтеру Гревендорфу по случаю его 60-летия , ред. П. Брандт и Э. Фусс (Берлин: Akademie Verlag), 93–115.

Google Scholar

Мюллер Г. (2008).«Некоторые последствия подхода, основанного на обеднении, к морфологическому богатству и пропаданию», в Elements of Slavic and Germanic Grammars: A Comparative View , ред. J. Witkos и G. Fanselow (Frankfurt: Lang), 125–145.

Google Scholar

О’Грейди, В. (1997). Синтаксическая разработка . Чикаго, Иллинойс: Издательство Чикагского университета.

Google Scholar

Филлипс, К. (1996). «Корневые инфинитивы конечны», в материалах Proceedings of the 20 Annual Boston University Conference on Language Development , ред.Стрингфеллоу, Д. Кахана-Амитай, Э. Хьюз и А. Зуковски (Сомервилль, Массачусетс: Cascadilla Press), 588–599.

Google Scholar

Пирс, А. (1992). Приобретение языка и синтаксическая теория — сравнительный анализ грамматики французского и английского языка для детей . Дордрехт: Клувер.

Platzack, C. (1994). «Пустые предметы, слабый Agr и синтаксические различия в скандинавском языке», in Working Pappers in Scandinavian Syntax , Vol. 43 (Лунд), 51–76.

Google Scholar

Platzack, C., и Холмберг, А. (1989). «Роль AGR и конечность» в Рабочих документах в скандинавском синтаксисе , Vol. 44 (Лунд), 101–117.

Поппель Д. и Векслер К. (1993). Гипотеза полной компетенции структуры предложения в раннем немецком языке. Язык 69, 1–33. DOI: 10.2307/416414

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Посио, П. (2012). Проминальные предметы на полуостровном испанском и европейском португальском языках. Семантика, прагматика и формулы .Кандидат наук. защитил диссертацию в Хельсинкском университете.

Raposo, E. (1986). «Нулевой объект в европейском португальском языке», в Исследования в области романской лингвистики , изд О. Джеггли и К. Сильва-Корвалан (Дордрехт: Foris), 373–390.

Google Scholar

Рицци, Л. (1982). Проблемы синтаксиса итальянского языка . Дордрехт: Foris.

Google Scholar

Рицци, Л. (1986). Нулевые объекты на итальянском языке и теория про . Лингвист. Inq. 17, 501–557.

Google Scholar

Рицци, Л. (2005a). «Основанные на грамматике целевые несоответствия в детском языке», в материалах Труды первой конференции GALANA, UCONN / MIT, Рабочие документы по лингвистике , ред. К.У. Дин, Дж. Номура, Б. Шульц и Б. Д. Шварц (Кембридж, Массачусетс, США). ), 19–49.

Рицци, Л. (2005b). «О грамматических основах языкового развития: тематическое исследование», в Оксфордский справочник по сравнительному синтаксису , редакторы Г. Чинкве и Р. Кейн (Oxford: Oxford University Press), 70–109.

Роберж Ю. (1990). Синтаксическая восстанавливаемость нулевых аргументов . Монреаль, Квебек: McGill-Queen’s Press — MQUP.

Google Scholar

Робертс И. (1993). Глаголы и диахронический синтаксис: сравнительная история английского и французского языков . Дордрехт: Клувер.

Google Scholar

Робертс И. (2010a). «Делеционный анализ нулевых субъектов» в Параметрическая вариация , ред. Т. Биберауэр, А. Холмберг, И. Робертс и М.Шиэн (Кембридж: издательство Кембриджского университета), 58–87.

Робертс И. (2010b). «Разновидности французского языка и нулевой параметр предмета», в Parametric Variation , ред. Т. Биберауэр, А. Холмберг, И. Робертс и М. Шихан (Кембридж: Издательство Кембриджского университета), 303–327.

Ропер, Т., и Рорбахер, Б. (2000). «Настоящая поддержка детского английского и принцип экономии или проекции», в книге «Приобретение скремблирования и клитификации», , ред. С. Пауэрса и К.Хаманн (Дордрехт: Клувер), 345–396.

Ропер, Т., и Вайссенборн, Дж. (1990). «Как заставить параметры работать: комментарии к Valian», в Language Processing and Language Acquisition , ред. Л. Фрейзер и Дж. Де Вильерс (Дордрехт: Kluwer), 147–162.

Google Scholar

Рорбахер, Б. (1999). Синтаксис, основанный на морфологии: теория повышения V-to-I и Pro-drop . Амстердам: Дж. Бенджаминс.

Google Scholar

Розенквист, Х.(2009). «Нулевые референтные предметы в германских языках — обзор», в Working Papers in Scandinavian Syntax , Vol. 84 (Лунд), 151–180.

Сайто М. (2007). Заметки о многоточии в аргументах Восточной Азии. Lang. Res. 43, 203–227.

Google Scholar

Сано, Т., и Хьямс, Н. (1994). «Согласие, конечность и развитие нулевых аргументов», in Proceedings of NELS 24 , ed M. Gonzáles (Amherts, MA: GLSA), 543–548.

Сато, Ю.(2011). Радикальная просадочная и слитная местоименная морфология в разговорном сингапурском английском: ответ Нилману и Сендри. Лингвист. Inq. 42, 356–365. DOI: 10.1162 / LING_a_00046

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сато Ю., Ким К. (2012). Радикальное пропадание и роль синтаксического согласия в разговорном сингапурском английском. Lingua 122, 858–873. DOI: 10.1016 / j.lingua.2012.02.006

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шютце, К., и Векслер, К. (1996). «Предметное лицензирование и английские корневые инфинитивы», в материалах Proceedings of the 20 Annual Boston University Conference on Language Development (Somerville, MA: Cascadilla Press), 670–681.

Google Scholar

Серратрис, Л. (2005). Роль дискурсивной прагматики в овладении предметами итальянского языка. Заявл. Психолингвист. 26, 437–462. DOI: 10.1017 / S0142716405050241

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Серратрис, Л., и Аллен, С. Э. (2015). «Получение справочного материала: введение», в «Приобретение справочного материала », ред. Л. Серратрис и С. Э. Аллен (Амстердам: Джон Бенджаминс), 1–24.

Сораче А., Серратрис Л., Филачи Ф. и Бальдо М. (2009). Условия дискурса по реализации предметных местоимений: проверка языковой интуиции двуязычных детей старшего возраста. Lingua 119, 460–477. DOI: 10.1016 / j.lingua.2008.09.008

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Спис, М.(2006). «Экономия, согласие и представление нулевых аргументов», в Arguments and Agreement , ред. П. Акема и Ф. Верман (Oxford: Oxford University Press), 35–75.

Таральдсен, Т. (1980). Об условных условиях номинального острова, вакуумном применении и фильтре That-Trace . Блумингтон, Индиана: Клуб лингвистики Университета Индианы.

Торибио, А. Дж. (2000). Установка параметрических ограничений на диалектные вариации в испанском языке. Lingua 10, 315–341.DOI: 10.1016 / S0024-3841 (99) 00044-3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Вайникка А., Леви Ю. (1999). Пустые предметы на финском и иврите. Nat. Lang. Лингвист. Теория 17, 613–671. DOI: 10.1023 / A: 1006225032592

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван, К., Лилло-Мартин, Д., Бест, К. Т., и Левитт, А. (1992). Нулевой субъект против нулевого объекта: некоторые свидетельства приобретения китайского и английского языков. Lang. Приобретение. 2, 221–254. DOI: 10.1207 / s15327817la0203_2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Векслер, К. (1998). Очень ранняя установка параметров и уникальное ограничение проверки: новое объяснение необязательной инфинитивной стадии. Lingua 106, 23–79. DOI: 10.1016 / S0024-3841 (98) 00029-1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Векслер, К. (2011). «Грамматические вычисления на этапе факультативного инфинитива», в книге «Справочник генеративных подходов к усвоению языка» , ред. Дж.де Вильерс и Т. Ропер (Дордрехт: Спрингер), 53–118.

Google Scholar

Зриби-Герц, А.

alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *