Эдвард уэстон фотографии: Эдвард Уэстон (Edward Weston) — фотограф — JuicyWorld

Содержание

Эдвард Уэстон (Edward Weston) — фотограф — JuicyWorld

24 марта 1886 г. родился знаменитый фотограф Эдвард Уэстон, названный «одним из самых инновационных и влиятельных американских фотографов…», творчество которого стало крупнейшим явлением в фотоискусстве XX в. Edward Weston умел увидеть красоту обычных вещей и придать им глубокий смысл на своих снимках, на которых обычные объекты выглядят совершенно неожиданно. В этой публикации JuicyWorld.org читайте подробную биографию и смотрите 102 фотографии этого замечательного фотографа.

«нужно сфотографировать камень таким образом, чтобы он действительно выглядел как камень, но при этом стал чем-то большим» Эдвард Уэстон (Edward Weston)

Artichoke, Halved, 1930
Биография (коротко)

(ниже, в этой публикации JuicyWorld.org, читайте подробную биографию)

На 16-летие Edward Weston отец дарит простой коробочный аппарат «Кодак». Юноша увлекся фотографией и вскоре приобрел подержанную более профессиональную камеру. Снимает в Чикаго и на ферме у своей тети. В 1906 г. переезжает в Лос-Анджелес.

Edward Weston / Pepper, N30

В начале творческого пути в фотографии является приверженцем течения пикторализма. 30 января 1909 женится на Флоре Чендлер (Flora Chandler). К началу 1920-х отходит от течения пикториализма и увлекается так называемой «прямой фотографией». Является одним из важнейших представителей течения «Новое видение».

Edward Weston / SHELL AND ROCK ARRANGEMENT, 1940

В 1923 году отправился в Мексику где знакомится с мексиканской художницей портретистом Фридой Кало и живописцем муралистом Диего Риверой. В 1929 году отвечает за за американскую секцию для выставки в Штутгарте «Фильм и Фото» (Film und Foto). Вскоре сближается с американским фотографом и меценатом Альфредом Стиглицем и одним из родоначальников документальной фотографии, кинорежиссёром Полом Стрендом.

из альбома; «Seeing California with Edward Weston»

В 1932 году происходит знаменательное событие для мира фотоискусства.

Вместе с знаменитым фотографом пейзажистом Энселом Адамсом (Ansel Adams) основывают группу f/64. И хотя группа просуществовала недолго, она оказала значительное влияние на развитие всего фотоискусства в целом.

фотограф Аnsel Аdams / Еdward Weston, Carmel Highlands, California’s, 1945

А Эдвард Уэстон до конца жизни был верен идеалам группы: использование фотографической эстетики, с повышенной четкостью и резкостью изображения, правдивое изображение действительности.

 

Nude (Chairs Santa Monica), 1936

В 1937 году Edward Weston получает стипендию фонда Гуггенхайма. Создает серию снимков которую называет «натюрморты», а также представляет свои фотографии для иллюстраций книг, включая «Листья травы» поэта и публициста Уолта Уитмена (1941). С 1947 года начинает работать с цветной фотографией. К сожалению, Эдвард Уэстон страдает от болезни Паркинсона (первые проявления болезни были в 1946 г.) и с 1948 г. перестает снимать

Edward Weston / из серии Shells, 1927 — была продана за $905000 на аукционе Сотбис (Sotheby’s)

Эдвард Уэстон умер 1 января 1958 г.

, оставив после себя богатейшее творческое наследие. Талантливый фотограф создал много замечательных снимков, которые дают ему право заслуженно считаться одним из лучших фото-классиков двадцатого столетия.

Lobos, 1932

 

Цитаты / Эдвард Уэстон о фотографии:

«Для любителя фотография это удовольствие, для профессионала — работа, может быть любимая, но очень тяжелая». Эдвард Уэстон (Edward Weston)

«Фотоаппарат видит больше чем глаз — почему же не воспользоваться этим»

«Мои глаза просто осуществляют предварительную разведку: решение принимает глаз фотоаппарата». Эдвард Уэстон (Edward Weston)

Cement Workers Glove, 1936

«В конечном счете, успех или неудача при съемке портрета зависит от способности фотографа понимать людей».

lake Tenaya, 1940

«Думать о правилах композиции, перед тем как сделать фотографию все равно, что думать о законах гравитации, перед тем как отправиться на прогулку».

«Мне часто говорят: «Вы должно быть долго ждали, пока уйдет это облако (тень, свет)». На самом деле я никогда не жду, если ожидание может затянуться более пяти минут. Если я должен ждать час пока облако сдвинется, изменится свет или корова пойдет пастись в другой стороне, тогда лучше я соберу камеру и уйду: я уверен, что за этот час смогу найти что-нибудь не хуже».

Nautilus Shells, 1947

«Фотография выхватывает момент времени и сохраняет его навсегда: это может быть очень важный момент или нечего не значащий — все зависит от того, насколько фотограф понимает тот объект, который фотографирует и от его мастерства»

Edward Weston / Oceano & Nudes

„Учитесь мыслить фотографически, а не в категориях других средств изображения. В таком случае вы всегда сможете сказать что-то новое.“

 

Биография

Эдвард Уэстон родился и жил в г. Хайленд-Парке, штат Иллинойс, и был вторым ребенком. Отец работал акушером-гинекологом. Мать, Алиса Джанетт Бретт была актрисой театра, и умерла, когда Эдварду было пять лет. После смерти матери воспитанием мальчика занималась сестра Мария, которая была на девять лет старше. У Эдварда и сестры, которую он называл просто «Май», или «Мэй» сложились очень близкие отношения.

Tina Modotti with her arms raised / Edward Weston, 1921

Отец повторно женился в 1895 году, но ни Эдвард, ни Май не ладили со своей мачехой и сводным братом. Когда в 1897 году Мэй вышла замуж и уехала, отец стал больше времени уделять своей новой жене и её сыну. А Эдвард Уэстон перестал ходить в школу, и всё чаще оставался наедине с собой, в своей комнате.

Cabbage Leaf, 1931

На шестнадцатилетие отец подарил юноше первую простую коробочную камеру Kodak Bull’s-Eye, которая вызвала неподдельный интерес будущего фотографа. Вскоре он покупает подержанную 5×7-дюймовую камеру, и начинает снимать в чикагских парках, а также на ферме тети.

О своих ранних работах он говорил: «Я чувствую, что моя самая ранняя работа 1903 года ‒ хотя и незрелая-более тесно связана, как с техникой, так и с композицией, с моей последней работой, чем несколько моих фотографий 1913-1920 годов, периода, в котором я предпочитал художественную фотографию.

Title / Glendale, Calif. Abstract, 1911

В 1906 г. Edward Weston журнал Camera and Darkroom, в апрельском номере опубликовал (полностраничную) фотокартину «Весна, Чикаго» (первая из известных опубликованных фотографий Уэстона). В 1907 году Эдвард Уэстон поступает в школу фотографии штата Иллинойс, где девятимесячный курс заканчивает за шесть месяцев.

Edward Weston / Abandoned car, crescent beach, 1938

Школа отказывалась выдать ему диплом, на основании что он не оплатил все девять месяцев. Но, Уэстон отказывается платить и весной 1908 года переезжает в Калифорнию, где начинает работать в разных фотостудиях Лос-Анджелеса.

In Vacation Time, 1910

Эта работа не только обогатила навыки фотографа, но и помогла ему приобрести деловую смекалку. В 1908 году Эдвард Уэстон становится основателем объединения фотографов приверженцев пикториализма (англ. pictorialism от pictorial «живописный» — использование изобразительных и технических приёмов, сближающих фотографию с живописью и графикой таких направлений, как импрессионизм, символизм, модерн и др.

).

Edward Weston / Tina Modotti, Glendale, 1921

Летом 1908 года, он знакомится с лучшей подругой своей сестры, Флорой (Flora Chandler). 30 января 1909 года пара поженилась. Девушка была старше Уэстона на семь лет, работала учителем в школе. После смерти её отца унаследовала небольшое состояние, что позволило молодой семье не нуждаться в деньгах, а Эдварду Уэстону заниматься только любимым делом — работать фотографом.

Flora Chandler, 1908 (жена Эдварда Уэстона)

В 1911 году Эдвард Уэстон открывает свою компанию «The Little Studio», в Тропико . Позже на вопрос сестры почему он открыл студию в этом месте, а не в более престижном Лос-Анджелесе, он ответил: «сестренка, я собираюсь сделать свое имя настолько известным, что это не будет иметь значения, где я живу».

Shell, 1927

С 1909 по 1917 г. Edward Weston публикует статьи о своём подходе к фотоискусству (к примеру статья «Метод Уэстона»). Но, в последующие годы в жизни Уэстона происходят значительные изменения, как в личной жизни, так и в творчестве.

От брака с Флорой у них было четверо сыновей. Но, возможно чего то не хватало в отношениях, да и в творчестве его увлечение пикториализмом закончилось.

Epilogue Featuring model Margrethe Mather holding a fan beneath a shadow of a bouquet in a vase, 1919

Еще в 1913 году он знакомится с моделью и фотографом Маргрет Мэзер (Margrethe Mather). Между ними завязались очень близкие отношения несмотря на то, что Маргрет предпочитала бисексуальные отношения, а Эдвард Уэстон, до этого времени был консервативным человеком, а жена Эдварда можно сказать была пуританкой (во взглядах на жизнь).

The white Iris (Tina Modotti), 1921

Маргрета Мэзер стала музой для фотографа. Она была очень артистичной, яркой и общительной, и Уэстон не видел в её сексуальной морали что-то оскорбительное, и более того считал Маргрет неотразимой, а ее фотографическое видение интригующим.

В это время Уэстон начал создавать портреты в жанре «Ню» (обнаженная натура). Но, Эдвард Уэстон не просто создавал фотографии обнаженной натуры, он сумел сделать съемки «ню» утонченными, без примеси вульгарности и пошлости.

Вскоре у Эдварда появилась новая муза Тина Модотти (Assunta Adelaide Luigia Modotti Mondini) ставшая на несколько лет основной моделью фотографа и любовницей.

В 1922 году Уэстон посетил металлургический завод ARMCO в Мидлтауне, штат Огайо. Фотографии, сделанные здесь, стали поворотным моментом в карьере Уэстона. В этот период Уэстон отказался от своего стиля пикториализма с новым акцентом на абстрактную форму и более четкое разрешение деталей. Промышленные фотографии были настоящими прямыми изображениями: неприхотливыми и правдоподобными. Позже Уэстон писал: «Камеру следует использовать для записи жизни, для воспроизведения самой сущности и квинтэссенции самой вещи, будь то полированная сталь или сердцебиение». Уэстон также отправился в Нью-Йорк в том же году, где он встретил Альфреда Штиглица, Пола Стрэнда, Чарльза Шилера и Джорджию О’Киф.

В 1923 году Уэстон переехал в Мехико, где открыл фотостудию со своей фотомоделью, ученицей и любовницей Тиной Модотти. Здесь были сделаны известные портреты и в жанре ню. А известные художники, такие как Диего Ривера, Дэвид Сикейрос и Хосе Орозко назвали Уэстона мастером искусства 20-го века.

Вернувшись в Калифорнию в 1926 году, Уэстон начал серию работ которую он назвал «Натюрморты», Серия была очень популярна и принесла Эдварду Уэстону еще большую известность. Также он продолжал фотографировать в жанре пейзаж, «ню», и природные формы, крупных планов. Между 1927 и 1930 годами Уэстон сделал серию монументальных крупных планов, перца и половинки капусты, раскрывая богатые текстуры их скульптурных форм. А фотографии морских ракушек также поражают воображение. Острая, лаконичная выразительность линии, оригинальный ракурс игра света и светотени превращают раковины в инопланетные объекты, и завораживают внешним видом.

Kale Halved, 1930 — была продана на аукционе Сотбис (Sotheby’s) за $112500

В 1927 году, он начал снимать перец, и долго экспериментировал. С тридцатой попытки, у него получился желаемый кадр перца. Эту фотоработу он назвал Перец № 30 (Pepper No. 30 (1930). На снимке обычный овощ (перец) выглядит загадочно, многозначительно. Видно, что это перец, но возникает и аналогия с фигурой обнаженной женщины. Благодаря съемке с близкого расстояния и подчеркнутым линиям объект вызывает яркие ощущения, приковывает взгляд к снимку.

Но и на №30 фотограф не остановился, и продолжал свои эксперименты с перцем и с другими овощами. (Смотрите выше Перец №30, а далее и другие фотографии «Перца» в этой публикации JuicyWorld.org

Pepper No. 35

Говоря про серию фотографий «натюрморты», специалисты отмечают, что удивление вызывает не столько удачные снимки, сколько оригинальное видение фотографа. В этом особенность Уэстона — он умел видеть красоту обычных вещей и придавать им глубокий смысл на своих фото.

Squash, 1930

В творчестве Уэстона отчетливо заметно влияние реализма и абстракционизма, но имеющих свою уникальность, свойственное и течению «новому видению» (New Vision — течение в художественной фотографии 1920-х годах. Связано с абстрактными изображениями созданными при помощи нестандартных фотографических техник, в т.ч. с использованием ракурсной съемки).

Из серии Shell, 1927

В 1930-е заканчиваются его похождения с многочисленными любовницами и отношения с Модотти, но начинается время художественного успеха. Он начинает встречаться с фотографами единомышленниками. На встречах с Анселль Адемсом, Уиллардом Ван Дайком, Имоджен Каннингем и Соней Носковя они не только обсуждает общий интерес, но и создают новую группу единомышленников, которую называют f/64 (называние от одного из значений диафрагмы фотообъектива. При показателе f/64 фотограф получает максимальную четкость и глубину снимков. Приоритет отдается детализации фотографий, уходу от мягких линий и размытых изображений). На этом базисе строится теория «нового видения», которую они начинают активно пропагандировать в работах. В ноябре 1932 г. группа f/64 проводит выставку на которую представили 80 работ. Выставка имела большой успех.

Edward Westo / Lake Patzcuaro, Mexico, 1926

Несмотря на свой успех в творчестве, фотограф изо всех сил пытался свести концы с концами финансово. В начале 1935 года он закрывает свою студию в Глендейле и переезжает в дом на 446 Mesa Road в Санта-Монике со своими тремя сыновьями Бреттом , Коулом и Нилом, штат Калифорния. Дом был скромным с двумя спальнями, и с небольшим личным пространством. В это же время в январе 1935 г. он начинает встречаться с своей новой музой и моделью Charis.

Эдвард Уэстон (Edward Weston) с своими 4 сыновьями

И приглашает ее жить с ним в одном доме. С ней он создает пожалуй самую знаковую и узнаваемую фотографию в жанре «Ню», на балконе своего дома (Чарис, Санта-Моника). Впятером они прожили в этом доме несколько лет.
В 1937 году Уэстон был награжден грантом Гуггенхайма. Он был первым в истории фотографом получившим такую премию, составляющую $2000 за один год. На эти деньги он купил машину, и вместе с Чарис начали свое путешествие по США, фотографирую по дороге все, что он хотел. За следующие двенадцать месяцев они проехали 16697 миль. Во время этой поездки им было сделано 1260 негативов.

Egg And Bone, 1930

К этому времени его дети достигли совершеннолетия, а свобода путешествия с «любовью всей его жизни», дали Уэстону мотивацию, чтобы, официально развестись с женой. С первой женой к этому времени они жили раздельно уже шестнадцать лет.

В 1939 году была опубликована книга «Seeing California with Edward Weston» с фотографиями Уэстона. Освобожденный от прошлых финансовых проблем, счастливый от своей работы и отношений с Чарис, он 24 апреля 1939 г. женится на ней.

Seeing California with Edward Weston — Эдварда Вестона опубликовано 1939Eel River Ranch,1937

В 1940 году, полученные деньги от гранта Гуггенхайма заканчивались, и Уэстон взялся за работу создания иллюстраций для нового издания «Листья травы» поэта и публициста Уолта Уитмена (1941). Уэстон получит 1000 долларов за фотографии и 500 долларов командировочных и 28 мая начинается его новое путешествие.

К 1945 году Уэстон начинает испытывать первые симптомы болезни Паркинсона, которая постепенно украла его силу и способность фотографировать. Его отношения с Чарис также находятся в кризисе, и вскоре они расстаются. Чарис позже писала: «мой полет от Эдварда был также отчасти побегом от фотографии, которая занимала так много места в моей жизни в течение стольких лет».

White Sands. M. Mexico, 1941

В 1946 году в Музее современного искусства в Нью-Йорке была представлена большая ретроспектива из 300 снимков Уэстона

Succulents, 1930

К 1948 году Уэстон уже был физически не в состоянии использовать свою большую камеру, и делает свои последние фотографии в Пойнт Лобос. Последним был негатив, который он назвал «Скалы и галька, 1948». Хотя Уэстон и уменьшился в своем качестве, он никогда не переставал быть фотографом. Он работал над каталогизацией своих изображений и особенно над публикацией и печатью своих работ.

В 1956 году Смитсоновский институт провел показ «Мир Эдварда Уэстона», где отдали дань уважения замечательным достижениям Уэстона в американской фотографии. Эдвард Уэстон скончался 1 января 1958 года в своем доме на Уайлдкэт-Хилл в Кармеле, штат Калифорния. Пепел Уэстона был разбросан в Тихом океане на Пеббли Бич (Pebbly Beach) в Пойнт Лобос (Point Lobos). Из-за «значительного влияния Вестона в этом районе», пляж позже был переименован в Weston Beach.

 

Эдвард Уэстон (Edward Weston) / Натюрморты (ракушки)

Shell, 1927-1SSHELLS (3S), 1927

 

Эдвард Уэстон (Edward Weston) / Натюрморты (овощи)

Pepper No. 14, 1929

 

 Photograph by Edward Weston / Пейзажи

Lake Tenaya Country, 1940

Dunes, Oceano, 1936Аспен Валли, Нью-Мексико, 1937Лассен, Калифорния, 1937Облака, Санта Моника, 1936Dunes, Oceano, 1936Patzcuaro, Mexico, 1926Patzcuaro, Mexico, 1926Moonrise, Death Valley, 1938

Dunes, 1934Point Lobos, 1946

Эдвард Уэстон (Edward Weston)
Lily and Glass, 1939Surf, China Cove, Point Lobos, 1938

 

Drift Twigs Mono Lake, 1937

Позвоночник кита (Whale Vertebra), 1934

Эдвард Уэстон (Edward Weston) / Портретная съемка
Child Portrait, E. H. Weston, 1913The American annual of photography (1914)Portrait photograph by Edward Weston, 1916Nahui Olin, 1923

 

The American annual of photography (1917)Margrethe Мазер portrays «Empress Carlota of Mexico», 1914

Portrait of a child, 1915

Чарис Вестон у озера Эдиза / Edward Weston 1937Edward Weston / Nude, New-York, 1941/1Nude, 1934Portrait of Tina Modotti by Edward Weston, 1924Edward Weston / Harald Kreutzberg, 1930 (немецкий танцор)Portrait photograph by Edward Weston, 1916Portrait photograph by Edward Weston, 1916Person in an attic, 1922Nude, 1934Zohmah And Jean Charlot, 1939Эдвард Уэстон (Edward Weston)

Смотрите также:

Энсел Адамс (Ansel Adams) — знаменитый фотограф

 

Эдвард Уэстон и «прямая» фотография

В 20-е годы прошлого столетия технологии изготовления оптики достигли уже достаточного уровня для того, чтобы фотографы могли делать безупречные с технической точки зрения снимки, исследуя пределы творческих возможностей фотографии. Именно в этот период начинают появляться талантливые мастера, своими работами и взглядами на фотографию определившие направления развития этого жанра искусства в будущем.

Среди них был и американец Эдвард Уэстон, представитель так называемой «прямой» фотографии.

В своем творчестве Уэстон стремился к реалистичному отражению действительности с помощью фотоаппарата, отказавшись от шаблонных приемов и подражанию живописи. Сегодня Эдвард Уэстон по-праву признается одним из классиков фотографии XX века.

Уэстон родился в 1886 году в Иллинойсе. В день своего шестнадцатилетия он получил в подарок от отца камеру Kodak Bulls-Eye и принялся фотографировать все, что попадалось ему в кадр. Уже в 1903 году в Чикагском художественном институте прошла выставка работ молодого фотографа. Через три года Эдвард устроился топографом сети железных дорог Сан-Педро, Лос-Анджелеса и Солт-Лэйк-Сити в штате Калифорния. Тем не менее, ему удавалось посещать отдельные лекции в Колледже фотографии Иллинойса.

В 1908 году Уэстон окончательно уезжает в Калифорнию, где вскоре становится одним из основателей Лос-Анджелесского общества фотографов-пикториалистов. Уже в 1911 году он открывает свою собственную портретную фотостудию и даже начинает публиковать статьи в журналах American Photography и Photo-Miniature. Первые годы его творчества связаны с пикториальной фотографией, то есть подражанию в фотографии живописи. Однако в начале 20-х годов Эдвард Уэстон увлекся абстракционизмом и реализмом, постепенно перейдя к так называемой «прямой» фотографии.

В 1932 году Уэстон вместе с Анселом Адамсом, Имоджином Каннингэмом, Вилардом Ван Дайком и другими талантливыми фотографами организовал группу Ф-64. Само название группы говорит за себя, ведь оно происходит от минимального отверстия диафрагмы фотообъектива (f/64), при котором фотограф получает максимально четкое изображение и достигает исключительной глубины резкости. Это неформальное объединение калифорнийских фотографов заявило протест пикториальной фотографии и использованию мягкорисующей оптики, модных в ту пору, предпочтя им абсолютно резкие, четко детализированные фотографии.

В том же 1932 году в Мемориальном музее М. Х. де Янг в Сан-Франциско прошла первая выставка работ фотографов из группы Ф-64, которая не была замечена и не произвела особого впечатления в фотографической среде. Да и само это объединение фотографов просуществовала недолго, в 1935 году оно окончательно распалось. Тем не менее, группа Ф-64 заложила новые основы для развития фотографической школы западного побережья США в противовес излишней академичности, «художественному» творчеству в фотографии.

Новый подход Эдварда Уэстона к фотографии выражается в его же собственных словах: «Снять камень так, чтобы он выглядел как камень, но в тоже время был больше, чем просто камень». Он фотографировал человеческие фигуры, обнаженные женские тела и природные пейзажи, песчаные дюны и растения. Везде он стремился к тому, чтобы передать форму и внутреннюю силу природы или человека, нисколько не искажая и не приукрашивая их.

Один из самых известных снимков Эдварда Уэстона – «Перец». В этом обычном овоще Уэстон сумел увидеть красивые аналогии с формами человеческого тела. Поэтому он запечатлел на снимке перец очень резко и с очень близкого расстояния, чтобы зритель смог созерцать форму овоща и увидеть каждый его изгиб, подчеркнутый контрастным освещением. В результате, перец на снимке производит впечатление абстрактной скульптуры, формы которой напоминают об изгибах женского обнаженного тела.

Как писал главный редактор журнала классической фотографии Lens Work Брукс Дженсен: «Самое удивительное в известной фотоработе Эдварда Уэстона «Перец №30» даже не то, что он сделал великолепный снимок обыкновенного перца, а то, что он увидел в нем фотографический потенциал. Не менее удивительно и то, что он предпринял 29 «неудавшихся» попыток ради единственного кадра, наконец-то удовлетворившего его».

Привлекают внимание и работы Уэстона с обнаженной женской натурой. Недаром его снимок «Грудь», до некоторых пор, был одной из самых дорогих фотографий в истории. В 2005 году эта фотография с изображением голой женской груди была продана за 822 тысячи долларов.

На протяжении всей своей творческой жизни Эдвард Уэстон оставался верен своему стилю — повышенной четкости и резкости изображения, реалистичному отображению действительности, сдержанному подходу к выбору предмета для съемки. В 1946 году у Уэстона появились первые симптомы тяжелейшего заболевания – болезни Паркинсона. Через два года он фактически перестал снимать, однако его идеи и фотоработы продолжали оказывать огромное влияние на развитие фотографии в Америке и за рубежом.

В течение многих лет Уэстон собирал высказывания различных известных людей о форме и содержании. В дополнение к цитате китайского мудреца Се Хэ, одного из основоположников эстетики китайской живописи, в своих записках Эдвард Уэстон написал следующее: «Чем абстрактнее истина, которую ты хочешь изложить, тем привлекательнее для чувств ты должен ее сделать». Этому принципу и пытался следовать великий американский фотограф в своем творчестве. Он скончался в 1958 году в Калифорнии.

Источник: Фотокомок. ру

Эдвард Уэстон: что у него прямое?: dsolga — LiveJournal


В разных статьях об Эдварде Уэстоне мне встречалась оценка его творчества как оды совершенной форме предметов, восторгу и преклонению фотографа перед красотой и изяществом снимаемых объектов. Будто бы новизна фотографического подхода Уэстона в том, чтобы, по его же выражению, «снять камень так, чтобы он выглядел как камень, но в тоже время был больше, чем просто камень». Критики видят его стремление к неискаженной, ничем не приукрашенной передаче формы и внутренней силы предметов, созданных природой или людьми. Его называют создателем или последователем «прямой фотографии».

«Функция определяет форму!» — не знаю, кто это сказал, но сказано верно. Я сфотографировал наш унитаз, эту блестящую чашу необычайной красоты. Его форма привела меня в эстетический восторг. Каждая его линия говорит о том, что человек может творить нечто божественное… Даже древние греки никогда не достигли таких высот в своей культуре», — писал фотограф в своем дневнике. В биографической статье говорится, что он пишет не шутя, без намека на иронию. Сомневаюсь, что это так. Все-таки Уэстон живой человек, и его ирония не обязана быть прямой и неприкрытой.

Так была ли прямой его фотография?

Возможно, я ошибаюсь, и Эдвард Уэстон в своих высказываниях о камне и форме унитаза предельно серьезен. Тогда мне тем более странно сопоставлять слова Уэстона и его снимки. Разве на этих фотографиях всё и впрямь настолько завязано на форму? Разве они прямо, без искажений передают внутреннюю силу предметов? Показывают восхищение?

Если так, то Уэстон — не более чем скучный изготовитель красивых картинок, каковым он, на мой скромный взгляд, всё-таки не является. Возможно, критики слишком прямо восприняли высказывания и отвлеклись от самих фотографий? Почему так получилось? Мне кажется, дело тут в том, что автор талантливо и умело пользуется подвластными ему инструментами. При этом другие средства передачи мыслей и чувств — в данном случае слова — остаются ему недоступны. Он не может высказать того, что передает визуальными образами. Зритель же принимает комментарии автора за чистую монету. И рамки сказанного определяют направление зрительского взгляда, придают фотографии очень узкий смысл, не давая разглядеть истинного, заложенного интуитивно.

Сьюзен Зонтаг по этому поводу пишет: «Действительно, слова говорят громче картинок. Подписи одерживают верх над свидетельствами наших глаз; но никакая подпись не может навсегда ограничить или закрепить смысл изображения. Моралисты требуют от фотографии того, на что она не способна, — чтобы она заговорила. Подпись и есть этот отсутствующий голос, и предполагается, что он выскажет правду. Но даже самая точная подпись — это всего лишь одна из интерпретаций снимка, неизбежно ограниченная».


Сьюзен вовсе не истина в последней инстанции. Но тут она, по-моему, очень точна. А вы как думаете? Слова в визуальном искусстве — что они дают? Что отнимают?

Эдвард Уэстон - Edward Weston

Американский фотограф (1886-1958)

Эдвард Генри Уэстон (24 марта 1886 - 1 января 1958) был американским фотографом 20 века. Его называли «одним из самых новаторских и влиятельных американских фотографов ...» и «одним из мастеров фотографии 20 века». В течение своей 40-летней карьеры Уэстон фотографировал все более обширный набор предметов, включая пейзажи, натюрморты, обнаженные тела, портреты, жанровые сцены и даже причудливые пародии. Говорят, что он разработал «типично американский, и особенно калифорнийский, подход к современной фотографии» из-за его сосредоточенности на людях и местах американского Запада. В 1937 году Уэстон был первым фотографом, получившим стипендию Гуггенхайма , и в течение следующих двух лет он сделал около 1400 негативов, используя свою камеру обзора 8 × 10. Некоторые из его самых известных фотографий были сделаны с деревьями и скалами в Пойнт-Лобос , Калифорния, недалеко от того места, где он жил много лет.

Уэстон родился в Чикаго и переехал в Калифорнию, когда ему был 21 год. Он знал, что хочет стать фотографом с раннего возраста, и первоначально его работы были типичными для изобразительного искусства с мягким фокусом , популярного в то время. Однако через несколько лет он отказался от этого стиля и стал одним из ведущих поборников высокодетализированных фотографических изображений.

В 1947 году у него обнаружили болезнь Паркинсона, и вскоре он перестал фотографировать. Остальные десять лет своей жизни он провел, наблюдая за печатью более 1000 своих самых известных изображений.

Жизнь и работа

1886–1906: Ранние годы

Эдвард Б. Уэстон, доктор медицины, отец фотографа, портрет Эдварда Уэстона

Уэстон родился в Хайленд-Парке , штат Иллинойс, вторым ребенком и единственным сыном акушера Эдварда Бербанка Уэстона и шекспировской актрисы Элис Джанетт Бретт. Его мать умерла, когда ему было пять лет, и его воспитывала в основном его сестра Мэри, которую он называл «Мэй» или «Мэйси». Она была на девять лет старше его, и между ними сложилась очень тесная связь, которая была одной из немногих устойчивых отношений в жизни Уэстона.

Его отец снова женился, когда ему было девять, но ни Уэстон, ни его сестра не ладили со своей новой мачехой и сводным братом. После того, как Мэй женился и покинул их дом в 1897 году, отец Уэстона большую часть своего времени уделял своей новой жене и ее сыну. Уэстон большую часть времени оставался один; он перестал ходить в школу и удалился в свою комнату в их большом доме.

В качестве подарка на его 16-летие отец Уэстона подарил ему свою первую камеру, Kodak Bull's-Eye No. 2, которая была простой коробчатой ​​камерой. Он взял ее в отпуск на Среднем Западе, и к тому времени, когда он вернулся домой, его интереса к фотографии было достаточно, чтобы он купил бывшую в употреблении камеру 5 × 7 дюймов. Он начал фотографировать в парках Чикаго и на ферме, принадлежащей его тете, и проявил свою собственную пленку и отпечатки. Позже он вспомнит, что уже в таком раннем возрасте его работы проявляли сильные художественные достоинства. Он сказал: «Я чувствую, что моя самая ранняя работа 1903 года - хотя и незрелая - более тесно связана с моей последней работой, как по технике, так и по композиции, чем несколько моих фотографий, датируемых 1913-1920 гг. , Когда я пытался быть артистичным ".

В 1904 году Мэй и ее семья переехали в Калифорнию, в результате чего Уэстон остался изолированным в Чикаго. Он зарабатывал себе на жизнь тем, что устроился на работу в местный универмаг, но продолжал проводить большую часть своего свободного времени, фотографируя. В течение двух лет он почувствовал себя достаточно уверенно в своих фотографиях, поэтому отправил свои работы в журнал Camera and Darkroom и в апрельском номере 1906 года они опубликовали репродукцию на всю страницу его картины « Весна, Чикаго» . Это первая известная публикация любой из его фотографий.

В сентябре 1904 года Уэстон принял участие в двойных американских соревнованиях по стрельбе из лука среди мужчин на Летних Олимпийских играх 1904 года , и его отец также принял участие в том же соревновании.

1906–23: Стать фотографом.

По настоянию сестры Уэстон покинул Чикаго весной 1906 года и переехал недалеко от дома Мэй в Тропико, Калифорния (ныне район в Глендейле ). Он решил остаться там и продолжить карьеру фотографа, но вскоре понял, что ему нужна более профессиональная подготовка. Год спустя он переехал в Эффингем, штат Иллинойс , чтобы поступить в Колледж фотографии Иллинойса . Они вели девятимесячный курс обучения, но Уэстон закончил всю классную работу за шесть месяцев. Школа отказалась дать ему диплом, если он не оплатит полные девять месяцев; Уэстон отказался и вместо этого вернулся в Калифорнию весной 1908 года.

Некоторое время он работал в фотостудии Джорджа Стеккеля в Лос-Анджелесе ретушером негатива. Через несколько месяцев он переехал в более устоявшуюся студию Луи Мохонье. В течение следующих нескольких лет он изучал методы и бизнес работы в фотостудии под руководством Моджонье.

Через несколько дней после визита в Тропико Уэстон познакомился с лучшей подругой своей сестры, Флорой Мэй Чендлер. Она была выпускницей Нормальной школы, позже перешедшей в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. Она заняла должность учителя начальной школы в Тропико. Она была на семь лет старше Уэстона и была дальним родственником Гарри Чендлера , которого в то время описывали как главу «самой могущественной семьи в Южной Калифорнии». Этот факт не остался незамеченным Уэстоном и его биографами.

30 января 1909 года Уэстон и Чендлер поженились на простой церемонии. Первый из их четырех сыновей, Эдвард Чендлер Уэстон (1910–1993), известный как Чендлер, родился 26 апреля 1910 года. Эдвард Чендлер, названный в честь Уэстона и его жены, позже стал отличным фотографом самостоятельно. Он явно многому научился, работая помощником своего отца в студии бунгало. В 1923 году он попрощался со своей матерью и братьями и сестрами и отплыл в Мексику с отцом и его тогдашней музой Тиной Модотти. После своих приключений в Мексике он отказался от каких-либо устремлений и решил заняться фотографией в качестве карьеры. Слава и богатство сильно повлияли на него. Его более поздние фотографии, сделанные в увлечении, хотя и редкие, безусловно, отражают врожденный талант к форме.

В 1910 году Уэстон открыл свой собственный бизнес под названием «Маленькая студия» в Тропико. Его сестра позже спросила его, почему он открыл свою студию в Тропико, а не в соседнем мегаполисе Лос-Анджелес, и он ответил: «Сестренка, я сделаю свое имя настолько известным, что не имеет значения, где я живу».

Следующие три года он работал в своей студии один, а иногда и с помощью членов семьи. Даже на этом раннем этапе своей карьеры он очень разборчиво относился к своей работе; в одном из интервью в то время он сказал: «[фотографические] пластины для меня ничего не значат, если я не получу то, что хочу. Я использовал тридцать из них за один сеанс, если я не добился нужного мне эффекта».

Его критический взгляд окупился, поскольку он быстро завоевал признание своей работы. Он выигрывал призы на национальных конкурсах, опубликовал еще несколько фотографий и написал статьи для таких журналов, как Photo-Era и American Photography , отстаивая живописный стиль .

16 декабря 1911 года родился второй сын Уэстона , Теодор Бретт Уэстон (1911–1993). Он стал давним творческим сотрудником своего отца и сам по себе важным фотографом.

Эпилог (1919) с участием Маргрет Мэзер

Осенью 1913 года фотограф из Лос-Анджелеса Маргрет Мэзер посетила студию Уэстона из-за его растущей репутации, и через несколько месяцев между ними установились интенсивные отношения. Уэстон был тихой переселенкой Среднего Запада в Калифорнию, а Мазер был частью растущей богемной культурной сцены в Лос-Анджелесе. Она была очень общительной и артистичной в яркой манере, а ее снисходительная сексуальная мораль сильно отличалась от консервативной Уэстон в то время - Мазер была проституткой и была бисексуальной, отдавая предпочтение женщинам. Мазер резко контрастировал с семейной жизнью Уэстона; его жену Флору описывали как «домашнюю, строгую пуританку и совершенно условную женщину, с которой у него было мало общего, поскольку он ненавидел условности» - и он находил непринужденный образ жизни Мезер неотразимым, а ее фотографическое видение интригующим.

Он попросил Мазера стать его ассистентом в студии, и в течение следующего десятилетия они работали в тесном сотрудничестве, создавая индивидуальные и совместно подписанные портреты писателей Карла Сэндберга и Макса Истмана . Совместная выставка их работ в 2001 году показала, что в этот период Уэстон подражала стилю Мазер, а позже и ее выбору предметов. Сама Мазер сфотографировала «веера, руки, яйца, дыни, волны, сантехнику, ракушки и крылья птиц - все предметы, которые Уэстон также изучал». Десять лет спустя он описал ее как «первого важного человека в моей жизни, и, возможно, даже сейчас, несмотря на то, что личный контакт исчез, самым важным». В начале 1915 года Уэстон начал вести подробные дневники, которые он позже стал называть своими «дневными дневниками». В течение следующих двух десятилетий он записывал свои мысли о своей работе, наблюдения о фотографии и свое общение с друзьями, любовниками и семьей. 6 декабря 1916 года родился третий сын Лоуренс Нил Уэстон. Он также пошел по стопам отца и стал известным фотографом. Именно в этот период Уэстон впервые встретил фотографа Йохана Хагемейера , которого Уэстон наставлял и время от времени отдавал в аренду свою студию. Позже Хагемейер отплатил за услугу, позволив Уэстону использовать его студию в Кармеле после того, как он вернулся из Мексики. В течение следующих нескольких лет Уэстон продолжал зарабатывать на жизнь портретами в своей небольшой студии, которую он называл «хижиной».

Тем временем Флора проводила все свое время с их детьми. Их четвертый сын, Коул Уэстон (1919–2003), родился 30 января 1919 года, и после этого у нее редко было время покинуть их дом.

Летом 1920 года Уэстон познакомился с двумя людьми, которые были частью растущей культурной среды Лос-Анджелеса: Рубе де л'Абри Ричи, известным как «Робо», и женщиной, которую он назвал своей женой, Тиной Модотти . Модотти, которая тогда была известна только как актриса театра и кино, никогда не была замужем за Робо, но они притворялись, что женаты ради его семьи. Уэстон и Модотти сразу же понравились друг другу, и вскоре они стали любовниками. Ричи знал об интрижке Модотти, но он продолжал дружить с Уэстоном и позже пригласил его приехать в Мексику и поделиться своей студией.

В следующем году Уэстон согласился позволить Мезеру стать равноправным партнером в своей студии. В течение нескольких месяцев они снимали портреты, которые подписывали своими именами. Это был единственный раз в его долгой карьере, когда Уэстон поделился репутацией с другим фотографом.

Где-то в 1920 году он впервые начал фотографировать обнаженных моделей. Его первыми моделями были его жена Флора и их дети, но вскоре после этого он сделал по крайней мере три обнаженных этюда Мазер. После этого он сделал еще несколько фотографий обнаженных моделей, став первым из десятков рисунков, которые он провел для друзей и возлюбленных в течение следующих двадцати лет.

До сих пор Уэстон держал свои отношения с другими женщинами в секрете от жены, но когда он начал фотографировать все больше обнаженных людей, Флора стала подозрительно относиться к тому, что происходит с его моделями. Чендлер вспоминал, что его мать регулярно отправляла его «на побегушках» в студию отца и просила рассказать ей, кто там был и чем занимался.

Одной из первых, кто согласился сниматься обнаженной для Уэстона, была Модотти. Она стала его основной моделью на следующие несколько лет.

В 1922 году он навестил свою сестру Мэй, которая переехала в Мидлтаун, штат Огайо . Находясь там, он сделал пять или шесть фотографий высоких дымовых труб на соседнем сталелитейном заводе Армко. Эти изображения сигнализировали об изменении фотографического стиля Уэстона, переходе от изобразительного искусства с мягким фокусом прошлого к новому стилю с более четкими краями. Он сразу распознал изменение и позже записал его в своих заметках: «Посещение Мидлтауна было чем-то, что нужно запомнить ... больше всего важнее было мое фотографирование« Армко »... В тот день я сделал отличные фотографии, даже Штиглиц подумал, что они были важны! "

В то время Нью-Йорк был культурным центром фотографии как вида искусства в Америке, а Альфред Штиглиц был наиболее влиятельной фигурой в фотографии. Уэстон очень хотел поехать в Нью-Йорк, чтобы встретиться с ним, но у него не было достаточно денег, чтобы совершить поездку. Его зять дал ему достаточно денег, чтобы ехать из Мидлтауна в Нью-Йорк, и он провел там большую часть октября и начало ноября. Там он познакомился с художником Чарльзом Шилером , фотографами Кларенсом Уайт , Гертрудой Касебир и, наконец, со Штиглицем. Уэстон писал, что Штиглиц сказал ему: «Ваша работа и отношение успокаивают меня. Вы показали мне по крайней мере несколько отпечатков, которые доставили мне большую радость. И я редко могу сказать это о фотографиях».

Вскоре после того, как Уэстон вернулся из Нью-Йорка, Робо переехал в Мексику и основал там студию по созданию батиков . Вскоре он организовал совместную выставку своих работ и фотографий Уэстона, Мэзера и некоторых других. В начале 1923 года Модотти уехал поездом, чтобы быть с Робо в Мексике, но он заразился оспой и умер незадолго до ее приезда. Модотти была убита горем, но через несколько недель она почувствовала себя достаточно хорошо, и решила остаться и провести выставку, запланированную Робо. Шоу имело успех, и, в немалой степени благодаря его обнаженным исследованиям Модотти, оно прочно укрепило артистическую репутацию Уэстона в Мексике.

После закрытия шоу Модотти вернулась в Калифорнию, а Уэстон и она планировали вместе вернуться в Мексику. Он хотел провести там пару месяцев, фотографируя и продвигая свои работы, и, что удобно, он мог путешествовать под предлогом того, что Модотти был его помощником и переводчиком.

За неделю до отъезда в Мексику Уэстон ненадолго воссоединился с Мазер и снял несколько обнаженных ее изображений, лежащих на песке на пляже Редондо. Эти изображения сильно отличались от его предыдущих исследований обнаженной натуры - они были четко сфокусированы и показывали все ее тело по отношению к естественной обстановке. Они были названы художественными прототипами его самых известных обнаженных людей, обнаженных Чарис Уилсон, которые он использовал более десяти лет спустя.

1923–27: Мексика

30 июля 1923 года Уэстон, его сын Чендлер и Модотти отправились на пароходе в длительное путешествие в Мексику. Его жена Флора и трое их других сыновей помахали им на скамье подсудимых. Неизвестно, что Флора понимала или думала об отношениях между Уэстоном и Модотти, но, как сообщается, она кричала на скамье подсудимых: «Тина, позаботься о моих мальчиках».

Они прибыли в Мехико 11 августа и арендовали большую гасиенду за городом. В течение месяца он организовал выставку своих работ в галерее Aztec Land, и 17 октября выставка открылась для ярких отзывов прессы. Он особенно гордился обзором Мариуса де Заяса, который сказал: «Фотография начинает быть фотографией, поскольку до сих пор это было только искусством».

Различная культура и пейзажи Мексики заставили Уэстона взглянуть на вещи по-новому. Он стал более чутко реагировать на то, что было перед ним, и направил камеру на повседневные предметы, такие как игрушки, дверные проемы и сантехнику. Он также сделал несколько интимных фотографий обнаженной натуры и портретов Модотти. Он писал в своих дневниках :

  • Камеру следует использовать для записи жизни , для передачи самой сущности и квинтэссенции самой вещи . .. Я твердо уверен в том, что подход к фотографии основан на реализме.

Уэстон продолжал фотографировать людей и вещи вокруг него, и его репутация в Мексике тем больше, чем дольше он оставался. В 1924 году у него была вторая выставка на Галерее ацтеков, и у него был постоянный поток местных светских людей, просящих его сделать их портреты. В то же время Уэстон начал скучать по другим своим сыновьям в США, однако, как и во многих его действиях, больше всего его мотивировала женщина. Он недавно переписывался с женщиной, которую знал несколько лет, по имени Мириам Лернер, и по мере того, как ее письма становились все более страстными, он жаждал увидеть ее снова.

Он и Чендлер вернулись в Сан-Франциско в конце 1924 года, и в следующем месяце он основал студию с Хагемейером. В этот период Уэстон, казалось, боролся со своим прошлым и своим будущим. Он сжег все свои журналы до Мексики, как будто пытаясь стереть прошлое, и начал новую серию обнаженных фотографий с Лернером и его сыном Нилом. Он написал, что эти изображения стали «началом нового периода в моем подходе и отношении к фотографии».

Его новые отношения с Лернером продлились недолго, и в августе 1925 года он вернулся в Мексику, на этот раз со своим сыном Бреттом. Модотти устроил совместную выставку их фотографий, и она открылась на той неделе, когда он вернулся. Он получил новые отзывы критиков, а шесть его репродукций были куплены для Государственного музея. В течение следующих нескольких месяцев он снова сосредоточился на съемке народного искусства, игрушек и местных пейзажей. Одно из самых ярких его изображений этого периода - три черных глиняных горшка, которые историк искусства Рене д'Арнонкур назвал «началом нового искусства».

В мае 1926 года Уэстон подписала контракт с писательницей Анитой Бреннер на 1000 долларов, чтобы сделать фотографии для книги, которую она писала о мексиканском народном искусстве. В июне он, Модотти и Бретт начали путешествовать по стране в поисках менее известных местных искусств и ремесел. Его контракт требовал, чтобы он дал Бреннеру три готовых отпечатка с 400 негативов 8x10, и ему потребовалось до ноября того же года, чтобы завершить работу. Во время их путешествий Бретт прошел ускоренный курс фотографии у своего отца и сделал более двух десятков отпечатков, которые его отец оценил как исключительное качество.

К тому времени, как они вернулись из поездки, отношения Вестона и Модотти рухнули, и менее чем через две недели они с Бреттом вернулись в Калифорнию. Он больше никогда не ездил в Мексику.

1927–35: Глендейл Кармел

Сначала Уэстон вернулся в свою старую студию в Глендейле (ранее называвшуюся Tropico). Он быстро организовал в Калифорнийском университете двойную выставку фотографий, сделанных им с Бреттом годом ранее. Отец показал 100 отпечатков, а сын - 20. Бретту в то время было всего 15 лет.

В феврале он начал новую серию обнаженных красок, на этот раз с танцовщицей Бертой Уорделл . Одна из серий, в которой она преклонила колени, отрезанная в плечах, является одним из самых известных исследований фигур Уэстона. В это же время он познакомился с канадской художницей Генриеттой Шор , которую попросил прокомментировать фотографии Уорделла. Он не был удивлен ее честной критикой: «Я хочу , чтобы ты не сделал бы так много обнаженных - вы получаете использованы к ним, субъект уже не поражает вас - большинство из них просто обнаженные.»

Он попросил взглянуть на ее работы и был заинтригован ее большими картинами с морскими ракушками. Он позаимствовал у нее несколько ракушек, думая, что может найти вдохновение для новой серии натюрмортов. В течение следующих нескольких недель он исследовал множество различных комбинаций снарядов и фона - в своем журнале фотографий, сделанных за 1927 год, он перечислил четырнадцать негативов снарядов. Одно из них, называемое просто « Наутилус , 1927» (иногда называемое « Шелл , 1927»), стало одним из его самых известных изображений. Модотти назвал изображение «мистическим и эротическим», и когда она показала его Рене д'Арнонкуру, он сказал, что чувствует «слабость в коленях». Известно, что Уэстон сделал по крайней мере двадцать восемь отпечатков этого изображения, больше, чем он сделал любое другое изображение ракушки.

В сентябре того же года Уэстон провел крупную выставку во Дворце Почетного легиона в Сан-Франциско . На открытии выставки он встретил своего коллегу-фотографа Уилларда Ван Дайка , который позже познакомил Уэстона с Анселем Адамсом .

В мае 1928 года Уэстон и Бретт совершили короткую, но важную поездку в пустыню Мохаве. Именно там он впервые исследовал и фотографировал пейзажи как вид искусства. Он нашел резкие формы скал и пустые пространства визуальным открытием, и за долгие выходные он сделал двадцать семь фотографий. В своем дневнике он заявил, что «эти негативы - самое важное, что я когда-либо делал».

Позже в том же году он и Бретт переехали в Сан-Франциско, где они жили и работали в небольшой студии, принадлежащей Хагемейеру. Он писал портреты, чтобы заработать деньги, но ему очень хотелось уйти в одиночестве и вернуться к своему искусству. В начале 1929 года он переехал в коттедж Хагемейера в Кармеле, и именно там он наконец нашел уединение и вдохновение, которые искал. Он поместил в окне студии табличку с надписью: «Эдвард Уэстон, фотограф, неотретушированные портреты, гравюры для коллекционеров».

Он начал регулярно ездить в близлежащий Пойнт Лобос, где продолжал фотографировать до конца своей карьеры. Именно там он научился точно настраивать свое фотографическое зрение, чтобы соответствовать визуальному пространству его обзорной камеры, и сделанные им изображения водорослей, скал и ветром деревьев являются одними из его лучших. Глядя на его работы того периода, один биограф написал:

  • Уэстон расположил свои композиции так, чтобы все происходило по краям; линии почти пересекаются или пересекаются, а круговые линии касаются только краев по касательной; его композиции теперь создавались исключительно для пространства с пропорциями восемь на десять. там слишком мало ".

В начале апреля 1929 года Уэстон встретил фотографа Соню Носковяк на вечеринке, и к концу месяца она жила с ним. Как и во многих других его отношениях, она стала его моделью, музой, ученицей и помощницей. Они будут жить вместе еще пять лет.

Заинтригованный множеством видов и форм водорослей, которые он нашел на пляжах недалеко от Кармела, в 1930 году Уэстон начал снимать овощи и фрукты крупным планом. Он сделал множество фотографий капусты, капусты, лука, бананов и, наконец, своего самого знакового изображения - перца. В августе того же года Носковяк принес ему несколько зеленых перцев, и за четыре дня он снял не менее тридцати различных негативов. Из них Pepper No. 30 - один из шедевров фотографии на все времена.

В 1930–1931 годах Уэстон провел серию важных персональных выставок. Первый был в галерее Дельфийской студии Альмы Рид в Нью-Йорке, за ним последовал монтаж той же выставки в галерее Денни Уотруса в Кармеле. Оба получили восторженные отзывы, в том числе двухстраничную статью в New York Times Magazine . Затем последовали выставки в Музее Де Янга в Сан-Франциско и Галерее Жана Нэрта в Париже.

Хотя в профессиональном плане он преуспевал, его личная жизнь была очень сложной. На протяжении большей части их брака Флора могла заботиться о своих детях благодаря наследству от родителей. Однако крах на Уолл-стрит в 1929 году уничтожил большую часть ее сбережений, и Уэстон почувствовал повышенное давление, чтобы помочь ей и его сыновьям больше обеспечивать. Он назвал это время «самым тяжелым экономическим периодом в моей жизни».

В 1932 году была опубликована первая книга «Искусство Эдварда Уэстона» , посвященная исключительно творчеству Уэстона. Ее отредактировал Мерл Армитаж и посвящен Алисе Рорер, почитательнице и покровительнице Уэстон, чье пожертвование в размере 500 долларов помогло оплатить издание книги.

В то же время небольшая группа фотографов-единомышленников в районе Сан-Франциско во главе с Ван Дайком и Анселем Адамсом начала неформальные встречи, чтобы обсудить свои общие интересы и эстетику. Вдохновленные выставкой Уэстона в Музее Де Янга в прошлом году, они обратились к музею с идеей организовать групповую выставку своих работ. Они назвали себя Group f / 64 , и в ноябре 1932 года в музее открылась выставка из 80 их гравюр. Шоу имело успех у критиков.

В 1933 году Уэстон купил камеру Graflex 4 × 5, которая была намного меньше и легче, чем камера с большим обзором, которую он использовал в течение многих лет. Он начал снимать обнаженные Носковяк и других моделей крупным планом. Камера меньшего размера позволила ему больше взаимодействовать со своими моделями, в то время как обнаженные тела, которые он снимал в этот период, стали напоминать некоторые из искаженных корнеплодов и овощей, которые он снял годом ранее.

В начале 1934 года «открылась новая важная глава» в жизни Уэстона, когда он встретил Чарис Уилсон на концерте. Даже больше, чем со своими предыдущими возлюбленными, Уэстон был сразу очарован ее красотой и индивидуальностью. Он писал: «В мою жизнь вошла новая любовь, прекраснейшая, которая, я верю, выдержит испытание временем». 22 апреля он впервые сфотографировал ее обнаженную, и у них завязались интенсивные отношения. В то время он все еще жил с Носковяк, но через две недели он попросил ее переехать, заявив, что для него другие женщины «так же неизбежны, как приливы».

Возможно, из-за интенсивности его новых отношений он в то же время перестал писать в дневниках. Шесть месяцев спустя он написал последнюю запись, оглядываясь назад на 22 апреля:

  • Спустя восемь месяцев мы стали ближе, чем когда-либо. Возможно, К. запомнят как самую большую любовь моей жизни. Я уже достиг определенных высот, достигнутых без другой любви.

1935–45: грант Гуггенхайма компании Wildcat Hill

В январе 1935 года Уэстон столкнулся с нарастающими финансовыми трудностями. Он закрыл свою студию в Кармеле и переехал в каньон Санта-Моника , Калифорния, где вместе с Бреттом открыл новую студию. Он умолял Уилсон приехать и жить с ним, и в августе 1935 года она наконец согласилась. Хотя она очень интересовалась его работами, Уилсон была первой женщиной, с которой Уэстон жил со времен Флоры, которая не была заинтересована в том, чтобы стать фотографом. Это позволило Уэстону сконцентрироваться на ней как на своей музе и модели, а Уилсон, в свою очередь, посвятила свое время продвижению искусства Вестона в качестве своего помощника и квазиагента.

Практически сразу он начал снимать новую серию обнаженных тел с Уилсоном в качестве модели. Одна из первых ее фотографий, сделанных им на балконе их дома, стала одним из его самых опубликованных снимков ( Обнаженная (Чарис, Санта-Моника) ). Вскоре после этого они предприняли первую из нескольких поездок к Дюнам Океано . Именно там Уэстон сделал некоторые из своих самых смелых и интимных фотографий любой из своих моделей, запечатлев Уилсона в совершенно раскованных позах на песчаных дюнах. За свою жизнь он выставил только одну или две из этих серий, считая, что некоторые из других были «слишком эротичными» для широкой публики.

Хотя его недавняя работа получила признание критиков, он не получал достаточного дохода от своих художественных изображений, чтобы обеспечить стабильный доход. Вместо того, чтобы снова полагаться исключительно на портретную живопись, он основал «Клуб печати месяца Эдварда Уэстона», предлагая подборку своих фотографий за ежемесячную подписку в 5 долларов. Каждый месяц подписчики будут получать новую печать от Weston с ограниченным тиражом в 40 копий каждого экземпляра. Хотя он создавал эти гравюры с теми же высокими стандартами, что и для своих выставочных отпечатков, считается, что у него никогда не было больше одиннадцати подписчиков.

По предложению Бомонта Ньюхолла Уэстон решил подать заявку на грант Фонда Гуггенхайма (теперь известный как Товарищество Гуггенхайма ). Он написал описание своей работы, состоящее из двух предложений, собрал тридцать пять своих любимых гравюр и отправил их. Позже Доротея Ланж и ее муж предположили, что заявка была слишком краткой, чтобы ее серьезно рассматривать, и Уэстон повторно подал ее с четырьмя -страничное письмо и план работы. Он не упомянул, что Уилсон написал для него новое приложение.

22 марта 1937 года Уэстон получил уведомление о том, что он получил грант Гуггенхайма, первый в истории, предоставленный фотографу. Премия составляла 2000 долларов на один год, что по тем временам было значительной суммой. Он смог дополнительно заработать на награде, организовав предоставление редактору журнала AAA Westway Magazine 8–10 фотографий в месяц за 50 долларов во время их поездок, а Уилсон получал дополнительно 15 долларов в месяц за подписи к фотографиям и короткие рассказы. Они купили новую машину и отправились в путешествие мечты Уэстона, чтобы поехать и сфотографировать все, что он захочет. В течение следующих двенадцати месяцев они совершили семнадцать поездок и преодолели 16 697 миль, согласно подробному протоколу Уилсона. Во время поездки Уэстон сделал 1260 негативов.

Свобода этого путешествия с «любовью всей его жизни» в сочетании со всеми его сыновьями, достигшими совершеннолетия, дала Уэстону мотивацию окончательно развестись с женой. Они жили раздельно шестнадцать лет.

Благодаря успеху прошлого года Уэстон подал заявку и получил поддержку Гуггенхайма на второй год. Хотя он хотел совершить дополнительные поездки, он намеревался использовать большую часть денег, чтобы позволить ему напечатать свою работу за прошлый год. Он поручил Нилу построить небольшой дом в горах Кармел на территории, принадлежащей отцу Уилсона. Они назвали это место «Холм дикой кошки» из-за множества домашних кошек, которые вскоре заселили территорию.

Уилсон открыла писательскую студию в небольшом гараже за домом, и несколько месяцев она писала и редактировала рассказы о своих путешествиях.

В 1939 году была опубликована книга « Увидев Калифорнию с Эдвардом Уэстоном » с фотографиями Уэстона и написанной Уилсоном. Наконец, избавившись от финансовых проблем прошлого и чрезвычайно довольный своей работой и отношениями, Уэстон женился на Уилсон на небольшой церемонии 24 апреля.

Воодушевленные успехом своей первой книги, в 1940 году они опубликовали « Калифорния и Запад» . Первое издание, включающее 96 фотографий Уэстона с текстом Уилсона, было продано за 3,95 доллара. Летом Уэстон преподавал фотографию на первой мастерской Анселя Адамса в национальном парке Йосемити .

Когда деньги Гуггенхайма заканчивались, Уэстону было предложено проиллюстрировать новое издание « Листьев травы» Уолта Уитмена . Он получал 1000 долларов за фотографии и 500 долларов на дорожные расходы. Уэстон настаивал на художественном контроле над изображениями, которые он будет делать, и настаивал на том, что он не будет делать буквальные иллюстрации текста Уитмена. 28 мая он и Уилсон отправились в путешествие, которое продлилось 20 000 миль через 24 штата; он снял от 700 до 800 негативов 8x10, а также десятки портретов Graflex.

7 декабря 1941 года Перл-Харбор подвергся нападению, и Соединенные Штаты вступили во Вторую мировую войну . Уэстон был близок к концу поездки Уитмена, и он был глубоко потрясен началом войны. Он писал: «Когда началась война, мы поспешили домой. Харис не хотела спешить. Я хотел».

Он провел первые несколько месяцев 1942 года, систематизируя и печатая негативы о поездке Уитмена. Из сотен сделанных им изображений для публикации были отобраны сорок девять.

Из-за войны Пойнт Лобос был закрыт для посещения на несколько лет. Уэстон продолжал работать над изображениями, сосредоточенными на холме Wildcat Hill, включая снимки многих кошек, которые там жили. Уэстон относился к ним с таким же серьезным намерением, как и ко всем другим своим предметам, и Чарис собрала результаты в их самую необычную публикацию, The Cats of Wildcat Hill, которая была наконец опубликована в 1947 году.

1945 год ознаменовал начало значительных изменений для Уэстона. Он начал испытывать первые симптомы болезни Паркинсона , изнурительного недуга, который постепенно лишал его силы и способности фотографировать. Он отказался от Уилсона, который в то же время начал принимать более активное участие в местной политике и культурной жизни Кармела. Сила, которая изначально объединила их - ее отсутствие интереса к карьере фотографа - в конечном итоге привела к их разрыву. Она написала: «Мой побег от Эдварда также был отчасти побегом от фотографии, которая на протяжении многих лет занимала так много места в моей жизни».

Работая над большой ретроспективной выставкой для Музея современного искусства, он и Уилсон расстались. Уэстон вернулся в Глендейл, так как земля для их хижины в Wildcat Hill все еще принадлежала отцу Уилсона. Через несколько месяцев она съехала и договорилась о продаже ему собственности.

1946–58: Последние годы

В феврале 1946 года главная ретроспектива Уэстона открылась в Музее современного искусства в Нью-Йорке. Он и Бомонт Ньюхолл отобрали для выставки 313 гравюр, и в итоге было выставлено 250 фотографий вместе с 11 негативами. В то время многие из его гравюр все еще продавались, и он продал 97 отпечатков с выставки по 25 долларов за штуку. Позже в том же году доктор Джордж Л. Уотерс из Kodak попросил Уэстон изготовить прозрачные пленки Kodachrome 8 × 10 для их рекламной кампании. Уэстон никогда раньше не работал в цвете, прежде всего потому, что у него не было средств разработать или распечатать более сложный цветовой процесс. Он принял их предложение в немалой степени, потому что они предложили ему 250 долларов за изображение - самую высокую сумму, которую ему могли бы заплатить за любую отдельную работу в его жизни. В конце концов, он продал компании Kodak семь цветных работ с пейзажами и пейзажами в Пойнт-Лобос и близлежащей гавани Монтерея.

В 1947 году, когда болезнь Паркинсона прогрессировала, Уэстон начал искать помощника. По счастливой случайности молодой энтузиаст фотографии Доди Уэстон Томпсон связался с ним в поисках работы.

Уэстон упомянул, что как раз тем утром он написал письмо Анселю Адамсу , ища кого-то, кто хочет научиться фотографии в обмен на то, чтобы носить с собой его громоздкую широкоформатную камеру и предоставить столь необходимый автомобиль. Произошла стремительная встреча творческих умов. Остаток 1947 года - начало 1948 года Доди ездил по выходным из Сан-Франциско, чтобы учиться у Уэстона основам фотографии. В начале 1948 года Доди переехал в «Боди Хаус», гостевой коттедж на территории Эдварда Уайлдкэт Хилл, в качестве своего штатного помощника.

К концу 1948 года он уже физически не мог пользоваться своей камерой с большим обзором. В том же году он сделал свои последние фотографии в Пойнт Лобос. Его последним негативом была фотография, которую он назвал «Камни и галька, 1948 год». Несмотря на то, что его способности уменьшились, Уэстон никогда не переставал быть фотографом. Он работал со своими сыновьями и Доди над каталогизацией своих изображений и особенно над публикацией и печатью своих работ. В 1950 году была проведена большая ретроспектива его работ в Национальном музее современного искусства в Париже, а в 1952 году он опубликовал портфолио, посвященное пятидесятилетию, с изображениями, напечатанными Бреттом.

В это время он работал с Коулом, Бреттом и Доди Томпсоном (женой Бретта к 1952 году), чтобы выбрать и заставить их напечатать мастер-набор того, что он считал своей лучшей работой. Они провели много долгих часов вместе в темной комнате, и к 1956 году они изготовили то, что Уэстон назвал «Проектные принты», восемь наборов отпечатков размером 8 × 10 дюймов с 830 его негативов. Единственный полный комплект на сегодняшний день находится в Калифорнийском университете в Санта-Крус . Позже в том же году Смитсоновский институт представил около 100 таких гравюр на крупной выставке «Мир Эдварда Уэстона», отдавая дань уважения его достижениям в американской фотографии.

Уэстон умер в своем доме на холме Уайлдкэт в первый день нового 1958 года. Его сыновья развеяли его прах в Тихом океане в районе, который тогда был известен как Пеббли-Бич на Пойнт Лобос. Из-за значительного влияния Уэстона в этом районе пляж позже был переименован в Уэстон-Бич. На момент смерти на его банковском счете было 300 долларов.

Оборудование и техника

Камеры и объективы

При жизни Уэстон работал с несколькими камерами. Он начал как более серьезный фотограф в 1902 году, когда купил камеру 5 × 7. Когда он переехал в Тропико, ныне часть Глендейла , и открыл свою студию в 1911 году, он приобрел огромную студийную портретную камеру Graf Variable 11 x 14. Рой Партридж , муж Имоджен Каннингем , позже сделал офорт Уэстона в своей студии, который затмевала гигантская камера перед ним. После того, как он начал больше снимать портреты детей, в 1912 году он купил Graflex 3 ¼ x 4, чтобы лучше запечатлеть их быстро меняющиеся выражения лиц.

Когда он отправился в Мексику в 1924 году, он взял с собой складную камеру Seneca 8 × 10 с несколькими объективами, включая Graf Variable и Wollensak Verito. Находясь в Мексике, он приобрел бывшую в употреблении линзу Rapid Rectilinear, которая была его основной линзой в течение многих лет. У объектива, который сейчас находится в доме Джорджа Истмана , не было названия производителя. Он также взял в Мексику 3 × 4¼ Graflex с объективом Tessar ƒ / 4.5, который он использовал для портретов.

В 1933 году он купил авто- графлекс RB 4 × 5 и впоследствии использовал его для всех портретов. Он продолжал использовать камеру обзора Seneca для всей другой работы.

В 1939 году он перечислил следующие предметы в качестве стандартного оборудования:

  • Универсальный 8 x 10 Century
  • Тройной кабриолет Turner Reich, 12 ", 21", 28 "
  • К2, Г, А фильтры
  • 12 держателей пленки
  • Пол Райс штатив

Он продолжал использовать это оборудование на протяжении всей своей жизни.

Фильм

До 1921 года Уэстон использовал ортохроматическую пленку, но когда в 1921 году панхроматическая пленка стала широко доступной, он переключился на нее во всех своих работах. По словам его сына Коула, после того, как в 1930-х годах вышел фильм об Агфе Исопан, Уэстон использовал его для своих черно-белых изображений до конца своей жизни. Эта пленка была оценена по ISO 25, но метод проявления, который использовал Уэстон, снизил эффективную оценку до ISO 12.

Камеры 8 × 10, которые он предпочитал, были большими и тяжелыми, и из-за веса и стоимости пленки он никогда не брал с собой более двенадцати держателей для листов. В конце каждого дня ему приходилось заходить в темную комнату, выгружать держатели пленки и загружать в них новую пленку. Это было особенно сложно, когда он путешествовал, так как ему нужно было найти где-нибудь затемненную комнату или устроить импровизированную темную комнату из тяжелого холста.

Несмотря на громоздкие размеры обзорной камеры, Уэстон хвастался, что может «установить штатив, надежно закрепить на нем камеру, прикрепить объектив к камере, открыть затвор, изучить изображение на матовом стекле, сфокусировать его, закройте заслонку, вставьте держатель пластин, взведите затвор, установите его на соответствующую диафрагму и скорость, выньте слайд из держателя планшета, сделайте экспонирование, замените слайд и снимите держатель планшета через две минуты и двадцать секунд. "

Меньшие камеры Graflex, которые он использовал, имели то преимущество, что использовали журналы с пленкой, вмещавшие 12 или 18 листов пленки. Уэстон предпочитал эти камеры при съемке портретов, так как он мог быстрее реагировать на натурщика. Он сообщил, что однажды с помощью своего Graflex он сделал три дюжины негативов Тины Модотти за 20 минут. В 1946 году представитель Kodak попросил Уэстона опробовать их новую пленку Kodachrome , и в течение следующих двух лет он сделал не менее 60 цветных изображений 8 x 10. изображения с использованием этой пленки ». Это были одни из последних фотографий, которые он сделал, поскольку к концу 1948 года он уже не мог управлять камерой из-за последствий болезни Паркинсона.

Экспозиции

В течение первых 20 лет своей фотографии Уэстон определял все свои настройки экспозиции путем оценки, основанной на своем предыдущем опыте и относительно узких допусках пленки в то время. Он сказал: «Я не люблю вычислять время, и считаю, что мои экспозиции более точны, когда я только« чувствую »». В конце 1930-х он приобрел экспонометр Weston и продолжал использовать его в качестве вспомогательного средства для определения экспозиций на протяжении всей своей карьеры. Фотоисторик Нэнси Ньюхолл написала: «Молодые фотографы сбиты с толку и поражены, когда видят, как он измеряет своим метром все значения в той сфере, где он намеревается работать, от неба до земли под ногами. Он« чувствует свет »и проверяя свои собственные наблюдения. После чего он убирает измеритель и делает то, что думает. Часто он складывает все - фильтры, расширение, пленку, скорость и так далее - и удваивает вычисление ». Уэстон, как отметил Ньюхолл, верил в «массивную экспозицию», которую он затем скомпенсировал, обработав пленку вручную в слабом растворе проявителя и индивидуально изучив каждый негатив по мере того, как он продолжал развиваться, чтобы получить правильный баланс светлых и темных участков.

Низкий рейтинг ISO листовой пленки, которую использовал Уэстон, требовал очень длинных выдержек при использовании его обзорной камеры, от 1 до 3 секунд для уличных пейзажей и до 4½ часов для натюрмортов, таких как перец или ракушки. Когда он использовал одну из камер Graflex, время выдержки было намного короче (обычно менее секунды), и иногда он мог работать без штатива.

Темная комната

Уэстон всегда делал контактные отпечатки , то есть отпечаток был точно такого же размера, как и негатив. Это было важно для платиновой печати, которую он предпочитал в начале своей карьеры, поскольку в то время для активации платиновой бумаги требовалось ультрафиолетовое излучение. У Уэстона не было искусственного источника ультрафиолетового света, поэтому ему пришлось поместить контактный отпечаток прямо на солнечный свет, чтобы экспонировать его. Это ограничивало его возможность печатать только в солнечные дни.

Когда ему требовался отпечаток большего размера, чем исходный размер негатива, он использовал увеличитель, чтобы создать более крупный промежуточный позитив, а затем распечатал его на новом негативе. Затем был использован новый негатив большего размера для печати такого размера. Этот процесс был очень трудоемким; он однажды написал в своем дневнике: «Я совершенно измотан сегодня вечером после целого дня в темной комнате, сделав восемь контактных негативов из увеличенных позитивов».

В 1924 году Уэстон писал о своем процессе в темной комнате: «Я вернулся после нескольких лет использования Metol-Hydroquinine в открытом резервуаре» проявителя с тремя растворами Pyro, и я проявляю по одному в лотке вместо дюжины. в резервуаре ». Каждый лист пленки просматривался под зеленым или оранжевым светом в его темной комнате, что позволяло ему контролировать индивидуальное развитие негатива. Он продолжал использовать эту технику до конца своей жизни.

Известно, что Уэстон широко использовал уклонение и выжигание, чтобы добиться желаемого результата на своих гравюрах.

Бумага

В начале своей карьеры Уэстон печатал на нескольких типах бумаги, включая Velox , Apex, Convira, Defender Velour Black и Haloid. Когда он поехал в Мексику, он научился использовать платиновую и палладиевую бумагу, произведенную Willis & Clement и импортированную из Англии. По возвращении в Калифорнию он отказался от печати на платине и палладии из-за дефицита и роста цен на бумагу. В конце концов он смог получить большинство тех же качеств, которые он предпочитал, с глянцевой серебристо-желатиновой бумагой Kodak Azo, разработанной в Amidol . Он продолжал использовать эту бумагу почти исключительно, пока не прекратил печатать.

Сочинения

Уэстон был плодовитым писателем. Его дневники были опубликованы в двух томах общим объемом более 500 страниц в первом издании. Это не включает годы журнала, который он вел с 1915 по 1923 год; по причинам, о которых он никогда не говорил, он уничтожил их перед отъездом в Мексику. Он также написал десятки статей и комментариев, начиная с 1906 года и заканчивая 1957 годом, и от руки написал или напечатал не менее 5000 писем коллегам, друзьям, любовникам, женам и детям.

Кроме того, Уэстон вёл очень подробные записи о технических и деловых аспектах своей работы. Центр художественной фотографии в Университете штата Аризона, в котором сейчас находится большинство архивов Уэстона, сообщает , что в нем находится 75 линейных футов страниц из его Daybooks, переписка, финансовые записи, памятные вещи и другие личные документы , в его распоряжении , когда он умер.

Среди наиболее важных ранних работ Уэстона есть те, которые дают представление о его развитии концепции превизуализации . Он впервые заговорил и написал об этой концепции в 1922 году, по крайней мере за десять лет до того, как Ансель Адамс начал использовать этот термин, и он продолжал развивать эту идею как в письменной форме, так и в своих учениях. Историк Бомонт Ньюхолл отметил важность нововведений Уэстона в своей книге «История фотографии» , сказав: «Самой важной частью подхода Эдварда Уэстона было его настойчивое требование, чтобы фотограф предварительно визуализировал окончательный отпечаток перед тем, как сделать экспозицию».

В своих дневниках он представил необычайно подробный отчет о своей карьере художника. Хотя первоначально он отрицал, что его изображения отражают его собственное толкование предмета, к 1932 году его произведения показали, что он пришел к пониманию важности художественного впечатления в своей работе. В сочетании с фотографиями его произведения дают необычайно яркую серию идей о его развитии как художника и его влиянии на будущие поколения фотографов.

Котировки

  • "Форма следует за функцией." Кто это сказал, я не знаю, но писатель говорил хорошо.
  • Я не техник и не интересуюсь техникой как таковой. Если моя техника адекватна представлению моего видения, то мне больше ничего не нужно.
  • Не вижу смысла фиксировать очевидное.
  • Если в моей работе есть символизм, то это может быть только видение частей - фрагментов - как универсальных символов. Все основные формы настолько тесно связаны, что визуально эквивалентны.
  • Мои собственные глаза - не более чем разведчики на предварительном поиске, потому что взгляд камеры может полностью изменить мое представление.
  • Моя цель работы, моя тема, почти можно сформулировать как признание, запись и представление взаимозависимости, относительности всех вещей - универсальности основной формы.
  • Камера видит больше, чем глаз, так почему бы не воспользоваться ею?
  • Тогда вот что: сфотографировать камень, пусть он будет похож на камень, но будет больше, чем камень.
  • В чем же тогда цель, ради которой я работаю? Чтобы представить значение фактов, чтобы они превратились из видимых вещей в известные .
  • Когда в дело входят деньги - тогда, за определенную плату, я становлюсь лжецом - и хорошим я могу быть карандашом, тонким освещением или точкой обзора. Я ненавижу все это, но поддерживаю не только свою семью, но и свою работу.

Наследие

По состоянию на 2013 год две фотографии Уэстона входят в число самых дорогих из когда-либо проданных. Nude, 1925 взят в 1925 году был куплен галериста Питер МакГилл за 1600000 $ в 2008 году Nautilus 1927 был продан за 1100000 $ в 2010 году, также МакГилл.

Основные выставки

  • В 1970 году фестиваль Rencontres d'Arles (Франция) представил выставку «Hommage à Edward Weston» и вечерний показ фильма Уилларда Ван Дайка «Фотограф» (1948) .
  • 25 ноября 1986 г. - 29 марта 1987 г. Эдвард Уэстон в Лос-Анджелесе в библиотеке Хантингтона.
  • 1986 Эдвард Уэстон: цветная фотография в Центре творческой фотографии Университета Аризоны
  • 13 мая - 27 августа 1989 г. Эдвард Уэстон в Нью-Мексико в Музее изящных искусств в Санта-Фе.
  • Эдвард Уэстон: последние годы в Кармел в Институте искусств Чикаго, 2 июня - 16 сентября 2001 г., и в Музее современного искусства Сан-Франциско, 1 марта - 9 июля 2002 г.

Список фотографий

Художественная карьера Уэстона длилась более сорока лет, примерно с 1915 по 1956 год. Будучи плодовитым фотографом, он сделал более 1000 черно-белых фотографий и около 50 цветных изображений. Этот список - неполная подборка наиболее известных фотографий Уэстона.

Заголовок Год Категория Габаритные размеры Коллекции
Обнаженная 1918 г. Обнаженная 9,5 "x 7,4" / 24,1 x 18,8 см Частная коллекция
Пролог к ​​печальной весне 1920 г. Иллюстрированный 9,4 "x 7,4" / 23,8 x 18,8 см Центр творческой фотографии , Калифорнийский университет в Санта-Круз , Смитсоновский институт
Солнечный уголок на чердаке 1921 г. Иллюстрированный 7,5 "x 9,5" / 19 x 24 см Центр творческой фотографии Калифорнийского университета в Санта-Крус
Белый Ирис 1921 г. Иллюстрированный 9,5 "x 7,5" / 24,2 x 19 см Центр творческой фотографии
Грудь 1923 г. Обнаженная 7,4 "x 9,5" / 18,8 × 23,9 см Центр творческой фотографии Калифорнийского университета в Санта-Круз, Дом Джорджа Истмана
Трубы и стеки: Армко, Мидлтаун, Огайо 1922 г. Здания 9,4 "x 7,5" / 23,9 x 19,1 см Центр творческой фотографии, Калифорнийский университет в Санта-Круз, Смитсоновский институт, Музей Гетти , Музей искусств округа Лос-Анджелес
Науи Олин 1923 г. Портрет 9 дюймов x 6,8 дюйма / 23,0 × 17,4 см Центр творческой фотографии, Калифорнийский университет в Санта-Круз, Дом Джорджа Истмана, Музей современного искусства Сан-Франциско , Музей современного искусства
Тина [обнаженная на азотее] 1923 г. Обнаженная 6,9 x 9,4 дюйма / 17,6 x 23,8 см Центр творческой фотографии Калифорнийского университета в Санта-Круз, Музей Гетти, Институт искусств Чикаго
Гэлвин Стрельба 1924 г. Портрет 8,2 "x 7,2" / 20,8 × 18,4 см Центр творческой фотографии, Бостонский музей изящных искусств , Музей современного искусства, Музей Метрополитен
Тина Чтение 1924 г. Портрет 9,5 "x 7,5" / 24,1 × 19,0 см Центр творческой фотографии, Хьюстонский музей изящных искусств
Обнаженная 1925 г. Обнаженная 5,1 "x 9,3" / 13,0 × 23,5 см Частная коллекция (одна известная гравюра)
Excusado 1925 г. Объекты 9,5 "x 7,5" / 24,1 x 19,2 см Центр творческой фотографии, Дом Джорджа Истмана
Трес Оллас 1926 г. Объекты 9,5 "x 7,5" / 19 × 23,9 см Центр творческой фотографии, Музей современного искусства Сан-Франциско, Смитсоновский институт, Художественный музей Филадельфии
Берта, Глендейл 1927 г. Обнаженная 9,5 "x 7,5" / 18,1 × 20,7 см Центр творческой фотографии, Музей Гетти, Художественный музей Монтерея
Наутилус 1927 г. Натюрморт 9,5 "x 7,5" / 23,7 × 18,5 см Центр творческой фотографии, Дом Джорджа Истмана, Музей современного искусства
Две ракушки 1927 г. Натюрморт 9,5 "x 7,4" / 24 × 18,9 см Центр творческой фотографии, Музей современного искусства, Калифорнийский университет в Санта-Крус
Кровать 1930 г. Натюрморт 9,5 "x 7,5" / 23,4 x 13,9 см Центр творческой фотографии, Дом Джорджа Истмана, Музей Гетти, Калифорнийский университет в Санта-Круз, Художественный музей Филадельфии
Кипарис, Скала, Каменная Урожай 1930 г. Пейзаж 9,5 "x 7,5" / 23,8 × 19 см Центр творческой фотографии, Дом Джорджа Истмана, Музей современного искусства, Калифорнийский университет в Санта-Круз, библиотека Хантингтона
Хосе Клементе Ороско 1930 г. Портрет 9,5 "x 7,5" / 24,2 × 18,6 см Центр творческой фотографии, Музей Гетти, Музей современного искусства, Музей современного искусства Сан-Франциско, Художественный музей Принстонского университета
Перец No. 30 1930 г. Натюрморт 9,5 "x 7,5" / 24,4 x 19,3 см Центр творческой фотографии, Дом Джорджа Истмана, Институт искусств Чикаго , Музей искусств округа Лос-Анджелес, Музей Метрополитен, Калифорнийский университет в Санта-Крус, Музей современного искусства Сан-Франциско
Эродированная порода № 51 1930 г. Пейзаж 9,5 "x 7,5" / 24,1 x 23,9 см Центр творческой фотографии, библиотека Хантингтона, Калифорнийский университет в Санта-Круз, Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе
Белый редис 1933 г. Натюрморт 9,5 "x 7,5" / 24,2 x 19 см Центр творческой фотографии, Дом Джорджа Истмана, Институт искусств Чикаго, Калифорнийский университет в Санта-Круз, Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе, библиотека Хантингтона

Заметки

Рекомендации

Источники

  • Эбботт, Бретт. Эдвард Уэстон: Фотографии из музея Дж. Пола Гетти. Лос-Анджелес: Музей Дж. Пола Гетти, 2005. ISBN   978-0-89236-809-9
  • Алиндер, Мэри-стрит. Группа f.64: Эдвард Уэстон, Ансель Адамс, Имоджен Каннингем и Сообщество художников, совершивших революцию в американской фотографии. Нью-Йорк: Bloomsbury USA, 2014. ISBN   978-1620405550.
  • Баннелл, Питер С. Эдвард Уэстон о фотографии. Солт-Лейк-Сити: Книги П. Смита, 1983. ISBN   0-87905-147-7
  • Баннелл, Питер С., Дэвид Фезерстон и др. EW 100: Столетние эссе в честь Эдварда Уэстона. Кармель, Калифорния: Друзья фотографии, 1986.
  • Конгер, Эми. Эдвард Уэстон в Мексике, 1923–1926 гг. Альбукерке: University of New Mexico Press, 1983. ISBN   0-8263-0665-9
  • Конгер, Эми (1992). Эдвард Уэстон - Фотографии из собрания Центра творческой фотографии. Тусон: Центр творческой фотографии, Университет Аризоны, 1992. ISBN   0-938262-21-1
  • Конгер, Эми. Эдвард Уэстон: Обнаженная форма. Нью-Йорк: Phaidon, 2006. ISBN   0-7148-4573-6
  • Эдвард Уэстон: Цветная фотография. Тусон: Центр творческой фотографии, Университет Аризоны, 1986. ISBN   0-938262-14-9
  • Enyeart, Джеймс. Калифорнийские пейзажи Эдварда Уэстона. Бостон: Литтл, Браун, 1984.
  • Фоли, Кэти Келси. Подарки Эдварда Уэстона его сестре. Дейтон: Дейтонский художественный институт, 1978.
  • Хейман, Там Тау. Смотреть прямо: революция в фотографии с f.64. Окленд: Художественный музей Окленда, 1992.
  • Хиггинс, Гэри. Правда, миф и стирание: Тина Модотти и Эдвард Уэстон. Темпе, Аризона: Школа искусств, Государственный университет Аризоны, 1991.
  • Хохберг, Джудит и Майкл П. Маттис. Эдвард Уэстон: Работа жизни. Фотографии из коллекции Джудит Г. Хохберг и Майкла П. Маттиса. Ревер, Пенсильвания: Lodima Press, c2003. ISBN   1-888899-09-3
  • Крючки, Маргарет. Тина Модотти: фотограф и революционер. Лондон: Пандора, 1993.
  • Лоу, Сара М. Тина Модотти и Эдвард Уэстон в Мексиканские годы. Лондон: Меррелл, 2004. ISBN   1-85894-245-4.
  • Мэддоу, Бен. Эдвард Уэстон: пятьдесят лет; Окончательный объем его фоторабот . Миллертон, Нью-Йорк, Апертура, 1973. ISBN   0-912334-38-X , ISBN   0-912334-39-8
  • Маджиа, Филиппо. Эдвард Уэстон. Нью-Йорк: Скира, 2013. ISBN   978-8857216331.
  • Мора, Жиль (ред.). Эдвард Уэстон: формы страсти. Нью-Йорк: Абрамс, 1995. ISBN   0-8109-3979-7
  • Морган, Сьюзен. Портреты / Эдвард Уэстон. NY: Aperture, 1995. ISBN   0-89381-605-1.
  • Ньюхолл, Бомонт (1984). Эдвард Уэстон Омнибус: критическая антология. Солт-Лейк-Сити: Книги Перегрина Смита, 1984. ISBN   0-87905-131-0
  • Ньюхолл, Бомонт. Высшие мгновения: фотография Эдварда Уэстона. Бостон: Литтл, Браун, 1986. ISBN   0-8212-1621-X
  • Ньюхолл, Нэнси (ред.). Эдвард Уэстон; Пламя признания: его фотографии, сопровождаемые отрывками из дневников и писем. Нью-Йорк: Апертура, 1971.
  • Питтс, Теренс. Эдвард Уэстон 1886–1958. Köln: Taschen, 1999. ISBN   978-3-8228-7180-5
  • Стебинс, Теодор Э., Карен Куинн и Лесли Фурт. Эдвард Уэстон: фотография и модернизм. Бостон: Музей изящных искусств, 1999. ISBN   0-8212-2588-X
  • Стебинс, Вестоны Теодора Э. Уэстона: портреты и обнаженные тела. Бостон: Музей изящных искусств, 1989. ISBN   0-87846-317-8
  • Трэвис, Дэвид. Эдвард Уэстон, Последние годы в Кармеле. Чикаго: Институт искусств, 2001. ISBN   0-86559-192-X
  • Уоррен, Бет Гейтс. Искусные жизни: Эдвард Уэстон, Маргрет Мэзер и богемы Лос-Анджелеса. Лос-Анджелес: Музей Дж. Пола Гетти, 2011. ISBN   978-1606060704
  • Уоррен, Бет Гейтс. Подарки Эдварда Уэстона сестре и другие фотографии. Нью-Йорк: Сотбис, 2008.
  • Уоррен, Бет Гейтс (2001). Маргрет Мэзер и Эдвард Уэстон: страстное сотрудничество. Нью-Йорк: Нортон, 2001. ISBN   0-393-04157-3
  • Уоттс, Дженнифер А. (ред.). Эдвард Уэстон: наследие. Лондон: Меррелл, 2003. ISBN   1-85894-206-3.
  • Уэстон, Эдвард (1964). Ежедневники Эдварда Уэстона. Под редакцией Нэнси Нехолл. Нью-Йорк: Horizon Press, 1961–1964. 2 тт.
  • Уэстон, Эдвард. Моя камера на Point Lobos; 30 фотографий и выдержек из дневника EW. Бостон: Houghton Mifflin, 1950.
  • Уэстон, Полетт. Смеющиеся глаза: книга писем между Эдвардом и Коулом Уэстоном 1923–1946. Кармель: Carmel Publishing Co., 1999. ISBN   1-886312-09-5
  • Уилсон, Чарис. Эдвард Уэстон Обнаженные: его фотографии, сопровождаемые выдержками из дневников и писем. Нью-Йорк: Aperture, 1977. ISBN   0-89381-020-7
  • Уилсон, Чарис. Через другую линзу: мои годы с Эдвардом Уэстоном. Нью-Йорк: Фаррар, Страус и Жиру, 1998. ISBN   0-86547-521-0
  • Вудс, Джон. Дюна: Эдвард и Бретт Уэстон. Kalispell, MT: Wild Horse Island Press, 2003. ISBN   0-9677321-2-3

Внешние ссылки

Вселенная черно-белой фотографии Бретта Уэстона

Хочу представить вашему вниманию замечательного художника в фотографии.
Как большой почитатель и искусства фотографии, и макро-сьемки в частности, я очень восхищена его работами.

Бретт Уэстон (Brett Weston) родился в декабре 1911 года. Стал фотографом уже в 13 лет, когда его отец — знаменитый американский фотограф Эдвард Уэстон, разрешил ему пользоваться своей запасной камерой. В то время Бретт жил в Мексике с отцом и с его любовницей Тиной Модотти, которая сама была весьма известным фотографом.
Эдвард и Тина учили Бретта пользоваться крупноформатной камерой, работать над композицией и освещением до нажатия на кнопку, доводить снимок до совершенства при печати в лаборатории. Уроки не прошли даром — Уэстон старший с гордостью говорил, что его сын «в 14 лет фотографирует лучше, чем я в 30».
Вернувшись в 1926 году в Калифорнию, Бретт продолжил работать вместе с отцом. Он впервые принял участие в выставке в 1927 году, а когда ему было всего лишь 18 лет, его работы были выставлены в Германии на одной из самых важных фотовыставок в период между двумя мировыми войнами — «Кино и фотография» («Film und Foto»). В 1930-х годах Бретт Уэстон стал работать самостоятельно. Он пробовал себя во многих областях искусства: продолжал фотографировать, работал скульптором и оператором для кинокомпании «20th Century Fox».
В 1930-е и последующие годы он развивал свое собственное умение видеть. Его фотографии с одной стороны казались продолжением линии Эдварда Уэстона, с другой стороны в них было нечто новое, непохожее на что-либо созданное ранее. Фотографируя самые реальные объекты, он умудрялся создавать нереальные абстрактные образы.
Бретт Уэстон много работал почти до самой смерти в 1993 году. Он фотографировал во многих уголках Соединенных Штатов, Мексики, Канады, а также в Европе и Азии. Он участвовал в более ста выставках, его работы включены в коллекции крупнейших музеев по всему миру. После смерти фотографа его работы приобрели особую ценность. Бретт Уэстон всегда считал, что фотограф должен сам печатать свои фотографии, поэтому незадолго до смерти уничтожил большинство своих негативов...

Работы этого замечательного фотографа завораживают. Композицией фактур, игрой свето-тени, наблюдательностью. Своими фотографиями Бретт Уэстон показывает нам те вещи, которые на бегу повседневной жизни мы часто попросту не успеваем разглядеть.
Приятного просмотра!

Эдвард Уэстон - презентация онлайн

1. Эдвард Уэстон

ЗНАМЕНИТЫЙ АМЕРИКАНСКИЙ ФОТОГРАФ, ТВОРЧЕСТВО
КОТОРОГО СТАЛО КРУПНЕЙШИМ ЯВЛЕНИЕМ В ФОТОИСКУССТВЕ
XX В.

2. Эпоха и контекст

Эдвард Уэстон родился и жил в г. Хайленд-Парке, штат
Иллинойс, и был вторым ребенком. Отец работал
акушером-гинекологом. Мать, Алиса Джанетт Бретт была
актрисой театра, и умерла, когда Эдварду было пять лет.
После смерти матери воспитанием мальчика занималась
сестра Мария, которая была на девять лет старше. У
Эдварда и сестры, которую он называл просто «Май», или
«Мэй» сложились очень близкие отношения.
Отец повторно женился в 1895 году, но ни Эдвард, ни Май
не ладили со своей мачехой и сводным братом. Когда в
1897 году Мэй вышла замуж и уехала, отец стал больше
времени уделять своей новой жене и её сыну. А Эдвард
Уэстон перестал ходить в школу, и всё чаще оставался
наедине с собой, в своей комнате.
На 16-летие Edward Weston отец дарит простой
коробочный аппарат «Кодак». Юноша увлекся
фотографией и вскоре приобрел подержанную
более профессиональную камеру. Снимает в
Чикаго и на ферме у своей тети. В 1906 г.
переезжает в Лос-Анджелес.
В начале творческого пути в фотографии является
приверженцем течения пикторализма. 30 января
1909 женится на Флоре Чендлер (Flora Chandler). К
началу 1920-х отходит от течения пикториализма и
увлекается
так
называемой
«прямой
фотографией». Является одним из важнейших
представителей течения «Новое видение».

4. Известные работы

Один из самых известных снимков
Эдварда Уэстона – «Перец».
В этом обычном овоще Уэстон сумел
увидеть красивые аналогии с формами
человеческого
тела.
Поэтому
он
запечатлел на снимке перец очень резко и
с очень близкого расстояния, чтобы
зритель смог созерцать форму овоща и
увидеть каждый его изгиб, подчеркнутый
контрастным освещением. В результате,
перец на снимке производит впечатление
абстрактной скульптуры, формы которой
напоминают
об
изгибах
женского
обнаженного тела.
Привлекают внимание и
работы Уэстона с обнаженной
женской натурой. Недаром
его снимок «Грудь», до
некоторых пор, был одной из
самых дорогих фотографий в
истории.
В 2005 году эта фотография с
изображением голой женской
груди была продана за 822
тысячи долларов.
Туман и кипарис. Сентябрьское утро
Прибой, Китайская бухта, Пойнт Лобос
Дюны, Ошено
Дюны возле Ошено, Сан-Луис-Обиспо, Калифорния

9. Периоды

В начале своего творческого пути Эдвард Уэстон был
сторонником пикториального направления в фотоискусстве.
Это разновидность художественной фотографии, которая была
популярна в первой трети ХХ века. Для пикториалистских работ
Эдварда Уэстона характерна подчеркнутая художественность,
использование приемов и методов, близких к живописи.
В 1908 году Эдвард Уэстон стал основателем общественного
объединения фотографов-приверженцев пикториализма. Он
считал, что фотоаппарат способен "увидеть" намного больше,
чем обычный человеческий глаз, поэтому секрет удачной съемки
- в использовании этого преимущества.
В 1911 году фотограф открыл небольшую студию в
Калифорнии, где успешно проработал много лет,
отшлифовывая свое мастерство и занимаясь творческим
поиском.
В 1909-1917 годах Эдвард активно публикует
журнальные статьи о собственном подходе к
фотоискусству. Одна из самых известных публикаций "Метод Уэстона". Период пикториализма в его карьере
не продлился долго. Уже в 1920-х годах Эдвард Уэстон
отказался от этого направления, отдавая предпочтение
так называемой "прямой" фотографии
Переломным в творчестве Эдварда Уэстона стал
1927 год. Именно тогда появились самые
знаковые
его работы,
которые
сделали
американского фотографа известным во всем
мире.
В творчестве Уэстона отчетливо видно влияние
абстракционизма и реализма, но он привнес в
популярные фототечения собственное видение,
сделал свои работы поистине уникальными.
1932 год стал знаковым для Эдварда Уэстона. В этот период он вместе с
единомышленниками основал "Группу-64", получившую свое называние от одного из
значений диафрагмы фотообъектива. При показателе f/64 фотографу удавалось достичь
максимальной четкости и глубины снимков.
Приоритет отдается детализации фотографий, уходу от мягких линий и размытых
изображений. На этом базисе строится теория "нового видения", которую Эдвард Уэстон
активно пропагандировал в работах.
Творческий путь Эдварда
Уэстона завершился гораздо
раньше, чем хотелось. В 1946
году у фотографа начали
проявляться
начальные
симптомы
болезни
Паркинсона.
Из-за
прогрессирующего
заболевания фотограф был
вынужден прекратить свою
работу уже через два года.

14. В чем был первый

В своем творчестве Уэстон стремился к реалистичному отражению действительности с
помощью фотоаппарата, отказавшись от шаблонных приемов и подражанию живописи.
Новый подход Эдварда Уэстона к фотографии выражается в его же собственных словах:
«Снять камень так, чтобы он выглядел как камень, но в тоже время был больше, чем
просто камень».
Он фотографировал человеческие фигуры, обнаженные женские тела и природные
пейзажи, песчаные дюны и растения. Везде он стремился к тому, чтобы передать форму и
внутреннюю силу природы или человека, нисколько не искажая и не приукрашивая их.
Эдвард Уестон, во многом повлиявший
на теорию фотографии, выдвинул свой
ставший крылатым тезис: фотограф просто
должен «видеть» лучше, чем другие, стать
визионером фактического:
«Он
преодолевает
искусство
и становится ясновидящим. Ясновидец —
это тот, кто видит внутренним
взором и способен своему познанию
вещей придать конкретное выражение,
которое
может
без
личных
предубеждений передать его восприятие
в прямой и ясной форме таким образом,
что зритель сможет участвовать
в прозрении»

16. Особенности

На протяжении всей своей творческой
жизни Эдвард Уэстон оставался верен своему
стилю — повышенной четкости и резкости
изображения, реалистичному отображению
действительности, сдержанному подходу к
выбору предмета для съемки.
Особенность метода Уэстона - он умел
видеть красоту обычных вещей и придавать
им глубокий смысл на своих фото.
В течение многих лет Уэстон собирал высказывания различных известных людей о
форме и содержании.
В дополнение к цитате китайского мудреца Се Хэ, одного из основоположников эстетики
китайской живописи, в своих записках Эдвард Уэстон написал следующее:
«Чем абстрактнее истина, которую ты хочешь изложить, тем привлекательнее для
чувств ты должен ее сделать».
Этому принципу и пытался следовать великий американский фотограф в своем
творчестве. Он скончался в 1958 году в Калифорнии.
“Фотография выхватывает момент времени и сохраняет его навсегда: это может
быть очень важный момент или нечего не значащий — все зависит от того, насколько
фотограф понимает тот объект, который фотографирует и от его мастерства”.

Фотографы, заглянувшие в будущее - ArtElectronics.ru

В издательстве «Азбука Аттикус» вышла книга Мэри Уорнер Мэриен «Фотографы, заглянувшие в будущее», рассказывающая о 75 мастерах, обладавших особым видением и неравнодушным взглядом. Их работы опередили свое время и стали признанными шедеврами фотоискусства.

Идеи и работы представленных в этой книге фотографов стали яркой иллюстрацией того, сколь многолико искусство фотографии. Снимки некоторых из них стали культурными символами своего времени, почти все они экспериментировали со стилем, расширяя и без того немалые выразительные возможности фотоискусства.

Билл Брандт. Германия, 1904-1983

Билл Брандт. Игроки в домино в Северном Лондоне, 1930-е годы

Билл Брандт родился в Германии, учился в Швейцарии, Австрии и Франции. А приехав в 1932 году в Лондон, легко вписался в среду искушенных художников и писателей. Как ни странно, его фотографии не были интернациональны ни по стилю, ни по сюжетам. Публикуя фотографии в альбомах и журналах перед Второй мировой войной, Брандт исследует и показывает жизнь Британии: городские улицы, ежедневный быт шахтеров, горничных, высших слоев общества. 


Брандта интересует освещение, и он берет на вооружение только что изобретенную вспышку

Билл Брандт. Раннее утро на реке, 1930-е годы

Брандт увлекается сюрреализмом, экспериментирует - тяга к этому заметна в его ранних работах. До войны Брандт провел несколько месяцев в Париже и бывал в студии Мана Рэя, но всегда утверждал, что взял у знаменитого сюрреалиста гораздо меньше, чем у других парижских художников и фотографов. 

Билл Брандт. Обнаженная. Лондон, январь 1956

На современный взгляд, его послевоенные ню и затемненные тона - просто повторение его ранних работ, а не разрыв с прошлым. Ню появились в период, когда он чувствовал, что выдыхается как художник, и сопротивлялся этому как мог, пытаясь заставить камеру имитировать человеческое восприятие. Но камера «отвечала» изображениями, которые человеческий глаз воспринимал как искаженные формы. Правда, Брандт утверждал, что это истинный взгляд камеры; что «объектив улавливает анатомические образы и изгибы, которые человеческий глаз увидеть не в силах».

Ман Рэй. США, 1890-1976

Ман Рэй. Черное и белое, 1926

Картины и скульптуры Мана Рэя были встречены в модернистских художественных и литературных кругах Нью-Йорка с умеренным восторгом. В ответ он с присущей ему бравадой повернулся спиной к великому городу, заявив, что «дада не может жить в Нью-Йорке. Весь Нью-Йорк - дада, и не потерпит соперничества»


Рэй усиливает чувственность своих работ с помощью манипуляций со светом

Ман Рэй. Молящаяся, 1930

Он переехал в Париж, где работал, пока Вторая мировая война не сделала его пребывание во Франции невозможным. Жить в Париже было легче, Ман Рэй снимал портреты и моду, одновременно экспериментируя со светом. Он писал одному из своих меценатов: «Моя новая роль «фотографа» дает возможность быть вхожим везде и на устах у всех».

Ман Рэй. Рэйография, около 1922

Он изобрел бескамерный абстрактный метод фотосъемки, помещая объект около фоточувствительной бумаги или прямо на ней и включая свет. Эти «рэйографии», как окрестил их сам автор, высоко ценились в художественных галереях и охотно воспроизводились в глянцевых журналах, например, в Vanity Fair

Ман Рэй. Скрипка Энгра, 1924

Увлекшись сюрреализмом, Рэй нередко «разбавлял» загадочность и странность своих снимков хорошей долей юмора. Так, знаменитая работа «Скрипка Энгра» изображает модель в позе, схожей с позой одной из купальщиц на полотне Жана Огюста Доминика Энгра (1808). Эротичность снимка подчеркнута черными силуэтами звуковых выходов, помещенных автором на тело женщины.

Ричард Аведон. США, 1923-2004

Ричард Аведон. Площадь Согласия. Париж, 1956

Аведон был едва ли не первым фэшн-фотографом послевоенных лет, который, вместо того чтобы снимать «богинь» и «полубогинь» в застывших отточенных позах на фоне морально устаревших интерьеров, вывел своих моделей за стены студии, заставил их прыгать через лужи, кататься на роликах, сидеть за столиками в баре, смеяться и двигаться.

Ричард Аведон. Съемка Верушки для Vogue, 1967

В студийных съемках Аведон выработал собственный фирменный стиль, не устаревший и сегодня: он стал снимать моделей на белом, совершенно гладком - «бесшовном» - фоне. Аведон работал в Harper's Bazaar под руководством Бродовича и в Vogue, а его выставки проходили по всему миру с неизменным успехом. 

Ричард Аведон. Довима со слонами. Съемка для Dior, Париж, 1955

Но с годами интерес Ричарда Аведона к миру моды и фэшн-фотографии постепенно затухает. Его все больше интересуют обычные, никому не известные люди. 

Эдвард Уэстон. США, 1886-1958

Эдвард Уэстон. Обнаженная, 1936

Эдвард Уэстон в юности увлекался пикториальной фотографией. Для него, как и для большинства начинающих фотографов, пророком был Альфред Стиглиц. Уходя от пикториализма, он стал изучать модернистскую композицию и освещение. 


«В природе, - писал Уэстон, - существуют абсолютно все «абстрактные» формы»

Эдвард Уэстон. Раковина, 1927

В это время в его творчество вошел «новый минимализм». Уэстон создает фотографии бытовых предметов, действуя по принципу «видение плюс», суть которого он сформулировал так: «снять камень так, чтобы он выглядел как камень, но в то же время был чем-то большим, чем просто камень».

Георгий Гойнинген-Гюне. Россия, 1900-1968

Георгий Гойнинген-Гюне, 1928

Для Георгия Гойнингена-Гюне звездный час пробил, когда некий мастер фотографии не явился на съемку. В отличие от вызубрившего свою роль назубок мастера, импровизированный фотограф почти не имел опыта, хотя уже успел сделать альбом в соавторстве со своим другом Маном Рэем


Даже сцены на пляже, в купальниках, на самом деле сняты в студии

Георгий Гойнинген-Гюне. Беттина Джонс в вечернем платье Schiaparelli

На самом деле Гойнинген-Гюне пришел в модную фотографию не так уж внезапно, как может показаться. Он изучал историю искусства, рисовал иллюстрации для журналов и платья для каталога сестры-модельера. В образах Гойнингена-Гюне слились воедино классика и французский символизм: стройные колонны, греческие профили и безупречные силуэты. 

Георгий Гойнинген-Гюне. Модели в купальных костюмах из джерси, 1929

Гойнинген-Гюне, который во всем любил порядок, иногда даже заменял моделей манекенами. Ну а если он все же снимал живых людей, то единолично решал, как будет выглядеть портрет.

Эдвард Уэстон - edward-weston.com


Эдвард Уэстон

Эдвард Генри Уэстон родился 24 марта 1886 года в Хайленд-Парке, штат Иллинойс. Он провел большую часть своего детства в Чикаго, где учился в Оклендской гимназии. Он начал фотографировать в возрасте шестнадцати лет после того, как получил от отца камеру Bull’s Eye # 2. Первые фотографии Уэстона запечатлели парки Чикаго и ферму его тети. В 1906 году, после публикации своей первой фотографии в «Camera and Darkroom», Уэстон переехал в Калифорнию.После недолгой работы геодезистом в Сан-Педро, Лос-Анджелесе и Солт-Лейк-Рэйлроуд он начал работать странствующим фотографом. Он продавал свои товары от двери к двери, фотографируя детей, домашних животных и похороны. Понимая необходимость формального обучения, в 1908 году Уэстон вернулся на восток и поступил в Колледж фотографии штата Иллинойс в Эффингеме, штат Иллинойс. Он закончил 12-месячный курс за шесть месяцев и вернулся в Калифорнию. В Лос-Анджелесе он работал ретушером в портретной студии Джорджа Стеккеля.В 1909 году Уэстон перешел в портретную студию Луи А. Моджойнера в качестве фотографа и продемонстрировал выдающиеся способности с освещением и позированием.) Уэстон женился на своей первой жене Флоре Чандлер в 1909 году. У него было четверо детей от Флоры; Эдвард Чендлер (1910), Теодор Бретт (1911), Лоуренс Нил (1916) и Коул (1919). В 1911 году Уэстон открыл свою портретную студию в Тропико, Калифорния. Это будет его операционная база на следующие два десятилетия. Уэстон добился успеха, работая в живописном стиле с мягким фокусом; завоевание множества салонов и профессиональных наград.Уэстон приобрел международную репутацию благодаря своим высококлассным портретам и исследованиям современного танца. Статьи о его работах публиковались в таких журналах, как American Photography, Photo Era и Photo Miniature. Уэстон также сам написал множество статей для многих из этих публикаций. В 1912 году Уэстон познакомился с фотографом Маргрет Мэзер в своей студии Tropico. Мазер становится его помощником в студии и самой частой моделью в течение следующего десятилетия. Мазер имел очень сильное влияние на Уэстона. Позже он называл ее «первой важной женщиной в моей жизни.Уэстон начал вести дневники в 1915 году, которые стали известны как его «дневники». Они будут вести хронику его жизни и фотографического развития до 1930-х годов.

В 1922 году Уэстон посетил сталелитейный завод ARMCO в Мидлтауне, штат Огайо. Сделанные здесь фотографии стали поворотным моментом в карьере Уэстона. В этот период Уэстон отказался от своего стиля пикториализма с новым акцентом на абстрактную форму и более резкое разрешение деталей. Промышленные фотографии были настоящими прямыми образами: неприхотливыми и правдивыми.Позже Уэстон писал: «Камеру следует использовать для записи жизни, для передачи самой сущности и квинтэссенции самой вещи, будь то полированная сталь или трепещущая плоть». В том же году Уэстон также побывал в Нью-Йорке, где встретил Альфреда Штиглица, Пола Стрэнда, Чарльза Шилера и Джорджию О'Киф.

Фотография Эдварда Уэстона, сделанная Коулом Уэстоном

В 1923 году Уэстон переехал в Мехико, где вместе со своей ученицей и возлюбленной Тиной Модотти открыл фотостудию.Многие важные портреты и обнаженные тела были сделаны во время его пребывания в Мексике. Здесь же находились известные художники; Диего Ривера, Дэвид Сикейрос и Хосе Ороско приветствовали Уэстона как мастера искусства 20 века.

Вернувшись в Калифорнию в 1926 году, Уэстон начал свою работу, которой он заслуженно известен: естественные формы, крупные планы, обнаженные тела и пейзажи. Между 1927 и 1930 годами Уэстон сделал серию монументальных крупных планов морских ракушек, перца и разрезанной пополам капусты, выявив богатую текстуру их скульптурных форм.Уэстон переехал в Кармел, штат Калифорния, в 1929 году и сделал первую из многих фотографий скал и деревьев в Пойнт-Лобос, штат Калифорния. Уэстон стал одним из основателей Group f / 64 в 1932 году вместе с Анселем Адамсом, Уиллардом Ван Дайком, Имоджен Каннингем и Соней Носковяк. Группа выбрала этот оптический термин, потому что они обычно устанавливают свои линзы на эту диафрагму, чтобы обеспечить максимальную резкость изображения как на переднем плане, так и на расстоянии. 1936 год ознаменовал начало серии обнаженных тел и песчаных дюн Уэстона в Океано, Калифорния, которые часто считаются одними из его лучших работ.Уэстон стал первым фотографом, получившим стипендию Гуггенхайма за экспериментальную работу в 1936 году. После получения этой стипендии Уэстон провел следующие два года, фотографируя на западе и юго-западе США с помощницей и будущей женой Чарис Уилсон. Позже, в 1941 году, использование фотографий Восточного и Южного Уэстона послужило иллюстрацией для нового издания «Листьев травы» Уолта Уитмена.

Уэстон начал испытывать симптомы болезни Паркинсона в 1946 году, и в 1948 году он сделал свою последнюю фотографию Пойнт Лобос.В 1946 году в Музее современного искусства в Нью-Йорке прошла большая ретроспектива 300 репродукций работ Уэстона. В течение следующих 10 лет болезни, постепенно выводящей из строя, Уэстон руководил печатью своих отпечатков своих сыновей, Бретта и Коула. Его портфолио к 50-летию было опубликовано в 1952 году с фотографиями, напечатанными Бреттом. Еще более крупный проект печати имел место между 1952 и 1955 годами. Бретт напечатал то, что было известно как Project Prints. Серия из 8-10 отпечатков с 832 негативов считается лучшей за всю жизнь Эдварда.Смитсоновский институт провел
выставок «Мир Эдварда Уэстона» в 1956 году, отдавая дань уважения его выдающимся достижениям в американской фотографии. Эдвард Уэстон умер 1 января 1958 года в своем доме, Wildcat Hill, в Кармеле, Калифорния. Прах Уэстона был рассеян в Тихом океане на Пеббли-Бич в Пойнт-Лобос.



Аспен-Вэлли, Нью-Мексико, 1937 г. (NM-AV-2G)
Вилли, Новый Орлеан, 1941 (N41-NOC-5)
Тина со слезой, 1924 (41ПО)

Тина Чтение, 1924 (34PO)
Прибой, Чайна-Коув, Пойнт Лобос, 1938 г. (PL-S-9G)
Панцирь, 1927 г. (14С)

Панцирь, 1927 г. (2С)
Панцирь, 1927 г. (1С)
Перец, 1930 (30П)

Обнаженная, Нью-Мексико, 1937 (NM-A-N3G)
Обнаженная, 1936 г. (235N)
Обнаженная, 1936 г. (227N)

Обнаженная, 1936 г. (227N)
Обнаженная, 1927 г. (62N)
Обнаженная, 1925 г. (40Н)

Науи Олин, 1923 г. (16ПО)
Мамочка, 1941 (М41-Н-1)
Лили и Гласс, 1939 (C39-MI-1)

Можжевельник на озере Теная (JI-C-2G)
Горячий кофе, пустыня Мохаве, 1937 год (MD-HSS-1G)
Гваделупе, 1923 г. (8ПО)

Гальваническая стрельба, 1924 (6ПО)
Ранчо Eel River, 1937 год (RH-ER-1G)
Дюны, Океан, 1936 г. (47SO)

Диего Ривера, 1924 (5PO)
Дверь церкви, Орнитос, 1940 (ML40-H-6)
Лист капусты, 1931 (39V)

Коул Уэстон - Эдвард-Уэстон.com


Коул Уэстон

Коул Уэстон, родился 30 января 1919 года в Лос-Анджелесе, был четвертым и младшим сыном знаменитого фотографа 20 века Эдварда Генри Уэстона. Свою первую камеру, Autograflex 4 на 5, Коул получил от своего брата Бретта в 1935 году. Коул окончил школу Корнуолла в Сиэтле по специальности театральное искусство в 1937 году, а затем служил во флоте во время Второй мировой войны сварщиком и фотографом. . После увольнения из флота в 1945 году Коул работал в журнале Life Magazine.В 1946 году он переехал в Кармель, чтобы помочь своему отцу Эдварду. В это время компания Eastman Kodak начала присылать Эдварду новую цветную пленку Kodachrome. Коул воспользовался этой возможностью, чтобы поэкспериментировать с этим новым средством и в конечном итоге стал одним из величайших мастеров цветной фотографии изобразительного искусства.

В 1957 году Коул начал делать свои первые цветные фотографии великолепного побережья Биг-Сур, полуострова Монтерей и центральной Калифорнии. В то время он вел свой собственный портретный бизнес, помогая своему больному отцу, который скончался в 1958 году.Эдвард разрешил Коулу печатать с негативов Эдварда после его смерти, поэтому Коул продолжал печатать работы Эдварда, одновременно занимаясь фотографией изобразительного искусства.

В 1975 году Коул начал читать лекции и проводить семинары по фотографии своего отца, а также по своей собственной. С его работой в театральном искусстве Коул был естественным, когда дело доходило до преподавания и чтения лекций, и его многочисленные ученики до сих пор комментируют, какой великолепный семинар он провел. Он путешествовал по США, Англии, Европе, России, Мексике, Новой Зеландии и южной части Тихого океана, фотографируя и вдохновляя других своим характерным энтузиазмом и обаянием.

Коул в Pt. Лобос

В 1988 году, после трех десятилетий, посвященных печати работ своего отца, Коул наконец снял с себя ответственность перед наследием Эдварда и переориентировался на собственную фотографию. Первая персональная выставка Коула состоялась в Сан-Франциско в 1971 году. С тех пор его работы были представлены на более чем шестидесяти выставках по всему миру и собраны в музеях США и Европы. Его работы были представлены на многочисленных галерейных выставках и в публикациях, а также опубликованы три монографии и многочисленные статьи о его изысканных фотографиях.Майкл Хоффман из Aperture Publications однажды процитировал: «В истории фотографии было всего несколько мастеров цветной фотографии, Коул Уэстон, несомненно, один из тех мастеров, чьи впечатляющие и мощные изображения являются источником огромной радости и удовольствия». Коул скончался 20 апреля 2003 года естественной смертью.

Как и Коул, который когда-то унаследовал наследие фотографии своего отца, его дети решили, как дань уважения отцу, продолжить печать и предложить Trust распечатки прекрасных цветных фотографий Коула.Коул Уэстон был убежденным художником и мастером прекрасной фотографии. Будем надеяться, что наличие современных гравюр позволит любителям фотографии повсюду продолжать получать удовольствие от работы своей жизни.

Доступны фотографии Cole Weston Trust: Цена следующая:

Размер печати 16 x 20 $ 1200.
20 x 24 размер печати 2000 долларов.
24 x 30 размер печати 2500 долларов США.
30 x 40 размер печати 3500 долларов США.

По вопросам больших размеров обращайтесь к Каре Уэстон по адресу caraweston @ gmail.com
Обратите внимание, что не все изображения доступны в качестве фотографий для доверенных лиц.



Аспенс, штат Юта, 1978 год.
Ранчо Пало Корона, 1962 год.
Комбинат, штат Миссури, 1987 год.

Теплица, Брэдборн, Англия, 1994 г.
Бухта Хантс, Новая Шотландия, 1978 год.
Ферма Нокс, Буффало, Нью-Йорк, 1979 год.

Обнаженная в окне, Аризона, 1979 г.
Обнаженная на ступеньках, Аризона
Насос, Арль, Франция, 1983 г.

Пантс, Ле Кенуа, Франция, 1983 г.
Собратес-Пойнт, Биг-Сур, Калифорния.1958 г.
Святой Георгий, Бермуды

Шторм, мыс Лобос, 1977 г.
Подсолнухи, Франция, 1983 г.
Прибой и Хэдлендс, Калифорния, 1958 год.

Суонси, город-призрак, Калифорния, 1993
Деревья, Испания, 1994 г.
Резервуар для воды, Седона, Аризона, 1979 г.

Эдвард Уэстон - 17 произведений

Эдвард Генри Уэстон (24 марта 1886 - 1 января 1958) был американским фотографом 20 века.Его называли «одним из самых новаторских и влиятельных американских фотографов…» и «одним из мастеров фотографии 20 века». В течение своей 40-летней карьеры Уэстон фотографировал все более обширный набор предметов, включая пейзажи, натюрморты, обнаженные тела, портреты, жанровые сцены и даже причудливые пародии. Говорят, что он разработал «типично американский и особенно калифорнийский подход к современной фотографии» из-за его сосредоточенности на людях и местах американского Запада.В 1937 году Уэстон был первым фотографом, получившим стипендию Гуггенхайма, и в течение следующих двух лет он сделал около 1400 негативов, используя свою камеру обзора 8 × 10. Некоторые из его самых известных фотографий были сделаны с деревьями и скалами в Пойнт-Лобос, Калифорния, недалеко от того места, где он жил много лет.

Уэстон родился в Чикаго и переехал в Калифорнию, когда ему был 21 год. Он знал, что хочет стать фотографом с раннего возраста, и первоначально его работы были типичными для живописи с мягким фокусом, которая была популярна в то время.Однако через несколько лет он отказался от этого стиля и стал одним из ведущих поборников высокодетализированных фотографических изображений.

В 1947 году у него обнаружили болезнь Паркинсона, и вскоре он перестал фотографировать. Остальные десять лет своей жизни он провел, наблюдая за печатью более 1000 своих самых известных изображений.

Уэстон родился в Хайленд-Парке, штат Иллинойс, вторым ребенком и единственным сыном акушера Эдварда Бербанка Уэстона и шекспировской актрисы Элис Джанетт Бретт.Его мать умерла, когда ему было пять лет, и его воспитывала в основном его сестра Мэри, которую он называл «Мэй» или «Мази». Она была на девять лет старше его, и между ними сложились очень тесные узы, которые были одними из немногих устойчивых отношений в жизни Уэстона.

Его отец снова женился, когда ему было девять, но ни Уэстон, ни его сестра не ладили с их новой мачехой и сводным братом. После того, как Мэй женился и покинул их дом в 1897 году, отец Уэстона большую часть своего времени уделял своей новой жене и ее сыну.Уэстон большую часть времени оставался один; он перестал ходить в школу и удалился в свою комнату в их большом доме.

В подарок на его 16-летие отец Уэстона подарил ему свою первую камеру, Kodak Bull's-Eye # 2, которая была простой камерой в коробке. Он взял ее в отпуск на Среднем Западе, и к тому времени, когда он вернулся домой, его интереса к фотографии было достаточно, чтобы он купил бывшую в употреблении камеру 5x7 дюймов. Он начал фотографировать в парках Чикаго и на ферме, принадлежащей его тете, и проявил свою собственную пленку и отпечатки.Позже он вспомнит, что уже в таком раннем возрасте его работы проявляли сильные художественные достоинства. Он сказал: «Я чувствую, что моя самая ранняя работа 1903 года - хотя и незрелая - более тесно связана с моей последней работой как по технике, так и по композиции, чем несколько моих фотографий, датируемых 1913–1920 годами, когда я пытался быть артистичным ".

Это часть статьи в Википедии, используемой в соответствии с лицензией Creative Commons Attribution-Sharealike 3.0 Непортированная лицензия (CC-BY-SA). Полный текст статьи здесь →


Подробнее ...

Художников по направлению: Сюрреализм

Художественное движение

Сюрреалисты стремились направить бессознательное как средство раскрытия силы воображения.Презирая рационализм и литературный реализм и находясь под сильным влиянием психоанализа, сюрреалисты полагали, что рациональный разум подавляет силу воображения, отягощая его табу. Под влиянием Карла Маркса они надеялись, что психика способна выявить противоречия в повседневном мире и подстегнуть революцию. Их упор на силу личного воображения помещает их в традиции романтизма, но в отличие от своих предков они считали, что откровения можно найти на улице и в повседневной жизни.Стремление сюрреалистов задействовать бессознательное, а также их интерес к мифу и примитивизму сформировали многие более поздние движения, и стиль остается влиятельным по сей день.

Сюрреализм вырос из движения Дада, которое также восставало против самодовольства среднего класса. Однако художественные влияния исходили из самых разных источников. Наиболее непосредственное влияние на некоторых сюрреалистов оказал их современник Джорджо де Кирико, который, как и они, использовал причудливые образы с тревожными сопоставлениями.Их также привлекали художники недавнего прошлого, связанные с примитивизмом и символизмом, которые интересовались наивными или фантастическими образами, такими как Гюстав Моро, Арнольд Боклин, Одилон Редон и Анри Руссо. Даже художники эпохи Возрождения, такие как Джузеппе Арчимбольдо и Иеронимус Босх, были источником вдохновения, поскольку эти художники не были слишком озабочены эстетическими проблемами, связанными с линиями и цветом, а вместо этого чувствовали себя вынужденными создавать то, что сюрреалисты считали "настоящий."

Движение сюрреалистов началось как литературная группа, тесно связанная с дадаизмом, возникшая после краха дадаизма в Париже, когда стремление Андре Бретона нести цель Дада столкнулось с антиавторитаризмом Тристана Цары. описанный как «Папа» сюрреализма, официально основал движение в 1924 году, когда он написал The Surrealist Manifesto . Однако термин «сюрреализм» был впервые введен в употребление в 1917 году Гийомом Аполлинером, когда он использовал его в программных заметках к балету. Parade , написанный Пабло Пикассо, Леонидом Мясином, Жаном Кокто и Эриком Сати.

Примерно в то же время, когда Бретон опубликовал свой инаугурационный манифест, группа начала издавать журнал La Révolution surréaliste , который в основном был ориентирован на письмо, но также включал репродукции произведений искусства таких художников, как де Кирико, Макс Эрнст, Андре Массон, и Ман Рэй. Публикация продолжалась до 1929 года.

Бюро сюрреалистических исследований или Centrale Surréaliste также было создано в Париже в 1924 году. Это была свободно связанная группа писателей и художников, которые встречались и проводили интервью, чтобы «собрать всю возможную связанную информацию. к формам, которые могли бы выражать бессознательную деятельность ума.«Бюро Bureau , возглавляемое Бретоном, создало двойной архив: один собирал образы снов, а другой собирал материалы, связанные с общественной жизнью. Ежедневно в офисе работали как минимум два человека - один для приветствия посетителей, а другой для записи наблюдения и комментарии посетителей, которые затем стали частью архива. В январе 1925 года Bureau официально опубликовало свои революционные намерения, которые подписали 27 человек, в том числе Бретон, Эрнст и Массон. -рационализм дадаизма.Первоначальные парижские сюрреалисты использовали искусство как передышку от жестоких политических ситуаций и для устранения беспокойства, которое они испытывали по поводу неопределенности в мире. Используя фантазии и образы снов, художники создавали творческие работы в различных средствах массовой информации, которые раскрывали их внутреннее сознание эксцентричным, символическим образом, выявляя тревоги и рассматривая их аналитически с помощью визуальных средств.

Хотя сюрреализм зародился во Франции, его разновидности можно найти в искусстве по всему миру.В частности, в 1930-х и 1940-х годах многие художники были вовлечены в его орбиту, поскольку нарастающие политические потрясения и вторая глобальная война вызвали опасения, что человеческая цивилизация находится в состоянии кризиса и краха. Эмиграция многих сюрреалистов в Америку во время Второй мировой войны распространила их идеи дальше. Однако после войны идеи группы были оспорены ростом экзистенциализма, который, хотя и прославлял индивидуализм, был более рационально основан, чем сюрреализм. В искусстве абстрактные экспрессионисты внедрили идеи сюрреализма и узурпировали свое господство, открыв новые методы изображения бессознательного.Бретон все больше интересовался революционным политическим активизмом как основной целью движения. Результатом стало рассредоточение первоначального движения на более мелкие группы художников. Бретонцы, такие как Роберто Матта, считали искусство по своей сути политическим. Другие, такие как Ив Танги, Макс Эрнст и Доротея Таннинг, остались в Америке, чтобы отделиться от Бретона. Сальвадор Дали также уехал в Испанию, веря в центральную роль личности в искусстве.

В 1936 году Музей современного искусства в Нью-Йорке организовал выставку под названием Fantastic Art, Dada, Surrealism , и на многих американских художников она произвела сильное впечатление.Некоторые, такие как Джексон Поллок, начали экспериментировать с автоматизмом и образами, которые, казалось, происходили из бессознательного - эксперименты, которые позже привели к его «капельным» картинам. Говорят, что Роберт Мазервелл «застрял между двумя мирами» абстракции и автоматизма.

Во многом из-за политических потрясений в Европе Нью-Йорк, а не Париж, стал центром нового авангарда, который предпочитал использовать бессознательное посредством абстракции, в отличие от «нарисованных вручную снов» Сальвадора Дали.Выставка Пегги Гуггенхайм в 1942 году художников-сюрреалистов (Ротко, Готлиб, Мазервелл, Базиотес, Хоффман, Стилл и Поллок) вместе с европейскими художниками Миро, Клее и Массон подчеркивает скорость, с которой сюрреалистические концепции распространяются в арт-сообществе Нью-Йорка.

Сюрреалистов часто изображали как сплоченную группу мужчин, и их искусство часто представляло женщин как диких «других» культурного, рационального мира. Работа историков-феминисток с тех пор исправила это впечатление, не только подчеркнув количество женщин-сюрреалистов, которые были активны в группе, особенно в 1930-х годах, но и проанализировав гендерные стереотипы, действующие в большей части сюрреалистического искусства.Искусствоведы-феминистки, такие как Доун Адес, Мэри Энн Коус и Уитни Чедвик, посвятили этой теме несколько книг и выставок.

В то время как большинство мужчин-сюрреалистов, особенно Ман Рэй, Магритт и Дали, неоднократно фокусировались и / или искажали женские формы и изображали женщин как муз, во многом так же, как художники-мужчины на протяжении веков, женщины-сюрреалисты, такие как Клод. Кахун, Ли Миллер, Леонора Кэррингтон и Доротея Таннинг пытались решить проблему принятия фрейдистского психоанализа, который часто рассматривал женщин как чудовищных и менее значительных.Таким образом, многие женщины-сюрреалисты экспериментировали с переодеваниями и изображали себя животными или мифическими существами.

Интересно, что многие известные женщины-сюрреалисты были британцами. Примеры включают Эйлин Агар, Ителл Колкухун, Эдит Риммингтон и Эмми Бриджуотер. Особенностью британской интерпретации сюрреалистической идеологии было постоянное исследование человеческих отношений с окружающей природной средой и, в первую очередь, с морем. Наряду с Агаром Пол Нэш проявил интерес к объекту труве , обычно в форме предметов, собранных на пляже.Акцент на границе, где земля встречается с морем, и где скалы антропоморфно напоминают людей, нашел отклик в британской идентичности и, в более общем плане, в сюрреалистических принципах примирения и объединения противоположностей.

Международная выставка сюрреалистов (1936), проходившая в Лондоне, стала катализатором для многих британских художников. Возглавляемое Роландом Пенроузом и Гербертом Ридом, движение процветало в Великобритании, создавая всемирно известных икон Леонору Каррингтон и Ли Миллер, а также поддерживая деятельность другого важного круга художников, окружавших Бена Николсона, Барбару Хепуорт и Генри Мур.В целом, привилегия эксцентричного воображения и существенный отказ от стандартизированных и рациональных способов ведения дел находили отклик с самого начала. Этот золотой период для искусства в целом в Великобритании и, в частности, наследие британского сюрреализма, продолжает влиять на художественную практику страны сегодня.

См. Также Сюрреализм (стиль)

Источники: www.theartstory.org

Википедия: https://en.wikipedia.org/wiki/Сюрреализм

Эдвард Уэстон | Международный центр фотографии

Биография

Эдвард Уэстон родился в Хайленд-Парке, штат Иллинойс, и получил свой первый фотоаппарат от отца в 1902 году; он учился в Колледже фотографии Иллинойса с 1908 по 1911 год.С 1911 по 1922 год он работал в портретной студии в Тропико, Калифорния. Пикториалистический стиль, в котором он работал, принес ему коммерческий и критический успех, но к 1919 году он обратился к абстрактным фотографиям, основанным на частях тела и использующим необычные ракурсы. Во время поездки в Огайо в 1922 году он сфотографировал чистые линии и абстрактные формы сталелитейного завода Armco Steelworks, а когда он позже в том же году встретил в Нью-Йорке Альфреда Штиглица, Пола Стрэнда и Чарльза Шиллера, он получил их поддержку, когда показал им это Армко работает.Впоследствии Уэстон отказался от своего стиля пикториализма и сосредоточился на точных исследованиях таких форм, как фрукты, овощи, ракушки и камни. В 1928 году, после года управления студией в Мехико с Тиной Модотти, он вернулся в Калифорнию и сфотографировал пейзаж в Пойнт-Лобос, включив свои исследования природных форм. В 1932 году он вместе с шестью другими фотографами основал группу с диафрагмой f / 64, которая требовала, чтобы ее члены использовали широкоформатную камеру обзора, маленькую апертуру объектива и контактную печать, чтобы добиться точных деталей и тщательных тональных вариаций. .Пейзажные фотографии, которые Уэстон создал примерно в это время, следовали принципам f / 64 и являются одними из его самых знаменитых работ. Уэстон получил первую стипендию Гуггенхайма, присужденную фотографу, среди множества наград и наград. В Музее современного искусства состоялись крупные ретроспективы его работ в 1946 и 1975 годах. Его дневники, ежедневные записи его жизни как фотографа, были опубликованы в 1960-х годах.
Эдвард Уэстон сыграл важную роль в становлении идентичности школы фотографии Западного побережья в первые годы модернизма в Америке.Его красноречивое сочетание обширных пейзажей и других природных сюжетов с точной, непринужденной техникой создало прототип пуристического стиля группы f / 64. Его наследие продолжается и по сей день в творчестве современных фотографов, таких как Эммет Говин и Роберт Адамс.
Лиза Хостетлер
Хэнди и др. Отражения в стеклянном глазу: Работы из Международного центра коллекции фотографии, Нью-Йорк: Bulfinch Press совместно с Международным центром фотографии, 1999, стр.231.

Эдвард Уэстон | Американский фотограф

Эдвард Уэстон (родился 24 марта 1886 года, Хайленд-Парк, Иллинойс, США - умер 1 января 1958 года, Кармел, Калифорния), крупный американский фотограф начала-середины 20-го века, наиболее известный своими тщательно составленными фотографиями. резко сфокусированные изображения природных форм, пейзажей и обнаженной натуры. Его работы повлияли на поколение американских фотографов.

Ранние годы и работа

Уэстон родился в интеллигентной семье - его отец был врачом, а дед - профессором литературы, - но в молодости он не нашел в книгах искупительных достоинств и не окончил среднюю школу.Учение, которого он в конце концов достиг, хотя и немаловажно, но носило то пятнистый и эксцентричный характер, который обычно отличает самоучка. В 16 лет он получил свой первый фотоаппарат в подарок от отца, и с тех пор все, что он читал, и все, что он пережил, как в художественном, так и в личном плане, было превращено в пищу для неистовых художественных амбиций. Проучившись какое-то время в Колледже фотографии Иллинойса, в 1911 году он переехал в Калифорнию, где провел большую часть своей жизни.

В некотором смысле Уэстон может показаться маловероятным кандидатом на роль героя современной американской фотографии. К середине 30-х он был опытным, но безупречным фотографом-портретистом, работавшим в пригороде Лос-Анджелеса, Глендейле. Он также был активным и очень успешным участником конкурсов консервативных фотографических салонов, сети самосанкционированных клубов, награждающих лентами и медалями. Его работы в начале 1920-х годов были лучше сконструированной версией стандартной платы за проезд в этих салонах - работы в стиле пикториализма, в котором фотографы имитировали картины, подавляя детали, манипулируя изображениями в темной комнате и изображая традиционные предметы живописи, такие как пасторальные пейзажи. , романтические морские сцены, дети и домашние животные, натюрморты и обнаженные тела.Члены этих салонов были склонны связывать художественную добродетель с своего рода абстрактностью, которая устраняла предметы с острой специфичностью: предметом редко можно было идентифицировать конкретный пейзаж, парусную лодку или раздетую женщину, и он редко был идентично современным.

Начиная с начала 1920-х годов, Уэстон стал нетерпеливым из-за своих легких побед в этой среде, и он начал свой путь к специфической фотографической эстетике (то есть той, которая касалась определенных качеств фотографии, а не качеств живописи) и медленнее, к более широкому и более общему определению художественного предмета.Когда он впервые начал оспаривать стандарты салонов, это было скорее в манере, чем в содержании: его первые, предположительно мятежные картины начала 1920-х годов демонстрируют новую силу дизайна и признание плоской картинной плоскости, но они не бросают вызов основная пикториалистическая концепция соответствующего содержания.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

До 30 лет Уэстон был географически и интеллектуально изолирован от основных течений передовой американской фотографии и современного искусства в целом.Альфред Штиглиц, Эдвард Штайхен, Пол Стрэнд, Чарльз Шилер и Ральф Штайнер работали на Востоке. В Калифорнии Ансель Адамс еще не приступил к своей важной работе, а Имоджен Каннингем предстояло долгое путешествие на север, в Сан-Франциско. В то время как более поздние фотографы стали широко известны больше благодаря книгам и журналам, чем благодаря своим оригинальным отпечаткам, в середине 1920-х лучшие фотомеханические репродукции были редкими и в целом неудовлетворительными, поэтому работы других фотографов были недоступны для Вестона.Поразительно вспомнить, что ни одной иллюстрированной монографии ни по одной из вышеупомянутых фигур не существовало до 1929 года, когда Карл Сэндберг написал Steichen the Photographer - о своем зяте.

Таким образом, Уэстон в значительной степени изобрел мощную версию современной фотографии благодаря собственному воображению и огромной воле. Он был очень любопытен и находился под влиянием идей и увлечений других художников не меньше, чем их работы. В 1922 году, во время своего визита в Нью-Йорк, он встретил Штиглица, и позже он вспомнил эту встречу как интересную и воодушевляющую.В следующем году он отправился в Мексику со своей ученицей и любовницей Тиной Модотти, где встретил Диего Риверу, Хосе Клементе Ороско, Давида Альфаро Сикейроса и других деятелей мексиканского художественного возрождения, которые приняли и раскритиковали его как коллегу-художника.

Досрочность

Находясь в Мексике, Уэстон создал свои первые радикально независимые картины, в частности серию героических, заполняющих кадры голов (например, Nahui Olin , Guadalupe Marin de Rivera и Manuel Hernandez Galvan , все 1924 г.) , и аналогичные минималистичные работы, такие как Palma Cuernavaca и Excusado , оба из 1925 года.

В 1927 году Уэстон вернулся в Калифорнию, где продолжил исследовать живописные идеи, начатые в Мексике, в своих знаменитых исследованиях ракушек, овощей, горных пород и полуабстрактных обнаженных тел крупным планом. То, что эти изображения основаны на очень простой структуре: объект и поверхность, не умаляет огромной силы и важности этих изображений. Они самодостаточны по дизайну и намекам. Серия перца Уэстона представляет собой наиболее известный пример. Изоляция субъекта от любых ссылок на внешний мир и безупречная острота его описания лишают его масштаба и контекста и позволяют ему действовать как метафора для органического развертывания самой жизни.

Именно в этот период ( c. 1930–33) Уэстон разработал свою зрелую технику, отказавшись от бумаги с мягкой текстурой и медленных, роскошных градаций тона ради словаря, который в основе своей принадлежал промышленному фотографу: полная резкость, полная тональная шкала и бумага с гладкой поверхностью, которая фиксирует максимум тона и текстуры. Для некоторых портретов и обнаженных изображений он использовал камеру Graflex, которую можно было держать в руках и которая позволяла быстро реагировать на объект в потоке, но для большей части своей работы он использовал камеру 8 × 10 дюймов и печатал ее негативы с помощью контакт.

В 1932 году Уэстон стал одним из основателей Group f.64, разрозненного и недолговечного коллектива фотографов-пуристов, в который входили Адамс и Каннингем. С 1917 года он вел «дневник», в котором рассказывал о своих профессиональных успехах, экономических кризисах, отношениях с друзьями и семьей, о своей впечатляюще требовательной личной жизни и, особенно, о успехах своей творческой жизни. Для критика и студента важно отметить, что в 1934 году он прекратил делать регулярные записи в своем дневнике, по-видимому, перерос в этом необходимость, когда он был готов приступить к своей величайшей работе.

Как Эдвард Уэстон продвинул фотографию в современность

В то время как фотографии на рубеже 20-го века многие считали лишенной художественности, обширная работа Эдварда Уэстона заставила людей обратить на нее внимание. Его дальновидный взгляд на натюрморты, пейзажи, обнаженные тела и портреты придал фотографии столь необходимый современный оттенок.

Слова Хадсон Браун

Фотография Эдвард Вестон

Когда фотография вышла из викторианской эпохи, и художники нашли творческие способы воспроизвести реальность на светочувствительной пленке, Эдвард Уэстон сыграл важную роль в распространении этой формы искусства во всем мире.Уэстон родился в 1886 году в Хайленд-Парке, штат Иллинойс. Раннюю страсть Уэстона к искусству поддержали его сердечные отец и старшая сестра, которые подарили ему Kodak Bulls-Eye № 2 на его 16-летие.

Weston добился раннего успеха с публикацией изображения на всю страницу в Camera & Darkroom . Это подстегнуло желание Уэстона стать фотографом, которое только укрепилось, когда он навестил свою сестру, которая переехала в спокойный Тропико, штат Калифорния. Полюбив этот регион, этот участок Тихоокеанского побережья стал для Уэстона исторической родиной фотографов.

В настоящее время Уэстон признан одним из первых фотографов ХХ века. Но у его карьеры не было гламурного начала, как у некоторых из его современников. Хотя он отчаянно хотел быть фотографом на полную ставку, сначала он нашел работу в Калифорнии в качестве инспектора железной дороги. В свободное время он ходил от двери к двери с фотоаппаратом для открыток, предлагая сделать портреты семей и их домашних животных по доллару за дюжину изображений.

В конце концов, Уэстон зарабатывал себе на жизнь ретушером негатива и постепенно увеличивал свой список клиентов, помогая ему открыть базовую фотостудию, которая стала его творческим убежищем на следующие 20 лет.Здесь он стал известен своими живописными портретами - стиль, который также использовали Альфред Штиглиц, Ансель Адамс и Маргрет Матер. С пикториализмом, идущим по стопам художников викторианской эпохи, первые фотографы развили туманную эстетику, чтобы отличать среду от более устоявшихся форм искусства. Несмотря на растущий успех, Уэстон вскоре решил резко изменить направление.

«Он развил свои навыки и репутацию фотографа, уделяя пристальное внимание тому, как менялась фотоиндустрия вокруг него.»

Модернистское движение растущей Америки

Поскольку Уэстон в течение некоторого времени чувствовал себя неудовлетворенным своей работой, его посещение Панамско-Тихоокеанской международной выставки в 1915 году изменило его жизнь. Эта шумная всемирная ярмарка представила ему внимательный взгляд на серию авангардных картин европейских корифеев, таких как Сезанн, Роден, Пикассо и Матисс, наполнив его разум новыми фотографическими возможностями. Этим творчеством также способствовали его новые отношения с богемным фотографом Маргрет Мазер, которая стала его помощницей в студии и моделью.

Хотя фотографические работы Мазер в значительной степени забыты, ее влияние на Уэстона невозможно переоценить. Она призвала его следовать своим подающим надежды модернистским инстинктам и принять стиль, известный ранним фотографам как «чистая фотография». В то время как прогрессивные фотографы того времени стремились отказаться от мягкого фокуса и сильно манипулируемого процесса пикториализма, Уэстон и другие художники-единомышленники начали снимать четкие, детализированные изображения, которые искали красоты в повседневных предметах и ​​обстановке.

Следующие несколько лет Уэстон потратил на совершенствование своего подхода, а дальнейшее вдохновение он черпал в дружбе с австрийским архитектором Рудольфом Шиндлером, известным своей минималистской архитектурой. Когда Уэстон добавил в свой визуальный словарь анонимные построенные объекты, такие как дороги и знаки, одним из немногих выдающихся зданий, которые он запечатлел, был зимний дом Фрэнка Ллойда Райта, Талиесин Вест. Как записал Уэстон в своей записной книжке, современный художник должен был глубоко рассмотреть «архитектуру того времени, хорошего или плохого, показывая ее новыми и захватывающими способами».В 1922 году Уэстону представился шанс воплотить в жизнь свои новые фотографические идеи. После посещения известной галереи 291 Штиглица в Нью-Йорке он наткнулся на обширный промышленный завод Armco Steelworks, где запечатлел некоторые из своих самых известных работ.

Поскольку Уэстон стремился найти новые творческие сцены и развить свои мысли об абстрактной фотографии, он отправился в Мехико с художницей и активисткой итальянского происхождения Тиной Модотт. Здесь он погрузился в мексиканский ренессанс благодаря встречам с такими влиятельными деятелями искусства, как Диего Ривера и Хосе Клементе Ороско.Увлекшись искусством, архитектурой и пустынным ландшафтом региона, Уэстон создал первые образцы своих культовых образований в виде скал и облаков. Он также углубился в натюрморт, ища текстуры и тона, скрытые в традиционной глиняной посуде, предметах домашнего обихода и пальмах.

Перец № 30 Эдварда Уэстона.

«Перец № 30 стал одним из самых устойчивых образов в жанре натюрморта»

Цементируя его наследие

Вернувшись на Тихоокеанское побережье в 1926 году, Уэстон был не менее вдохновлен фотографией «сделать обычное необычным».Живя в маленькой деревянной хижине недалеко от залива Кармел, Уэстон начал навязчивый период фотографических экспериментов с фруктами, овощами и морскими ракушками. Когда «Перец № 30» стал одним из самых устойчивых образов жанра натюрморта, Уэстон во многих отношениях считал этот образ кульминацией своего творческого прогресса.

«Классический, полностью сытный - перец - но больше, чем перец; абстрактный, в том смысле, что он полностью вне темы. У него нет психологических атрибутов, никаких человеческих эмоций не возникает: этот новый перец выводит человека за пределы того мира, который мы знаем в сознании.”

Он также провел много времени, документируя естественную красоту мыса Лобос с его волнистыми песчаными дюнами, выступающими деревьями и элегантными скальными образованиями. Подобно тому, как изображения Ансела Адамса являются синонимами Йосемити и Элиота Портера с Новой Англией, эмоциональные и подробные изображения Уэстона стали символом уникального побережья Калифорнии.

К концу фотографической карьеры Уэстона, прерванной болезнью Паркинсона, он также стал соучредителем Group f / 64 вместе с другими чистыми приверженцами фотографии, такими как Ансель Адамс, Имоджен Каннингем и Уиллард Ван Дайк.Этот очень влиятельный фотографический коллектив был посвящен продвижению резких и необработанных изображений с целью побудить аудиторию с большей признательностью размышлять о своем повседневном окружении.

Поскольку фотографические работы Уэстона охватывают невероятное разнообразие жанров, техник и влияний, нет сомнений в том, что он сыграл особую роль в привнесении американского фотографического движения в современный мир. Как описал Уэстон: «Моя настоящая программа резюмируется одним словом: жизнь.Я собираюсь сфотографировать все, что мне нравится под этим словом ».

«Когда предмет вынужден вписываться в предвзятые шаблоны, не может быть свежести видения».

Как снимать изображения, подобные Эдварду Уэстону

Эдвард Уэстон всегда искал способы улучшить свою работу. Здесь мы изложили несколько простых советов, которые помогут вашей фотографии двигаться в правильном направлении.

РАЗВЛЕЧЬТЕ ТВОРЧЕСТВО

На протяжении всей своей обширной карьеры Уэстон проявлял индивидуалистический подход к своему фотографическому творчеству.Хотя он добился значительных успехов в создании пикториалистических изображений и, вероятно, продолжил бы это делать, он заставил себя заняться передовыми технологиями. Как сказал Уэстон: «Когда предмет вынужден вписываться в предвзятые шаблоны, не может быть свежести видения».

ФОКУС НА РЕЗКОСТИ

По мере того, как Уэстон развивал свой модернистский подход к фотографии, подобно европейскому авангардному движению, он решил, что воссоздание абсолютного реализма повседневной жизни было делом, к которому стоит стремиться.Названный «чистой фотографией», Уэстон объяснил свою творческую философию: «Камера должна использоваться для записи жизни, для передачи самой сути и квинтэссенции самой вещи».

ИСПОЛЬЗУЙТЕ МЕТОДЫ ВИЗУАЛИЗАЦИИ

В дополнение к его пропаганде использования маленькой диафрагмы для увеличения глубины резкости, Уэстон также стремился максимально избегать обрезки своих изображений. Для этого он, как и Ансель Адамс, считал, что визуализация необходима для создания работ, отражающих его творческие замыслы.Попробуйте представить себе готовое изображение, прежде чем нажимать кнопку спуска затвора.

«Во время творческой работы не думают, как и во время вождения автомобиля. Но у человека есть многолетний опыт - обучение, разучивание, успех, неудача, мечты, мышление, опыт, все это - затем момент творения, сосредоточение всего на этом моменте », - сказал Уэстон.

ПРИНИМАЙТЕ ВЛИЯНИЕ ВЕЗДЕ

Хотя Уэстон начал свою карьеру с создания относительно простых портретов, он развил свои навыки и репутацию фотографа, уделяя пристальное внимание тому, как менялась фотоиндустрия вокруг него.Поищите новаторские работы в Интернете, отправляйтесь на выставки и подумайте, как области, не относящиеся к фотографии, могут повлиять на то, что вы делаете с камерой. Как призывал Уэстон: «Я бы сказал любому художнику: не подавляйся в своей работе, смей экспериментируй, учитывай любое побуждение, если это будет лучше в новом направлении».

alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *